Что же ты наделала?

*спустя 3 месяца*

      Школу восстановили, продолжились уроки, правда преподавателей не осталось почти.       Фенцио заменил Дино. Кто, как не он, знал предмет своего отца лучше всего.       Люцифер спускался в Ад, разбирался во всех делах, но он не мог смириться с тем, что подземным царством правит не он, а какой-то старикашка.       Мими только обустроила комнату. Кроме Дино, она больше ни с кем не была близка, это был её свет в окошке.

— Господин! Господин! Она пришла в себя, — бегала около меня какая-то женщина. Я с трудом открыла глаза, передо мной стоял Бонт, не Мальбонте, а именно Бонт, на внешний вид ничем не отличался от полноценного, только серыми глазами. — Вики, как я рад что ты очнулась, я с ума сходил! — подошёл он вплотную к постели. — Бонт? Но как? — пыталась погладить его, но сил не было, — Я не верю своим глазам, это бред! — Вики, милая, не знаю, как объяснить, но попробую, — он взял меня за руку, — Ты, как сосуд, забрала больше добрых качеств, мое присутствие давало тебе окрепнуть, энергия откликалась именно на Бонта, было решено, что когда я рядом с тобой, будет только светлая энергия. — Это безумно, если ты станешь обратно полноценным, я умру? Стоило это сказать, и передо мной предстал Мальбонте, широкоплечий брюнет. — Никогда, я не допущу такого, — сказал черноглазый мужчина. — Что произошло? Помню меч в сердце, а далее — всё… темнота. — Давай так, ты окрепнешь, придёшь в себя, и мы поговорим, — брюнет начал уходить. Не стала его задерживать, но так хотелось узнать большего… Как мне и было велено, я пыталась окрепнуть, из-за трехмесячной комы мне приходилось учиться заново ходить, держать ложку, да всё делать. Пока окончательно не окрепла, не выходила на улицу. Сам же "господин" заходил через день, интересуясь моими успехами и самочувствием. Пришло время выйти на улицу, заточение в четырех стенах меня угнетало. На улице оказалось все по-другому, дома жилые, даже и не сказать, что военный лагерь, это уже целый город. Лица были смутно знакомы, но одно из них мне не забыть никогда. — Ну что, пришла в себя, смотрю, — подошла Ости, — Наверное, так больно погибать от руки любимого. — Что ты имеешь в виду? — не понимала я. — Ты не знаешь, кто тебя убил? Уокер, серьезно? — рассмеялась она, — Мне иногда кажется, что это уже вошло в привычку — не знать своего убийцу. — Ближе к делу, Ости. — Тебя убил Люцифер. — Что? Этого не может быть! — возмущалась я. — Очень даже может, он попользовался и прирезал, как зверушку. — Значит, он тоже мёртв, — сказала я, уходя от неё. — Да нет, он то как раз жив и неплохо трахается, как и раньше. Я остановилась. — Он знает, что я нахожусь здесь? — Нет, чтобы ты опять забрала его? Он думает, что ты мертва! Мальбонте даже не смотрел на меня всё это время как мужчина, носился с книгами, лекарей приводил, и все это для тебя! — Ости, ты как была занозой в заднице, так и осталась, тебе лишь бы поскакать на ком-нибудь, — держу паузу, — А Люцифер пусть так и думает, — я злилась, мне хотелось расплакаться прямо при ней, но я сдержалась. — Ты жалкая, хотела бы тебя размазать, да вот руки не хочется марать, — демоница стала уходить. — Раз я такая жалкая, то почему ко мне все великие мужчины тянутся?! — сказала ей вслед. Присев на лавочку, в мою голову стали лезть мысли. Как Люцифер остался жив? Почему он убил меня? Что со школой? Как Дино и Мими, что у них происходит? Мне хотелось слетать туда, сейчас крылья за моей спиной были не средством передвижения, а аксессуаром, нужны тренировки для восстановления. Понимаю, что никого не знаю кроме Ости, Ади мертв, а больше и не было никого в этом лагере. Грустно, становится очень грустно, и я начинаю громко плакать. И не пытаюсь сдержать себя. — Вики, что с тобой? — рядом садится мужчина. — Мне больно, — ответила я. — Вижу, чувствую, лучше не станет от слёз, но как на Земле говорят, "поплачь — станет легче". После этих слов, я посмотрела на него. — Лой?! — Рад, что ты меня признала. — Ты же не хотел принимать сторону. — Я видел, что произошло, не успел вмешаться, когда всё это случилось, принял человеческий облик и просто пришёл в лагерь, как будто был там всегда. — Лой, ты не представляешь, как я рада, что ты рядом, — обняла я своего дракона. — Хорошо, что ты очнулась, думал, забыла, как я выгляжу в образе человека. — Нет, что ты, я всё помню! Всё, что связано с тобой помню! Но я хотела бы воспользоваться Фыром, если это возможно. — Зачем, Вики? — Хочу увидеть школу, прошу, давай слетаем. — Это очень опасно, Мальбонте оставил школу, и та зажила новой жизнью, ты же не хочешь снова обрекать школу на неприятности? — Не хочу, но издалека на неё бы посмотрела. — Хорошо, буду проходить по коридору и посвистывать, ты выйдешь, мы обсудим это. — Поняла. Мы с Лоем прогулялись по городу, кратко он рассказал мне свой план. На центральной площади встретили Мальбонте, он стоял не один, беседовал с каким-то демоном. — Вики, не думал тебя увидеть на улице, да ещё и не одну, — сказал мужчина. — Да, очень приятный собеседник, — сказала я с улыбкой. Мальбонте поменялся в лице, демон, стоявший рядом, ушёл. — Думаю, мне пора, как-нибудь ещё встретимся, Вики, — сказал Лой и скрылся. — Ещё и сообразительный, — сказал полукровка и подошёл ко мне ближе, взял за талию, — Хочу тебе кое-что показать. — Я не могу лететь, — попыталась раскрыть крылья. — Это не проблема, — Мальбонте взял меня на руки и мы взлетели. Он держал аккуратно, как хрусталь. Когда мы приземлились, он мягко опустил. — Нужно что-то делать, я же не могу постоянно перемещаться на твоих руках. — Что в этом плохого? — Хочу ощущать себя полноценным демоном. — Ты же все ещё непризнанная, кто сказал, что ты демон? — Ощущаю себя так. — Разберемся с крыльями, присядь рядом, — сказал Мальбонте и показал место рядом собой, я села. — Видишь большое здание, оно должно казаться тебе знакомым. — Вижу, это что, Цитадель? — Именно, и она теперь моя. — Как это произошло? Шепфа не позволил бы. — Шепфа — создатель, он создал, пешек рассадил, но сам не играет в это. Серафимы живы, они всё так же сидят в своем зале, без битвы не обошлось. — Ты добился того, чего хотел? — Да, я счастлив, но только одно осталось неизменным, это закон. — Неприкосновенности? — Именно, я так подумал — да, любить они могут, спать друг с другом тоже, но дети будут страдать, обрекать столько бессмертных. — Интересно выходит, может, ты просто боишься, что родится кто-то сильнее тебя. — Возможно, — посмотрел наверх Мальбонте, — Но сильнее меня может быть только наш ребенок. — Наш? — удивилась я, — Не твой ребенок, а наш? Ты же помнишь, что мы родственники? — Какое это имеет значение? Это было много веков назад. — Было же. — Когда-то всё было, мы вообще произошли от кого? От одного существа, значит мы все родные. — Ты начинаешь говорить уже какие-то глупости. — Вики, зачем ты выбрала меня? Могла бы сейчас тешиться в объятиях своего демона, если вы остались бы в живых. — Не нужно об этом, если я приняла решение, то не собираюсь окунаться в прошлое. — Нет уж, милая, говори, лучше сама, чем я полезу в твои воспоминания. — Я была влюблена в него, дышала им, искала взгляд в толпе, любила, черт его побери, он отвечал мне взаимностью, — стали поступать слезы, — Но после слов, которые он мне сказал, когда мы сбежали из лагеря, я поняла, что не хочу больше такого отношения к себе. — Причем тут тогда я? Ты думаешь обрести поддержку во мне? Не думаю, что это хорошая мысль. — Понимаешь, когда я разговаривала с Бонтом, мне он нравился. Когда мы поцеловались, это было так невинно, — слёзы лились всё сильнее, — В тот момент я поняла, что Бонт стал для меня дорог. — Ты играла с Люцифером и со мной одновременно? Действительно, больше демонической сущности. — Можно сказать и так, но дослушай, — вытерла слёзы, собралась, — После ритуала ненавидела тебя, в плен попала — те же чувства. Когда ты мне раскрылся, то поняла, что Бонт все так же внутри тебя. Та забота, которую дарил он мне, она присутствовала. — Вики, Бонт и я — это одно целое. То, что ты говоришь о нем, делал я, Маль и Бонт, имена лишь кажутся несопоставимыми. — Знаю, поэтому не боюсь тебя, больше не боюсь, — я встала на ноги, — За крылья только обидно, выращиваю, а все ломают их. — Больше такого не повторится, я обещаю, — черноглазый брюнет провёл своей рукой по моей мокрой щеке, наши глаза встретились.       Нам хватило одного взгляда, чтобы понять мысли друг друга. Мальбонте примкнул к моим губам, его поцелуи были страстными, горячими, будто бы хотел съесть меня, не оставив ни частички. — Обещаю, что больше тебя никто не тронет, — прижал меня к себе. — Потому что Люцифер думает, что я мертва, — прильнула к его груди. — Милая, он мёртв. — Мёртв? — отстранилась я. — Он пал от моего крика, вместе с твоей матерью, — притянул меня обратно мужчина, который причинял и боль, и радость, — После того, как ты мёртвым грузом лежала на моих руках, я закричал, они упали, как… — Как те ангелы из твоего детства, — продолжила я. — Да, думаю нам пора, хватит во всём признаваться, — сказал Мальбонте, подхватывая меня.

Снова мысли не дающие покоя. Как Ости может спать с Люцифером? Если даже он выжил… то каким образом верховные ангелы погибли? Тогда почему Мальбонте об этом не знает, и стоит ли ему вообще знать?