Молот Тора

Сэхун взволнованно смотрит на Еля. Не по себе даже стало, стоило ему повернуться и увидеть старшего, устало опустившего голову, зарывшись в волосы пальцами. Чанель глубоко вздохнул, потирая затылок, а у Сэхуна уже сердце набрало такую скорость, что даже Шумахеру не снилось. Он беспокоился. Очень. Ведь редко уведешь такого Чанни: взъерошенного, с озадаченным выражением лица и тревожным взглядом. Услышав очередной неопределенный вздох и тихий рык, Сэ выключил плиту и подошел к другу. - Эй, - Сэ тихо позвал рыжего, присаживаясь возле того на табуретку. Чанель и ухом не повел, полностью погрузившись в свои мысли. - Хен, что с тобой? – Сэ подергал друга за плечо, легонько так, почти сам не чувствуя прикосновения, зато Чанель почувствовал, резко убирая руки от лица. Он повернулся к Сэхуну, смотря на того, пытаясь сфокусироваться. Тяжелый взгляд друга тут же заставил Сэ сжаться и даже немного опустить голову, но разорвать зрительный контакт он был не в силах. - Сэхун, почему все так? – спросил Ель, продолжая смотреть на Сэ, тем самым, заставляя того чувствовать себя все больше никчемным и ненужным этому миру. Младший чуть наклонил голову, приподнимая бровь: - Что «все»? - Все. Сэ, просто все. Ты когда в зеркало последний раз смотрел? А взвешивался когда? Твои синяки под глазами станут скоро больше, чем у твоего однокурсника, как там этого пугающего? Тао, да? А одежда твоя тебе, случаем, не велика? Ты тоньше Янмин уже будешь, а ее я могу одной рукой поднять. Сэхун, думаешь, я такой слепой? Думаешь, ничего не замечаю? Что с тобой происходит? - очень серьезно и почти раздраженно говорил Чанель, но его мелькнувшая в интонации злость ничто, по сравнению с его глазами. В них столько волнения, столько заботы, что еще чуть-чуть, и Сэ бы заплакал, от бущующих внутри эмоций. - Все хорошо… - Сэ отвел взгляд, мотая головой. Сказать громче, или что-то другое он просто не мог. Чанель снова делает это. Действует на него. Задевает его за самое больное. Неосознанно вбивает в блондина острые иглы своими словами и своим взглядом. - Сэхун… - Ель неожиданно для младшего взял того за руку, крепко сжимая его тонкую, нежную ладошку в своей теплой и немного грубоватой. Он старался словить взгляд Сэ, но тот упрямо смотрел в пол, боясь даже пошевельнуться, от прикосновений старшего. – Просто скажи, что с тобой? Сэхун сглотнул, поднимая голову и снова поддаваясь мистическому притяжению чанелевского взгляда. Он вдруг понял, что соврать или умолчать не получится. Чанель поглощает его своими черными глазами. Сэ захлебывается в них, тонет в этих смолистых озерах, не боясь умереть. - Я люблю тебя, - прохрепел Сэхун, находясь где-то не здесь. Мозг отключен, все во власти чувств и эмоций. И все просто летит к чертям. Рыжий изогнул бровь, не понимая, что несет его друг. - Ну, я тоже, но на мой вопрос ты так и не ответил. Сэ вздохнул, опуская голову и мотая ею из стороны в сторону. - Нет… - он накрыл их сплетенные руки своей свободной ладонью. – Я люблю тебя, - делая напор на слове «люблю», снова смотря прямо в глаза, выпуская все чувства наружу. Чанель должен уловить. Должен ощутить их. А потом резко выдернул свою руку из захвата старшего и быстро побежал в коридор, к выходу. Он старался как можно скорее покинуть дом лучшего друга (друга ли?). Его мозг снова дал о себе знать, а мысли в нем так и норовили взорвать Сэхуну голову, но тот лишь саркастично спросил самого себя, где же его здравый смысл были раньше? Младший, радуясь тому, что успел переодеться в свою одежду, кое-как надел пальто, находу зашнуровывая зимние кеды и натягивая шарф. Собравшись и набегу проверив на месте ли плеер с наушниками, блондин выбежал из дома, оставляя ничего не понимающиего Чанеля одного. Уже будучи на последней ступеньке, через три пролета от квартиры рыжего, он услышал, как громко хлопнула дверь и громкий голос Чанеля, зовущий Сэхуна. Младший, подпрыгнув, в раза три ускорил бег, чуть ли не спотыкаясь на последнем пролете. Сэхун все бежал и бежал, по заснеженной дороге. Убегал. Позорно убегал, поджав хвост и боясь остановиться. Он понимал, что Чанель за ним не гонится, но ноги сами несли его вперед, не хотя останавливаться. На улице ужасный холод. Морозные иглы больно колют щеки и руки, ледяной ветер разрывает внутри легкие, уже расправившись с горлом. Но Сэ бежит, ему уже жарко, а он продолжает бежать, глотая слезы и пытаясь выбить из головы гнетущие мысли. Ему уже тяжело перебирать ногами, и Мьельнир становится все тяжелей и тяжелей, а потом и вовсе исчезает из ладони. Сэ выпускает его, и сорвавшейся молот летит вниз, забирая с собой Сэхуна. Он перестал бежать, когда оступившись, полетел кубарем вниз по небольшому склону, раздирая ладони и чуть, было, не ломая себе ногу. Молот лежит возле, но Сэ уже не в силах его поднять. Он больше не «достойный». Он потерял дружбу, потерял свой Мьельнир, потерял своего любимого Чанеля. С пониманием этого внутри что-то ломается, и звук, раздающийся в голове, словно удар этого молота по гигантскому колоколу. Только и может он, что бить, а не защищать как раньше, нет его больше. Сэхуну молот Тора больше не принадлежит… Не достоин он теперь называться лучшим другом Пак Чанеля, ведь он не удержался. Не смог остановить свои эмоции вовремя. Сорвался, а потом позорно убежал. Целый год терпел, мучился, но радовался, что Ель ничего не замечает, а теперь… Это все утягивающий за собой в бездну взгляд Чанеля. Такой родной и любимый, но заставляющий задыхаться и просто погибать в черной, бездонной пучине. Нет больше молота. Нет больше лучшего друга и все из-за проклятых глаз и «я люблю тебя» с напором на слове «люблю». *** - Я такой дурак! Я идиот просто! – корил себя Сэхун, как только вернулся домой и сразу раздевшись, упал на свою кровать лицом в подушку. - Кретин! – ныл он, пытаясь вырвать розоватый клок волос с головы. - Нужно научиться врать. - Просто псих! – спустя еще пол часа истерики умозаключил Сэ, ударяя кулаком по кровати, а потом резко поднявшись и вытерев ладошкой проступившие слезы, он потянулся к плееру. - Музыка, моя музыка, спаси меня от этих чертовых мыслей. Они меня убивают! – хныкал блондин, надевая наушники, и тут же окунаясь в мир самой депрессивной и нужной музыки в его плеере. Потихоньку он начал успокаиваться и даже позволил себе задремать, совершенно не подозревая, что его виртуальный ящик уже ломится от односложных, похожих на себя даже размером писем Чанеля. Все в одном ключе. Взволнованный и ничего не понимающий Чанель пытался дозвониться, но телефон отключен. Сэ оффлайн, но это не мешает настрачивать уже какое сообщение подряд. «Ну, и что это было?» «Сэ, твою мать, ты объяснишься?» «Скажи, черт тебя дери, что происходит?» И последнее, значительно отличающееся от других: «Не молчи… иначе я подохну».