Посиделки сильнейшого шамана

Вечер. На улицах сияли яркие огни от фонарей, расставленных по всей улице; гирлянды, повешенных по ларькам, стенам зданий, и разным магазинчикам, всё это издавало некий вайб какого-нибудь фестиваля в Японии, но это ничто иное как Рождество. В тёмном, усеянном звёздами небе, летало множество светлячков, что придавали празднику некую смешанную атмосферу, как будто это и не Рождество. Отовсюду раздавались радостные крики детей, подростков, и взрослых. И вот, главный герой этой сцены — Годжо Сатору. Он стоит на главной улице города, держа в руках пакет со всякими сладостями, которую ему надобно пересечь, дабы попасть в свою уютную квартиру, где он сидел бы в одиночестве, и поглощал сладости пачками, попутно встречая Рождество. Много-много света, который бьёт по шести глазам белобрысого, от чего ему становится некомфортно, так-как свет довольно сильно влияет на его глаза. Повсюду вылеплены снеговики, развешаны цифры, что обозначают число грядущего года. Еловые веточки, венки, и конечно же, само огромное, величественное дерево посреди площади, что приковывает к себе всё внимание. На нём несметное число игрушек, гирлянд, из-за чего ель кажется ещё массивнее, ещё привлекательнее. Сойдя с точки старта, Сатору пошагал в сторону холмистого района, где находилась его квартира. По пути домой, из магазинчиков, что расположены по всей площади, играет рождественская музыка, из каждого разная, но в конце-концов они все сливаются в один мотив, у которого своя непередаваемая атмосфера лёгкости, невесомого холода и надежды, что в дальнейшем будущем, всех нас ждёт только счастье, даже в этот ужасный период проклятий. В мгновение ока оказавшись у здания квартиры, тот вприпрыжку направился к парадному входу, надеясь побыстрее приступить к трапезе. Как только он ступил на лестницу, его голову посетила мысль о одиноком Юдзи, которому совсем не с кем отпраздновать эту ночь. Но коль вокруг него есть его однокурсники Нобара и Мегуми, волноваться не о чем, так ведь? Отбросив эти мысли глубоко в пучины бездны его головы, тот с широко натянутой улыбкой вошёл в здание, и оказавшись у двери квартиры, Годжо, незамысловатым движением распахнул двери квартиры, предварительно вставив в замочную скважину ключ, и открыв его. Сатору — человек сам по себе с виду порядочный, этикета придостаточно. Квартира не засрана, довольно убранная, но не то что бы блестала. Ни рыба, ни мяса, так сказать. Разобувшись в крошечном, длинном холле, шестиглазый встал перед зеркальцом, встроенным в шкаф, и сдёрнув с себя чёрный шарф с красными вставками, аккуратно повесил его на петлю. В конце коридора открывался вид на миниатюрную ель, со встроенными гирляндами, которые сверкали разными огнями. Годжо не то что серьёзно относился к празднику, просто принимал это как ежегодный день огоньков, или чего-то другого. Удобненько устроившись на кресле, тот поставил пакет со сладостями на маленькую тумбочку, и выхватив смартфон, на котором красовался чехол с его же изображением, белобрысый взглянул на четыре цифры, обозначающие время. «22:55».

— Ого. Вот это я погулял называется.

Ещё в какой-то мере посидев за листанием ленты новостей, Годжо принялся за готовку. Ничего необычного, простая тривиальная закуска — сладости. Сладости, сладости, сладости. Такими темпами он точно заработает кариес, а то и похуже. Трижды подумав над этой мыслью, он всё-таки решился сбацать чего-нибудь кроме сладкого. Благо все 2 года проведённые вместе с Сугуру и Сёко научили его хоть каким-то кулинарным навыкам. Спустя некоторое время проведённого на кухне, тот с потом и слезами от лука на глазах, вышел со всякими надеюсь «съедобными» закусками. Помалу того, помалу сего. Вновь усевшись на кресло, на этот раз хаотично, Сатору глянув на мобилу, решил звякнуть Юдзи, который наверняка сидит в компании Нобары и Мегуми.

«Бз-з. Бз-з»

Кто-то поднимает трубку. Годжо, стряхнув пот со лба, ухмыляется.

— Ало, Юдзи? ~

— Йо, Годжо-сенсей! Как дела? Как вы там ночь проводите?

— Йо, Юдзи. Дела отличны, твой покорный сенсей только что приготовил отменную еду, в два счёта! Ночь в компании с собой — лучшая ночь.

— Отменную еду? В два счёта? Ещё чего.

Это был Мегуми. Это точно был Мегуми. Юдзи таких слов про своего сенсея не выронил бы.

— Ладно-ладно. Трудности были, признаюсь. А, стой. Это ты, Мегуми?

— Угу. Здравствуйте, Годжо-сенсей.

— Йо.~ А Нобара тоже с вами?

— Да, я тут. Эти придурки молили чтобы я пришла к ним, говорили, что я без них — ничто.

— Эй, слышь! Не говорили мы такого! Да и не звали мы тебя, ты просто не хотела оставаться одна!

— Гва-ха-ха!

— Чего смешного?!

— Ребята, тише. Взгляните на часы

— Ну… Время 23:58, а что?

— Выйдите на улицу, и оставайтесь на линии связи.

Переключив звонок на тихий режим, Сатору захватил с собой одну кикуфуку, и выпрыгнув в окно, тот бесследно исчез, но в то же время появившись над домом, в котором сидела компашка Юдзи, при этом левитируя в воздухе.

— Ало, ребята. Знаете что?

— Что?

— Время полночь, а это значит что надобно пускать фейрверки.

— Взгляните в окно. Юдзи, Нобара, Мегуми.

Что там в окне? Ч-что? Да ладно…?

На небесах творилась полная ахинея из огоньков, которые в итоге собрались в один большой рисунок, изображая Годжо сенсея, и его учеников — Юдзи, Мегуми, и Нобару. Рядом красовалась надпись «сильнейший шаман, и его ученики».

— Надеюсь вам понравилось. С Рождеством вас всех.~

— Г–Годжо-сенсей, это вы сделали?! Как круто, чёрт побери!

«Бип-бип-бип». Звонок окончен. Откусив ломоть сладости, белобрысый любовался своим же фейрверком, прокручивая у себя в мыслях «как же я крут».