Акихико. Сокровище клана.

Я потерял всякий счёт времени. Тут я минимум день или два. Проснулся я от дикой боли. Кожа, мышцы, всё страшно болело, горело, будто бы каждую складочку тела, каждую мышцу, обвели острым скальпелем, насыпали соли, облили бензином и подожгли. Шевелиться не хотелось, хотелось валяться в забытьи, но вне никто этого не дал делать. Дышал я и то через раз. Разбудила меня порция электричества, заставив ловить воздух ртом, будто рыба, выброшенная на берег, а следом за ней внезапно включился яркий свет. Я, щурясь будто вампир, посмотрел на дверь. Она щёлкнула, оповещая о том, что у меня посетитель, и в неё зашёл мой шанс на спасение. Он был уже не столь весел, как раньше, лицо его то и дело искажалось от боли. Сколько он уже страдает так, я не знал, но день минимум. – Ты! – Прорычал он. – Сын собаки, что ты со мной сделал? Мои внутренности горят, так ещё это как то перешло на мою семью. Я сквозь боль улыбнулся. Видимо у него дома что-то случилось, и он принял мои слова всерьёз. Ох уж эта обывательская наивность. Простолюдины, и я раньше, совершенно не представляют, как устроены силы одарённых. Потому то и высок шанс, что он поведётся на мою ложь. Он мог оказаться крепким орешком, и попросту умереть, но любой вцепиться зубами, когда речь идёт о его семье. Именно сейчас она может спасти меня. – Что ты со мной сделал? – Пылая справедливым гневом, сделал он шаг вперёд, и тут же согнувшись от боли. Кряхтя словно старый дед, я сел. Прислонился спиной к холодной стенке, посмотрел на него, и улыбнулся. – Тебе же нравятся страдания? – Кривясь, спросил его я. Даже дышать было больно. – Ну, так страдай. – Ах ты, урод! – Он замахнулся и ударил меня по ноге, едва, правда, сам не свалился. Больно. – А если серьёзно, то всё просто внутри тебя немного моей внутренней энергии, что отравляет твоё тело. И пока я её не вытяну, ты будешь страдать, ну и в конце умрёшь. – Скорчив грустную мордочку, развёл руками я. – Ну, так вытягивай! – Рявкнул недовольно куратор-конвоир. – Не могу. – Развёл руками я. – Ваш браслет не даст. Даже если бы я и хотел, ничем помочь тебе не могу. – Но ты меня как-то заразил. – Медленно растягивая слова, проговорил он. – Да, и помочь тебе тоже смогу только я. – Я оскалился. – Хочешь, проверь. Я пока тут побуду. Было видно, что осторожность борется внутри его с болью, что он испытывает. Судя по вороватому взгляду, который он бросил на выход, а так же тому, что он закрыл дверь, боль победила. Я улыбнулся. – Что нужно делать? – Он нервно облизнул губы. – Ничего сложного. – Я указал на браслет. – Всего лишь дать мне снова воспользоваться своими силами. – Видя, что он колеблется, я добавил. – Только так я смогу вытянуть из тебя то, что тебя отравляет. Его лицо исказила очередная порция боли, и здравый смысл покинул его, почувствовав возможность избавиться неприятных ощущений. Он спешно потянулся к поясу, на котором висела магнитная карта. Корчась от боли, стараясь как можно меньше двигаться он, присел на корточки передо мной, и дрожащей рукой протянул ключ к браслету. Свершилось! Высокотехнологичная штучка отщелкнула, и я снял ненавистный предмет со своей ноги. Прохладным потоком в жаркий день в моё тело хлынул мощный поток энергии, смывая боль и усталость. Тело переставало болеть, и я обрёл возможность двигаться. Первым делом я нанёс короткий удар по горлу охранника. Он думал, что я его лечить буду. Три раза ха! Мужчина, задыхаясь и хрипя, повалился на то место, на котором валялся я. Я же вскочил. Тело было переполнено энергией, которая требовала, чтобы я разнёс тут всё к чертям, однако разум требовал осторожности. Один раз меня спеленали уже. Я стал раздевать мужика. Надев на себя его форму, которая оказалась мне мала, и от любого резкого движения грозила порваться на мне, я проверил карманы. Пусто. Единственный ключ, это магнитная карта. Всё. А, ну ещё и кнопка, видимо вызывавшая разряды. – Примерь вот это. – Я защелкнул на его ноге браслет. – Тебе идёт. По моим подсчётам жить тебе друг немного осталось, поэтому я даже убивать тебя не буду. Воспользовавшись картой, я выскользнул за дверь. Коридор был пуст. Я помнил только, как добраться отсюда до места, где меня пытали. С другой стороны, когда не знаешь куда идти, то можно выбирать любое направление. Потому-то я и пошёл в знакомом направлении, надеясь, что встречу кого-нибудь, кто подскажет мне выход. Охраны в подобном месте было не много. Возможно, они понадеялись на турели, что висели у потолка, возможно на то, что без энергии одарённые вообще ни на что не способны. Но даже дорогу до выхода спросить было не у кого. Внезапно вдалеке мелькнул белый халат, и резко свернул в один из кабинетов. Я, немного ускорившись, добежал до кабинета, и, воспользовавшись картой, зашёл вовнутрь. Какого было моё удивление, когда я встретил там доктора Ги, с ассистентом. Это было что-то типа лаборатории. Доктор стоял у одной из стен, а его ассистент сидел за столом, с кучей документов. Удивились и они, настолько, что ассистент полез куда-то под стол. Опасаясь, что он нажмёт тревожную кнопку, я в момент оказался рядом с ним и схватил его за руку. – Тебе это не нужно парень. – Сказал я и резким движением сломал ему руку. Раздался противный хруст. Парень заорал от боли. Я увидел карандаш, лежащий на столе, за котором он сидел и оскалился. – Доктор, а хотите фокус? – Задорно спросил я. Я поставил длинный деревянный карандаш прямо, и, схватив скулящего паренька за волосы, с силой опустил его голову на остриё карандаша. Он пробил глаз и вошёл куда-то в мозг. Паренёк задёргался и обмяк. – Тадам! – Я с видом фокусника показал на стол. – Он испарился. Доктор кинул в мою сторону пустую колбу, а затем попытался меня атаковать силой. Видимо у него был аспект земли, судя по резко возросшему на меня давлению. Ничего себе, парень владеет гравитацией. За время заключения, я понял, что для управления энергией требуется концентрация, потому-то я, напрягая всё своё тело, рванул в его сторону. От напряжения на рубашке оторвались пуговицы, дробью застучав по полу. Будь давление не столь чудовищным, то он бы меня даже не заметил, а так, я двигался со скоростью обычного человека. Сильно возросшая гравитация давила так, что даже дышать было тяжело. Но стоило мне врезать корейцу, в плечо, как давление исчезло. А я, похоже, сломал ему что-то. – Спрашиваю один раз доктор. – Прошипел ему я. – Как отсюда выйти? Доктор Ги презрительно сплюнул, я же обняв его за плечо, и слегка сдавив, дружелюбно у него поинтересовался. – Доктор, вы жить хотите? Мужчина, видимо поняв, что жить он всё же хочет, а сопротивление бесполезно, кивнул головой. – Если я отсюда уйду, вы выживите. – Медленно проговорил я.– А если вы устроите цирк, то я покажу ещё один фокус, но уже на вас. – Я оскалился. Видимо доктор Ги был не очень смелым человеком, так что он кинул быстрый взгляд на тело ассистента, валявшееся на полу в луже крови, и закивал ещё быстрее. – Пойдёмте. – Его губы задрожали. Я помог ему подняться и спрятать сломанную руку под халат, сделав своеобразную перевязь. Рубашка охранника на мне за все это время приключений треснула, отлетели пуговицы, так что видок у меня был тот ещё. Мы вышли в коридор. Пройдя до пункта охраны, которые удивлённо уставились на доктора и на меня, видимо местные охранники так же надеялись на систему охраны, потому даже не смотрели в камеры, которыми усеяны все коридоры. Что же, им же хуже. – Откройте дверь! – Приказал Доктор Ги. Охранники поглядывали на меня, и открывать дверь не торопились. Наоборот один подошел к прозрачной двери, засунул руки в карманы и, будучи уверен, что он в безопасности слегка нагло спросил. – Назовитесь. – Если бы я был с ассистентом, то в принципе здравая мысль спросить кто это, но спрашивать об этом доктора Пэкче. – Доктор Пэкче Ги. – Жёстко ответил он. – Начальник исследовательского центра. И если ты сейчас не откроешь дверь, то ты отправишься в закрытую зону, и не охранять, а на опыты! Охранник, видимо бывший новичком, побледнел, а двое его товарищей, которые предварительно отвернулись, делая вид, что заняты важными делами, покатились со смеху. Видимо разыграли новичка. – Доктор Ги. – Другой охранник подошёл к двери. – А с вами кто? Что-то я не припоминаю такого бугая среди своих ребят. У вас всё хорошо? – Да. – На мой взгляд, слишком поспешно выпалил Ги. – Это один знакомый, в ходе эксперимента, испортилась одежда. Открывайте! – Закончил он нетерпеливо. Охранники переглянулись, пожали плечами и нажали на кнопку. Дверь стала медленно отъезжать. Но на меня поглядывали с подозрением. Потому я зашёл вслед за доктором, ускорился, и тремя точными оплеухами упокоил их. Тела рухнули почти одновременно. Мы находились в пропускном пункте – контрольном пункте. Видимо тут были стационарное управление браслетами заключенных тут людей, коих было не много. Камеры показывали пять человек. – Эй, доктор. – Я указал пальцем на экраны камер заключённых. – Как их открыть и снять браслеты? – Ты хочешь их освободить? – Полным голосом ужаса прошептал он. – Нельзя! Они опасны! – Все мы опасны. – Нет! Это натуральные психопаты, а мои эксперименты только усилили это. Они никогда не должны выйти. – Какая кнопка? – Я стукнул по столу. Мужчина, видимо поняв, что иначе я потащу его собственноручно снимать эти кандалы и открывать двери, указал на небольшой щиток. За ним было две кнопки. – Это экстренное управление. – Он указал пальцем. – Красная открывает все двери, зелёная снимает кандалы. Это на случай эвакуации. – Пояснил он. – Но учти, сразу же включиться тревога. Я улыбнулся. Я выскользну из рук Нисимура, и испорчу их делишки. А за головами этой парочки я приду позже. Взяв крепко за локоть Ги, я подвёл его к щитку. – Открывай и жми. – Приказал я. Он затравленно посмотрел на меня. Да, видимо доктор из тех людей, что любят причинять боль, и могут вести себя как хозяин положения, только со скованным человеком. Стоит ему понять, что он бессилен, и проявляется его настоящая натура. Жалкий, дрожащий человечишка. Если ты готов убивать и лишать кого-то близких, пытать кого-то, то будь готов и сам к потерям, пыткам, и, в конце концов, к гибели. Врядли наёмники доживают спокойно до старости. – Жми! – Я сжал его локоть, отчего он вскрикнул, и тут же нажал на две кнопки. Почти сразу же завыла сирена, и включились дополнительные источники освещения. Я глянул на монитор. Двери распахнулись, и из них, разминаясь, стали выходить люди. Женщина в возрасте, девушка и трое парней. Видимо знакомых друг с другом. Ну, ребята, чем мог, помог. – Всё! Валим отсюда! – Прикрикнул я, и стал толкать доктора в сторону выхода. Он словно специально замешкался. – Я тебе сейчас шею сверну, будешь медлить. – Прорычал я. Пэкче засеменил рядом со мной. Коридор на выход, по которому мы шли, был достаточно узким и постоянно изгибался, словно специально был построен для того, чтобы не дать большой толпе людей просто отсюда выбежать. В какой то момент мне пришлось идти следом за ним. Постоянно ускоряя его тычками в спину. Внезапно, за одним из поворотов, мы встретили отряд тяжеловооружённых охранников. Их было трое, одеты в чёрную броню, один держал здоровенный пулемёт. Размерами они были с меня, а с пулемётом даже выше на голову, он почти задевал шлемом потолок. – Доктор Ги. – Пробасил здоровяк. Я же напрягся. Самоуверенности у меня за последнее время поубавилось. – Да. Мы торопимся. – Затараторил он. – Пропустите! Там – он кивнул в сторону, откуда мы пришли – пятёрка психопатов разгуливает. Здоровяк ничего не ответил, вместо этого он приложил руку к уху, что-то прослушал, и, перестав удерживать здоровенное оружие, отчего оно просто стало болтаться у него на уровне пояса, держась за хитрое крепление, достал пистолет и выстрелил доктору Ги в лоб. Тот с застывшим на лице выражением гнева и недоумения, словно ребёнок которому показали конфету, но съесть её не дали стал падать. – Вы уволены доктор Пэкче. – Пробасил здоровяк. Я напрягся. И стал ускорять движение энергии по моему телу. Здоровяк, не давал пройти, заполняя собой почти всё пространство коридора. Я стал напитывать кулаки, ноги и глаза, параллельно пытаясь ускорить сознание. Начни он стрелять из пулемёта, и всё, выжить я не смогу. У всего есть предел, этому меня научила Розмари, своей гибелью. – Парень, вернись в камеру. – Я более чем уверен, что под шлемом он улыбался. – А ты заставь. – Вырвалось у меня, и я бросился на него. Удар руки по пистолету, вопреки моим ожиданиям, не заставил его выронить оружие. Видимо парень тоже физик. Но ствол деформировался, и я более чем уверен, что стрелять из него не получиться. Здоровяк откинул бесполезный кусок металла и, не замахиваясь, ударил. Я был готов к чему-то подобному, потому и отвёл его удар скользящим блоком. Отпрыгнуть и атаковать его сбоку я не мог, не позволяла узость коридора, но и она же не позволяла двум другим атаковать меня. Я бил тоже без замаха, стараясь превзойти моего оппонента скоростью. Но или броня была сильно хорошей, или он держал удар, пробить его никак не получалось. И это с моей силой то! Здоровяк, видимо устав от моих бесполезных попыток его достать, перешёл из защиты в атаку. Уклоняться от его ударов было не очень сложно, учитывая, что по скорости я мог соперничать с мастером Абэ, а вот на жёсткий блок такие удары лучше не брать. Больно. Параллельно с этим, я пытался найти слабые места брони. По сути их не было. Вообще у меня возникло ощущение, что я дерусь с роботом. Огромным таким себе роботом. Я отскочил назад и встал в боксёрскую стойку. Здоровяк хмыкнул и достал большой блестящий нож. Помощь пришла, откуда я её не ждал – сзади. В здоровяка прилетел огненный шар, от которого я увернулся на рефлексах, пропустив его над собой. От удара он отшатнулся, я же из положения пригнувшись, сделал подсечку. От силы удара моя нога онемела, но и закованному в броню пришлось не сладко – Он упал. – Это группа зачистки! Нужна помощь. – Раздался голос одного из стоявших за гигантом. В него тут же прилетел другой огненный шар, словно греческий огонь или напалм облепив его тело, превратив в свинину, запекаемую в фольге. Крик и запах стоял дикий. Я резко обернулся, за мной стоял один из парней, которых я выпустил. Коротко ему кивнув, я бросился на здоровяка, который пытался подняться. Удар коленом сбил с него оплавленный шлем, представив мне лысую голову, которую я стал методично избивать. Он рухнул опять, я же сев сверху, стал методично вколачивать его голову в пол. Чувствуя как с каждым ударом, страх, что я почувствовал вначале, медленно покидает меня. От головы здоровяка осталось только кровавое месиво, с кучей костей. Взяв его нож, я на всякий случай с силой всадил его ему в голову, пробив череп. Вспомнив, что минимум ещё один из группы зачистки жив, я поднял голову. С ним разодрались беглецы. Трое парней, женщина и девушка смотрели на меня. Я им кивнул, и они поторопились на выход. Я последовал за ними. Дрались мы буквально у выхода. Не сговариваясь, мы разделились и рванули в стороны, стоило нам оказаться на улице. Как оказалось, мы были в одном из промышленных пригородов Токио. Как раз на окраине. Перемахнуть через забор с разбега не составляло никакой сложности, боль от драки прошла. Будь я обычным человеком, сдох бы давно. Когда-то давно, а по ощущениям в прошлой жизни, Розмари заставила меня заучить некоторые из её схронов. Тогда я отмахивался, мол, не нужно мне это, зачем, если есть смартфон с картой, но сейчас, бегая по улицам в порванной рубашке охранника и грязных штанах, я осознал, что оказывается можно остаться, грубо говоря, с голой задницей. Схрон представлял собой старую квартирку, в настолько неблагополучном доме, что американцы назвали бы весь этот район словом гетто. Нет, конечно, мусора или разрисованных стен не было, всё же мы находимся в сердце Японии, но и год постройки дома, и общая обветшалость давали о себе знать. Плюс отсутствие людей на улице. И зашторенные окна. Либо тут живут хиккикомори, либо на улицу лучше не выглядывать. Первым порывом было сбежать как можно дальше от владений Пэкче или чья там была тюрьма-лаборатория, но затем до меня дошло, что в таком неприглядном виде далеко я не уйду. До первого полицейского участка. А драться с официальными представителями императора желания не было. Мне тут ещё жить. Потому-то я и стоял перед обшарпанной, оббитой металлическими листами дверью. Ключ как всегда был в дверном звонке, сняв небольшую, сероватую коробочку, я его нашёл и открыл дверь. Внутри было тесно, темновато, окна были занавешены плотными шторами, по толщине больше напоминавшими пледы. Пахло отвратительно. Протухшей китайской лапшой, что покрылась плесенью, и стояла на небольшом столике. Стены были обклеены звукоизолирующим покрытием. Чёрные такие пластины с пирамидками. Закрыв дверь на щеколду, я прошёл дальше, взяв коробочку с лапшой, понёс её выкидывать в мусор. Розмари была тем ещё поросёнком. Есть хотелось неимоверно. Открыв холодильник, я увидел лишь одиноко лежащий огурец, и кусок сыра, заветренный до невозможности. Есть это, я не рискнул. Я хлопнул дверцей холодильника. Мда.… Надо срочно переодеться, найти оружие, деньги и сваливать отсюда. Перекушу по дороге. В шкафу как всегда валялось оружие, несколько сумок, а так же одежда. Толстовки и джинсы. Толстовка, видимо оверсайз, довольно модный в наше время, мне пришлась впору. А вот в джинсы влез я с трудом. Хорошо ещё, что они тянуться, иначе бегал бы я в этих порванных брюках и далее. Скинув добытое на диванчик, я отправился в душ. Наконец-то горячая вода. Пока я расслабленно лежал в ванной, думал о том, что делать дальше. Оставаться в Токио не вариант. Необходимо вырваться, хоть к тому же Абэ сенсею, а там, основательно подготовившись, уже можно надавать по щам Нисимуре. В памяти всплыл момент, как меня буквально как беспомощного ребёнка спеленал Таро Ямада, оказавшийся внезапно наследником клана Нисимура. Нужно будет на встречу с ним что-то придумать, чтобы не повторять ошибок прошлого. Выйдя из ванной, насухо вытираясь полотенцем, что висело на двери, я решил одеться, собрать сумку и сваливать из этого депрессивного местечка. Одевшись, действительно джинсы едва на меня налезли, Я решил проверить несколько тумбочек, стоявших около шкафа. Деньги, разными купюрами, мелкими и не очень, рассовал по карманам. Настроение стремительно улучшалось. Живём! Какие-то документы, выписанные на имя Рото Асикавы, к моему удивлению выписанные недавно, значит наёмница, до своей гибели была тут. Права, я на всякий случай засунул в карман. Ключи от машины. Странно. Я видел несколько старых машин припаркованных рядом с домом, если подойдёт, то у меня будет средство для того чтобы свалить отсюда. И огромное количество старых, чеков, каких-то фотографий, связывающих Дайчи сана, и доктора Ги. Сделаны они были в разные моменты. Ладно. Вернувшись к шкафу, я вытащил на свет божий пистолет, неизвестной мне ма0рки, больше похожий на пластиковую игрушку, а так же патроны к нему. Тащить что-то громоздкое не хотелось, всё же я по-тихому должен уехать, а не устраивать зрелищный отход, как в американских боевиках. Розмари всегда говорила, что цель наёмника ускользнуть максимально тихо, сменить внешность, и дать дёру. – Если что-то идёт не так, то бросай всё и старайся ускользнуть. – Говорила она. Потому я выходил из её схрона налегке. Чистый, переодетый, с какими-то деньгами и одним единственным пистолетом. Спустившись по лестнице и выйдя на улицу, я отправился к небольшой стоянке. Достав ключи и нажав на кнопку сигнализации, я стал смотреть на машины. У одной из стоявших старых развалюх, бесшумно замигали поворотники. Машина встретила меня слоем пыли. Видимо если Розмари и была тут, то этой машиной она не пользовалась. Надеюсь, что она заведется и доедет хотя бы до аэропорта. Большего мне и не нужно. Немного покряхтев и пощёлкав, видимо разрядился аккумулятор, она завелась. Мне чертовски везёт. Бензина был полный бак. Первым делом я заехал в один из кафе, заказал много еды в одном окне, забрал заказ в другом. Всё это время я крутил головой, ища слежку. Её не было. Я на своей старенькой мазде был попросту никому не интересен. Перекусив колоссальным количеством еды, прямо в машине на парковке, рядом с кафе, я вышел из неё, выбросил мусор, и вернулся обратно в машину. До аэропорта Ханеда, ехать было около часа, посему я решил не тратить время попусту и заведя свой драндулет, втопил по газам. Надеюсь, что Абэ сенсей разрешит перекантоваться у него немного. *** Нисимура Дайчи сама был счастлив. С момента захвата им власти, и убийства тирана и деспота деда, он, и только он, вознёс клан на небывалую высоту. Копивший силы и богатства дед, что б ему было пусто, сидел как дракон на сокровищах, не понимая или не желая что-то менять. А он, самолично за короткий промежуток времени создал альянс, и захватил в нём власть. Теперь дело за малым. Смерть императора и молниеносный захват власти. Аристократы трусливы, привыкшие к неге, они не посмеют даже пикнуть, ну а простолюдины…. Дайчи всегда было плевать, что о нём подумает кто-то из них. Их дело работать, производить ресурсы. Обслуживать высшее сословие. Его размышления прервал вошедший в кабинет наследник. Дайчи сама был горд им, и жалел что это не его сын. Парень оказался слегка заносчив и тщеславен, но упорства и умения рисковать, ему было не занимать. Правда, выглядел Шоджи не очень. Бегающий взгляд, трясущиеся руки, мешки под глазами. – А вот и моя гордость! – Расплылся в улыбке глава клана. – Что случилось? – Дайчи сама, скажите, у вас есть ещё? Парень долго не осмеливался просить своего патрона о ещё одной дозе, но то ощущение могущества, не покидало его, не давало ему спать или сосредоточиться на чём-либо. Всё что ему хотелось, больше силы, больше могущества. Та лёгкость, с которой он победил этого выскочку Акихико, прошла, оставив за собой ощущение пустоты внутри. Там, где до этого струилась энергия, широким потоком, осталась лишь боль и пустота. Так что Шоджи кун, как мышь из эксперимента Джеймса Олдоса и Питера Милнера, хотел раз за разом принимать таблетки. – Что-то случилось? – Не на шутку испугался Нисимура Дайчи сама. –Нет. – Парень замялся. – Просто без них я не чувствую себя полноценным. А с ними, мне кажется, я могу горы свернуть. В кабинете, секретаря предшествующем кабинету главы, раздался шум падения тяжёлых папок, а затем в кабинет без стука вбежал обеспокоенно выглядящий секретарь. По нему было видно, что стряслось что-то страшное. – Наша исследовательская лаборатория. – Выпалил он. – Дайчи сама, та самая лаборатория в которой работал доктор Ги, с оставшимися живыми Токугава, в ней что-то произошло. Включили сирену. Мне только что позвонили, группа зачистки пропала. Настроение Дайчи резко поползло вниз. Только что, всё было почти идеально, не считая подсевшего на идеальный наркотик наследника, и вот всё полетело в тартар. – Твою мать! – Воскликнул он ударив по подлокотникам. – Чёрт! Чёрт! Чёрт! – Он вскочил и стал нарезать круги по своему кабинету, вцепившись в волосы. Следует пояснить, что он не боялся того, что их не совсем законную тюрьму обнародуют, император слаб как никогда, а у него мощная поддержка. Он не боялся оставшихся в живых Токугава, и их мести. Случилось то, чего он боялся больше всего. Его идеально выверенный план, следуя которому они бы собрали группу из пленённых Токугава, и этого пацана. Ги клялся, что есть один из составов, которые позволили бы ему, в теории, конечно же, недолгое время контролировать их. А так как Юто сказал, что император будет в здании Ито, выступать с речью, надеясь предотвратить конфликт, это было бы невероятно удобно, если бы его прикончили в прямом эфире те, кому он доверил свою армию. – Отчёт мне быстро! – Рявкнул он. Секретарь вздрогнул и выбежал за дверь, забыв её прикрыть. Дайчи стал думать, совершенно не обратив внимания на собственного наследника, который что-то бормотал. Так, если случилось страшное и их не поймают, то придётся отправить кого-то еще. Своих бойцов отправлять нельзя, а вообще, никак не реагировать на такую возможность глупо. Хрен знает, когда ещё идиотизм императора заставит его высунуть нос из дворца. А штурмовать дворец нельзя, кровью умоемся. – Что же такое делать? – Он нервно мерил шагами комнату. – Дайчи сама. – Смиренно склонил голову наследник. – Давайте я пойду на поиски беглецов. Это немного отрезвило Дайчи. Строит планы, не узнав, что происходит. Плюс, бросив короткий внимательный взгляд на наследника, ему понятно, что в таком состоянии его лучше никуда не выпускать. Наследник у него только один. Пока что. –Так.– Он, хмурясь, посмотрел на парня. – Ты сейчас отправляешься к доктору Адамсу.– Видя, что парень что-то хочет возразить, он тут же прервал все его возражения взмахом руки. – Немедленно. Я проконтролирую позже. Сейчас, если мы хотим возглавить эту страну, нам нужно поменьше светиться. Особенно тебе, особенно в таком состоянии. Бегом к доктору. Парень подчинился и быстрым шагом вышел. Дайчи же не желая садиться, ходил по кабинету. Адамс, присоединился к ним почти сразу же после гибели Миллеров. Он был наёмным работником, так что не видел ничего зазорного, чтобы продлить свой контракт, и немного видоизменить его с временного на постоянный. Вспомнив об Адамсе, в голову пришли ещё несколько человек Миллеров, которые вернулись в отель, ставший базой и опорным пунктом для альянса Нисимуры, ну для его руководящей части. В отличии от Стива, Генри негласный лидер вернувшихся, вежливо выслушал произошедшее, спокойно узнал о том, что остальные приняли решение влиться в клан Нисимура, на правах отдельной ветви и с улыбкой заключил, что он и его бойцы просят оказать им честь и дать право именоваться Нисимура- Миллеры. Дайчи естественно не отказал. Группка у Генри была небольшая, человека три, и довольно таки слабые как маги. Всего лишь уровень ученик, но вот как бойцы, стрелки и всё подобное им не было цены. По крайней мере, так было написано в документах Леона. А сам Генри к тому же был не магом, а физиком, правда, тоже чертовски слабым, учеником. Но и брали они не столько мощью, сколько знаниями, навыками и хитростью. – Что там с отчётом? – Недовольно рявкнул Дайчи, выгляну из своего кабинета. Секретарь говорил по телефону. – Держите меня в курсе. – Сказал он и положил трубку. Встал и подошёл к главе клана. По его выражению лица, было видно, что у него плохие новости. Дайчи махнул рукой ему, чтобы он заходил, и вернулся к своему столу. Сел в кресло. – Дайчи сама, – Слегка дрожащим голосом начал секретарь – новости неутешительные. – Что там! – Почти зарычал мужчина. – Не тяни! – Группа реагирования, прибыв на место, заключила, что охрана и персонал станции убиты, некоторые весьма жестоко, группы зачистки найдены мёртвыми, а заключённые сбежали. Их следов не найдено. – Камеры проверили? – Ни на что, не надеясь, спросил Дайчи. – Проверяют, однако, на весь процесс уйдёт не одни сутки. – Вжал голову в плечи секретарь, явно опасаясь реакции главы. Дайчи вздохнул. Покусал губы. Ситуация выходила неприятная. То что это актив Пэкче, немного дополненный Нисимура, делало ситуацию более неприятной. Они могут попытаться спросить с него за утерю. Но с этим он разберётся позже, пообещав им что-нибудь. – Можно передать данные на беглецов полиции. – Аккуратно подал идею секретарь. – Ага, ориентировку на трёх мёртвых Токугава, мать одного из генералов и дочь другого полицейского офицера. – Сыронизировал Дайчи. – Нет. Искать только своими силами. – Видя непонимающее лицо секретаря, он добавил. – Силами альянса дубина! Секретарь кивнул, и уже было хотел выйти, как Дайчи, его окликнул. – Вызови мне американцев. – Он потёр лоб. Придется идти на это. – Группу Генри. – Пояснил он. *** Абэ Такеши, или как чаще всего его называли Абэ сенсей, был человеком не робким, и мало что в этом мире могло его напугать. Его, человека не дюжинной силы и ума, не подкосила даже гибель клана, которому он отдал уйму своего времени, гибель всех учеников, кроме одного пропавшего уникума, и даже на творящуюся в стране вакханалию он смотрел с поистине чудовищным спокойствием. Но его, умудрённого опытом и закалённого горем человека до жути пугала мамаша его бывшей ученицы. Мать Розмари была женщиной, которая не признавала авторитетов, и не знала, слова нет. Собственно с этим, словом её и пытался познакомить Такеши. – Нет! – Громко крикнул он, указывая на неё пальцем. – Нет и ещё раз нет! –Почему? – Эта женщина была до безумия невозмутима. – Почему мы не можем прийти и покарать их. Она была моей дочерью! Единственной! Никогда семья Малфруа не оставляла гибель кого-то из нас без внимания! – Потому-то вы все и вымерли. – Добавил старик. – Сколько вас осталось? – Под моей властью много людей, и стоит мне только щёлкнуть пальцами… – Гневно начала эта невозможная женщина. – Разговор окончен. – Жёстко сказал старик и уткнулся в видеоигру. – Хотите ехать и вливаться в эту вакханалию, я вас не держу. Я в этом участвовать не буду! Белла Малфруа обиженно надула губы и отвернулась. Ехать одной, пусть даже с охраной, в столицу незнакомой страны, объятую беспорядками, идея такая себе. Потому-то она и склоняла мистера Абэ к этой идее. Вообще Белла Малфруа была женщиной с хорошо подвешенным языком, буквально несколько фраз хватало, чтобы её поняли, поняли сословную разницу и сделали так, как сказала она. К сожалению некоторые сильные, волевые личности, такие как Такеши плевать хотели на её мнение и желания. Потому изо дня в день она осаждала эту неприступную крепость. Она гневно уставилась на его спину. Такеши казался полностью вовлечённым в процесс игры, и казалось, что его больше ничего не отвлекает, но Белла не вчера родилась, и поэтому доставала его, из раза в раз прося и требуя отправиться в Токио. Он не поддавался, и вообще после новостей, о взрыве на стройке, казалось жил около телефона, видимо ожидая звонка от непутёвого ученика. Звонков не было. Звонил оннесколько раз, в последний как раз объявив, о том, что отомстит за Розмари. И как раз таки упоминал эту стройку. А потом этот взрыв, по телевизору сказали несчастный случай, а люди в интернете писали, что слышали стрельбу. И звонки прекратились. – Мы хотя бы найдём этого Акихико! – Закинула она последний из имеющихся у неё разумных доводов. – Он же не звонит сам и не отвечает! Стоило ей договорить, как телефон, лежащий на полу рядом с Такеши саном, зазвонил. Он молниеносным движением схватил трубку и немного напряжённым голосом ответил. – Алло. Так проходило всё врем с момента последнего звонка его ученика. Преданно и напряжённо он ожидал звонка, или от самого подопечного, или из полиции, с приглашением на опознание. Несколько раз звонили, говоря, что попали не туда, пару раз было такое, что звонили люди не важные, а то и совсем с глупыми вопросами и предложениями. Обычно спокойный мастер Абэ, злился и что-то кричал в трубку на японском. – Учитель. – Раздался в телефоне голос его нерадивого ученика. – Со мной всё в порядке. – Где ты? – Выпалил Абэ сенсей, несмотря на свою показную чёрствость, он сильно привязался к мальцу. – Я… – Раздалась невыносимо долгая пауза, показавшаяся Такеши вечностью. – Я в аэропорту. В Токио становится жарко, я перекантуюсь у вас? – Да. Конечно. – Поспешно сказал старик. – Во сколько тебя ждать? Белла Малфруа наблюдала за этой картиной с лёгкой полуулыбкой. С одной стороны она была рада, что друг Розмари, человек который был с ней на момент её смерти в порядке и скоро прилетит. С другой же стороны она нашла действенный способ позже вырваться в Токио, чтобы покарать всех виновных в гибели её ребёнка. Абэ Такеши положил телефон и шумно выдохнул. Напряжение последнего времени требовало выхода, потому он громко рассмеялся, чем вызвал удивление от Беллы. – С тобой всё хорошо? – Спросила она на английском. – Я в порядке. – Ответил он ей. – Теперь я в порядке. Старик выключил приставку, с показным кряхтением встал с татами и отправился тренироваться, а так же подбирать подарок своему удачливому ученику. *** – Ваше императорское величество. – Раболепно согнулся в поклоне Сэберо сан. Император с большим удовольствием смотрел как один из самых богатых и влиятельных простолюдинов гнёт спину перед ним. Он повелительно махнул рукой, мол, можешь разгибаться. Ито выпрямился, всем своим видом показывая какая для него честь принимать у себя Императора. – Ну, показывайте, где будем меня снимать. – С интересом проговорил парень. Охраны в этот день было так много, что Сэберо сан на мгновение засомневался в том, что императора сегодня убьют. Весь день до приезда императора, его охранники досконально проверили всю башню, и даже окрестные дома, слегка растягивая кольцо охраны на большую площадь, но, тем не менее, Сэберо сан надеялся, что его хитрый план сработает. Он повёл Императора, что крутил с восторженным лицом по сторонам, рассказывая и показывая, что где находится. – А вот тут ваше императорское величество у нас снимаются шоу. – Проводя мимо очередного павильона, разглагольствовал Сэберо. – А какое? – Не унимался глава государства. – Правда или позор. – Сказал Ито, мысленно закатывая глаза вверх. Реакция мудрого и всеведущего была поистине детской. Он захлопал в ладошки, искренне радуясь. – Хочу обращаться к народу отсюда! – Повелительно приказал он. – Ваше императорское величество, нельзя. – Терпеливо, будто ребёнку объяснял советник. – Камеры уже приготовлены и люди ждут снимать в другой студии. Император посмотрел на советника так, что было ясно, затаил обиду, и отомстит позже. Сложность работы советника состояла в том, чтобы никто не мог догадаться о том, что у современной и сильной в принципе державы у руля сидит не повзрослевший идиот. И наградой могла служить смерть, так было с его предшественником. И походу то же самое ждёт и его, так что тревожный чемоданчик, любовно собираемый им, скоро может ему пригодиться. – Хорошо. – Сквозь зубы процедил тридцатилетний ребёнок. – И пожалуйста, идите по тексту. – Добавил советник. До студии, в которой готовились к съемке, они дошли в неловкой тишине. Сэберо, благодаря своим связям знал, каков император на самом деле, но даже он был шокирован. Ему казалось, что ему просто нет никакого дела, до внутренней кухни, а оказывается что это только верхушка айсберга. Вот она антиреклама несменяемости власти. Держать на престоле идиота, в память о его славных предках… Через каждые несколько метров стояли гвардейцы охраны, вооружённые до зубов. Правда большинство из них было простыми людьми, простыми и тренированными, предыдущий император демонстративно не доверял аристократам, и был уверен, что для его охраны лучше подойдут простолюдины, которых он возвышал на невероятный уровень, чем заполучил их преданность. Текущий же попросту не стал вникать. – Ваше величество, – обратился к императору, с интересом поглядывающему по сторонам, советник – вот ваш текст. Тридцатилетний ребёнок взял лист формата А4, и пробежался по нему глазами. – А зачем вы изменили речь? – Недовольно протянул он. – Так было нужно ваше величество. – С поклоном ответил советник. Император прищурился, нахмурился и вернулся к чтению текста. В своей голове он считал себя невероятным актёром, чья судьба сложилось таким образом, что ему приходилось не играть разные роли, а играть всего одну – отца нации. И с этой ролью, как он считал, он справлялся. Простолюдины работали, аристократы правили, все, как и было раньше. Чего же этим бунтовщикам не хватало? Именно такую пламенную речь он и хотел произнести, но глупый советник, которого точно придётся сменить, поменял его слова на свои, более обтекаемые и не такие резкие. – Ваше императорское величество, вы будете выступать в прямом эфире. – Обратился к нему Сэберо сан, – встаньте сюда. – Он подвёл его к тумбе, посмотрел, что бы в кадре всё выглядело аккуратно. Чего уж нельзя отнять у этого императора, так это то, что в кадре он смотрелся чертовски уместно. – Выход в эфир через три… два… один… Государь преобразился, небольшой прищур, слегка усталый вид, будто он занимался чем-то важным, но нехорошие бунтовщики отвлекли его, и мешают ему думать о благе Японии. Не удивительно, что большинство простолюдинов, думают, что страна не впала в хаос только благодаря императору. – Уважаемые граждане Японии! – Император сделал паузу. – Друзья! Сегодня, в это тяжелое для страны время, я хочу обратиться к вам. Мы с вами на пороге гражданской войны. – Глядя на него, возникало ощущение, будто его неподдельно интересует каждый из жителей страны. – Мы живём в бурное, динамичное, противоречивое время, но мы можем и должны сделать всё, для развитии и жизни нашей любимой империи, чтобы всё в нашей жизни менялось только к лучшему. Невероятно грустно, что некоторые жители нашей страны не разделяют нашего с вами стремления улучшить и вывести на новый уровень нашу страну! Сэберо про себя ухмыльнулся, ведь речь шла о нём и его товарищах бунтовщиках, но виду не подал. Император тем временем потихоньку стал наращивать темп, менять тембр голоса, звуча более грозно. – Наши личные планы, мечты неотделимы от Японии. От усердного труда каждого из нас зависит её настоящее и будущее, будущее наших детей! – Он взмахнул руками. – Только совместно мы решим задачи, которые стоят сегодня перед обществом и страной. Наше единство – то, что поможет нам как стране, нации, семье пережить это тяжелое время! – Эти ценности нам передали наши предки – люди волевые, стойкие. Они не сгибались под гнётом окружающих нашу страну врагов, внутренних распрей. Именно они передали нам то, что нам следует сохранить, преумножить и передать своим детям! Сэберо с интересом слушал императора, оратором он был превосходным. А так же поглядывал на советника, раздумывая после всего этого переманить его на свою сторону. Потому как речь ни о чём, но, тем не менее, полна патриотичной мути. Самое то для молодых правителей. – Дорогие друзья! – Начал было говорить император, но за дверьми послышался шум. Прошла секунда, и дверь выбыли, в помещение влетело несколько человек, одетых во всё чёрное. Лиц они не скрывали. Это были американцы, посланные Нисимурой. Сэберо спокойно отошёл в сторону, всем видом показывая, что бросаться на выручку к большому ребёнку он не хочет. Советник и вовсе упал в обморок. – Снимаешь? – Прорычал один из наёмников на ломанном японском, обращаясь, толи к императору, толи к оператору. – Ну, снимай. Снимай всё! – Рявкнул он на оператора, собравшегося куда-то бежать. Император, начал вскидывать руки, видимо, чтобы покарать негодяев, но один из нападавших выпустил в него несколько дротиков, видимо с какими-то наркотиками, так как государь стал медлительнее, а потом и вовсе свалился. – Есть ещё желающие нам помешать? – Прорычал мужчина. Он поднял вяло сопротивляющегося императора за волосы, и, глядя в объектив камеры, поднял его на уровень пояса, поставив на колени. – Вот он, тот, кто виновен в вашем плачевном состоянии. Нисимура всё-таки идиот, подумал Сэберо. Послать американцев, делать грязную работу, если его с ними свяжут, а поначалу они не скрывались, то ему не дадут править. Казнить должен его японец, а не непонятно откуда взявшийся гайдзин. Пока Сэберо радовался тому, что Дайчи сан молод и очень глуп, американец, державший вялого императора за волосы одной рукой, и большой нож другой, самозабвенно что-то вещал. Его вооружённые товарищи в количестве трёх человек в это время пристально следили чтобы «никто не делал глупости». – Вы слабые дикари! – Тряс он рукой с головой императора. – Это он сильнейший? Он? – Тыкал мычащего ошарашенного правителя в камеру. – Вы должны отсечь всё слабое, и поэтому, я как скальпель нового правителя, сегодня отсеку этот гнилой орган! – Он молниеносным движением перерезал горло императору. Хлынула кровь, пульсирующим фонтаном окропляя камеру и стоящего за ним оператора. Сэберо сан, не отрываясь, смотрел, как императора зарезали, будто жертвенное животное, положив на алтарь достойного будущего, как кровь и жизнь покидала его. Пора было действовать, так как сейчас к экранам буквально прилипли зрители. Мужчина достал спрятанный пистолет, и нажал на тревожную кнопку. Несколько выстрелов, и в комнату вбежали сотрудники охраны, ожидавшие в соседней, потайной комнате. Сэберо сан не очень хорош в стрельбе, но попасть в рядом стоящего американца, держащего булькающее тело императора за волосы, он смог. Пули вошли в голову. Тело рухнуло. Другие террористы, уставились на Сэберо сана, вскочившего, чтобы зрителям было видно, что именно он отомстил за императора, один из террористов даже едва не запустил огнём во владельца компании, но вовремя подоспевшие охранники, быстро упокоили его и остальных. Сказать, что Японцы были шокированы произошедшем – не сказать ничего. На их глазах, тот, кого они считали незыблемым, пал от рук гайдзина, и был отомщён простолюдином. Сэберо сан, в течение нескольких секунд, переместился из статуса богатого простолюдина, в статус героя. Камера всё ещё работала. Люди неверяще смотрели в телевизоры, и что-то нужно было говорить. Получив внимание большинства, Сэберо должен был что-то сказать. – Сограждане. – Начал говорить он хриплым от волнения голосом. – Нас постигла трагедия. Императора более нет с нами! – Он огляделся. – Мы, не имеем права прощать террористов, и тех, кто стоит за ними. – Выдержанная пауза. – Аристократы, они уже ждут, как бы устроить грызню за власть, они послали столь нагло убить нашего государя. – Обвинительно тыкал пальцем Сэберо сан. – Они только и хотят того, чтобы разодрать наше государство, нашу империю, на множество лоскутков, а простой народ закабалить, сделать рабами. Взгляд, устремлённый в камеру, подбородок поднят, как и тренировался Сэберо сан, правда он хотел выступить сильно после гибели императора, но раз уж представилась такая возможность… – Я против! Против жадных аристократов занятых только обогащением себя. Сегодня, мы принесли эту жестокую жертву, как плату за урок, что им – он кивнул головой на тела террористов – верить нельзя. Нельзя! Император мёртв!