wishlist: you

Слэш
NC-17
Закончен
23
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 15 страниц, 1 часть
Описание:
от противного ли донхека до ли донхека из списка желаний на рождество рядом в постели.
Примечания автора:
а вот так вот вышло, извиняться не буду.

паблик :: https://vk.com/highkaishi
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
23 Нравится 1 Отзывы 2 В сборник Скачать
Настройки текста
Примечания:
если увидели ошибку — укажите. заранее спасибо. надеюсь, что вам понравится этот бред.

приятного прочтения.
сончан огляделся и выдохнул, заметив, что донхек уже поодаль от него. чон всегда старался воздержаться от бурной реакции на очередные нападки со стороны донхека, и, кажется, сегодня получилось и вовсе избежать таковых. ох уж этот противный ли донхек. сончан пытается убежать от донхека, но тот догоняет. ни просто догоняет, он выносит мозг одним своим присутствием, давит на больное, юлит и всячески обращает на себя внимание. ренджун предупреждал, что легко со старшим не будет, да и доен говорил, что хэчан по профессии задира. склизкий тип этот ли донхек. терпение даже у милого и улыбчивого, никогда ни на кого не ругающегося младшенького сончана имеет свойство заканчиваться. поэтому старший летит в черный список, игнорируется в реальной жизни и вообще становится крайне не нужным персонажем. и сколько бы попыток быть замеченным не сделал донхек, каждую сончан с успехом пропускает сквозь себя. однако ли донхек не пальцем делан. «чон сончан», — думается донхеку. — «противный выскочка-переросток! знал бы ты, как я тебя ненавижу, как мечтаю, чтобы ты провалился». все вокруг всерьез их ссору не воспринимают, потому что ли всегда с кем-то в ссоре в силу своего характера (а часто эти ссоры и вовсе шуточные, ведь как никак, но все к донхеку уже притерлись). сложившуюся ситуацию старается сгладить только доен (видимо он один заметил неладное), бегающий меж злыми, напыщенными парнями, тыкая им в лица стаканчиками с кофе и пластиковыми шуршащими коробочками с десертами. и если сончан реагирует на кима, с удовольствием принимает кофе и сладость, то хэчан фыркает, вырывает стакан из рук и уходит со словами: «больно нужны мне ваши подачки». а вот перед камерой хэчан гордо задирает нос, всячески переключает все внимание на себя и заставляет всех вокруг забыть о существовании других мемберов. ли донхек был рожден для чужих удивленных взглядов, для вспышек камер и толп фанатов. донхек был рожден тем, кто мог бы всегда поражать даже самую искушеную зрелищами публику. однако в этот день все идет иначе. сончан в центре внимания, он сияет, мемберы младшенького оберегают, кормят зажаренным мяском и одаривают комплиментами. донхек с мрачным лицом сидит в уголке, прикусив губу, чтобы не заплакать от горечи обиды. казалось бы чего тут, у старших работа такая — делать вид, что им охота носиться с мелким олененком, таким милым и невинным мальчишкой, коим его никто и не считает. это ведь сценарий такой, нужно отрабатывать хлеб и кров. «а чего ты хотел?» — усмехается юта, сбросив полотенце с плеча. — «это наша работа». и донхеку ударяет в голову идея: нужно доставать сончана и показать ему его место. чон высокий, статный, у него осанка такая, что спина как струна на гитаре марка. лицо у чана словно с обложек глянца, что десятками валяются по кофейным столикам перед кабинетами в компании. ли знал, что мелкий оборванец добьется таких высот, коих мало кто мог ему напророчить. даже любимые карты таро предали, показав донхеку, насколько чон хорош и как много его ждет. — дерьмо! хэчан раскидывает карты. джонни, который лежал на кровати лишь усмехнулся и отложил телефон. — ты эгоист! — со перевернулся на бок. — сончан не виноват в том, что он такой. — к любому человеку есть лазейки, — шипит ли. — есть рычаги давления. на него нет. он, блядь, идеальный. — наведи еще порчу, черт возьми. — хён! джонни отворачивается, а донхек пинает с кровати какую-то карту и заворачивается в одеяло, чтобы дальше думать, как вернуть все внимание себе. сончан появляется перед глазами уже утром с кружкой кофе, заспанный и с растрепанными волосами. ли смотрит на него, потирая глаза, пока не слышит: — доброе утро, хен! как спалось? — нормально, — бурчит старший. желание ссорится нет вовсе, да и милый сончан-и сегодня такой улыбчивый, хотя видно, что ночью он не спал. в любой последующий день все шло не так. сончан не бесил, его хотелось вытаскивать на первый план, отдать первое место, за его спиной захотелось прятаться, а за руку держаться. донхек всячески старался скрываться, запихивать чувство, что рождалось в груди, на второй план, а восхищение младшим – на первый. мол «он такой высокий. красивый, талантливый, не могу не позволить ему быть впереди». донхек продолжал оправдываться сценариями, работой и отшучиваться всячески, но те, кто к донхеку были ближе всего уже не первый год, видели, как цветет и тухнет донхек в одно и то же время. джонни вперед других замечает, что донхек ломается. — раньше твоим любимчиком был только марк, — джонни ложится на кровать, выдыхая, словно святой мученик. – черт, спина. — помочь со спиной? – игнорирует первую часть реплики ли. — ты влюбился. – усмехается со. — даже если так, я не могу себе позволить потерять лицо. — врать уже не было смысла. — а голову можешь? донхек ложится на кровать, закрывает глаза, и под веками рекой расплывается образ сончана. такого ранимого милого, доброго, красивого, талантливого. хэчан не учел так много всего. он и вправду позволил себе потерять не только лицо, но и голову. поэтому сейчас он сворачивается комочком, и позволяет слезам скатиться по горячим смугловатым щекам. — я знаю, ты видишь в этом проблему, да их и не мало, — подает голос джонни. – но позволь ему сказать тебе пару слов. ты не должен жить по принципу, что тебе нельзя любить. — правда? – хэчан почти хрипит, глотая непрошенные слезы. — я разве врал тебе, мелкий? — ни разу, хен. — отношения это тяжело, даже если ты не айдол. отношения это ответственность или бренность. они доводят до слез или приносят улыбку. любовь не имеет границ и ограничивает этим. она безумие. просто нужно понять, что хочется твоей душе. и не отказывать ей. плюнь уже на то, что тебе не нравятся девочки. это нормально. кому надо тебя уже либо принял, либо примет. — ну да, с кем не бывает! – усмехается донхек, отворачиваясь от светильника.

***

у донхека спал камень с плеч, когда он принял свои чувства, а когда помирился с сончаном, бабочки разлетелись по телу, подарив легкость. наконец-то покой заполонил его, окружил негой, а голова опустела, все проблемы улетучились. хэчан наблюдал за танцующим с тэеном сончаном, улавливая каждую деталь в юном теле и прекрасном лице. младший казался таким маленьким ребенком ,что получил свою порцию конфеток, когда тэен похвалил его и объявил о перерыве. — вы можете пойти покурить или поесть! — объявил тэен и менеджер кивнул, хватая пачку сигарет самым первым. сончан все еще прогонял движения, внимательно разглядывая свои движения в большом зеркале, в котором мелькала и пестрая одежда мемберов, что ходили туда-сюда, сбивая концентрацию чона. — что с тобой? – чону подкрался, положив руку на плечо. – нравится, как он танцует? — да, — донхек облизнул губы. — ты палишься. – ким улыбнулся. – постоишь со мной? — опять курить? — ну, пожалуйста! — в следующий раз зови доена! донхек быстро надевает куртку и хватает чужой шарф. чону тащит его почти за руку куда-то в сторону первого этажа. по пути на улицу ли позволяет мыслям охватить себя, взять в плен и укутать колючими ветками. они выходят на холод, ветер тут пронизывает почти насквозь, завывая меж зданий, поэтому донхек укутывается в огромный шарф, что он утащил, как оказалось, у джонни. чону щурится, оглядывается, а когда менеджер, что вышел за ними выходит из-за угла, ким достает пачку. — я тебя позвал поговорить, — старший прикуривает. — о чем? – ли смотрит на менеджера, который тоже достает пачку сигарет и еще раз оглядывает периметр, чтобы избавиться от возможности скандала. — о том, что ты влюбился. – ким ухмыляется, зажав сигарету меж пухлыми губами. – и не смей говорить мне, что джонни умеет врать. — блядь, — хэчан садится на корточки, зажав голову меж своих ладоней. – это он тебе сказал? ты даже знаешь в кого? — знаю, конечно. – чону смотрит на менеджера. – даже наш менеджер знает. — в сончана, — спокойно говорит мужчина. – в него пол компании влюблены, наверное. такой милашка, старательный мальчик. — пиздец. – начинает смеяться донхек. – я, что, был последним, кто узнал, что ли донхек влюблен в чон сончана. сончан замирает, отталкивает лукаса и заходит обратно в здание. а лукас и не смеет возражать, подталкивая сяоджуна вперед, сказав тогму что-то на китайском. — почему ты тянешь вечно нас с собой? – сяо подходит к донхеку. – позвал бы кого-то еще. — нас? – переспрашивает чону. — сончан в последний момент ушел, — умалчивает некоторые подробности джун. а после обращается к лукасу. – позвал бы старших или тех, кто курит, а не меня. — ты мой лучший друг, вообще-то,— возмущается хуан. – имей терпение. сяо что-то говорит на китайском, видимо ругается, а затем достает телефон, оглядываясь. — сончан зашел обратно? – донхек сглатывает. — да, наверное, уже до зала дошел, — младший китаец улыбается. – думаю, ему будет о чем с тобой поговорить. донхек взвешивает все "за" и "против" и забегает обратно в здание, несется до зала, чуть не упав на повороте, и только потом видит сончана у самого входа, когда тот улыбается доену. кажется, они не замечают ли от слова совсем, потому что донхек слышит в звенящей тишине: — донхеку ты тоже нравишься, мне джонни-хен по секрету сказал. хэчан стоит раскрасневшийся, растрепанный, пытающийся отдышаться, а сончан стоит напротив, со сбитым сердцебиением, с красными щеками и со слезами на глазах. доен подходит к ли и шепчет ему на ухо: «кабинет направо от зала свободен. я думаю, вам стоит наконец-то поговорить». — спасибо, хен, — хек через силу улыбается доену. сончан смотрит на донхека, не отрывая глаз. не так он себе представлял момент их разговора. не так он видел любовь донхека. колючая реальность тянет их друг к другу, но отталкивает по многим причинам. они говорят с тишиной, ходят в темноте и прячутся друг от друга. — я был не прав, — начинает донхек. он аккуратно подходит к сончану, медленно переступая с ноги на ногу, чтобы не спугнуть младшего. – я сожалею, что делал… — я тоже был не прав, когда игнорировал тебя, — сончан пятится назад. — доен говорил, что соседний кабинет свободен. может поговорим там? донхек кивает и позволяет чону идти впереди, он позволяет вести эту игру. чон оглядывается лишь раз, когда слышит, как дверь за ними хлопает. внутри кабинета лишь столы и стулья, интерактивная доска и проектор. сончан присаживается за стол, что стоит ближе к доске, и донхек садится прямо на стол, лицом к сончану. они не отрывают глаз друг от друга, говоря словно одними взглядами. хек тянется к младшему, хватает его руки и кладет на свои бедра. сончан интуитивно сжимает ладони, чувствуя под ними мягкую кожу, скрытую под грубыми обтягивающими джинсами. — а мы точно говорим? – пытается уточнить чон, но ли сползает со стола, приземляясь на крепкие бедра чана. — давай помолчим, чтобы тишина решила все за нас. – донхек ощущает чужие руки на своей талии, а затем и горячее дыхание на шее. – я просто хочу посидеть вот так, пока нас не начнут искать. — хорошо, — сончан крепче обнимает старшего. – просто помолчим. им обоим в спину дышит новая жизнь, новые грезы и новая ответственность на хрупких юных плечах. но ни одного из юношей это не пугает сильнее, чем мысль, что они могут остаться порознь. все впереди, все не за горами. ближе, ярче, теплее. скоро. они понимают это, оттого и радуются, наслаждаются моментом. — насколько я потороплюсь, если скажу, что хочу поцеловать тебя прямо сейчас? — донхек тычется носом в щеку чона. — у нас много и мало времени одновременно, если честно, — усмехается сончан. — давай просто делать то, что нам хочется. джонни и доен находят их целующимися. парни не замечают старших, поэтому доен, слегка покрасневший от увиденного, прокашливается. сончан отрывается от хэчана, тот прячет красное лицо от хенов, сильнее вжимаясь в младшего. — я не хотел прерывать вас, если честно, — доен поправляет волосы. — но тэен хочет еще раз прогнать хореографию. — через пятнадцать минут приедет водитель. — добавяет джонни. — рад за вас. — спасибо, — одновременно говорят парни. — в субботу вы оба будете свободны, — усмехается джонни. парни отлипают друг от друга, поправляют одежду. — я сверил расписание. я буду занят. наша с хеком комната будет вашей на почти целый день. — хен! — донхек ухмыляется. — а ты даже разрешись нам занять твою кровать? — а твоя тебе на что, ребенок? сончан берет на пару секунд ладонь хэчана в свою и кивает с улыбкой на лице, когда ли поворачивается. они понимают все без слов. все будет хорошо, пока их принимают такими, какие они есть.

***

сончан в последнее время кажется донхеку странным. немного взволнованы они оба, ведь начало отношений выдалось спонтанным и весьма неожиданным для всех. однако на лице хека испуг мешается с удивлением каждый раз, когда губы сончана касаются его щек, хоть отношения длятся уже месяц. донхек надоедливо, как ему кажется, расспрашивает по свободным вечерам обо всем джонни. старший любезно объясняет, успокаивает и говорит, что по сончану видно, что любовь бурлит в его крови. «волноваться не о чем», — бубнит устало со, кутаясь сонно в одеяло. чон же пугливо подходит к доену за советами уже целый месяц. ким успокаивает его, говорит, что причин волноваться нет, ведь его тайный информатор (джонни, конечно же, это вовсе не тайна), всегда доставляет свежую и актуальную информацию о переживаниях ли донхека. «что не день, то сенсация», — отшучивается доен каждый раз, перед тем, как начать давать советы по общению с занозой ли. сончан для многих как открытая книга, а вот для донхека он тайна за семью замками. последнее, что хочет хэчан — это бегать до уставших марка и джено, ведь эти двое знают о чоне чуточку больше, чем остальные. марк хвалит способности сончана, приплетая в разговор работу, а джено, хихикая, толкает марка в плечо, рассказывая донхеку о том, как волнуется сончан всякий раз. «он обычно ходит за советами к нам с доеном», — джено открывает очередную банку пива. – «он такой милый, вечно стесняется, говорит о том, что любит тебя, хочет порадовать, но не знает как. чудесный парень, словно ребенок. расскажи мне, по секрету, чего ты хочешь, а я передам твоему парню, чтобы он тебя «обрадовал». вот будет мальчишке радости». сончан и вправду ребенок. добрый, чистый, совсем невинный мальчишка. ему не хочется говорить лишних слов, хочется просто обнять, поцеловать в лоб и просто укутать в одеяло. но с другой стороны хочется быть иным донхеком: проще говоря, известным всем и каждому хэчаном, этим колким, сексуальным, требовательным парнем, тянущем одеяло на себя. — скажи ему, что я хочу секса, — донхек слышит, как марк рядом давится пивом. ли поворачивается в его сторону и видит краснощекого друга. — попробуй сказать, что ты не трахаешься. джено рядом громко смеется, закусывая. — я передам, — джен хватает немного смятую банку и поднимает ее над столом. — выпьем за нас. они дружно вскакивают, расплескивая пиво по столу, громко кричат и желают друг другу по очереди всяческих благ. — расходимся, — сонный доен входит в гостиную. — завтра у вас может и нет расписания, но у марка есть. — хен, — марк немного пьян, кажется, даже, что не немного, когда он начинает просить кима посидеть еще. — тэен надерет мне зад, если ты завтра не будешь, как огурчик, марк-и. — доен стоит, укутавшись в одеяло. он сонный, голос у него хрипит слегка. он босой, уставший, аж стыдно перечить старшему. — и правда, пара бы уже спать, ведь хен прав. — сончан появляется из-за мягкой кипы по имени доен. – завтра у нас тренировка все равно. — черт, да, завтра тренировка. — джено дует губы, заглядывая в банку. — пусто. — спать, — хрипит доен и следом прокашливается. — алкоголики юные. сончан, помоги дотащить их. — я не пьян, — джено встает самостоятельно, тянет вялого марка за собой. — давай, хен, вставай. — ноно обращается к марку. донхек цепляется взглядом за сонную фигуру сончана. младший похож на уставшего после игры растрепанного котенка. такой невинный и милый, что ли захотелось обнять его и никогда не отпускать. алкоголь явно прибил хека к полу, потому что вставать не хотелось, он просто потянул руки к чону и улыбнулся. — поможешь встать? — щурится хек, улыбнувшись еще раз, хитро подмигнув. — хватит флиртовать, — тянет болезненно ким, подхватывая пьяного марка. — боже, он стал тяжелым. — качается с кай-хеном, — пожимает плечами джено. — я уберу тут. — хорошо. — доен накидывает на плечо марка часть одеяла. — пошли спать, марк-и. — хен, я сам дойду. — не спорь, черт возьми, я уже взвалил тебя на свои хрупкие плечи. сончан смеется, помогает донхеку встать, но тот валит его на себя, утягивая на пол. губы ли касаются губ чона, и звонкий пьяный смех лежащего на полу донхека наполняет гостиную. сончан смотрит на донхека, пытается встать вновь, но ли притягивает чона к себе, целуя влажные после предыдущего поцелуя губы. они не замечают, как гостиная пустеет, обдавая холодом ночи два юных тела. по полу тянет, холодок от где-то открытого окна морозит кожу, но парням наплевать. — может, пойдем спать? — спрашивает сончан. — доен завтра все равно поднимет нас рано. — тогда к тебе в комнату. я знаю, что ты один ночуешь сегодня. — хэчан поднимается. — ладно.

***

утром голова немного болит от выпитого поздним вечером алкоголя. донхек поднимается, находя рядом с собой сопящего сончана. чон почти по-рыцарски отдал одеяло и всю кровать донхеку, отчего сам лежал на краю кровати, свесив ногу. «капризный ребенок», — вспоминается хэчану. — «ли донхек ведет себя, как капризный ребенок». иногда донхек бывает стыдно за свое поведение, особенно больно и стыдно слышать, как кто-то за спиной говорит о тебе в плохом ключе. донхек старается игнорировать все происходящее, гордо вздернув к небу нос, дабы показать, кто здесь главный. ли старался не идти на глупые уступки, ему не хотелось играть в подачки и поддавки, для него было главным оставаться самим собой. но за самого себя бывало стыдно. «тебе не должно быть стыдно за то, что ты стоишь на своем», — сказал как-то тэен. — «оттого, что ты иногда бываешь грубым с теми, кто тебе не нравится, мир не кончится. просто ты — это ты. и разве что-то другое должно тебя волновать. не смей ненавидеть себя за свой характер. те, кто говорят о тебе плохо, не знают, насколько тебе бывает тяжело. они ничего не знают». — капризный ребенок, — шепчет хэчан, зарываясь пальцами в крашеные волосы. — я уже смирился. донхек аккуратно выпутывается из плена теплого одеяла, набрасывая его на своего парня. он пробирается к выходу, тихонько выходит в коридор, где встречает доена и марка. старшие стоят у кофе-машины и тихонько перешептываются. — сегодня у тетушки выходной, — громче говорит ким, обращаясь к младшему ли. — приготовить завтрак? — нет, мам, — улыбается хек, проходя к раковине. — доброе утро, — улыбчиво отзывается донен. — доброе утро, хен. донхек жадно глотает воду, подумывая о том, чтобы сходить умыться, шумно ставит стакан, а повернувшись видит сонного, потирающего глаза сончана. — привет, — хрипло шепчет чон, ловля улыбку на лице старшего. сердце хэчана пропускает удар. ему так повезло быть парнем чон сончана. никто даже представить себе не может как повезло ли донхеку жить рядом с младшим. — привет, — донхек чувствует, как к щекам приливает кровь почему-то, дыхание сбивается и сердце шалит в груди. — утренний поцелуй? — сончан, не стесняется старших, что стоят с чашками, словно вросшие в кухонные тумбы. — ты чего? — тут хены. — не ты ли недавно сосался со мной, по случаю победы прямо в середине гостиной, стоя на столе? марк и доен тихо смеются. — черт! — шипит ли, попадая в объятия сончана. — до сих пор стыдно. — он прячет лицо в растянутой домашней чоновой футболке. — один поцелуй, и лично я забуду об этом. — какой же ты… хэчан тянется к лицу сончана ладонями, и тот нагибается. — гигант. марк краснеет, толкая смеющегося доена локтем в ребра.

***

сончан краснеет. это он был инициатором того, что донхек сейчас почти лежит на нем, заглядывая в глаза. они молча разглядывают друг друга, неловко краснея, хотя куда еще дальше. розовые смугловатые щеки хека кажутся чону самым милым, что могло существовать на земле. «любовь странная штука», — сказал как-то сончану доен. — «у нее нет правил, ее достойны все, но не всем она доступна. любовь нельзя «заслуживать». любовь — базовое чувство, без которого человек не может быть человеком, понимаешь. если люди любят, их нельзя осуждать, их нельзя разлучать. если это здоровая любовь, понимаешь, да? и как жаль, что многих жизнь обделила любовью. так что береги моего младшего. он сильный, самый сильных из всех нас, как может показаться. он свои слабости скрывает и это не показатель силы, на самом деле. это детская наивность. донхек просто не хочет, чтобы его видели капризным ребенком». — ты самый лучший, — шепчет сончан, крепко прижимая к себе старшего. — к чему ты это? — хихикает донхек, чувствуя, как воздух покидает легкие от крепких теплых объятий. — а разве должна быть причина, по которой я могу тебе сказать это? — не знаю. — не плачь, эй! а если будешь плакать, я сцелую каждую слезинку с твоего милого лица. донхек громко смеется. смеется так, как может только он: звонко, заливисто, словно солнце смеется в небе, одаривая всех своим теплом. сончан видит, как маленькие прозрачные слезинки скатываются по щекам, покрытым родинками, он чувствует, как сердце в груди донхека бьется, пытаясь достучаться до чего-то или до кого-то, сончан не знает, но в глубине души эгоистично надеется, что оно бьется в надежде быть рядом именно с ним. «влюбляясь, мы становимся эгоистами», — сончан помнит, как заплаканный чону прикурил, кутаясь в куртку. — «мы отдаем частичку себя, надеясь, что нам тоже отдадут что-то, даже если мы оправдываемся тем, что не хотим этого. любовь не дружба, она не строится на равных. часто один из влюбленных жертвует собой, вечно меняется, хочет быть всегда лучше. любовь ненавидит тех, кто воспринимает ее невинную слепоту за слабость. любовь слепа, потому что она пожертвовала зрением, чтобы вершить правосудие». «правосудие?» — спросил чон, наблюдая, как ким стирает слезы, выпуская из пухлых губ сизый дым. «настоящая любовь не судит людей и не наказывает их. она светла, невинна и чувствуется свободой в самых легких. это невозможно почувствовать, если ты злой подлый человек». «кажется, я понимаю», — улыбнулся сончан. — «твоя любовь была лишь страстью, что любит лишь телом». чону расхохотался, а затем обнял сончана, откинув сигарету куда-то в банку на полу. «донхеку повезло, что ты его парень», — пробормотал ким куда-то в плечо сончана. — «любовь бывает разной, у каждого она своя, но она у всех одна и одинаковая. только когда ты поймешь, что ты хочешь, только тогда ты начнешь отпускать все плохое, любя». «я пока не совсем понимаю, но я готов поддержать тебя, хен». «я уже забыл свою любовь. пойдем?» — позволь мне любить тебя, донхек. — шепчет чан. — позволь делать еще больше. я не опытен, не знаю еще, как это любить по-настоящему. я молод, глуп и не понимаю, что мне нужно делать, чтобы сделать тебя счастливым. но доен-хен сказал мне, что любовь — заслуга двух влюбленных, помогающих друг другу любить друг друга. — сончан вдруг смеется, прижимая донхека и переворачивая его на спину. он убирает прядки с удивленного лица, оглаживая розовые тепленькие щечки. — я иногда не понимаю, о чем мне говорят хены, чтобы помочь любить тебя сильнее, я боюсь сделать что-то не так. но я чувствую своим сердцем, что я готов на все, чтобы сделать тебя самым счастливым человеком. и… — люби меня еще больше, я только за. — шмыгает ли. — не смей даже думать о том, что я брошу тебя из-за того, что ты неопытен. я сам не особо разбираюсь в коварных сетях любви, черт возьми. они целуются, отпуская все плохое и забывая о том, что их могут осудить. самое главное сейчас лишь то, что им так хорошо вдвоем на кровати в полутьме комнаты их общежития, пока другие участники группы устало зевают, разбредаясь по комнатам и этажам. — сончан-и, — оторвавшись от любимых губ говорит донхек, прижимаясь лбом ко лбу младшего. — ты убежишь, если я скажу, что я хочу тебя? — блядь, — выругался сончан, усмехнувшись. — я не умею, не могу. — преодолевая стеснение шепотом говорит чон. — брось, я знаю. ляг на спину. расслабься, я сделаю все сам. — точно? — не нарывайся, малыш, я что зря готовился? хэчан целует, сжимая в своих мягких теплых ладонях лицо сончана. чон возбуждается быстро, как и мог вообразить донхек, которому хочется подарить своему неопытному парню лучший первый раз. ли очень волновался насчет того, что сончан окажется у старшего не первым, но чон высказал все четко: «какая разница, что было до? разве до этого мы были знакомы?» кажется, в тот момент все сомнения пропали, ускользнув меркнущими тенями. — ты не представляешь, как я хочу подарить тебе на рождество секс. и да, это потому, что у меня нет другого подарка. — прекрати, я бы счел за подарок даже обычный поцелуй, малыш. — ты заводишь меня, когда называешь малышом. — малыш-хен. — чон сончан! донхек снова целует, чувствуя, как большие ладони заползают под свитер. воздух нагревается. донхека ведет от того количества горячей любви, что заставляет пот сверкать софитами на коже. у сончана все перед глазами плывет, туман окутывает разум. хочется больше. еще больше. еще. — еще, — стонет чон, хватая донхека за волосы. донхек целует шею сончана, сползает ниже, ведет дорожку из поцелуев, а затем тянет свитер, заставляя сончана поднять руки над головой. волосы младшего электризуются, волнами ложась на взмокший лоб. сончан, опираясь на локти, наблюдает за тем, как ли раздевается, прикусив губу. хэчан выглядит так невинно и пошло одновременно, такой греховный ангел, что сейчас принадлежит только сончану. — стягивай свои джинсы. — командует ли, вскакивая с кровати. он лезет в шкаф, находит какой-то пакет, кидает его в сторону кровати, и пакет приземляется около ног чона. — чуть быстрее раздевайся, не копошись. — я тут волнуюсь, вообще-то. — волнуйся чуть быстрее, потому что я тоже волнуюсь не меньше твоего. донхек опускается на кровать, пред этим крадясь дикой кошкой. мозг сончана медлит, а сердце колотится так быстро, словно оно должно снабдить кровью целый город. чон рассматривает своего парня, прикусывая губу. ему невтерпеж почувствовать какого это, когда вы на той самой грани. ему хочется быстро, рвано, до пляски чертей и фейерверков под закрытыми веками. секс — это так же, когда ты сам водишь рукой по своему телу?.. — спокойно, не волнуйся и слушай меня, — шепчет хэчан на ухо сончану, даря поцелуй за ухом. — ляг на спину, вот так, да. а теперь вдохни и выдохни. думай только обо мне. я покажу тебе, как может быть хорошо, когда тебя любят. — а, — чон сглатывает, пытается встать, но донхек толкает его обратно на мягкие подушки. — я всегда снизу был. но если ты… — главное, чтобы тебе было удобно. неловкость застревает тишиной между влюбленными. донхек опустошает пакет, берет смазку, открывает ее и капает на ладонь. сончан смотрит только в глаза донхека, который пальцами размазывает смазку по ладони. мягкая ладошка касается вставшего члена чона, обжигая влагой и теплом. младший шипит и вжимается в матрас, жмуря глаза. донхек медленно водит по стволу, облизывается, а затем его руки пропадают с тела сончана. а когда чон поднимает взгляд, он видит уже полностью нагого парня, который сидит, расставив ноги. идеальный. мягкая смугловатая кожа, утонченные округлые изгибы, розовые щеки, невинная пара глаз, стреляющих прямо в сердце. сончан чувствует, как член дергается. мозг отлючается. — помоги мне растянуть меня. — шепчет донхек, уводя взгляд от голодного взора сончана. донхек падает спиной на мягкую смятую простынь и шире разводит ноги. он слышит, как сончан сглатывает и почти воет, пытаясь скрыть стон удовольствия и удивления. это льстит лучше и сильнее любых самых изощренных комплиментов, это срывает крышу. донхеку хочется услышать хотя бы одно слово о том, что он самый красивый, самый лучший и самый сексуальный, даже несмотря на то, что его тело не имеет явно выраженных мышц и не тянет на звание «по-мужски» сексуального тела. донхек знает себе цену, он в курсе, что имеет что-то большее, чем привлекательное милое личико. он понимает, что все восхищаются им не из-за тела. он не раз слышал, как прекрасен, ему делали сотни комплиментов за все годы карьеры, но этот взгляд сончана не похож на те, что были у его бывшего. этот взгляд. снова сводит уверенность на нет, дарит смущение. лицо сончана возникает вместо белого потолка, и ли тянется за поцелуем. рука сончана касается мягкого впалого животика, подушечки легонько надавливают внизу живота, скользя до паха. — помоги. — шепчет донхек. — что делать? — серьезно спрашивает чан. — возьми смазку и нанеси на пальцы. а теперь… не говори, что никогда не смотрел порно. — смотрел, — сглатывает сончан. — но в жизни и в порно все по-разному. — боже, — донхек откидывается на подушки, когда чон касается пальцами его члена, легонько проводя кончиками от головки до пупка. — ты меня убьешь. — хэчан хватает руку младшего. — я сейчас развернусь и, думаю, ты поймешь, что нужно делать. краснощекие, возбужденные, влюбленные… они чувствуют что-то подобное впервые, словно впервые и находятся рядом, так близко, еще немного и словно коснутся душ друг друга. нежность, граничащая с крышесносной страстью, сводит с ума, туманя рассудок. ближе, больше, громче, быстрее. длинные узловатые пальцы сончана под натиском горячей ладони донхека проникают в тело, в горячее тело, сотрясающееся в нетерпеливой дрожи. юное гибкое тело просит еще, но разум говорит: «остановись, все будет». но ли хочется, то трясущихся рук и до сжимающихся пальцев на ногах хочется почувствовать сончана в себе. голый чон произведение искусства, как кажется опьяненному хеку. но с другой стороны, пальцы чона дарят нежность, и аккуратные действия сончана несут в себе любовь. от всех ощущений, от бурлящих в крови чувств и от горячих успокаивающих поцелуев младшего, донхек плавится. его разум граничит между желанием «быстро» и «еще чуть-чуть». ему невероятно хорошо. сончан видит выражение лица донхека. нега, счастье, удовольствие… они мешаются друг с другом, выражаясь на прекрасном личике. сведенные к переносице брови, зажмуренные глаза, то открытый рот, то закусанная нижняя губа, дабы сдержать стон. красиво, непередаваемо прекрасно, уникально, страстно… сончан не может передать собственных чувств, когда он смотрит на своего парня. хэчан хватается за запястье сончана, широко раскрыв глаза, когда пальцы задевают ту самую точку внутри. чон ухмыляется и давит на простату пару раз, выбивая из донхека замученный стон. — войди в меня уже, — устало требует старший. сончан вспоминает, как нужно надевать презерватив. он благодарит интернет, в частности твиттер, в котором он увидел, как герой ролика для взрослых справляется с нужной чону задачей. немного неуклюже выходит, но сончан все-таки раскатывает по члену латекс, сдувая с глаз челку. раскрасневшийся хек лежит под ним, уже удобно закинув ноги на талию чона. он кивает, шире раздвигая ноги. открывшийся младшему чану вид сносит крышу, окончательно требует следующих действий. а вот кивок парня придает уверенности. чон входит медленно, наблюдая, как меняется в лице донхек, открывшийся для него с новой стороны. сексуальный. ли же знает, что он желанный, любимый и лучший. удовольствие. сплошное удовольствие чувствовать, как двигается член сончана внутри. он проходится раз через раз по простате, то подталкивая хэчана к пику, то уводя его от него же. сончан, видимо, понимает, что нужно его мальчику. одна ладонь чона тянется к покрасневшему члену, а другая сжимается на бедре. пальцы сжимаются, хек закатывает глаза. пальцы смело ведут вверх-вниз, задевая влажную головку, а затем и полностью обхватив член ладонью. донхек очень громко стонет. еще громче, чем прежде, хотя, казалось, куда еще-то громче. сончан чувствует, что скоро кончит. еще чуть-чуть, еще два-три толчка в жар тела ли и все! чон гонится за этим знакомым чувством, осознавая, что оно ощущается иначе. приятнее, необъятнее, чувственнее. тут больше эмоций, больше ощущений, пусть и процесс оказался гораздо короче, чем в тех же видео из твиттера и в фанфиках, что удалось сончану прочесть. но это по-другому. это тут, близко, тут донхек не из фантазий, а вот он, смотрит прямо в глаза, зажимая одной рукой сосок, а другой поправляя непослушные волосы. сончан чувствует, как узел внизу живота завязывается туго-туго, приводя бабочек в животе в бешеное движение, в нескончаемые пляски. а потом внезапно узел развязывается, стоило донхеку вновь простонать и заглянуть в глаза. чон со стоном кончает, но продолжает ублажать донхека, которому хватает и одного толчка четко по простате, чтобы кончить в руку сончана и себе на живот. тяжело дыша, младший валится на бок. донхек лежит, прикрыв глаза, улавливая причудливые узоры под веками, возникшие после оргазма. сончан наблюдает за расслабленным выражением лица хека, а затем оставляет на все еще горячей щеке поцелуй, заставляя старшего взглянуть на себя. — ты был хорош для первого раза, — ли прикусывает губу. — правда хорош. — спасибо. — сончан краснеет от неожиданного комплимента. — мне было хорошо. как всегда хорошо рядом с тобой. донхек моргает пару раз, смотрит, словно не понимая чего-то, а потом выдыхает, жмется ближе, словно котенок, ищущий тепла. сончан с удовольствием обнимает своего парня, но потом вдруг легонько касается живота ли и говорит: — надо бы вытереть нас. особенно тебя. хэчан громко смеется, утыкаясь носом куда-то в шею парня. действительно прекрасно. действительно то, чего они оба желали: друг друга в полном спокойствии и любви рядом друг с другом.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты