Мадара/Наруто или как Мадара себе девушку искал

Тот факт, что у Ужаса всех шиноби-Мадары Учихи не было ни жены, ни девушки на протяжении долгого времени, не означало его неприязнь ко всем романтическим отношениям. Он, вопреки народному мнению, активно занимался поисками пассии, достойной его великой натуры, ведь битвы битвами, а наследники то нужны. Однако его категоричность и строгая избирательность сыграли с ним злую шутку. Руководствуясь своими поразительно несгибаемыми принципами, Учиха старался найти ту самую, идеальную девушку мечты. Почему-то в голове мрачного и жестокого шиноби отчётливо вырисовывался образ голубоглазой блондинки с загорелой кожей бронзового оттенка — то есть полной противоположности всех женщин, которых он встречал. Из-за этой досадной неприятности Мадара решил искать свой идеал, исходя из характера представляемой личности. К сожалению, среди кротких и нежных учиховских домохозяек не нашлось бойкой и пылкой личности, бьющей напролом через любые преграды. Пусть от них и веяло теплом и уютом, все они были какими-то тёмными и невзрачными, в отличии от яркой и солнечной блондинки. Тогда фронт работ вышел за пределы клана и активно набирал обороты даже за границей страны Огня. Поиски затянулись надолго, а совет старейшин наседал на нынешнего главу с вопросами о наследниках, однако, как говорится, воля наша крепка, как сталь, и Мадара не отступал. Вот уже минул мирный договор с Сенджу, заканчивала своё строительство Коноха — общее детище Хаширамы и Мадары. Оба великих шиноби так и оставались в холостяках, но был и прогресс: Учиха наконец-то нашёл более-менее подходящий для себя вариант. Узумаки — этот клан славился своим фуиндзюцу, огромными объёмами чакры и просто дьявольским нравом. Мадара, будучи окрылённым надеждами о светлом будущем, нескоро заметил один странный и удручающий факт — в Узушио живут довольно-таки упрямые личности, которые не особо желают идти на контакт с окружающими, особенно Учихами. Видимо их небезызвестный клан успел нагадить даже этим аловолосым демонам. Учитывая их необщительность и осторожность с чужаками, Ужасный и Великий открыл для себя ещё один интересный факт — почти все девушки Водоворота уже были женаты или помолвлены. Но, как бы его это не удивило, Узумаки были последней надеждой несчастного ниндзя на угождение совету и удовлетворению собственной душеньки. Он искал и всё-таки нарыл. Мито Узумаки, Химе клана, любимейшая дочь Главы, до сих пор оставалась полностью свободной и необременённой узами брака. Однако, проклятье Учих всё-таки работает, ведь как ещё объяснить то, что удача опять повернулась к нему филейной частью. Оказывается, Хаширама тоже времени не терял и уже успел договориться о бракосочетании с облюбованной Учихой красноволосой Химе. Для поддержания союза видите ли! А то, что у него друг до сих пор девственником ходит, так это ничего! Теперь Мадара сожалел, отдав пост Хокаге Сенджу. Они ему ещё на войне мозги знатно затра… кхм, насолили, так ещё это. Озлобленность нашего дикобраза на коварного и хитрого друга росла всё больше (конечно же недотрах тут непричём), а крыша начала знатно так скрипеть, оповещая жильцов-тараканов о скором съезде. А Учихи они такие — чем сильнее, тем больше и долбанутее тараканы. Хотя~, стоило ему познакомиться с Мито, он понял — не идеал (а психопатка в юбке), так что обида на Первого немного поугасла, но не исчезла, а лишь залегла на дно — ещё одна особенность учиховского характера. А собственно что не понравилось-то? Как говориться, сердцу не прикажешь, а ему хотелось чего-нибудь солнечного и позитивного, милого и наивного, бойкого и, как ни странно, твердолобого. Так сказать, развейте тучи хмурые весеннего солнца лучи. Однако Узумаки… Она несомненно красива, женственна, но натура её грубая и жёсткая совсем не приносила чувство радости и покоя. Учиха же, несгибаемый и непробиваемый, потихоньку начал впадать в отчаянье. И всё бы ничего, прожил — с кем не бывает, у него ведь есть такой чудесный и понимающий брат, всегда готовый поддержать, один единственный держащий уже поехавшую крышу в относительном равновесии… Теперь мёртвый. БАХ — слышите, так рушится последняя опора, выпуская из-под своих сводов полчища огромных лохматых тараканов, пожирающих последние остатки здравого смысла. Тут уже сыграла свою роль обида и на Хашираму, и на Тобираму, да даже Мито досталось. Однако, склад ума, позволяющий мыслить рационально, но не особо интересующийся направленностью размышлений, выдал не обычную кровавую баню, а нечто новое и более захватывающее. В принципе так и появился на свет великолепный в блеске своего безумия план «Глаз Луны» . Очень качественно подставив свою смерть от рук бывшего друга, Мадара укрылся в одной из пещер в стране Камня, разрабатывая стратегию на годы вперёд и поджидая идеальную марионетку. К счастью, такая нашлась очень быстро, и, учитывая клановое родство, управлять ей было относительно просто. Оставив завещание, Ужас всех шиноби покинул этот мир, ни разу не предав свои принципы, то есть девственником в свои сто с чем-то лет. Проснулся Мадара уже на войне. Воскрешение даровало ему тело в лучшие свои годы, что было очень приятно — появляться перед своими врагами в виде старика, уже отжившего своё, было бы не так эффектно и пафосно. А Учихи, что бы не говорили, пафос любят. После восстания из мёртвых, истинный Мадара решил немного переждать и восстановить силы перед сметанием со сцены Обито и боем с Хаширамой. А в том, что он будет, красноглазый даже не сомневался. Стоило ему только выйти из гроба, Учиха сразу же почувствовал чакру не только Первого и Второго Хокаге, но и ещё очень знакомого рыжего коврика. «Наверняка соскучился по мне, Девятихвостый» — пронеслось в тот момент в голове у врага всего народа. Как он понял, действие было уже в самом разгаре и многие готовятся к его приходу как с плохими, так и с хорошими намерениями. К сожалению, конец для всех будет один. И вот сам Мадара Учиха во всей красе, с убийственной Ки, мордой кирпичом возвышается над полем битвы, обводит грозным взглядом горы трупов и уже готов объявить всем о своём появлении… Но что-то останавливает его. В звенящей тишине он ещё раз осматривает людей, стоящих внизу, со всевозможной долей безразличия, и глаза его останавливаются на светлой макушке с торчащими блондинистыми волосами. Сердце пропускает удар Ясные голубые глаза смотрят прямо и уверенно на одного из сильнейших шиноби мира, способного уничтожить целую армию. Мягкие, немного женственные черты лица ужесточаются от напряжения, которое уже можно потрогать руками. Забавные шрамы-усики на гладкой бронзовой коже, покрытой песком и пылью от постоянных сражений. Всё это — идеально. И какая разница, что тот, о ком он грезил днями и ночами, оказался парнем. Сотня лет воздержания за плечами — вот что важно. В штанах уже несчадно ноет от такого вида, а это при такой-то атмосфере. Видно тело, совсем непривыкшее к ласкам, уже от одного вида объекта мечтаний, так сказать «готово к бою» , благо броня всё прикрывает. Не хватало ему ещё этого позора. От таких размышлений тараканы в голове остановили свои хороводы и настороженно подёргали усами. Не к добру, ой не к добру! Мысли мыслями, но походу его уже давно заметили и, пока Учиха в ступоре, ждали ответных действий. Немного дёрнув головой, отгоняя странные образы, Мадара смазанным движением оказался возле притихшего Обито и начал толкать свою речь про сами знаете что. Пока шли филосовские разговоры в мозгах нашего красноглазика уже проходило соревнование по джиге-дрыге. В итоге все тараканы и Мадара в общем пришли к выводу, что без крыши жить как-то не очень, а «Глаз Луны» … Да ну его нафиг. Главное устроить показательный бой с участием будущей жёнушки, а то неудобно получится: войну объявил, а сам… Одним движением обезвредив Обито и напустив как можно больше убийственной ауры, Учиха обернулся к испуганной толпе и проговорил загробным голосом:  — Я требую сражения с джинчуурики Девятихвостого. Минуту на поле стояла оглушающая тишина. Хаширама нахмурился, ранее уверенный в том, что бывший друг заявится с претензиями именно к нему. Чем ему успел досадить Узумаки он так и не понял, но почувствовал, что лучше согласится со свихнувшимся Учихой иначе всем будет кирдык. Быстро переглянувшись с Тобирамой и поймав встревоженный, но согласный взгляд, Первый внимательно посмотрел на Мадару. Тот хоть под конец своей жизни и начал по-немногу съезжаться с насекомыми, привычек своих не менял, поэтому понять, что тот говорит на полном серьёзе не составило никакого труда. Однако ситуации это не помогло.  — Зачем тебе это? — воскликнул своим громким голосом солнечный блондин. Стоящая рядом розоволосая куноичи по привычки чуть опять не стукнула кулаком по голове, но быстро одёрнула себя, вспомнив, что сейчас не время для разборок. Тем временем Наруто Узумаки гневным взглядом прожигал фигуру Мадары, стараясь показать этим всю свою ненависть, не подозревая, что от подобного тело противника плавится и растекается лужицей.  — Это неважно, однако это ваш шанс закончить войну. — хриплым от возбуждения голосом сказал Учиха. По спине блондина прошли мурашки. Многие стали перешёптываться, а кое-где даже послышались крики. Хокаге только сильнее нахмурились, не понимая такого поведения со стороны, как бы врага. Особенно Минато Намикадзе, разрывавшийся между безопасностью тысячи людей и безопасностью собственного ребёнка.  — Какие у тебя условия? — наконец решил нарушить гул перешёптываний Первый. Все сразу затихли, прислушиваясь к разговору, а Мадара лишь ухмыльнулся в учиховском стиле.  — Я требую боя до победы одной из сторон и исполнения моей просьбы. Затем тот как-то странно посмотрел на Наруто и в его глазах загорелись искорки безумия, заставив того вздрогнуть и подозрительно покоситься в свою сторону. И тут Хашираму вынесло. Он всё понял. Сразу вспомнились их совместные вечера за бутылкой сакэ, россказни друга об идеальной девушке и отсутствие таковой в его окружении. Теперь, сопоставляя образы двух людей, Сенджу шокировано смотрит то на Учиху, то на Узумаки (судя по всему теперь бывшего). Намикадзе же ничего из этого не понял, но, анализируя слова Мадары о бое до победы, понял, что тот смерти его сыну не желает, поэтому дал своё согласие. Остальные также его поддержали, как и заторможенный Первый.  — Ладно. — почти прорычал блондин, надвигаясь в сторону врага, но напоследок обернулся, ярко улыбнувшись, так, как может только он. Для всех битва прошла как в тумане. Быстрые, чёткие движения, вспышки молний и огня. В ход шло всё. Однако Мадара больше любовался грубыми и непредсказуемыми движениями соперника, вспоминал его тёплую улыбку, предвкушая, что всё это скоро будет принадлежать ему одному. Наруто также не отставал, сражался достойно, улавливая каждое движения оппонента, подмечая незначительные детали, например, неплохие внешние данные. Подобные рассуждения заставляли подростка краснеть и проводить более яростные атаки. Никто не понял, как всё закончилось. На месте битвы лежало тело мальчика, в синяках и кровоподтёках, однако без серьёзных повреждений. Рядом возвышалась не менее потрёпанная фигура. Сразу стало ясно, кто победил. И все шиноби готовились защищаться, ведь даже их последняя надежда рухнула под силой Мадары. Хотя к такому не был готов никто.  — Поздравляю, Четвёртая Мировая Война Шиноби окончена! Моё желание — взять Наруто Узумаки в мужья. Где-то рядом в обморок упал Саске от новости о новоявленных родственничках. С ЧМВШ прошло уже три года. Как и было задумано коварными Мадарой и тараканами, двое сильнейших шиноби сыграли свадьбу. Надо было видеть реакцию на данное заявление всех непросвещённых. Цунаде, кажется, полностью признала свой возраст, иначе как объяснить поседевшие волосы и пачку валидола, запитую валерьянкой. Саске, повторно услышав эту новость, на неделю закрылся в комнате у себя дома в Конохе (да-да, его вернули) и, кажется, ревел. Только вот от ревности или от отчаяния — непонятно. Как ни странно, но спокойнее всего отреагировал сам Наруто — ну, а что, Учиха ему сразу понравился, да и надо же его кому-то сдерживать. Теперь уже, особенно вспоминая их брачную ночь, которая почему-то продлилась неделю, блондин может смело говорить о любви к своему идиоту. Также в голове Мадары ведётся активный ремонт по восстановлению крыши. Всё-таки жизнь налаживается, а наследники… А на что нам Орочимару?