Всего лишь

      Для Лили «достань Скорпиуса Малфоя» стало настоящей азартной игрой, и отступать было поздно. Скорпиус часто проводил у них каникулы, и для Лили это было просто идеальным случаем для выполнения своего плана. В ход пошли всевозможные приёмы и хитрости — от шуток до Лихорадочных леденцов и Кусачих кружек, которые с удовольствием поставлял племяннице дядя Джордж. Вот только Малфой, кажется, имел иммунитет ко всему, что могла придумать изобретательная Лили Поттер: к словам он оставался равнодушным, а вредилки сносил с аристократической стойкостью, делая вид, что его нисколько не волнуют ни покрывшееся прыщами лицо, ни зубы у чашки с чаем. Но Лили не привыкла отступать; впрочем, интереса в войне, на которую одной из сторон совершенно плевать, крайне мало, что заставляло её злиться и выдумывать всё новые и новые пакости. Благо, это сходило ей с рук — Альбус думал, что это проделки Джеймса, что тот не спешил отрицать. Даже будучи самым старшим и вроде бы как рассудительным, Джеймс относился к слизеринцам с неодобрением, и если Альбуса как своего всё-таки брата он даже любил, то Скорпиуса отчего-то не выносил, пусть они и не так часто пересекались. Порой он даже подкидывал Лили новые идеи, но к ним она не прислушивалась — ей было принципиально выдумать что-то своё и потом знать, что именно её проделка вывела из колеи неприступного Скорпиуса Малфоя. Шли годы, а азарт Лили не спешил проходить, а разгорелся лишь с новой силой. На пятом курсе Лили осознала: если не в этот год, то уже никогда. Альбус и Скорпиус вовсю готовились к ЖАБА, и после финальных экзаменов оба углубятся в карьеру, лишая Лили полигона для действий. Именно это она рассказала своей лучшей подруге Эмили в первый же день пятого курса. «Чего ты так прицепилась к этому Малфою? Влюбилась?» — с блеском в глазах поинтересовалась тогда Эми, что заставило Лили задуматься. В конце концов, она пришла к выводу, что это действительно так — аристократические вежливость и холодность, за которые она долгие годы называла Скорпиуса идиотом, в конечном итоге оказались очень даже привлекательными, и именно за такими мыслями она ловила себя всё чаще, замечая Скорпиуса в толпе. Это открытие совсем не смутило Лили — её вообще мало что могло выбить из колеи — а, напротив, заставило ещё с большим рвением взяться за составление идеального плана. В конце концов, цель теперь была куда более ясной: завоевать сердце Скорпиуса Малфоя раньше, чем это сделает кто-нибудь другой.