Лучше бы ты не приходила...

Это был дождливый и пасмурный день. Многие учителя и ученики испытывали головную боль. Из-за этого уроки у всех проходили нудно и тоскливо. Прозвенел звонок. 10 класс уже ушёл домой, оставив в кабинете свою классную руководительницу, учительницу английского языка Светлану Александровну в одиночестве. Женщина была стройного, модельного телосложения, имела овальное, гордое и всегда приподнятое лицо, бледно-серые глаза, тонкие руки, пышную, короткую и светлую шевелюру. И совсем не верится в то, что ей около пятидесяти лет. Повседневный наряд состоял из чёрных штанов, каблуков и голубой кофточки, подчёркивающей аристократическую худобу. Светлана Александровна обладала гипертрофированным чувством ответственности и мягким характером, проявляла жёсткость и строгость только тогда, когда это было крайне необходимо. – Так, это сделала, это тоже, - равнодушно повторяла женщина – только бы ещё не прислали какой-нибудь документ! Выключив компьютер, одевшись, закрыв кабинет и выйдя из школы, преподавательница иностранного языка быстрыми шагами пошла домой, благо он располагался очень близко к учебному заведению. В помещении никого не было. Муж и дочь на работе, а внук находился в детском саду. Тишина и спокойствие на несколько часов. Но стоило только Светлане Александровне удобно сесть на диван, послышался звонок и стук в дверь. "Кто это? Неужели снова с проверкой пришли?" - подумала с раздражением преподавательница английского. На пороге стояла её хорошая подруга Юлия Анатольевна, держа в руке маленький тортик. – Здравствуй, здравствуй, Светочка, как твои дела, я тебя не отвлекла? - тотчас закидывая вопросами, спрашивала учительница математики. Сразу хочется отметить то, что женщина была противоположностью преподавательницы английского языка. Юлия Анатольевна - полноватая и невысокая дама с простыми очертаниями лица, круглыми и добродушными глазами, светло-коричневыми, длинными и прилизанными у лба волосами. Причёска представляла из себя пучок, состоящей из косы. В одежде учительница ничем не выделялась: тёмные штаны, удобные лодочки и розовая блузка в клетку. Но за этой умилительной простотой скрывалась крайне властолюбивая и придирчивая натура, требовавшая знать свой предмет, как молитву. – Привет, нет, всё хорошо, проходи - мило сказала Светлана Александровна. Женщины сели в гостинной на большой диван, пили чай, поедали тортик и разговаривали о делах насущных. – Знаешь, поговаривают, что в школе начал распространяться странный вирус, - загадочно рассказывала учительница английского – он проявляется по-разному: у кого в виде температуры, а у кого в виде дичайшей слабости, даже прошёл слух о том, что чрезмерная сексуальная активность тоже признак этой заразы, но на следующий день все симптомы исчезают. – Господь мой Пифагор, ты книжек всяких про мистику начиталась? - с неприкрытым смехом отвечала Юлия Анатольевна – это всё бред и чушь. – Ну не скажи, недавно все признаки проявились у учителей химии и биологии. – Простая случайность, сейчас осень, разные болячки появляются в мгновении ока , а они ведь лучшие подружки, вот и передали друг другу чего-нибудь, - непреклонно стояла на своём преподавательница математики – ты отодвигаешь на второй план рассуждения и логику , я понимаю, ты обеспокоена тем, что половина твоего класса болеет, но не накручивай себя, до хорошего не доведёт. Немного поспорив, женщины пришли к общему консенсусу и решили переключиться на менее тревожные темы. – Фух, что-то жарковато у тебя тут, я пойду в ванную, умыться не помешало бы. – До конца, а потом налево - направила свою коллегу Светлана Александровна. Уборная была в идеальном состоянии. Белые стены, потолок, пол, предметы быта - всё здесь показывало свою непорочность. Открыв кран, Юлия Анатольевна начала умываться. Посмотрев в зеркало, преподавательница математики увидела ярко-розовое свечение у себя в глазах. Потерев их, женщина приблизилась к зеркалу, но ничего уже не нашла. – Ничего не понимаю, нет, это просто мне уже мерещится эта фантастика! - оправдывалась учительница математики перед своим отражением. Вернувшись в гостинную, Юлия Анатольевна никого не заметила. Походив по квартире, она нашла свою коллегу в спальне. – Я ищу таблетку от головной боли, она где-то тут, только не знаю, где конкретно - говорила Светлана Александровна, осматривая прикроватную тумбу. – Странно, куда не загляни, везде душно! - возмущалась учительница математики. Вместе с этим, не контролируя свои движения, женщина закрыла дверь и начала медленно подходить к Светлане Александровне. – А, может они на кухне, точно, - обрадовавшись произнесла преподавательница английского, но, развернувшись, стояла напротив Юлии Анатольевны уже на расстоянии руки – что с тобой? Тебе плохо? Неожиданно, ведь в комнате прохладно. – Неожиданно - вяло сказала учительница математики и, повалив коллегу на кровать, впилась в её губы страстным поцелуем. Светлана Александровна была в полном потрясении и не могла понять, что случилось с некогда адекватной женщиной? "Я не понимаю, почему она...целует меня?" Быстро выйдя из шокового состояния, преподавательница английского попыталась скинуть с себя обезумевшую учительницу математики, но та не давалась. Заломив руки за спину, Юлия Анатольевна зажала Светлану Александровну в мёртвой хватке. – Эй, стой, не трогай мой телефон, остановись, что ты делаешь?! - со злостью крикнула учительница английского – сейчас все придут домой, как ты будешь оправдываться?! – Посмотри в сообщения, видишь, домашние подтянутся только к вечеру, так что у нас ещё море времени - злорадно шептала Юлия Анатольевна, вдыхая сладкий запах духов. Быстро схватив пояс от халата Светланы Александровны, преподавательница математики связала руки своей жертвы, а после начала быстро её раздевать, как будто раскрывала новогодний подарок. – Какая ты красивая, я завидую твоей фигуре, - прошептала Юлия Анатольевна, – хочу ласкать это тело вечно. Пухленькими пальчиками женщина стала водить по всем эрогенным зонам. – Твоя ложбинка уже протекает, вижу, ты тщательно следишь за своим местом, - продолжала так же нежно повторять учительница математики, поглаживая киску – неужели вы с мужем ещё развлекаетесь, в вашем-то возрасте, ах, это так заводит. – Нет, стой, хватит, я не хочу, нет, остановись - истерически закричала женщина, на что получила пощёчину. – Замолчи, нас же услышат, - прошипела Юлия Анатольевна – препирания не помогут ни тебе, ни мне, а мы же хотим обе развлечься. – Говори за себя, сейчас я хочу только избавиться от твоего присутствия! Но учительница математики уже не слышала этого. Развернув и поставив раком преподавательницу английского, она стала бить больно ладонью по её заднице. Через некоторое время на ягодицах появилась болезненная краснота. – Пожалуйста, прекрати, хватит! С каждым ударом, Светлана Александровна чувствовала боль всё сильнее и сильнее. Она уже поняла, если будет кричать, шлепки не прекратятся, а только усилятся. – Что такое, моя дорогая, больно? - язвила учительница математики – потерпи немного, так уж и быть, я помогу тебе, подруги всё-таки. Снова перевернув преподавательницу английского, Юлия Анатольевна хотела её поцеловать, но Светлана Александровна не дала сделать это с собой. Ей было мерзко находиться связанной, голой, беззащитной. В глазах не было больше той гордости, которую видели ученики гимназии, а только страх, боль и отвращение. – Я тебя ненавижу, не хочу видеть - прошипела с яростью учительница английского. Тут немного пухлая рука резко обхватила и сдавила шею. – Вот как птичка запела, - уже серьёзно произнесла Юлия Анатольевна – тогда оборвём оставшиеся пёрышки с этих эгоистичных крыльев. – Ты не посмеешь! - злобно сказала Светлана Александровна. – Какой оскал, это даже смешит, нежели пугает - горделиво ответила учительница математики, она чувствовала своё моральное и физическое превосходство. Злорадно ухмыльнувшись, женщина взяла со стола продолговатый тюбик от шампуня, незаметно взятый ещё в ванной, и, без предупреждения, вставила его наполовину в Светлану Александровну. – Ах, больно, вытащи, вытащи, умоляю! - заплакала учительница английского, но её коллега будто не слышала эти мольбы. – Как ты быстро переменилась в лице, пойми, слёзы не помогут сейчас, - издеваясь, шептала учительница математики - а вообще ты неплохо устроилась, твоё тело связано, не нужно делать никаких движений - продолжала говорить женщина, настроив темп вхождения и вращения тюбика – но тебе хватает ума препираться, просто невероятно, смирись и насладись тем, что происходит. Через смирение лежит путь спасения. Сказав это, Юлия Анатольевна впилась резким и грубым поцелуем, а рука стала небрежно обжимать аккуратную грудь учительницы английского языка. Наконец, спустя некоторое время, глаза Светланы Александровны засияли ярко-розовым цветом. Она чувствовала, в скором времени кончит, но продолжала делать вид, что сопротивляется. Хотя сдерживать это извращённое удовольствие с выгибающимся от эйфории телом получалось не очень. Уж очень искусно учительница математики управляла тюбиком. Ей нравилось смотреть на измученное лицо своей коллеги. Она чувствовала, что именно это выражение лица наполняет её тело похотью и возбуждением, которого так не хватало ей в личной жизни. – Ах, нет, я...больше...я...нет! - вскрикнула учительница английского языка, достигнув оргазма. Обессилевшая женщина тяжело рухнула без сознания на кровать. – Наш урок прошёл очень хорошо, моя рука вся в твоей смазке, домашнюю работу задавать не буду, правда твоя речь требует корректировки, - спокойно произнесла преподавательница математики, развязывая руки Светланы Александровны – я ушла, увидимся в школе, дорогая. Накрыв свою коллегу одеялом и послав воздушный поцелуй, Юлия Анатольевна вышла из комнаты и направилась в свою квартиру. Она была довольна своей работой.