Everything Black

Ночь начинается и огни загораются. Всё по команде мафии, чётко в полночь. Неон заполняют весёлый квартал, люди валятся туда кучами с огромным желание напиться и провести пару часов в беспамятстве. Алкоголь страшная штука, но что не сделаешь, дабы забыть о утренних заботах и хоть как-то расхрабриться, и поискать приключений на свою задницу. Но это не о Наруто. Ему не надо пить, чтобы найти этих самый приключений. Он аккуратно шагает по дорогущей мраморной плитке, в таком же дорогущем клубе, что находился в владениях мафии. Его бесила вся эта чрезмерная напыщенность, но что не сделаешь, чтобы приманить посетителей по богаче. Всё-таки зарабатывать себе на хлеб надо, а подобные заведения один из основных доходов семьи. Меньше гостей и карманы не будут наполняться деньгами. Ради этого Узумаки готов был потерпеть. Каблуки его ботинок ритмично стучали о мраморный пол, шаги были чёткими и уверенными. Узумаки шёл в сторону приватных комнат со стороны основного зала, из которого громко играла музыка. Он был неимоверно зол, после очередных приставаний Учихи Саске. Как он вообще посмел тронуть главное сокровище мафии?! Он не распутная девица, как Ино! Да и стоит ему перейти черту, как Дон его сразу пристрелит. Видимо тот и вовсе не боится смерти. А раз у него нет этого страха, то Наруто мог только пожелать ему удачи, ведь по его душу уже идёт Сакура. Доигрался, мальчишка. Наруто остановился у одной из комнат. Двойные двери, обитые бархатом… Снова ненужный фарс. Узумаки поправил свой пиджак, аккуратно открывая дверь. Пронзительный и изучающий взгляд… Всё, как всегда. Обычный человек сразу бы потерял дар речи от страха, но блондин уже привык. Он медленно закрыл за собой дверь, облокачиваясь на неё. Гаденькая улыбка озарила его лицо. Узумаки томно посмотрел в сторону сидящего на диване напротив человека. - Хочешь меня? – начинает своим сладким голосом Наруто. В ответ в него прилетает недовольный взгляд и тяжёлый вздох. Решил поиграть, малец? Какаши принимает приглашение, но он ведь Дон мафии, он тоже будет вводить свои правила. - Нет, - отчеканивает пепельноволосый, пристально следя за каждым движением Узумаки. - Дашь мне всё что я захочу? – блондин поднимает голову на Хатаке, в ответ прожигая взглядом. Какаши долго мучал Наруто за всё его время работы в мафии и вот, он решил сполна отыграться. А этот паршивец, тут ещё и свои правила ставит! Ну уж нет. Такой расклад его не устраивает. - Ни за что. Блондин, медленно расстёгивает свой пиджак, следя за тем, как глаза Дона бегают по всему его телу. Он проводит рукой по своим волосам, зарываясь в них и тяжело вздыхает, немного меняя положение, но всё ещё не отходя от двери. - Любишь меня? - Ненавижу. – продолжает отрицать всё Какаши. Хороший Дон не врёт своим подчинённым. Но кто сказал, что тут вообще есть хорошие люди? Наруто, оттягивая галстук, скидывает пиджак на кресло, неподалёку, и расстёгивает первую пуговицу своей рубашки. Сколько он будет тянуть? Знает ведь, Хатаке уже весь слюнями обливается. Послышался скрип бархата, которым был обит диван, на котором сидел Какаши. Он начал вставать, но грозный взгляд Наруто заставил сесть его обратно. «Смотреть, но не трогать»: - говорил блондин этим взглядом. Пусть Босс помучается. - Тогда не трогай меня. – медленно проговаривает Наруто, на этот раз откидывая в сторону и галстук. Он спрятал руки за спину, послышался щелчок замка на двери. Не закрыл как пришёл? Так зачем же вообще закрывать, Наруто? А как же адреналин от того, что кто-то может войти? - И в мыслях не было. – Какаши закинул ногу на ногу, переводя взгляд на ключицы Наруто, который так любезно открыл на них обзор. - И зачем же тогда Вы позвали меня? Обращение на «Вы», пробирает Хатаке до мурашек. Давно он не слышал уважительного тона из уст Наруто. Но позиции сдавать нельзя. Он тут главный и идти на поводу у блондина не намерен. - Можешь уходить. – на свой страх и риск ответил Какаши. Узумаки ведь и правда может свалить. - А если я и правда уйду? - Мне будет всё равно. Снова щелчок дверного замка. Наруто приоткрывает дверь и из тонкой щёлки просачивается холодный, отрезвляющий воздух. Когда же в комнате стало настолько жарко? Слышится громкая музыка и весёлые крики. Узумаки ещё немного подаётся назад, под внимательным взглядом Хатаке, собираясь уйти за дверь. Какаши не выдерживает и срывается, вставая с дивана и подходя к Узумаки в плотную. Наруто, довольный своей победой, захлопывает дверь и снова щёлкает замком. Теперь они снова одни. Шаг, вдох-выдох, шаг. Узумаки уверенно наступает на Хатаке, а тот медленно отходит назад. Через пару секунд, которые для Какаши длились словно час, Наруто толкает Дона на диван, а сам снова отходит. Вот гадёныш, действует на нервы. - Чего же вы тогда хотите от меня? – спрашивает блондин по-лисьи улыбаясь. - Тебя. Я хочу всего тебя, - принимает своё поражение Какаши, совершая безоговорочную капитуляцию. Хатаке смотрит на ещё одну, более простую чем входная, дверь в комнате, а потом притягивает к себе Наруто, заставляя навалиться на него всем телом. Тот удивлённо вздыхает, но, когда его подхватывают на руки, довольно улыбается. Блондин обхватывает ногами бёдра Какаши, и приближаясь к его лицу, зубами стягивает маску. Чувствительную кожу пепельноволосого опаляет горячее дыхание, из-за этого возбуждение нарастает. Иногда Хатаке чувствовал себя мальчишкой, когда он так быстро возбуждался, но ведь перед ним был сам Узумаки Наруто, а значит устоять невозможно. Дверь открывается, а блондина грубо бросают на кровать. Кромешная тьма разрезается только слабым светом луны, который проходит сквозь шторы. Глаза Наруто ещё не привыкли к подобному освещению, поэтому он не видит почти ничего, зато чувствует, как на него навалился Какаши, впиваясь в его губы, далеко не детским поцелуем. Узумаки машинально приоткрывает рот, и в нём сразу же начал хозяйничать чужой язык. Какаши аккуратно проходится по дёснам и зубам, пока его руки на автомате расстёгивают пуговицы рубашки Узумаки. А Наруто обхватывает шею пепельноволосого руками, притягивая ближе и углубляя поцелуй, сплетая свой язык с языком партнёра в страстном танце. Как жаль, что воздух не вечен и приходится отстраниться. Между губами повисла тонкая ниточка слюны, блестящая в лунном свете. Наруто хватает побольше воздуха и снова целует Хатаке, стягивая с него пиджак, а потом и рубашку, быстро расстёгивая пуговицы на ней. С каждой секундой становится всё жарче, весь воздух вокруг как будто выгорел. Узумаки не может снова вздохнуть, задыхаясь от сильного возбуждения. Ему уже не терпится стянуть с себя и Какаши всю ненужную одежду. Правда быстро это происходит только с ним, но, когда он тянется к ремню штанов Хатаке, его руки сразу же останавливают, фиксируя их над головой. Пепельноволосый держит крепко, Наруто не может вырваться. - Месть сладка, Н-а-р-у-т-о, - по слогам произнося имя Узумаки, говорит Какаши, опускаясь к шее блондина и оставляя на ней яркий след от укуса. Наруто недовольно цыкнул. Он сам доигрался, а теперь расхлёбывать. 1:1. Битва проиграна, но война продолжается. Только вот победа в ней явно будет не у Узумаки. Какаши спускается ниже, оставляя на ключицах и плечах Наруто багровеющие засосы. Узумаки довольно стонет и подаётся вперёд, прося большего. Хатаке стягивает с Наруто последний предмет одежды и тянется рукой к своему карману. Он достаёт оттуда тюбик со смазкой, выливая обильное количество жидкости себе на руку. Блондин внимательно смотрит за каждым движение Какаши, из-под опущенных ресниц. Пепельноволосый на пару секунд замирает, рассматривая открывшуюся ему картину. Наруто лежит перед ним, краснота с щёк уже спустилась аж до плеч, ресницы слегка подрагивают, а голубые глаза, которые как будто стали темнее, изучающе бегают по всему телу Хатаке. Пепельноволосый сглатывает скопившуюся слюну, а блондин внимательно следит за движением кадыка, после переводя взгляд на штаны Дона. Узумаки выглядит настолько соблазнительно, что Какаши плюёт на всё, переходя сразу к делу. Первый палец и первый громкий стон. Руки Наруто отпускают, и он сразу же тянется к штанам Хатаке, умело расстёгивая ремень, а потом и ширинку. От дела его оторвал второй палец, который ввёл Какаши. Узумаки снова выгибается и тянется руками к лицу Какаши, притягивая его к себе и впиваясь поцелуем. Глубоко и чувственно. Наруто по-другому и не умеет, постоянно напирая и прося большего. И Хатаке даёт ему это. Он слишком долго не показывал свои чувства никому, слишком долго не любил, и теперь этого накопилось навалом. Наруто повезло, всё это чудо досталось ему. Третий палец. С распухших от поцелуев губ, снова срывается стон, в попытке приглушить свой голос Наруто кусает свою руку, кажется, до крови. Слишком больно и приятно одновременно. - Я хочу слышать тебя, Наруто. Тут кроме нас никого нет, чтобы делать себе так больно, - шепчет в самое ухо пепельноволосый, вынимая пальцы. Наруто недовольно стонет из-за того, что пропало ощущение наполненности, но, когда Хатаке аккуратно берёт его руку в свою и выцеловывает укус и слизывает проступившие капельки крови, всё недовольство блондина сходит на нет и он поддаётся всем ласкам. Вот с Какаши уже слетают штаны, а за ними и трусы. Наруто нетерпеливо ёрзает, сжимая рукой простынь. А Хатаке не торопится. Он входит аккуратно, не желая причинять боль блондину. Строгие мафиози, люди темнее чёрного, любят делать больно и внушать страх…. Это всё про Наруто и Какаши, но в тоже и время кардинально от них отличается. Стоит им остаться вдвоём, как всё загорается яркими красками, тьма забивается в угол, а всё её место занимают цвета. Хотя их отношения вряд ли можно назвать правильными, без какой-либо жестокости, всё-таки их повседневная жизнь полна опасности и всех сопутствующих повседневности мафиози вещей, это не могло не отложить след, но если сравнивать, то изменения кардинальные. - Какаши, - умоляюще зовёт Узумаки и тянется за поцелуем. Хатаке сразу же отвечает, начиная медленные толчки, постепенно набирая темп. Всего пару минут и пошлые шлепки кожи о кожу, вместе с развратными стонами Наруто заполнили всю комнату. Узумаки сжимал и комкал простыни, всё было словно в бреду. Слишком жарко. Слишком приятно. Сейчас блондин желал лишь того, чтобы это всё не заканчивалось. Но ночь не вечна. Придёт день и принесёт такую ненавистную рутину. Но пока тьма царствует в городе два человека с тёмными и грязными душами, продолжат творить такие же грязные вещи. Только вот они уже не такие тёмные…. Цветов с каждым разом всё больше. Какаши, пожалуй, остановится на оранжевом. Цвет под стать Узумаки Наруто.