Рядом с тобой мне всегда тепло.

Прошло уже целых три урока, а его так и нет. — Может он заболел? — спросила Мари у Альи. — Эй, Нино. Почему Адриана нет в школе? — У него опять какие-то проблемы с отцом. — А, ясненько, спасибо — улыбнулась Сезер парню. — Обращайся. Маринетт было уж очень интересно, что это за проблемы, что он даже пропустил химию. Она вроде бы была зла на него. Но за что злиться? Не он же виноват. Поэтому она решила ему написать. Маринетт: Привет. Как дела? Чего в колледж не пришёл? У тебя что-то случилось? Телефон молчал на протяжении всех остальных уроков.

*Вечером*

— Маринетт! — сказал это парень с синими волосами и обнял девушку. — Я так скучала — прижимая его ещё крепче ответила ему Дюпен-Чен. — Я тоже скучал — он поцеловал ее в лоб — моя малышка. Они долго гуляли по всему Парижу. Завтра был выходной, так что можно и допоздна бродить. — Зайдешь ко мне на чай?— спросила Мари. — Если хочешь — ответил Лука. Маринетт захихикала.

*В доме Дюпен-Чен*

Они зашли в её комнату — Ладно, ты подожди меня здесь, а я сейчас нам нальют чаек и приду, хорошо? — Ой, да не надо. Я сама — сказала это Мари и поставила свой рюкзачок рядом с диваном. — Ну пожалуйста. Мне же хочется поухаживать за тобой. — Ну ладно. Как скажешь. — С широкой улыбкой ответила Мари

*Телефон завибрировал*

Это было новое сообщение от Адриана. Адриан: Привет. Сегодня просто отвратительный день! Да, я сегодня не пришёл из-за отца. Я не знаю, что вдруг на него нашло. Но я очень зол. Маринетт: Ясненько. Очень жаль, что ты сегодня не пришёл. Адриан: Я что-то пропустил важное, да? Маринетт: Оу, да нет. Всё как обычно. Адриан: Точно? Никому не раздавали бесплатные круассаны?

*Мари засмеялась*

Маринетт: Хаха, нет. Хотя, я бы была не против. А завтра ты придешь? Алриан: Эх, даже не знаю. Очень надеюсь на это. А то меня отец даже из дома не выпускает. Не то что в школу. Маринетт: Жестоко. Адриан: И не говори. А ведь я так давно не кушал самых прекрасных макарун из пекарни Дюпен-Чен. Маринетт засмущалась, что заставило щёки  её покраснеть. Маринетт: Хаха, спасибо. — С кем переписываешься? — Лука? А ты давно здесь? — Да нет. Только пришёл. Просто увидел, что ты улыбаешься, и стало интересно. — Ой, да так. Ничего особенно. На лице у Луки всё также стояла улыбка. Она как раз и спасала парня от жуткой ревности. Весь вечер они пили тёплый чай, разговаривали и обнимались. Мари сидела на маленьком диванчике, а её ноги лежали у него на коленях. — Слушай, а сыграй мою мелодию. — Сказала Маринетт. — Конечно, только мне нужно встать. Моя гитара в гостиной. — Ой, нет. Я сама принесу. Не успела Мари ещё толком встать, как споткнулась об собственный рюкзак. — Мари! — тут же вскочил парень и помог девушке встать.— Ты не ушиблась? — Нет, совсем не ушиблась.  — смеясь ответила девушка. — Давай я сам... — Нет! Я принесу! Маринетт ушла в коридор. Лука увидел, что после падения синеволосой девушки, из рюкзака выпало немало вещей. Он начал всё складывать обратно. Тем временем у Маринетт. "Где же эта гитара?"— постоянно звучала эта фраза у Маринетт. Спустя минут 10, она наконец-то нашла её. Вернувшись в комнату Маринетт заметила странное выражение лица у Куффена. — Лука? Что с тобой? — Ты серьёзно? Что со мной? Что с тобой, Мари? Почему просто нельзя было сказать мне раньше? Зачем так нагло врать и притворяться? Я бы всё понял. Просто, зачем? — Я не понимаю о чём ты. — Даже сейчас ты мне врёшь. А ведь я верил... — сказал это Лука и вручил в руки Маринетт то самое недописанное письмо. — Лука, ты не так всё понял! Мы просто друзья! — Мари, не пытайся обмануть себя. Я же знаю, он в десятки лучше меня. Ты бы просто не могла за столь короткое время разлюбить его, а я дурак, повёлся. Получается все эти тёплые объятия, долгие поцелуи, улыбки, смех, «я люблю тебя». Всё это было ложью. — Чуть тише начал говорить парень. —И всё повторилось.... снова. — Лука, постой! Он ушёл. У нее в груди что-то громко щелкнуло, звук, отдаваясь эхом в ее душе, распространился по всему пространству этой темноты. Она опустила голову и не смогла сдержать слез, которые полились из ее светлых глаз океаном. Она начала рвать тот невинный листок, из-за которого всё произошло. Злость и печаль объединились. Всё вокруг потеряло цвет. — Чёртово письмо!

***

Ночь была ужасна. Как во сне, кричишь, а крика не слышно. И засыпать страшно, и просыпаться невозможно! Маринетт знала, что сама виновата, так что никого не винила. Она не выходила из дома всю оставшиесю неделю. Боялась встречи с ним или с его сестрой. А затем и целый месяц. Родители знали о её ужасном состоянии, поэтому сказали директору, что не ходит из-за болезни. О происшествии знали не только родители, но и Алья. Больше Маринетт никому не доверилась рассказать. С каждым днём становилось всё только хуже. Воспоминания и те потрясающие моменты, когда она была максимально счастлива. А потом, что он сейчас чувствует. —"Третий раз ему разбивают сердце. Это ужасно. И в это моя вина. Он страдает из-за меня. Я должна извинится." — эти мысли не на секунду не покидают Мари. Она уже пыталась писать ему или звонить. Но он даже не прочитывал. Ему либо всё равно. Либо очень больно. Скорее всего второе, так как Луке никогда не было всё равно на Маринетт.

*Прошел еще месяц*

Мари уже ходила в школу. За это время она научилась скрывать свою печаль и тоску. Как ни странно, но Джу всё также общалась с Дюпен-Чен. Куффен говорила, что: "Это ваше с ним дело, я тут непричём. И я не собираюсь вставать на чью либо сторону!" Она правильно говорила, но Мари всё равно было неловко оставаться с ней наедине.

***

*В доме Куффена*

— Лука, к нам сегодня придёт Алья, у нас совместный проект, надеюсь ты не против. — А во сколько она придёт? — Не знаю, а разве это так важно? — Важно, Джу! — Да ладно тебе. Хватит тебе уже бегать от нее, как трусливый мальчик. Поговори с ней. — То есть еще и Маринетт придёт, так? Джу, ты это специально, вот скажи? — Нет. Она не придёт. Что я специально?— голос перерос в крик— Я специально задала нам сделать совместный проект? — Ладно, поехали. И вообще, откуда столько агрессии. Я же спокойно задал вопрос. — Потому что меня раздражает, что ты ведёшь себя, как отец. Ничего не обсудив. Сделал свои неоснованые выводы. — сказала Джу. — Ну извините, я его сын, не могу быть не похожим на него. — Ой, да иди ты.

*Тук-Тук*

— А вот наверное и она. Лука сразу же смылся в другую комнату. Это была обычная спальня. Такая же как и его комната, только для одного человека. — Привет! — сказали разом две подруги. — Привет, проходите. Он ушёл, не волнуйтесь. Я ему не говорила, что ты придешь.— сказала Джу. Девочки сели к Джу на кровать и начали бурно что-то обсуждать. — Каков план? — спросила Алья. — Я не знаю. Может просто... Маринетт тем временем осматривала комнату. Его коллекцию медиатров. Его кровать. Его чехол от гитары. Она тут не была уже целых два месяца. Как же она скучала по этому месту, будто это ее дом... — Маринетт? Ты где летаешь? — Простите, девочки. Лука услышал довольно знакомый голос и решил незаметно подойти к той каюте. Неужели Джу его обманула. Девочки услышали приближающие шаги, поэтому резко сменили тему. — В общем, мне мадам Бюстье сказала, что нужно описывать подробно.— сказала Алья. — Да, и рисунок обязательно — дополнила Джу. Подслушать не получилось. Он решил заглянуть через маленькую щель. Да, Куффен не ошибся. Там сидела та самая прекрасная девушка. Чем больше он смотрел на нее, тем больнее становилось. Он всё же любил ее и пытался считать тот случай недоразумением, но не получалось. Слишком много совпадений. Маринетт посмотрела на проем между дверью и стеной. Они встретились взглядом, но Лука тут же скрылся.