Мой главный приз.

Глава 2. Разлепив тяжелые глаза, Гарри протяжно выдохнул. Очередной день с приключениями, который явно не сулил ничего хорошего. На днях они репетировали вальс, Гарри не то что не умел танцевать, но дело это явно не любил. Ладно, черт с ним, если уж он избранный, то что, он обязательно должен уметь абсолютно всё? Парень практически не спал всю ночь. А всё из-за кого? Из-за упрямого мудака, с платиновыми волосами, который творит что хочет, но при этом ничего не объясняет. С момента поцелуя прошло достаточно много времени, чтобы Поттер начал недоумевать, а не нарисовало ли всё это усталое на тот момент сознание. И вот взгляд, полный ненавистям и призрения этому явно не помогал. Гарри всегда восхищался Малфоем, тщательно скрывая это под ненавистью, хотя на самом деле хотел быть им. С ним.Каждое утро, обед и вечер, сидя в Большом Зале, Поттер бросал взгляд из-под ресниц на слизеринский стол, но неизменно натыкался на взгляд серых глаз. В них отражался такой холод, что казалось, даже от дементоров такого не было. Драко неизменно сидел с идеально уложенными волосами, в которые так и хотелось запустить руку, с прямой осанкой, что у гриффиндорца невольно возникал вопрос «а не привязана ли к его спине какая-нибудь швабра?». Потому что поза казалась до ужаса не естественной. Скорее всего, Малфой принимал такую позу тогда, когда понимал, что Поттер на него смотрит. А у последнего всегда пробегал табун мурашек, когда видел слизеринца. Все мысли были заняты Малфоем, Мерлин его подери. Не было ни минуты, чтобы Гарри не думал об этих мягких, таких соблазнительных губах. Гриффиндорец в последнее время очень часто думал, о руках, на которых виднелись вены, о пальцах, которые были непозволительно длинными, даже его ногти были сексуальными. Вот извращенец. Но шея Малфоя - это отдельный вид искусства. Всё время хотелось вцепиться в неё зубами, а потом, как бы извиняясь провести губами, языком, буквально зализывая ранку. Гарри почувствовал, что от таких мыслей его член наливается кровью, тяжко выдохнув, он пошёл собираться, занятия никто не отменял, а Святочный бал должен быть вечером. Занятия прошли также, как обычно, но вот Драко на Зельеварении не было, что в какой-то степени возмутило Гарри и заставило немного испугаться. Но Гермиона, ох умнейшая Гермиона, сразу его успокоила. Время приблизилось к Святочному Балу, Рон всё возмущался по поводу своего «бабушкиного» костюма, который даже пах как бабушка. Поттер мягко рассмеялся, и, схватив Уизли за шкирку, потащил его в сторону бала. Их спутницы уже заждались, что читалось по разочарованному взгляду. Особенно разочарована была спутница Рона. Гарри со своей дамой пошли к Чемпионам, чтобы «открыть» бал. Танец получился таких же, как и на репетиции. Нелепым. Парень постоянно путался в ногах, каждый раз норовя наступить на ногу Парвати. Наконец эта пытка закончилась. Гарри предложил найти Рона и отдохнуть немного. Но только вот Уизли не было нигде, только спустя несколько минут гриффиндорец нашёл его в толпе танцующих, следом глаза зацепились за блондинистую голову. У Поттера перехватило дыхание. Драко... он... выглядел просто великолепно, а танцевал ещё лучше. Его костюм был очень схож с костюмом Гарри, только на нем ещё был чёрный пиджак, то, как чёрный и белый контрастировали с его кожей и заставило непонятную силу забрать весь воздух из легких гриффиндорца. Драко в танце двигался элегантно, аристократически, правда, он был бесподобен. Но тут взгляд зацепился за его спутницу - Панси Паркинсон. Да уж, у Драко был вкус во всём, оказывается в девушках тоже. Гарри даже не заметил, что Паврати покинула его, а на её место пришла Гермиона, которая со вздохом приземлилась рядом. Вау, какая же она сегодня была красивая. Никто и подумать не мог, что под мантией скрывалась отличная фигура. Никто не мог подумать, что Гермиона может быть красивой. -Что-то случилось?- поинтересовался Гарри. -Скажи, что ты чувствуешь, когда видишь Малфоя с ней? -Что? Как... -Как я узнала? Гарри, я не слепая, да и не глупая вроде. Ты весь вечер наблюдаешь только за ними, даже не моргаешь почти, - Грейнджер мягко засмеялась, а Поттер ещё раз удивился наблюдательности девушки, - ты не подумай, я не против, то есть, я всегда видела, что ваша ненависть какая-то наигранная. -Да? Если честно, я думал, что очень даже натуральная, - с улыбкой ответил он. -Так, что ты чувствуешь? -Ну, мне прямо сейчас хочется подойти и врезать Драко, а потом обнять и крикнуть на весь зал, что он мой, что никто не смеет к нему прикасаться. Никто кроме меня, - гриффиндорец и не заметил, как его ладонь сжалась в кулак, а ногти впились в кожу. -Вот и у меня такое же чувство, - Гарри нахмурился, перевёл взгляд в ту сторону, куда смотрела Гермиона и заметил Рона, танцующего непонятно с кем. -Стой, что? -Да-да, только ему не говори. Гарри ещё раз посмотрел на слизеринца, отмечая, что тот смотрит прям на него, не понимая, что делает, Поттер кивнул в сторону выхода, и, не говоря ни слова, направился туда, оставляя Гермиону одну, почему-то он был уверен, что девушка долго одна скучать не будет. Драко появился спустя минуту, после того, как вышел Гарри. -Слушай, - предпринял попытку объяснить всё, что было на душе и уме Поттер, - я понимаю, что мы всё это время «ненавидели» друг друга, - он изобразил кавычки пальцами, - но меня к тебе тянет, тебя, я так понимаю тоже, почему бы нам..., - вдруг Малфой перебил его своим смехом. -Нам что, Поттер? Ты постоянно находишь на свой волшебный зад приключения, ты всегда висишь на волос от смерти. Если я достаточно к тебе привяжусь, а ты вдруг сдохнешь, что мне тогда делать? Ради этого приза, ты поставил свою жизнь на кон. -Нет, нет, всё не так, я не бросал своё имя, - Гарри запустил пятерню в свои волосы, знал бы Драко, как тяжело ему даётся этот разговор, - мне не нужен этот кубок, на данный момент, мне нужен ты. Ты - мой главный приз. Было видно, что в слизеринца сейчас борются 2 личности, одна до безумия хочет поверить Поттеру, а вторая понимает, что с ним может случиться что угодно, и тогда Драко будет винить именно себя, а этого не хотелось. Как бы то ни было, Драко приблизился, почти вплотную встал к гриффиндорцу и прошептал на ухо: «Завтра в час ночи, в выручай комнате, я буду ждать тебя», потом провёл носом по скуле Поттера, задержался на губах, но целовать не стал, развернулся на каблуках и восхитительной походкой вернулся в зал.