Не здесь

*** На старых кирпичных стенах в несколько слоев висят порванные, мокрые объявления о пропаже людей. Тепло одетый человек клеил новые бумажки, недовольно что-то бубня себе под нос и ёжась. В каждом таком «бланке» писалось все одно и то же. Эта фигура передернула плечами, а в давящей тишине можно было услышать вздох. «Пропал человек. Имя/Фамилия: Елля Каммингстоун. Возраст: 34 Пропала в ночь с 3 на 4 октября. На месте предположительного исчезновения найден зеркальный камень. Просьба, если вы увидите хоть что-то, что помогло бы найти пропавшую, сообщайте в полицию» И так на каждом объявлении, что мокло во влаге улиц. Единственное, что их отличало – это имя, фамилия и дата исчезновения… *** Раннее утро. Хотя не знаю, можно ли назвать это утром. Стрелки на часах уже указывали на цифру 5, а солнце не собиралось освещать старенькие, лишенные каких-либо украшений улицы. Ночь все ещё властвовала атмосферой, да и в принципе этим местом. Помимо почти непроглядной мглы на город еще прошлым вечером опустился густой, промозглый, седой туман, который не позволял вдохнуть полной грудью. Две фигуры метались по достаточно уютной квартире. Одна двигалась плавно, бесшумно, другая более хаотично, рассеяно. – ты издеваешься надо мной. С какого перепугу мы вообще встали в такую рань? – «спокойная» тень стояла у окна. В едва пробивающемся свете фонаря играли блики на темных, прямых волосах. Доходили они до подбородка и были немного растрепаны. То, что их хозяин только поднялся не оставалось сомнений. – не делай из себя жертву –в голосе слышалась улыбка – сам же не ложился даже – говор доносился из тёмного коридора от второго обитателя этого места. – ты мне так и не ответил на вопрос – «плавная» фигура повернулась лицом к заволоченному, словно вымазанному мглой проходу. Достаточно сильные руки оперлись о небольшой, пыльный подоконник. – слышал крики? – все-таки стал объяснять не показывающийся силуэт. Послышался щелчок зажигалки, появился слабенький огонёк, а за ним вспыхнула одна из конфорок газовой плиты. Этот небольшой источник света озарил бледное лицо, покрытое редкими веснушками. На несколько секунд блеснули неяркие рыжие волосы. Худая рука вынырнула из темноты и поставила на огонь кофейник, в котором уже плескалась вода, перемешанная с «бодрящим порошком». – слышал. И что дальше? – проворчал стоящий у окна, пристально наблюдая за действиями сожильца. – пойдем проверим, что стряслось. Может очередное исчезновение… Освещаемый тусклым светом фонаря почувствовал, как его собеседник пожал плечами. Интуитивно уже дополнял какие-то жесты и действия. Даже мимику. Слишком хорошо он знал этого человека, ведь жил с ним столько, сколько себя помнит. Правда для братьев это не такое уж и удивительное явление. Темноволосый беззвучно вздохнул, скидывая неопрятные пряди шевелюры на лицо – ну и почему ты в этом так уверен? Тут каждую ночь кричат. И то, в основном пьянь какая-нибудь… – боже, Курт. Давай просто проверим. В конце концов просто прогуляемся – рыжий снял с плиты чайничек, откуда тянулся приятный, теплый аромат кофе. – ага. Как те самые типичные герои из детективов, которые лезут в любое дело, лишь бы поразить читателей своей смелостью, спонтанностью и чем там их можно ещё поразить – фыркнула тень у окна, поправляя черную футболку – а прогуляться попозже можем, если тебе так охота. Хотя бы часов в 9, а сейчас я досыпать – уверенными шагами недовольный удалился вглубь квартиры. – ты хотел сказать «наконец-то подремлю чутка» — усмехнулся парень, что остался на кухне наедине со своим кофе. Бледный подошел к углу и включил свет. Мгла испуганно рассеялась, оставляя рыжеволосого без своего укрытия. В глаза бросалась странная, растянутая до нельзя, порванная в нескольких местах водолазка. Она болталась на тощей фигуре, как колокол. Бледная фигура приблизилась к окну, тихонько стуча босыми ногами по прохладному кухонному полу. Удивительно… нет, странно, что снаруж и оказалось намного светлее, чем ожидалось. А нужно было всего лишь включить свет. Обычно бывает наоборот... Парень вздохнул, сделал глоток горячего кофе и завалился на старый деревянный стул. Тот под весом хозяина тихонько, жалобно скрипнул. От окна, в которое смотрел рыжеволосый, веяло холодом, серостью и влагой. Всему виной лениво рассеивающийся туман, который словно был занавесом, скрывавшим всё, что творится за ним, в нем, под ним. Даже если туда заглянуть, нырнуть, ворваться, не важно, эта белая пелена не позволит тебе увидеть многое. Единственное, что остается – это искать, а что именно ложится на твои плечи. Много рассуждать рыжеволосый не любил, поэтому вся эта мыслительная цепочка исчезла, не успев толком начаться. Парень поднялся и задумчиво стал вглядываться в окно. И да, он не смотрел на улочки, где мелькали первые фигуры прохожих, а на само стекло, что было преградой перед попаданием наружу. На лице появилась странная, хитрая улыбка, открыто говорящая о том, что в голову ранней пташки пришла какая-то идея. Худая рука потянулась к ручке. Вот, послышался щелчок и негромкий хруст оконной ручки, утренний осенний холод ворвался в помещение вместе с ветром и влагой уже не такого густого тумана. Фигура забралась на подоконник и выглянула наружу. Да, как и предполагалось, рядом с окном мирно существовала пожарная лестница, за которую без лишних размышлений и обдумывания ситуации схватилась веснусчатая рука, а затем парень, вновь став тенью, выскочил, крепко держась за холодное железо. Приземлился на эти прутья рыжий не очень удачно – прилетел плашмя, ударившись грудью и животом, повиснув высоко над землей. Седьмой этаж – это не шутки. Сдавленно проворчав что-то себе под нос, тень подтянулась. Парень не глядел вниз до последнего, прекрасно понимая, что дух резко может перехватить. Только когда он вскарабкался повыше, самому себе было выдано разрешение оглядеться. Помотанные жизнью девятиэтажки, старые деревья, которые тихонько шелестели из-за ветра, потрескавшийся асфальт, который уже лет пять клянутся сменить, относительно новая детская площадка. Все это немного изменялось по мере продвижения парня к крыше. Шаг, еще шаг и вот железная холодная лестница кончается. Рыжий ступает на твердую поверхность и вдыхает морозный воздух полной грудью. Под босыми ногами сминается опавшая листва, непонятно как туда попавшая. Хотя, порой, вспоминая ветродуи, которые иногда терроризировали этот городок, подобные вопросы испарялись. Фигура размеренно бродила по верхушке дома, глядя только в ноги. Они мерзли, немели и побаливали из-за грубого покрытия, превратившееся в каменно-песочную кашу. Тут нога на что-то наткнулась. По сравнению с тем, что обычно чувствовали ступни на этой крыше, это непонятное нечто было гладким и даже казалось мягким. Рыжеволосый нахмурился и присел, вглядываясь в этот мусор в поисках того, что выбилось из общей колющей массы, неуклюжие из-за холода пальцы разгребали этот хлам пока не наткнулись на гладкий камушек. Он был небольшим, и слегка зеркалил. Глаза округлились от возможного осознания, что это такое, появились искорки любопытства и ужаса. Парень сжал стеклышко в кулаке и понесся обратно к пожарной лестнице, откуда ранее попал на крышу. Рыжий буквально слетел на железные перекладины, едва удержавшись. Да.. с одной рукой все-таки потяжелее спускаться будет. Ветел шумел в ушах, морозил и без того озябшее тело. Парень как какой-то супергерой влетел в окно квартиры. Он больно ударился ногой, поэтому скорчился, вообще не замечая, что творится вокруг. Над головой послышался тяжелый вздох полный упрека. – Черт, Ролан! Какого дьявола ты творишь? Рыжий задрал голову и тихо посмеялся – не видно? На полу валяюсь. И вообще делом занимаюсь тут Темноволосый фыркнул – ага. Я вижу Ролан вытянул руку со стеклышком в ладони – на крыше нашел. Походу наш домишко тоже ждет эта участь и первый уже пошел. Курт, я тебе говорил, а ты не верил. Брат стоял в ступоре. В утреннем свете было видно, что он уже привел себя в порядок. Темные волосы расчесаны, нет той поношенной футболки и брюк. Сейчас на нем сидели темная водолазка с низким воротом, черные джинсы, которые были ему немного широковаты, поэтому их поддерживал кожаный ремень, на шее красовалась широкая, темно-синяя лента, её концы переливисто спадали на плечи парня – и что ты предлагаешь делать? – спросил застывший Веснусчатый хихикнул и поднялся. Он уже хорошенько согрелся, поэтому особо движения не были скованными – знаешь. Мне всегда было интересно, что за ересь вообще происходит. Так что лично я буду пытаться разобраться. Курт вздохнул – я с тобой – темноволосый подошел к окну и закрыл его, поёжившись и закатив глаза – ещё и мусор какой-то в квартиру притащил. Ролан невинно пожал плечами и удалился вглубь квартиры, как когда-то его брат – ты же понимаешь, что мы пойдем шастать по городу и библиотекам? – крикнул он напоследок. Темноволосый вздохнул, наблюдая за тем, как улочки этого города оживают и начинают жужжать – само собой. Только не копошись, как обычно, улитка с ножками *** Беловолосая девушка неслась по улице, в глазах читался ужас. Бежала она в сторону забытых гаражей, где обычно тусовались большие компашки. В одной из них обитала и белая, при том её очень уважали. Она неслась к своей родственной душе. Вот показалась достаточно большая группа молодых людей и девушек – Рэйчел! Рэйчел, твою ж! – кричит девушка, обращаясь к одной из них, вытягивая перед собой ладонь с этим злосчастным стеклышком. Довольно высокая девушка резко обернулась. Её остриженные под короткое каре темные волосы трепал ветер, из-за чего они лезли в глаза, рот, непослушно завивались, летали, в принципе жили своей жизнью. Она нахмурилась и одновременно усмехнулась. Вышла удивленная улыбка – ты чего, Ев? – спросила Рэйчел, поднимая бровь – не рухни пожалуйста. А то ты все-таки не нерушимая стена. Отдохни, бегунья – голос был мягким, заботливым, слегка смеялся. – не бежала бы, если бы не ты, дура – взволнованно фыркнула Ева, всем своим видом показывая, что для шуток и заботливых подколов времени нет. Коротковолосая закатила глаза, явно немного расстраиваясь, из-за того, как на её фразу отреагировали – ну говори уж, чего случилось. Беловолосая ничего не сказала, а лишь вложила в ладонь подруге камушек. Она поджала губы и всё-таки выдавила из себя – в твоем подъезде, в твоей квартире… твоего отца Рэйчел похолодела, замолчала, игривая улыбка сползла с лица. Вся жужжащая до этого компания притихла. Темноволосая в момент стала серьезной – так, погоди. А ты там что делала? – а что я? Твоя семья мне разрешила заходить – Ева нервно усмехнулась. Коротковолосая поникла – черт. Ладно, не говори больше ничего. Ни че го – она всучила кому-то из ошалевшей компании эту чертову вещицу и большими шагами направилась куда-то восвояси.