А ты готов ко всему?

— Ты уверен, что он не проснется? – какой-то мужчина в черном спросил мускулистого, высокого, очень похожего на Джона мужчину. Точнее, это Джон похож на мужчину. — Не проснется. Он всегда хорошо спал. — А? – Джон наконец-то начал подавать признаки жизни. — Ты сказал что он не проснется. — Наконец-то! – отец Джона пихнул последнего ногой в бок. — Вставай же! — Эй, Карл, полегче. Твой сын все-таки. — Кто тут командир? А, Майк? А? Отвечай живо! – Карл начал душить своего подчиненного. — Стой.. Не трогай его… – в голосе Джона слышалась хрипота. Он поднялся на локти и попытался встать. Но ему не дали, прижав ногой к полу. Джону стало тяжело дышать. — Молчи, падонок! Ты не имеешь права голоса в моем логове. – крик Карла оглушил Джона несколько секунд. Но он не сдавался. “Вставай, вставай, ты сможешь.” – голос Оливии тут же проснулся в сознании. – “Погодите, это что, мой отец?! Не может быть!” — Че замолчал?! Отвечай, живо! – видимо, до этого его папаша что-то говорил. Но Джон воспользовался ситуацией и притворился будто он в обмороке. — Да ладно! Ты притворяешься, я знаю. Но если не хочешь по хорошему, будет по плохому. – от этих слов Джону стало не по себе. Он не хотел представлять что с ним будет. Хотя его уже избивали в школе… Но все-таки это точно будет что-то по хуже. Его приволокли в серую комнату. Она была серой из-за стен, ведь те были бетонные. В стенах были большие вмятины с чем-то красным, будто в стены кидали людей и те, ударяясь о стену, бились до крови. Джон не хотел для себя такой участи. Ему бы хотелось выбраться отсюда живым. Ну, честно говоря, просто выбраться. Джона кинули об пол. Он ударился лицом и разбил себе зубы. Он сплюнул кровь и выбитые части зубов и посмотрел в сторону кидающего. Это был мужчина крепкого, мускулистого телосложения. Его лицо косило от злости. Джон не мог поверить что это был его отец. Просто не мог. В его руках была бита. Он перекидывал ее из правой руки в левую, готовясь для удара. Джон уже приготовился к удару, Карл занес биту над головой и ударил прямо Джону по лицу, прямо в глаз. Джон прошипел от полученного удара. — Ничего, еще не так шипеть будешь… – отец Джона сказал это с угрозой. Сильной такой угрозой. Потом он достал нож. Он медленно, тяжело ступая, шагал к Джону. Последний понимал, что если не выберется, ему конец. Тем же вечером в квартире в другом конце Берлина: — Джон? Где ты?! Ответь пожалуйста! – Оливия уже полчаса не могла дозвониться до Джона. Как назло, отвечал все тот же холодный голос с фразой “Абонент не доступен, перезвоните позже” уже тридцатый раз подряд. Оливия сидела в слезах у кровати. Ее осенило. “Наверняка она знает где он!” – Оливия позвонила второму человеку кто знал Джона даже лучше, чем она сама. — Алло? — Здравствуйте, Холли! Это Оливия! — О, Оливия, какой сюрприз! Как поживаешь? — Плохо. – она сказала это сдавленным после слез голосом. — Джон пропал. Он вам не писал? — Что? То есть, как это пропал? – в голосе Холли слышалось волнение. — Так. Он не отвечает на звонки и смски, ни записки, ничего. — Боже, мальчик мой… – она чуть не сорвалась на плач. — Вы ничего такого не обсуждали в последнее время? — Да нет вроде. Только отца вскользь упоминали, да и все. — Карла? — Да. — Я попытаюсь связаться с ними обоими. — Хорошо, спасибо. До свидания. — До свидания. Оливия повесила трубку. Она была в растерянности. Она не знала что делать, ведь Джона так не доставало. Тут ей пришла в голову сомнительная идея, которая вроде не сработает, а может и сработает. *** — Ай! — Не айкай мне тут! В подвале лежал Джон. Избитый и разбитый. В моральном и физическом смысле. Ну, это конечно логично, особенно когда тебя избивает твой отец, которого ты не видел с 10 лет. Тут Джон заметил коробки на которых было написано «КОКАИН». Он впал в ужас. «Папа (хотя папой его называть уже как-то странно) связан с наркотиками? Какого черта?!» Джон чувствовал себя абсолютно ужасно. Его тошнило, хотелось домой, болело тело. И этот человек еще с наркотой связан. Все это давило на Джона и он потерял сознание. *** — Вы позвонили в Секретное Агентство По Поиску Пропавших Людей. Агент Чарльз слушает. Кто говорит со мной? — Это Оливия. Оливия Уинстон. Чарльз, мне срочно нужна твоя помощь. — Я слушаю. — Джон в беде. Он пропал вчера вечером или ночью. Исчез и все. Я уже и Холли позвонила, но она тоже ничего не знает. — Когда ты видела его в последний раз? — Вчера вечером. — Точнее. — Перед сном, блин! Не могу сказать как точно. Может в районе 21:00, не знаю. — Спасибо. Мы попробуем связаться с ним. Коне…. - Оливия оборвала Чарльза. - — Бесполезно, я уже пыталась. — Ты связывалась с его матерью? — Да, она вообще не в курсе что происходит. — Отец отсутствует, так? — Предполагаешь что отец его стыбзил? На хрена? — Ты не ответила на мой вопрос. - Чарлз произнес это холодным, стальным тоном. — Да, отсутствует. — Отвечу на твой вопрос. Это может быть ловушкой для нас. Не было ли на месте кражи записки или подсазки? — Сейчас посмотрю. - Оливия подошла к кровати и осмотрела «место преступления». - Ничего. Погоди! Вот! Здесь что-то есть. Под одеялом Оливия нашла плюшевого мишку. — Я тебе перезвоню…. - Оливия положила трубку. POV Оливия Плюшевый мишка? Как это связано? Может это подсказка? Я знаю точно, это мишка, который лежал в шкафу рядом с запиской. Может записка где-то рядом? Я поискала записку, но ничего не нашла. Может записка внутри? Я потрясла медведя. Ничего. Конечно, записка внутри медведя не должна издавать звуков. Оливия, не тупи. Может вскрыть медведя? Шить умею, потом зашью. Чем-бы вскрыть медведя? Пойду нож возьму. END POV Оливия Оливия вскрыла мишку и увидела клочок бумаги. На нем был написан номер телефона. Оливия позвонила на него. Никто не ответил, а затем последовал автоответчик: - Schusterstrasse 21.