Truth or dare

В какой-то момент Дазай осознал, что знает о Чуе все, и одновременно ничего. Какие бы детали он не замечал, этого все равно не было достаточно. Ему хотелось знать все, что возможно. Порой, Дазай сам не понимал, откуда у него такой интерес. Но его первый и единственный напарник, заставлял его чувствовать то, на что Осаму как он думал, не способен. Интерес. Любопытство. Ему правда был интересен человек, который вызывал в нем целую бурю эмоций. А они в свою очередь вызывали в Дазае противоречивые желания, что кружили ему голову. Чую хотелось то ли с напором поцеловать, то ли убить. Чуя, словно, особенная, единственная в своем роде, нерешенная загадка для Дазая, и он намерен ее решить. Этот человек занимает большую часть его мыслей, с тех пор как они встретились. Бессонные ночи он проводил смотря в потолок, думая о нем. «Что он сейчас делает? Что он думает обо мне?» Равнодушие и хладнокровие ко всем, с которым Дазай свыкся, разрушалась с каждой секундой, проведенной с Чуей. Тот словно ломал все выстроенные Дазаем барьеры, сам того не понимая. И у Дазая на уме было несколько главных вопросов. «Почему он такой особенный для меня?» «Чувствует ли он, то же что и я?» В это время, Чуя, как оказалось, на самом деле довольно скрытный, и говорить о себе не любит. Дазай, по факту, знал лишь то, что Чуя позволил знать. Например, Чуя иногда балуется сигаретами, наверняка, чтобы почувствовать себя взрослее. Он быстро пьянеет, и начинает ещё более активно оскорблять всех вокруг. Иногда, он любит сидеть на крыше в одиночестве. Ему нравится старый рок, старые машины и кожаные куртки. Нравится мятная жвачка, и делать вид, что ему важна только его работа. Уже прошло два года, с тех пор как они стали напарниками. Им по семнадцать лет, и несмотря на частые драки и ссоры, они все равно немного сблизились благодаря некоторым обстоятельствам и стараниям Дазая. Чуя же просто винил судьбу в том, что они снова вместе застряли в лифте, или что у них опять совместное задание, уже третье за неделю, даже не зная, кто за этим стоит. А Дазай, как и обычно, не собирался ни за что отступать. Наоборот, гениальный мозг генерировал все новые идеи. Они только уничтожили небольшую организацию, которая уже несколько недель являлась проблемой для мафии, как вдруг начался ливень. Так как квартира Дазая находилась ближе всего, они решили остановиться именно там. Хотя, конечно, Чую еще пришлось уговаривать. В этот раз свою роль сыграли холод и усталость, так что, Чуя не долго взвешивал все «за» и «против» в своей голове. Стоило им разделиться, чтобы привести себя в порядок, позже Дазай нашел Чую в своей комнате. Тот выглядел удивленным, и наверняка хотел сказать: «Я искал тебя по всей квартире, придурок». Но Дазай опередил его своим вопросом: — Сыграем в правду или действие? Чуя поднимает утонченную бровь. — Ты, блять, шутишь? Дазай делает самое невозмутимое лицо. — Просто предлагаю, чем заняться пока на улице дождь, — как бы беззаботно пожимает плечами. — Есть идеи получше, Чиби? Чуя слегка теряется. — Может, телевизор посмотрим? — предлагает он. — Я не знаю, черт возьми. И не зови меня, Чиби, если не хочешь получить между глаз, — зло сверкнув голубыми глазами добавляет Накахара. Дазаю нравился этот взгляд, но вместо этого он говорит: — Я что, похож на человека у которого есть телевизор? И вправду. В квартире Дазая было максимально пусто, потому что он сам был здесь очень редко, и обычно ночевал в своем же офисе. Даже в его комнате был только деревянный шкаф, стул и стол, на котором лежали несколько толстых книг, и, на удивление Чуи, довольно просторная кровать. Он сразу обратил на нее внимание. — Ты на придурка похож, — Накахара фыркает, и отводит взгляд в сторону. — Ну так что? Ну же, Чуя. — Ладно, — выдыхает он. — Давай играть в твою игру. Что нужно делать? — Так вот… * * * На улице было мрачно из-за затянутого тяжелыми тучами неба. В комнате Дазая тоже, и даже отсутствие штор не помогало. Все вокруг было серым, но Дазай задумался, что ему так даже больше нравится из-за особой атмосферы. Подходит под настроение. Сейчас они с Чуей сидели в его комнате на мягкой кровати, напротив которой было окно. Дазай сидел в черной, и насколько это возможно для него, домашней футболке и спортивных штанах. Так как одежда Чуи тоже была мокрой, пришлось выделить и ему футболку, и пару серых штанов. Хотя его тоже еще пришлось уговаривать переодеться. В итоге, схватив то, что ему дали, сказал «Черт с тобой», и вернулся уже в ней. Одежда была ему ожидаемо велика, синяя футболка сползала с аккуратного плеча, но в целом все было неплохо. Если бы только взгляд Дазая не цеплялся за выпирающую ключицу, и такую привлекательную шею. Приходилось постоянно одергивать себя, чтобы держать свое самообладание в руках. А это уж Дазай умел. — Ну, кто первый? — Чуя, кажется, даже выглядит немного заинтригованным. Он впервые играет в подобное. Но так как это было с Дазаем, он уже ожидал подвох. — Я, потому что это моя идея, — с усмешкой отвечает Осаму. — Правда или действие, Чуя? — Действие, — фыркает тот. — Можешь лаять как собака в течение минуты? — Так и знал что ты скажешь что-то подобное, ублюдок! Я ухожу, — он поднимается, но Дазай с силой хватает его за руку. Этого ещё не хватало. — Так уж и быть, давай начнем сначала. Не уходи, — просит Дазай, заглядывая в его глаза. — Не хотел ранить твои нежные чувства. — Да пошел ты! — Чуя! — Только если… теперь спрашиваю я! — Согласен, — Дазай кивает. — Правда или действие? — Правда. — Так и знал, — отвечает Чуя, усаживаясь поудобнее и закатывая глаза. — Почему ты не ценишь свою жизнь? Дазай не совсем ожидал такого вопроса еще и от Накахары. Он сам не ожидал такого от себя. Но в конце-концов, раз выпал шанс спросить, то почему бы и нет? Дазай слишком беспечно относился к своей жизни, раз за разом спасая его жизнь. Это вызывало вопросы. И что теперь делать? Глупо пошутить? — Потому что, я не вижу смысла в этой жизни, — Дазай отвечает кратко. — Правда или действие? Чуе такой ответ совсем не нравится, но он понимает, что больше Дазай и не скажет. Наверное, он правда может ответить на этот вопрос только одним предложением. — Правда. — Тебе кто-нибудь нравится? Или может нравился? Чуя, сидя в позе лотоса, кладет руки на колени. Он и не ожидал другого вопроса. Это же Дазай. Тот самый, что не упускает шанса похвастаться популярностью у женщин. Тот сейчас улыбается уголками губ и знает, что злит Чую. Но можно ли иначе? — Нет, черт возьми. Мне никто не нравится. Ты это хотел услышать? — Почему? — А это уже другой вопрос, — на лице Чуи появилась ухмылка. Но, по крайней мере Осаму знал, что у Чуи никого нет. Это, всё-таки, тешило его. У него есть шанс. — Правда или действие? — Действие, — теперь Осаму ухмыляется. Вот это уже интересно. — Можешь снять бинты с лица? Да что же это такое. — Это обязательно? — Не ты ли мне говорил, что нельзя отказываться и обязательно выполнять то, что скажут? — язвительно говорит Чуя. — Моим оружием против меня же… — Или у тебя что-то с лицом? Если да, то я пойму… — Нет, ничего такого, — слышно усталый вздох и Дазай бросает быстрый взгляд на окно. Дождь не прекращается. Чуя, закусив губу, сидит в предвкушении. Не то, чтобы Дазай не знал, что он красивый. Но были некоторые причины, которые заставляли его чувствовать себя лучше, когда половина его лица скрыта за бинтами. Но раз уж он готов пойти на все, то и на это тоже. А ведь даже Мори не видел его лицо полностью. В какой-то момент Накахара решил, что Дазай все же передумает, но тот потянулся руками к своему затылку. Дазай не спеша разворачивает бинты, и откладывает их в сторону. Непривычно выглядеть так перед Чуей. Появилось ощущение, словно его впервые видят насквозь. Чуя же молчал, внимательно смотря на бледное лицо Дазая, рассматривая его настолько, насколько возможно с таким освещением. Их взгляды встретились, и Чуя неловко перевел взгляд на серую стену позади него. «Черт, этот мудак и вправду привлекательный» — Чего молчишь? Неужели, я настолько поразил тебя своей красотой? — слышно тихий смешок. — Я думал, что у тебя что-то с лицом или глаза нет, а ты просто… Зачем тебе тогда вообще эти бинты? — Не понимает Накахара. Дазай, улыбнувшись, качает головой. — Теперь, вообще-то моя очередь спрашивать. Чуя упрямо складывает руки на груди. — Валяй. — Правда или действие? — Действие. Осаму прикладывает палец к подбородку, как он делает каждый раз, когда о чем-то думает. Но на самом деле, он уже давно придумал задание для Чуи. — Приготовишь мне кофе? На всю комнату разносится громкое «Что?!» — А сам не можешь? — Рычит Чуя. — Ты бы знал, как сильно я устал! — драматично произносит Осаму. — А я, по твоему, нет? Ты вообще стоял в сторонке, и только командовал всеми, как обычно, — Чуя нехотя поднимается с кровати, и идет на кухню, слыша голос Дазая: «Две ложки кофе, и одна полная сахара!» Дазай проследил за ним взглядом и снова подумал, что ему нравится вот так проводить время с Чуей. Ему снова стало плохо от мысли, что как только дождь закончится, Чуя тут же покинет его квартиру, и он снова останется один. И они снова будут вести себя так, будто между ними не было ничего, что могло бы сделать их ближе. Дазай, задумывается, может ли так быть, что его тактика не верна? Злить, Чую, конечно весело, и он знает, что Чуе тоже нравится его оскорблять, но, может, следует перейти на следующий этап? — Держи свой гребаный кофе, — голос Чуи вырывает его из раздумий — Пей, и не жалуйся. — Конечно, — Дазай сразу делает глоток. Горячо и приятно. — Что и следовало ожидать от тебя… Слишком сладко, — вздыхая, он выносит вердикт. — Ха?! Тогда пойди и вылей его в раковину! Казалось, Накахару это правда немного задело. Может, он и правда переборщил? Да нет же… — Нет, — Дазай упрямо качает головой. — Я, все-таки, ценю твои старания, — и снова делает еще глоток. — Тогда, как хочешь, — как можно безразличнее отвечает Чуя и залезает на кровать. — Правда или действие, Дазай? — Правда, — Осаму слабо улыбается, и проводит рукой по волосам. — Что бы ты делал, если бы стал девушкой на один день? — Интересный вопрос. Вероятно, я бы как-то воспользовался этим. — Ты хочешь сказать, ничего бы не изменилось? Ты и так пользуешься своей внешностью. — Видимо да. — Как ожидалось, — Чуя закатил глаза. — Правда или действие, Чуя? — Правда. — Что самое сексуальное в мужчинах и женщинах? — Ты снова за свое? — Ну же, Чуя, — Дазай ухмыльнулся. Он был уверен, что знает о предпочтениях Чуи, но на самом деле, ему правда было интересно. — С чего ты взял, что мне интересны мужчины? — Чуя сжал губы и нахмурился, словно в отвращении. Оно и вправду было. Вот только к сложившейся ситуации. — Ты ужасен, я говорил? — Ты все еще не ответил, — напомнили ему. — Да и кто не разрешает тебе, задавать такие же вопросы? «А ведь он прав.» — Хорошо, — произнес Накахара и задумался. Он никогда не смотрел на кого-то с такой стороны. Не считая одного человека, что за сегодняшний день уничтожил множество его нервных клеток. Что ему нравилось в девушках? Он мог назвать их красивыми, но они не привлекали его в том самом плане. Парни, кстати, тоже. Не считая одного исключения. Тогда, что привлекало его в Дазае? Это несправедливо, но ему нравилось, что Дазай высокий, нравилась его ровная осанка. Это еще издалека привлекало его внимание, да и не только у него. Особенно учитывая, что Дазай постоянно носит костюм, что только подчеркивает это. Его широкие плечи. Его острая линия подбородка. Еще его руки. Его тонкие, длинные пальцы. С сегодняшнего дня, его также привлекали его глаза, особенно, когда взгляд не был безжизненным и пустым. Когда там можно было увидеть горящий интерес к происходящему, прямо как сегодня. Чуя понял, что он думал только про Дазая, словно у него спросили: «Эй, а что тебе в нем нравится?» Кажется, он действительно мог ответить только на этот вопрос. Он потряс головой, словно отгоняя другие мысли подобного плана. Иначе, это точно не останется незамеченным. — Чуя? Ты слишком долго думаешь. Просто так и скажи, что тебе нравят- — Мне, — Чуя прочистил горло.- Мне нравятся руки. У мужчин и женщин, — сказал он. — О, — только и сказал Осаму. — Мне тоже. «Врет. Он слишком долго думал, но в итоге, я услышал только пару слов. О чем он мог думать, с таким выражением на лице?». — Правда или действие, Дазай? — Пожалуй, я развлеку тебя. Действие. Чуя поднял брови. — Что ж, осталось придумать что-то такое, что удивило бы и тебя. Хотя я знаю, что ты сделаешь что угодно, потому что тебе плевать. Даже если я скажу, чтобы ты позвонил Мори, и рассказал ему анекдот посреди совещания. Это все было правдой. Дазай мог бы сделать это и без игры, просто чтобы позлить Огая, как непослушный ребенок. В какой-то степени, так оно и есть. — У него, кстати, и вправду скоро начнется совещание… Минут через пятнадцать, примерно. Я могу позвонить ему и сказать что-то такое, что заставит его выглядеть нелепо перед этим чиновником. — Тогда в этом нет смысла. Но будет хорошо, если ты позвонишь в пиццерию и закажешь нам что-то. Я жутко хочу есть, а у тебя в холодильнике ничего нет, я знаю это. — А вот это уже жестоко. Ладно, давай сюда телефон, — вздыхая, Дазай быстро набрал номер написанный на рекламном буклете. — Правда или действие? — Правда. — В каком месте ты хочешь сделать пирсинг? Глаза Чуи расширились. — Ч-что? Откуда ты знаешь, мудак? — Я многое знаю, — Дазай пожал плечами. — Я заметил, — Чуя раздраженно фыркает и скрещивает руки на груди. Он, на самом деле, планирует сделать пирсинг. Уже несколько недель думает об этом. — Я еще не определился. Возможно, я хочу пирсинг языка, тебе какое дело? Дазаю было достаточно представить это на мгновение, чтобы понять, насколько бы это пошло Чуе. — Никакое. Но Кое-сан будет в бешенстве, ты же знаешь, она вряд-ли одобрит подобное. — Я знаю, — следует кивок. — Но это мое решение. И все-таки, — он прищурился. — как ты узнал? Дазай склонил голову и только улыбнулся. «Он мог узнать это, только если читает мои мысли. Хотя, я и этому не удивлюсь». — Правда или действие? — Правда. — У тебя есть какие-то скрытые таланты, о которых я не знаю? — поинтересовался Чуя, наклонившись вперед. — Помимо чтения моих мыслей. — Это ты к чему? — Дазай не понял. — Ну, я хороший игрок в шахматы, карты, и тому подобное. Могу доказать. — Я думаю, ты хорош не только в этом, — Чуя ухмыльнулся, и снова поправил свисающую с плеча футболку. — Для меня это звучит очень двусмысленно, я ведь очень хорошо управляюсь со своими руками. — Нет! Не хочу даже слышать об этом! — выкрикнул Чуя. — Я имел в виду другое. Плечи Дазая напряглись. — Внимательно тебя слушаю. — Никогда бы не подумал, что ты можешь петь, — Чуя довольно хмыкнул, понимая, что у него тоже был туз в рукаве. — О, вот как, — все, что сказал Осаму. — И кто же тебе сказал? — Кое-сан рассказывала мне много интересного о тебе, и не только о том, какой ты пугающий. «Ну, конечно» — пронеслось у Дазая в мыслях. — Возможно, тебе следовало стать певцом, а? — Неплохая идея. Возможно, займусь этим в следующей жизни. Правда или действие? — перевел он тему. — Действие. — Смело. — А то, — Чуя улыбнулся. — Должен же хоть кто-то выбирать не только «Правду». * * * Чуя, казалось, правда заинтересовался игрой, и пусть он злился, все равно был некий азарт. Ему тоже хотелось и узнать о Дазае побольше, и не упустить шанса попытаться и его вывести из себя. Чуя все еще не мог поверить, что Дазай на самом деле снял бинты. Было сложно поверить, что он впервые играет честно. И, как понимает Накахара, ожидает того же в ответ. — Почему ты не можешь выбрать «Действие»? Хотя-бы еще раз? — Потому что, я не хочу что-то делать, и вставать с места, — Дазай развел руками. — Но так не интересно! Ты снова надо мной издеваешься. — Ты ведешь себя, словно ребенок. — Сказал тот, кто предложил детскую игру, мудак! — Вопрос, Чуя, — напоминает Дазай. — Тц!.. Хорошо, что же, — он собирается с мыслями, и прикрывает глаза прежде, чем задать следующий вопрос: — За что ты меня так ненавидишь? Дазай удивленно моргает. Он еще несколько раз прокручивает этот вопрос у себя в голове. Почему Чуя спросил именно это? И неужели, он вправду думает, что его по настоящему ненавидят? Дазай сам точно не понимает, что чувствует, но это точно не ненависть. — Ты серьезно? Чуя жалеет о своем вопросе. — Не бери в голову, — отмахивается он, собираясь уйти. — Мне уже надоела твоя игра, и ты. Зачем я вообще согласился? «Врет» — Чуя, постой. — Чего тебе? — он кидает на Дазая очередной злой взгляд. — Правда или действие? — Что? — Чуя сжимает кулаки. — Ты издеваешься? — Ответь. — Господи, ты невыносим, — выдыхает Накахара. — Правда, черт возьми. — Я тебе нравлюсь? — с искренним интересом спрашивает Дазай, заглядывая в его удивленные глаза. В комнате резко становится тихо. Так тихо, что даже шум дождя отходит на второй фон. — Что? Чуя снова теряется. Слышит, как громко сильно стучит его собственное сердце, отдаваясь шумом в ушах. — С чего ты так решил? — неуверенно спрашивает он. — Отвечай на вопрос. — Нет! Ни в коем случае. Я тебя… Терпеть не могу! Как… вообще тебя можно любить? Чуя не сразу осознает, что это было слишком жестоко по отношению к Дазаю, каким бы он ни был. Тем более учитывая, что Накахара к нему совсем не равнодушен. Иначе бы он не был сейчас здесь, не сидел с ним на одной кровати, не чувствовал вину из-за собственных слов. Он сам не считал, что может кому-то искренне нравится, не то, что его могут любить. Он понимал, как могут подействовать эти слова на человека. Но Дазай никогда не был обычным человеком. Поэтому, в свою очередь, он не был расстроен. Чуя был прав, и лишь сказал то, что сказал бы каждый. Он знал, что не заслуживает на что-то хорошее, но это не значит, что он перестанет пытаться получить это. Особенно, когда то что ему нужно, прямо перед ним. — Дазай, я… — Все хорошо. — Нет, не совсем. — Чуя, — спокойно говорит Дазай. «Я его совершенно не понимаю» — думает Чуя опустив голову.  — А что, если я предложу тебе поцелуй? Дазай наклоняется ближе к Чуе, теперь тот может уловить слабый запах медикаментов и мяты. Сложно держать себя в руках, когда мысли путаются, а нужные слова так и не приходят на ум. Когда Дазай снова находится так непозволимо близко. — Правда или действие? — спрашивает Чуя, осознавая суть происходящего. — Действие. — Тогда поцелуй меня, — практически рычит Чуя, резко придя в себя, а Дазай долго не думает. Сразу же вовлекает напарника в такой желанный поцелуй, притягивая к себе ближе за шею. В этот момент, время словно остановилось. Всё, о чём мог думать Дазай, это теплые губы Чуи на своих и то, как он сжимал его плечи. Все происходящее больше походило на фантазию, нежели на реальность. Но это была самая настоящая правда. Стараясь проявлять инициативу, Чуя подвинулся еще ближе, чтобы было удобнее. Его пальцы слегка подрагивали, но он все еще цеплялся за Дазая, ощущая, как его мягкие волосы щекочут его кожу. На губах Дазая все еще оставался привкус крепкого кофе. Они были так близко друг к другу, из-за чего по коже в который раз пробежали мурашки. А Дазай мог поклясться, что слышал, как сильно и быстро бьется сердце Чуи. Как и у него самого. Это был первый поцелуй Чуи, но он все равно старался, сминая губы Дазая в ответ. У него не было опыта, до этого он даже представить не мог, что целоваться может быть приятно. Это не было похоже ни на что из того, что он испытывал раньше. Отстранившись, Дазай хрипло выдохнул. Это было даже лучше, чем он представлял. Неважно, был ли у него опыт с более умелыми в поцелуях людьми, Чуя был лучшим для него всегда. — Не могу поверить, что это произошло, — сказал Чуя, все еще испытывая трепет, смешанный со сметением. Он неосознанно коснулся своих губ пальцами. Ощущение того момента все еще не покидало его. — Тебе ведь понравилось? «Господи, ты еще спрашиваешь» — подумал Чуя. — И скажи мне, ты с самого начала знал, что это произойдет? — В этот раз, то что мы вместе застряли чистая случайность, — признался Осаму. — Постой, — Чуя нахмурился. — В этот раз?! Дазай понимает, что сказал не то, что следовало. — Ох. Возможно, теперь ему придется признаться даже без игры.