И оба они глупые

      Мерзкий, грязный, до отвратительного шумный дождь бьёт по крыше, и Пак каждый раз вздрагивает при очередном раскате вечернего грома.       Не потому что боится его или непогоды, или даже темноты, нет.       Просто каждый раз эти капризы природы приносят ему давно «забытые» неприятности, что сейчас неизменно грозятся вынести дверь небольшой квартирки на окраине Сеула.       — Это я! — в лицо парня дует лёгкий «бриз» из перегара и сигаретного дыма, как только Чимин открывает входную дверь стоящему за ней Мин Юнги.       — Я вижу… — Чимин морщится от этого запаха и прикрывает рот и нос ладонью.       Юнги мокрый и промозглый, стоит в пафосной позе, облокотившись локтем о косяк и второй оттопыривая подол мокрой рубашки, чтобы как можно лучше продемонстрировать тело. — Знаешь, я тут… В баре сидел, да… Вспоминал тебя и вот, решил, почему бы не зайти.       — Я не буду с тобой трахаться, — говорит младший, злобно хмуря брови, показывая тем самым настрой, и уже собирается закрыть дверь, как пьяное тело не даёт ему этого сделать.       — Эй! Эй-эй-эй! — Юнги заплетающимся языком пытается остановить паренька и суёт ногу за порог. — Прости, слушай… Ну подожди ты! — он тянет дверь на себя и дуется, ощущая сопротивление и снова тянет, но уже резким толчком, из-за чего Пак чуть ли не падает на него.       — Я устал повторять. Мы расстались! Забудь сюда дорогу, ты здесь чужой! — кричит Чимин, пытаясь достучаться до затуманенного алкоголем разума и цепляясь пухлой ладонью за дверной косяк, останавливается в паре миллиметров от старшего.       — Ко мне в окно сегодня постучал гром, сказал, что я должен выпить… — тихо говорит Мин, втиснувшись между дверью, Чимином и косяком. — А потом дождь нашептал мне о тебе… — он поворачивает голову мальчика к себе и пьяно улыбается, нежно целуя щёчку того.       — Идиот, ты просто пьян, — шипит Чимин и пытается в очередной раз отодрать от себя вонючее и кажется ставшее слишком тяжелым тело.       — Мы вместе сидели в баре, я у окна, а они снаружи. Знаешь, они помогли мне вспомнить, как нам было хорошо, — Юнги снова улыбается и довольно щурится, нежно поглаживая пухленькие румяные щечки, ведя большим пальцем по манящим розовым губкам.       — Ничего хорошего, иди проспись! — Чимин чуть ли не рычит и пытается вытолкнуть Юнги из квартиры, хмурясь.       — Тшш… — он прикладывает палец к губам мальчика, слегка надавливая и проводит большим по нижней, размазывая по ней каплю, что упала на губы с волос Мина, а другой палец поднимает вверх. — Слышишь?       По стеклу кропотливо продолжают отбивать ритм дождевые капли, а гром всё также раскатисто вещает на всё небо. Юнги что-то невнятно шепчет себе под нос, после чего несколько раз чихает и шмыгает носом, удивительным образом попадая в ритм непогоды.       — Проходи, — Чимин сдаётся и затаскивает тело в квартиру с громким вздохом.       Чтобы потом повторилось всё, как множество раз до этого: полотенце, чай на травах, совместный душ, капли для носа, мокрые и сносящие крышу поцелуи, громкие и протяжные стоны Чимина, очередной душ, а потом Юнги будет снова остервенело вбиваться в изящное тело, каждый доводя до оргазма и звёздочек в глазах, горячий душистый чай и снова полотенце, которым глупый Пак Чимин будет снова и снова вытирать собственные слёзы, потому что любит.       Любит до сих пор, такого же глупого Мин Юнги, который тоже любит, но уже однажды бросил, а вернуться с цветами, любимыми конфетами мальчика и признаться в своих чувствах не хватает смелости.       Да и стыдно.       Поэтому ему легче напиться, чтобы снова прийти к Чимину в бреду, без капли стыда.       Потому что Чимин всегда примет, напоит своим фирменным горячим чаем на травах, даст душистое свежее полотенце, снова поцелует первый, своими пухлыми и мягкими губками, а Юнги прижмёт его к себе, как-будто никогда и не делал ему больно. Как будто никогда не бросал и не предавал из-за мимолетной влюблённости в какую-то пышногрудую блондинку, которой просто захотелось воспользоваться молодым телом.       А потом будет сам идти домой в 8 утра, стараясь сдержать слёзы, потому что Юнги глупый.       И Чимин глупый.       И оба они глупые.