"Экстремальная" беременность

***

"Комната изобретений"...       Вилли стоял возле стола и "химичил" над рецептом новой конфеты, которая, по его мнению, должна была просто "взорвать" рынок сладостей. А почему, спросите вы... А дело вот в чём: вся суть этой конфеты состоит в том, что два человека должны съесть две такие конфеты и один из них должен вспомнить какой-либо момент из своей жизни. А, тем временем, второй человек увидит этот момент со стороны, как будто он там присутствовал - всё видел и всё слышал.       Вилли был так увлечен всем процессом, что стал насвистывать какую-то незамысловатую мелодию; в каких-то моментах он делал свист выше, где-то ниже (Aderill David Tennant: каков музыкант:D). И всё бы ничего, но дверь в "Комнату изобретений" тихо открылась, чего конечно же не заметил наш кондитер. Вонке оставалось добавить кое какой компонент в чан с непонятного цвета жидкостью, но есть одно "НО": если переборщить с его дозировкой, то конфета может взорваться и вся готовка будет "коту под хвост". Поэтому шоколадник был крайне аккуратен - он ещё не забыл тот инцидент с приготовлением шоколадных пузырей, когда бухнулось много порошка в то "варево" и, в следствии чего, произошёл взрыв.       В то же время, когда Вилли внимательно следил за процессом засыпания, некто резко хлопнул его по плечу, сопровождая сие действие криками:       - БУ-У-У-У!       Резко вздрогнув от подобной "шалости", Вилли неудачно пересыпал весь компонент в чан. Реакция была незамедлительной - конфета зашипела и запузырилась, меняя цвет; а через примерно секунды три - взорвалась как бомба небольшой мощности. Казалось бы, что содрогнулась вся шоколадная фабрика, но, слава Богу, нет.       Кажется этот взрыв могли бы услышать даже Бакеты. Хоть взрыв был небольшим, шоколадному магнату хватило его сполна; хоть он и сыпал ингредиент в защитной маске, но она защищала лишь нижнюю часть его лица, а вот глаза, лоб и волосы были незащищены. К счастью, из-за взрыва лицо не пострадало: вокруг глаз и весь лоб были чёрными, как у трубочиста; а волосы стояли дыбом, в прямом смысле этого слова. Если бы Кэйли - а это была именно она виновницей сие происшествия - воочию не увидела бы, что послужило причиной такого взрыва, то она могла бы предположить кое что другое; складывалось такое впечатление, что Вонка пытался поджечь петарду: якобы кондитер стоял слишком близко к подожжённому фитилю, а тот слишком быстро выгорел; потому, не успев убрать своё прекрасное личико подальше от этой пиротехники, эта петарда взорвалась прямо перед его носом, "подарив" такой видок.       - Donnerwetter!* - испуганно прошипел Вилли.       - Аха-ха-ха!!! - залилась смехом Кэйли. - В ком-то опять "проснулся" немец?! - продолжила девушка, посмотрев на кондитера, - у того волосы стояли торчком - и лишь сильнее засмеялась.       - Он никогда и не засыпал! - обиженно буркнул шоколадник.       - Ну ладно-ладно, мой дорогой "немец"... Прости, окаянную! - отходя от смеха, казалось бы серьёзным тоном ответила девушка, но выходило из ряда вон плохо - хихиканье не прекращалось, да и улыбалась она очень уж часто и широко.       Вилли только сейчас начал догадываться, что у него творится на голове, - девушка всё это время, не отрывая своих глаз, смотрела на его волосы и, похихикивая, широко улыбалась, - поэтому попытался пригладить свои волосы. Отойдя на пару секунд, чтобы вытереть лицо - ну мало ли, зеркала-то нет поблизости - и переведя свой взгляд на Кэйли, он вопросительно поднял бровь, тем самым, задавая немой вопрос: "Что ты тут делаешь?".       - Ах да... Вилли, я хотела кое что у тебя спросить, - сказала миссис Вонка, вытаскивая из небольшой сумки статуэтку, которая висела у Кэй на плече. Девушка прочитала, что на ней было выгравировано вслух:       - "Премия “Тони”: за лучшую мужскую роль в мюзикле". - Кэйли вопросительно взглянула на шоколадного инженера, также задавая ему ответный немой вопрос: "Это что?".       - Ну-у-у.. Это театральная премия. - Неловко ответил Вилли.       - Театральная премия?! Я слышала, что "Премия “Тони”" - это какая-то престижная награда, но не более того.       - "Премия “Тони”" - одна из престижных театральных и кинопремий мира. Выше её стоит только “Оскар”. Иногда “Тони” называют маленьким Оскаром.       - Но откуда она у тебя? - удивленно спросила Кэй.       - Я её получил, а точнее - выиграл в номинации, когда играл в театре, - признался шоколадный магнат.       - Ты? Играл? В театре? - удивлению девушки не было предела.       - Да, играл в театре в течении 25-ти лет, - спокойно ответил ей Вонка       - Ничего себе... А в каких театрах ты играл? - удивление быстро сменилось на большой интерес.       - Я играл в театре «Доминион», так же меня отдавали, так сказать, "в аренду" в «Лицеум»; даже, когда путешествовал по миру в поисках новых вкусов для конфет, тоже играл в театрах. Вот, например: в Португалии играл в театре «Сан-Карлуш»; в Аргентине - в «Авенида», а в Австрии - «Фолькстеатр».       - Ух ты! Да Вы у нас "Актёр" прям с большой буквы, мистер Вонка! - восторженно сказала Кэйли.       - Ну да, есть такое... Может быть, конечно, я не атлет, но актёром меня назвать можно, - лучезарно улыбнулся кондитер.       - А в каких постановках и спектаклях ты участвовал? - с ещё большим интересом продолжила допрашивать Вонку Кэй.       - В основном, я участвовал в драматических произведениях, так как я по большей части драмы умел играть. Но, однажды, нашему режиссёру приспичило ставить комедии. В течении трёх лет, мне пришлось играть в них, так как он сказал, что я смогу и в комедиях играть ни чуть не хуже, чем в драмах. Поначалу, естественно, было сложно: только представь - вчера ты играл умирающего человека, а сегодня - играешь шута. Если честно список очень большой, - можешь как-нибудь в Интернете посмотреть - но я могу выделить лишь основные: "Король Ричард", "Гордость или переубеждение", "Джейн Эйр", "Горбун из Нотр Дама" (мюзикл); вроде бы ещё "Король Лир" и "Гамлет"... Ах да, чуть не забыл - "Всадник без головы". Вот!       Миссис Вонка была просто ошеломлена - в хорошем смысле! Не думала она, что её супруг мог быть, помимо шоколадного мастера, ещё и актёром. Просто "кладезь сюрпризов" какой-то!       После разговора о театральном прошлом Вилли, кондитер предложил ей посмотреть его новую разработку - "Конфета воспоминаний".       - "Конфета воспоминаний"? - удивилась Кэй.       - Ага, - хихикнул Вонка, на что девушка вопросительно подняла брови - ему хватило пару секунд, чтобы понять, что он забыл объяснить о данном изобретении.       - В общем так: суть этих конфет состоит в том, чтобы передавать воспоминания одного человека другому.       - ... - всё также молчаливо и красноречиво смотрела на своего супруга, девушка.       - Ну вот смотри: сейчас я съем конфету и вспомню какой-нибудь момент из прошлого; в это же время, ты тоже должна будешь съесть конфету и через некоторое время - увидишь результат! - восторженно заключил шоколадник.       Дабы убедить "неверующую Фому" - то есть Кэйли - в правдивости своих слов, Вонка взял две конфеты - одну он протянул девушке, а вторую оставил себе. Почти одновременно, они съели по конфете; голова Кэй немного закружилась, а после, на мгновение, ей стало темно. Открыв глаза, перед Кэйли предстала следующая картина:       Она была в большом театральном зале, который украшали большие люстры 19 века; кресла были обшиты красным бархатом; кулисы были в собранном состоянии и открывали вид на большую сцену. Возле этой самой сцены была небольшая компания людей: четверо мужчин и столько же девушек.       На первом ряду сидел мужчина на вид лет шестидесяти, с седыми волосами и поразительно синими глазами; на нём ещё был зелёный клетчатый шарф. Он с интересом читал какой-то сценарий. Кэйли уже догадалась, где она находится - это был один из тех театров, в котором, как сказал ранее сам кондитер, он играл. Помещение выглядело просто потрясающе. Не успела она вдоволь налюбоваться представшим ей видом, как тут же послышались шаги и Кэйли, обернувшись, увидела своего мужа, а точнее другого его - это был ещё молодой Вильям Вонка. Она с интересом начала его разглядывать: был он немного ниже ростом; кожа была загорелой, но не сильно, чем и удивило Кэй; лицо было совсем юное, а волосы были подстрижены под короткий полубокс - девушка никогда не видела Вилли без привычно длинных по плечи волос, а тут такое; одет он был в чёрные джинсы, такого же цвета ботинки и кофту красно-винного цвета какого-то спортивного бренда.       Пока Кэйли разглядывала своего молодого супруга, тот спокойно подошёл к тому седовласому мужчине в шарфе.       - Привет Эрнесто! - поприветствовал того Вонка.       - Ах-ха... "Виллиан"! Здравствуй, мой мальчик! - рассмеялся мужчина.       - Ну что, мне можно уже начать психовать? - спросил "Виллиан".       " - Хм... Из-за чего это интересно..." - подумала Кэй про себя.       - Можно. В этом году мы опять ставим два спектакля: первый - "Убийство в Восточном экспрессе".       - Хм-м... Интересно. - Задумчиво произнес парень.       - И на "десерт" - «Алладин»! - закончил Эрнесто.       - «Алладин»? Мюзикл? Ты серьёзно?       - Да, мюзикл. Но знаешь что самое главное? - интригующе спросил режиссёр - а это был он, как уже поняла Кэйли.       - Мне страшно...       Выдержав минутное молчание, Эрнесто с загадочной улыбкой произнёс:       - Ты играешь «Джина»!       - Я? «Джина»? - Вильям сказал это с таким выражением лица, будто седовласый мужчина сказал ему, что тот получил “Оскар”.       - Ладно. Но, подожди... Он же синий, верно? - режиссёр в ответ кивнул, хитро улыбаясь. - Постой... Нет, не может быть... Неужели ты выльешь на меня синюю краску? - весело спросил "Виллиан" - было видно, что молодой парень был просто счастлив.       - Конечно вылью! - кивнул Эрнесто. - Это произведёт такой "фурор", ты просто представить себе не можешь!       - О-о-о, я тебя обожаю! Спасибо! * Чёрт возьми! (на немец.)