***
Барышня в ярко-алом платье с огромным количеством рюш, прошла мимо Эмз, стараясь не задеть её даже своим подолом; рядом с ней стояла низкая брюнетка, чьи волосы были собраны в высокий хвост, от чего кожа жёлтого оттенка натянулась на лицо, сделав черты лица более заостренными. Курносая, с огромным количеством веснушек, она была единственной сестрой Поко, который развлекал всех самостоятельно в собственный день рождения; будущая родственница Блэк натянула через чур фальшивую улыбку, и та еле сдержалась, чтобы не содрать с наглой девицы кожу, вместе с этим насмешливым взглядом. Казалось, она знала, что именно происходит между её братом и пришедшей на праздник блогершей; в её янтарных глазах был вызов невесте брата, поскольку она являлась прямой наследницей после Поко и его женитьба, отнюдь, не вписывалась в её планы. Жаль, что Мортис с Джеком ушли в свой кабинет по каким-то там вещам, документы, что-ли, нужно прочитать и разобрать.. Эмз это не интересовало, однако сейчас было так тоскливо, что она обрадовалась бы даже своему двоюродному брату, Фрэнку, который страдал аутизмом. Поко Мастрано, чувствуя непреодолимое желание быть ближе к своей невесте, подошёл к диванчику, на котором она сидела. Где-то рядом смеялась Пайпер в своём голубом платье. Кажется, именно она чего помогла Рико с костюмом. По её смущенному лицу, он сразу понял, что не так. — Не обращай внимания на слухи и шёпоты, — улыбнулся ей парень. Поко положил ее ладонь на сгиб своего локтя, — Просто наша семья не очень радушно принимает новых членов семьи... — Мортиса они явно считают своим. — Просто его знают дольше, чем тебя. — Будь я твоей родственницей, к нашей свадьбе отнеслись бы спокойнее? Она знала, что раньше Мастрано женились на братьях и сёстрах. Знала также, что родители Поко — были родными близнецами; оба светловолосые, голубоглазые, с настолько острыми скулами, что об них можно было пораниться. Подобное решили закончить после того, когда у Джека и Вероники — родителей Поко — родилось пять мёртвых детей, а последняя дочь была очень болезненной и слабенькой. Многие думали, что она умрёт в младенчестве, но ошиблись. Первое время их с Поко пытались свести, но любые попытки быстро пресикались им самим, из-за чего пришлось искать другие кандидатуры. Именно поэтому брак Эмз был решён раз и навсегда. Такова уж у неё судьба — быть вечно рожающей кобылой. — Отнюдь, — Отозвался Поко. — Иначе бы это поразило других гостей. Хотя родственники, возможно, отнеслись бы к тебе дружелюбнее. Сейчас же ты для них просто гостья. Великолепно красивая, разумеется, — В его ярко-голубых глазах появились лукавые искорки, он пошевелил плечами, и Блэк невольно улыбнулась, откинув волосы назад, тем временем Мастрано поиграл бровями, дабы она окончательно упала от его шарма. — Неудивительно, что твои двоюродные братья смотрят на меня так... Странно. — Эм.. Что, прости? — Она ела сдержала смех, когда он потешно нахмурился, выражая своё недовольство. — Они к тебе пристают? — Нет-нет! — Она взмахнула рукой, и на них обратили внимание остальные. Эмз невольно хихикнула вместе с Поко, который попытался прикрыть их своим пиджаком. — Хочешь сбежать отсюда? Она опустила ресниц, стараясь не прислушиваться к чужим шепоткам, которые тянулись за подолом её сиреневого платья и обувью Поко, который улыбался до ямочек на веснушчатых щеках. — Если сбегать — то только с такими очаровательными девушками, как ты. Блэк посмотрела на него, приподняв свою левую бровь. Затем неуверенно вложила свою хрупкую свободную ладонь в его руку, на которой тоже цвели золотистые конопушки. — Тогда, надеюсь, ты будешь не против, если я сбегу с тобой. На его лице расплылась довольная улыбка.***
Они бродили по пустым тёмным улицам городка, держась за руки; у неё они были холодными, с длинными пальцами, унизанными кольцами, а у её спутника умелые и тёплые, согревающие её собственные. Плечи Эмз до сих пор подрагивали, даже когда были прикрыты пиджаком Поко, который по дороге купил им бутылочку вина и новую гитару — себе. Немного погодя они присели на скамейку, возле которой пышно цвели пионы и кусты какой-то чёрной круглой ягоды со странноватым вкусом, Блэк закинула одну ногу на другую, пока Мастрано разливал алкоголь по пластиковым стаканчикам. Их им дал продавец в магазинчике, который также предлагал контрацептивы, однако они отказались, краснея и активно качая головой. Щеки у Эмз до сих пор пылали брусничным румянцем. — Так-с... У нас есть самое вкусное вино в мире, тёплый пиджак и хорошенькая гитара. Как думаешь, что из этого выйдет? Она задумчиво поглядела в тёмное небо. — Наверное, мы накидаемся, ты попытаешься спеть мне серенаду, придут какие-то козлы, начнут избивать тебя, а меня изнасилуют. Ах, а ещё украдут твой пиджак. — Эмз! — Он укоризненно глянул на неё, прищурившись. — Конечно, нет. Я напою тебя прекрасным вином, отвезу домой, уложу спать, накрою пиджаком.. А на следующее утро ты проснёшься от моей песни, встанешь и... —... Кину в тебя подушкой, потому что ты разбудил меня! — Блэк показала ему язык. — Ну, ты и бука, конечно. — Тебе кажется. В душе я нежная и милая девушка. — Ну, да... Раз ты такая нежная, то может... Потанцуем? От удивления Эмз чуть было не выронила из руки стаканчик, наполовину полный. — Что?.. Ох, нет!.. Я ужасно танцую. И... —.... И, если что, я буду вести. Поко встал, осушил стаканчик, поставил его возле бутылки на земле и протянул руку девушке. — Ты уверен? — Абсолютно. Поднявшись, она взяла его за руку и позволила взять на себя основное. Так, шаг вправо, шаг влево.. Потом выпад.. — У тебя получается! — Ты просто хороший учитель. — Спасибо за комплимент. Когда у нас родится сын, я научу его танцевать также. Неожиданно Эмз оттолкнула его, вдруг почувствовав раздражение. — Не будет никакого сына! — Что... Что я опять сделал не так, Эмз? В голосе его слышалась тоска и боль, но она не заметила этого и продолжила кричать: — Ты всё сделал не так! Для начала — ты вообще родился! Всё это лишь баловство, причём очень жалкое. Думаешь, что ты интересный?! Думаешь, мне действительно приятно проводить с тобой время?! Да, я это всё делаю только из-за того, что меня попросил Мортис!.. И этот твой план тоже жалкий! Внезапно она схватила гитару и со всей силы кинула её на землю. Удар получился настолько сильным, что от инструмента остались лишь деревянные куски, крашенные в жёлтый и ярко-оранжевый с розовыми пятнами. Поко уставился на оставшиеся от его новой гитары, после чего уставился в небо. Ну, почему все пытаются ломать ему инструменты?