Ранняя пташка (вариант 40 серии)

Джан уже сам был не рад, что заставил Санем сделать тест на беременность, потому что теперь его любимая умудрилась загрузиться по полной программе на тему «А что, если у них вообще никогда не будет детей?» Ведь, если ничего не получилось за эти два с лишним месяца, и это при том, что «они зря времени не теряли», то где гарантия, что получится через год – другой? - Всему своё время, - как мог успокаивал любимую Джан. Но при этом сам в глубине души понимал, что это слабое утешение. Никогда раньше Джан не думал, что может так страстно, от всей души захотеть стать отцом. Он не озвучивал это Санем – не хотел бередить рану, но последнее время почти каждую ночь ему снились дети. Их дети. Две красавицы-дочки и хулиган-сынок с точно таким же насмешливым взглядом, как и у самого Джана. Которого он во сне вечно снимал то с верхушек деревьев, то с крыш домов. Видимо, Джану это было в наказание за те нервы, которые он сам в детстве попортил своему отцу, вытворяя всё то же самое. Одна лишь мысль о том, что эти сны могут так и остаться снами, не давала ему покоя, расстраивала. Что уж говорить о самой Санем, которая переживала не меньше его. Шли дни. Терпения Джана делать вид, что всё хорошо, хватило ещё на неделю. Поняв, что у жены всё ещё задержка, и это точно не есть нормально, Джан забастовал. Единственное, чего ему теперь по-настоящему хотелось – побыстрее оказаться в Стамбуле, чтобы лучшие врачи обследовали его любимую с ног до головы и дали ему официальное заключение, что она полностью здорова. И что это просто «функциональный сбой» и «так иногда бывает» - как утверждала сама Санем. Видя не на шутку обеспокоенное состояние мужа, Санем тоже сдалась. Нет, ей, конечно, очень хотелось оказаться на Галапагосских островах, но, если честно, она так соскучилась по родителям, семье, друзьям… Что была уже не прочь пройти это обследование. Тем более, что муж заверил её: Галапагоссы будут и быстрее, чем она думает. Они просто слетают туда первым классом. Это, конечно, может, и не так романтично, как на яхте, зато точно практично в плане экономии времени. Путь домой, к удивлению Санем, оказался почти в два раза быстрее. И всё потому, что в этот раз Джан гнал яхту на всех парусах, и они больше не пришвартовывали яхту к новым берегам на несколько дней, как было раньше, хоть периодически и сходили на сушу, чтобы посмотреть новые места. Как–никак жизнь и медовый месяц продолжался! Всё это время Санем чувствовала себя прекрасно. Да и выглядела тоже! Её кожа, казалось, сияла изнутри. Даже сонливость, которая атаковала её ещё неделю назад, казалось, и та сошла на нет. В какой-то момент Джан и сам начал думать, что ошибся. Может, Санем права, и у женщин бывают такие сбои в цикле. И он зря поднял панику… Но от идеи вернуться домой прежде времени он всё равно не отказался. Было уже поздно, когда Джан, бросив якорь, отключил мотор. Чистое звездное небо и полный штиль умиротворяли. Спустившись вниз в жилые помещения, Джан сразу пошел в спальню. До его слуха долетел шум воды в душе и воодушевленное пение Санем, желавшее всем, несмотря на поздний час, доброго утра. Джан зашел в спальню. Дверь в ванной была слегка приоткрыта, поэтому он мог, оставаясь незамеченным, полюбоваться женой, которая стояла спиной к нему и с закрытыми глазами смывала пену со своих длинных волос. Улыбающемуся Джану казалось, что он мог бы смотреть на неё бесконечно. Тем временем Санем, не открывая глаза, повернулась в его сторону, чтобы отрегулировать воду. Возможно, в любое другое время, выдержка Джана оставила бы его, и он сам нырнул под душ к любимой, но в этот раз он притормозил, скользнув оценивающим взглядом по фигуре жены. Не зря же говорят – со стороны виднее. - Нет! Ну ты точно беременна! – не выдержал, радостно провозгласил Джан. Санем от неожиданности даже взвизгнула, запоздало обнаружив возле себя в ванной уверенного в своей правоте мужа. - Джан, бессовестный! Что ты здесь делаешь?! И что значит «беременна»?! – начало было возмущаться Санем. - Любимая, ты себя в зеркало видела?! – Джан подошел вплотную к жене, которая пыталась прикрыться полотенцем. - Что со мной не так?! – забеспокоилась Санем. Джан приобнял её со спины, подвел к зеркалу, поцеловав при этом в шею, чтобы хоть немного успокоить. - С тобой всё так, жизнь моя. Ты выглядишь просто прекрасно … - Джан медленно отобрал у Санем полотенце, чтобы она могла видеть то, что видел он. – Тебе не кажется, что твоя фигура изменилась? У тебя небольшой животик появился! - Хочешь сказать, что я потолстела? – заволновалась Санем и тут же заворчала. – Я слишком много ем макарон по-итальянски? Но ты сам виноват, что так вкусно их готовишь! - Ты не потолстела. Просто у тебя кое-что ещё заметно увеличилось. Грудь, - услужливо подсказал Джан, который, будучи фотографом, привык во всём улавливать нюансы, и тут же констатировал, по привычке победоносно махнув рукой. – Точно тебе говорю – беременна! Санем, поспешно закутавшись в полотенце, с недоумением взглянула на сияющего мужа. Его радостная самодовольная улыбка даже слегка начинала раздражать. - И ничего я не беременна! Ты тест что ли?! - Я лучше, чем тест! Я будущий отец! – самоуверенной нахальности Джана оставалось только позавидовать. – Не веришь – сама смотри! И прежде чем Санем успела среагировать, Джан нежно сжал её грудь. Санем от неожиданности тут же вскрикнула, запоздало поняв, к чему клонит муж. Грудь в последнее время действительно стала намного чувствительней. - Такое бывает перед женскими днями! - не сдавалась Санем, направляясь в спальню, поправив съехавшее полотенце. – И вообще! Я женщина! Я лучше тебя знаю своё тело! - Спорим, что не лучше! – счастливого Джана, похоже, было уже не остановить. – Лично меня сейчас волнует только один вопрос. Вернее даже три! - Какие? - Дениз? Ялдыз? Или Аташ? Кого первым родим, как думаешь? Санем с обреченным видом посмотрела на сияющего веселого Джана. Она и представить не могла, что муж до такой степени хочет детей. И ей было очень жаль разочаровывать его, потому что она была почти уверена в том, что никакого Дениза, Яздыз и Аташ не было. По крайней мере, сейчас. Потому что у Санем и раньше, особенно на нервной почве, случались подобные задержки. И этот раз, увы, вряд ли станет исключением. Но окрыленного Джана, похоже, в этом было уже не убедить.