Первое Рождество

      Азирафаэль украшает книжный магазин еще задолго до Рождества. Ставит в зале аккуратную пушистую елочку с большими матовыми шарами цвета кофе с молоком и трубящим в рог позолоченным серафимом на верхушке. Развешивает на дверях венки с вплетенными в них золотыми лентами и раскладывает на верхних полках необъятных стеллажей еловые лапы. Украшений вроде бы достаточно, но не слишком много. Ровно столько, сколько должно бы быть. Он ждет.       Уже на следующий день Кроули появляется на пороге с коробкой светодиодных гирлянд, шипя, что в магазинчике уныло и ангел явно поскупился на украшения. Азирафаэль закрывает лавку намного раньше обычного, чтобы дать волю буйной фантазии любимого демона. Кроули два часа только распутывает гирлянды, и они длинными золотистыми змеями извиваются по всему магазинчику и тянутся между шкафов. От любезно предложенного ангельского чуда он с презрительным фырканьем отказывается. Азирафаэль приносит ему какао, находя Кроули по следу из запутавшейся гирлянды. Демон сидит между стеллажей и, сосредоточенно высунув раздвоенный язык, теребит пальцами узлы из проводков.       Когда с распутываением покончено, Кроули начинает их развешивать. Ангел, тихонько хихикая, опускает шторы, потому что обосновавшееся в лавке зло преспокойно разгуливает по потолку с хвостом гирлянды в одной руке, клейкой лентой в другой и ножницами в зубах. Через полчаса демон подозрительно затихает, и, когда Азирафаэль выходит в зал, чтобы проверить, все ли в порядке, ему на руки сваливается жалобно шипящий клубок из спутанных проводков, лампочек и одного возмущенного Змия, едва не завязавшегося узлом. В процессе высвобождения выясняется, что демон перевоплотился, чтобы пробраться в узкую щель над дверью и закрепить там кончик гирлянды, но что-то явно пошло не так.       В половине первого ночи Кроули, слегка взъерошенный, помятый, но ничуть не утративший чувства собственного достоинства, становится в середине зала и торжественно хлопает в ладоши. Весь магазинчик начинает искриться золотыми огнями, словно демон собрал в нем все когда-либо сотворенные звезды. На потолке над елкой сияет свитый из гирлянд ковш Большой Медведицы. Азирафаэль целует усталого, но распираемого гордостью демона. Они засыпают в обнимку на уютном диванчике на первом этаже, потому что подниматься в спальню ни сил, ни желания уже нет. Кроули уютно утыкается носом в шею ангела и мирно сопит, и Азирафаэль с нежностью вдыхает едва уловимый аромат тепла и свежего снега, которым пахнут взъерошенные кудри демона.       Утром Кроули рядом нет. Азирафаэль открывает магазинчик, и все посетители восхищаются дивными украшениями, спрашивая ангела, как ему удалась такая сложная композиция. Азирафаэль лишь скромно разводит руками и отвечает, что украшением лавки занимался не он. В обеденный перерыв ангел выходит, чтобы перекусить сладкими рождественскими блинчиками в кофейне через дорогу, а когда возвращается - всюду, абсолютно всюду висит омела. Буквально в каждом уголке с потолка свисает гроздочка белых ягод с острыми зелеными листиками, настойчиво призывающая под ней поцеловаться. На довольную физиономию искусителя невозможно взглянуть без улыбки.       Рядом с елкой стоит большая коробка. Кроули трижды отгоняет от нее любопытного Азирафаэля, ворча, что это нужно, чтобы вечером исправить его, ангела, скучную елку. Демон заваливается на тот же диван, и Азирафаэль вновь открывает лавку. И регулярно, каждые полчаса Кроули выходит в зал. Он находит среди стеллажей ангела, помогающего очередному клиенту с выбором книги, подходит своей обычной пританцовывающей походкой и невинно указывает на совершенно случайно свисающую с потолка омелу. И каждый раз получает свой заслуженный поцелуй, заставляя посетителей умиляться очаровательной паре.       Вечером они открывают коробку, и Кроули достает оттуда купленные им елочные игрушки. Они вместе развешивают на пушистых лапах золотые перья, искрящиеся звездочки, прозрачные с радужным отливом шары, напоминающие большие мыльные пузыри и даже один небольшой фарфоровый меч с вскипающими на нем язычками пламени. Ничуть не обиженный Азирафаэль шутливо тыкает им Кроули в бок, а демон смеется, довольный удачным подколом. Ангел, хихикая, спрашивает его, украсил ли тот растения. Часть из зеленых питомцев демона уже давно перекочевала на второй этаж книжной лавки, как, собственно, и сам Кроули. Демон всерьез задумывается, а потом уходит наверх с мотком золотистой мишуры. Позже Азирафаэль находит ее на толстом стебле фикуса по имени Гертруда. Когда на елке больше не остается свободного места, то по щелчку ангельских пальцев она становится больше.       В канун Рождества лавка закрыта. Они вместе готовят рождественский ужин. Точнее, сначала готовит один только Азирафаэль, а Кроули, закинув тощие ноги в облегающих джинсах на стол, покачивается на высоком стуле и листает Твиттер, то и дело поворачивая телефон экраном к ангелу, чтобы продемонстрировать тому очередное остроумное поздравление. Но постепенно демон втягивается в процесс готовки. Потому что Азирафаэль то "неправильно это режет", то "передерживает и сейчас спалит все к чертям", то еще что-нибудь. Ангел лишь улыбается и шаг за шагом уступает демону все больше места у плиты. В конце концов, ворчащий Кроули, сняв пиджак и заменив его чудеснутым из воздуха черным фартуком, делает все сам, а Азирафаэль сидит на барном стуле и влюбленно смотрит на демона. Он знает, что Кроули в действительности очень любит готовить, но тщательно это скрывает.       Когда темнеет, на улице не без демонического вмешательства начинает идти крупными пушистыми хлопьями настоящий рождественский снег. Вечер они проводят тихо. Жилая комната на втором этаже освещена только голубоватым светом телевизионного экрана и огоньками второй, маленькой елочки. Ангел и демон устраиваются на диване перед рождественским столом и смотрят один за другим те самые милые рождественские фильмы, которые все знают наизусть, но все равно пересматривают каждый год; пьют очень редкое игристое вино, вытащенное Азирафаэлем на свет Божий из глубин его коллекции; часто и подолгу целуются, нежно и ненавязчиво, а ангел при этом то и дело забавно косит глазами на экран.       В полночь с улицы слышится грохот салютов, оживленные голоса, музыка.       - В следующем году можно попробовать встретить Рождество вместе со всеми, - Кроули задумчиво крутит в руке бокал. - Пойти в клуб, например...       Азирафаэль согласно кивает. Еще без малого вечность впереди, чтобы вместе попробовать все, что захочется, и, конечно, повторить все, что понравилось...       - С нашим первым Рождеством, ангел, - демон улыбается так счастливо и открыто, что у Азирафаэля замирает сердце.       - С нашим первым Рождеством, Кроули, - повторяет он с нежной влюбленной улыбкой. Они с мягким звоном чокаются.       - Я почти уверен, что там джемпер! - говорит Кроули утром.       Они, как два больших ребенка, сидят под елкой, где за ночь чудесным образом появились их подарки друг другу. И не решаются открывать, переглядываются и нервно хихикают. Оба взволнованы, и каждый прекрасно видит это радостное волнение, написанное на лице другого. Кроули вертится, меняя позы: то ложится на живот, пристально глядя на Азирафаэля, то садится и скрещивает ноги, то вытягивает их во всю длину. Ангел поправляет игрушки на нижних ветках, свою рубашку, ленточку на коробке.       - Дорогой, рано или поздно придется открыть, - улыбается он.       Кроули снова перекатывается на живот. Косится на Азирафаэля и развязывает ленту. Тот поспешно делает то же самое со своим подарком, и несколько секунд слышится лишь шуршание оберточной бумаги.       - Я же говорил, что джемпер! - Кроули с победным возгласом вскакивает, разворачивая черный свитер ручной вязки с вьющимися золотыми змейками.       Азирафаэль уже жадно листает какое-то старинное коллекционное издание. Больше он пока ничего не может сказать о своем рождественском подарке, потому что мысли его сосредоточены на другом. Он чмокает Кроули в щеку.       - Я хочу, чтобы ты надел, - мягко улыбается ангел.       Уголки его губ все же прыгают. Кроули выгибает бровь, но начинает натягивать джемпер поверх рубашки. Азирафаэль, как только голова демона скрывается в складках свитера, ныряет куда-то под елку и шарит там руками. Демон, заметив, что ангел отвлекся, поспешно надевает джемпер и запускает руку в карман джинсов.       Они поворачиваются друг к другу одновременно.       Оба застывают с приоткрытыми губами, к которым примерзли готовые сорваться с них слова.       Кроули, что ему совершенно несвойственно, краснеет до ушей.       Розовые щеки Азирафаэля бледнеют.       Маленькая коробочка в руках у демона нежного кремового цвета, как любимое пальто ангела, и похожа на изысканное пирожное.       Бархатный минималистичный чехол на ладони у Азирафаэля черен, как Бентли.       - Дорогой, рано или поздно придется открыть, - через несколько секунд повторяет ангел внезапно охрипшим голосом.       Демон, не сводя с него глаз, дрожащей рукой распахивает коробочку. Одновременно с этим слышится шорох раскрывшегося бархатного чехла. И ответ, ради которого каждый из них так ждал этого рождественского утра, становится очевиден и без слов.       Днем ангел и демон выбираются на прогулку в парк. Все вокруг присыпано воздушным пушистым снежком. Он все еще летит с высокого, подернутого облаками неба, и Кроули то и дело возмущенно стряхивает его со своей огненной шевелюры. Тонкие пальцы демона мерзнут и коченеют, но надевать перчатки он упрямо отказывается. В конце концов, Азирафаэль оттягивает свою широкую вязаную варежку, и ладонь демона ловко пробирается внутрь, переплетаясь пальцами с ангельской. И только новое кольцо на безымянном пальце Кроули на мгновение цепляется за петельку. Он неловко поправляет его и перехватывает счастливо-влюбленный взгляд ангела.       Вечером они пойдут праздновать это в "Ритц".