Стеклянный...

      Неосязаемая тоска стала верным спутником Гарри на протяжении последних нескольких дней. Он не чувствовал ничего, кроме грусти и подавленности. Он не чувствовал радости, не мог поддерживать разговор с Герми, не мог играть роль пай-мальчика рядом с Роном, который ни о чём не знает и даже не догадывается о каких-то планах директора на него, ведь не стал бы он просто так поить Гарри, и не только, зельями. Парень уже третий день ничего не ел, не ходил на уроки, находился всё время либо в своей комнате в общежитии, либо в гостинной Тайной комнаты вместе с Василиском. Поттер почти всё время смотрел в одну точку, никто и ничто не могло его отвлечь от его мрачных мыслей. Когда Дамблдор на второй день позвал Гарри поговорить по этому поводу, парень сказал, что всё хорошо, просто небольшая бессонница. Парень очень сомневался, что директор ему смог поверить, но ничего не мог поделать со своим поведением, он пытался, правда пытался, но каждый раз его окутывала тоска. Гарри ассоциировал себя с зомби, которого ничего в этой жизни не интересует и просто ждёт конца своей недолгой жизни. Даже, заинтересовавшое немного ранее парня, Зельеварение не привлекало Гарри к изучению чего-то нового, что очень удивило Гермиону.       Подавленность Гарри началась три дня назад, когда Поттер, проснувшись рано утром, понял, что сегодня незнакомец не посещал его снов. Сначала он не придал этому особого значения, хоть мужчина никогда ранее не исчезал даже на день. Это был первый тревожный звоночек, на который Поттер решил не обращать внимания, хоть из-за этого у него было испорченое настроение целый день. Когда, в этот вечер, Гарри ложился спать, он засыпал с мыслью, что этой ночью он наконец-то встретися со своим незнакомцем, но этого не случилось. Гарри начал переживать, ведь с мужчиной могло случиться всё, что угодно, а он единственный, кто дарил спокойствие душе парня и будил те чувства в его сердце, о которых Поттер даже не догадывался, что может их испытывать.       Вторая ночь тишины от его незнакомца стала началом пропусков уроков. Гарри и так был освобождён от занятий и ходил на них ради возможности узнать и выучить что-то новое. Сейчас же Гарри не привлекали ни новые знания, ни шутки близнецов, которые ненавязчиво пытались выяснить, что происходит с парнем, ни понимающие взгляды и улыбки Луны, которая просто просила дать время Гарри и утверждала, что всё будет хорошо. Голову Гарри одолевали мрачные мысли, что с незнакомцем могло что-то случиться, а душа парня разрывалась от отчаяния и тоски по мужчине, к которому парень успел слишком сильно привязаться за такое короткое время. Пусть Поттер не совсем понимал, что чувствует к гостю своих снов, но он скучал и был готов отдать всё, лишь бы он всё же снова ждал его во сне, обнял и спросил, как у Гарри прошёл день.       На третий день отсутствия незнакомца, Поттер впал в полное отчаяние. Если до этого, он хоть немного общался с друзьями, приходил на завтрак, даже один раз Дамблдор пытался поговорить с ним, хоть это ни к чему логическому не привело, то сейчас всё, что делал парень: сидел в Тайной комнате, возвращаясь в общую гостинную Гриффиндора только вечером, слушал тихое недовольное шипение Василиска о глупом Наследнике и страдающем Гарри. Грифф не понимал, как связаны эти два факта, ему было достаточно, что змей не оставляет его одного, рядом с ним парню было намного спокойнее. Гарри хотел ощутить привычные объятия, услышать приятный и уже такой родной голос своего пропавшего незнакомца. Поттер скучал и не отрицал этого, он не хотел обманывать, в этом плане, хоть себя, это было бы самообманом и неуважением к самому себе и к гостю его снов.       Сейчас же уже был вечер и Гарри сидел на полу в небольшой гостинной Тайной комнаты и просто наблюдал за пламенем в камине. За его спиной спал Василиск, который устал причитать на глупых волшебников, которые либо отрицают, либо не замечают очевидные вещи. Сегодня он не хотел идти в башню Гриффиндора, а смысл, если завтра с утра парень снова спустится сюда. Поттер продолжил бы и дальше падать в пучину тоски, если бы не близнецы, которые со скоростью звука ворвались к Гарри и закрыли ему обзор на огонь. Парень попытался наклониться так, чтобы Уизли не закрывали ему пламя, но они нарочно меняли своё место расположения, мешая тем самым Гарри. Не удержавшись, Поттер поднял голову, хмуро и грустно глянув на братьев.       — Что вам от меня нужно? — голос Гарри был хриплым из-за долгого молчания.       — Ничего…       — Такого …– близнецы начали говорить по череди, умело подхватывая слова друг друга, как будто репетировали это небольшое предложение перед тем, как прийти к Поттеру.       — Что могло бы…       — Отвлечь тебя…       — От твоего увлекательного занятия и…       — От твоей странной хандры. — последнюю фразу, братья сказали хором, чем совсем не удивили брюнета.       — Так, что вы тогда от меня хотите? — пусть голос Гарри и был безразличен и уставший, но, чтобы хоть как-то подать вид заинтересованности раговора, приподнял правую бровь.       — Сегодня к нам подошёл Хорёк. Ведь так, Фред?       — Да, Джорджи. И он спрашивал о тебе, Гарри. — Поттер удивлённо посмотрел на близнецов, совсем не понимая, что Малфою понадобилось от него, всем своим видом намекая, чтобы Уизли продолжили свою речь.       — Он был взволнован, но пытался держать лицо.       — На наш вопрос: «Зачем ты ему?», он ответил…       — Что это не наше дело, но минутой спустя…       — Когда мы сказали, что ни за что не скажем, где находится Великий Гарри Поттер…       — Пока не узнаем причину его розыска…       — Он сдался и сказал, что искал тебя для того, чтобы…       — Извиниться. — и снова посленюю фразу близнецы снова проговорили в унисон, до этого разговаривая своим любимым стилем.       — Малфой? Извиниться передо мной? Вы головой ударились или опять испытывали свои изобретения на себе и у вас галлюцинации были? — Гарри абсолютно не поверил в слова близнецов, чтобы слизеринец извинился перед ним, должно произойти что-то из ряда вон выходящего.       — Гарри, неужели ты думаешь, что мы бы стали тебя обманывать? Ты нас обижаешь. — братья выглядели реально оскорблёнными, пусть и говорили и в шуточном тоне.       — Нет, но быстрее Земля начнёт крутится в обратную сторону, чем Хорёк решит самостоятельно извиниться передо мной. — Поттер говорил на полном серьёзе, совсем не разделяя веселье близнецов. Парню казалась эта ситуация довольно странной.       «Ну не мог Хорёк решить перед мной извинится, это звучит слишком абсурдно. Здесь есть какой-то подвох, вот только какой?» — младший грифф задумчиво уставился перед собой, в это же время терпливо ждали, пока Гарри примет какое-то решение по этому поводу, садясь рядом с парнем.       — Он выглядел вполне искренним, Гарри.       — Мы никогда не видели Хорька таким серьёзным.       — Мы уверены, что он правда хочет извиниться перед тобой. — близнецы говорили спокойно, они не хотели давить на Гарри, но они обязаны были рассказать о своих мыслях о этой ситуации.       Гарри тихо сидел между близнецами и снова смотрел на пламя камина. Новость о извинениях Малфоя немного отвлекла парня от тяжёлых мыслей о своём незнакомце. Но чем дольше он думал, тем больше тревожные мысли заполняли голову Поттера, возвращая парня к первоначальной тоске и подавленности. Он не знал, что делать с заявлением слизеринца о извинениях, Гарри хотел их принять, если уж близнецам блондин показался искренним, но его не покидали мысли, что это обман, он ждал подвоха.       — Гарри, я с-с-слышал ваш раз-с-зговор и чус-с-ствую твои сомнения. — Василиск заговорил неожиданно, именно его Поттер совсем не ожидал сейчас услышать. Парень был уверен, что змей крепко спит и их разговор уж точно не разбудит и не побескоит его, но похоже Гарри ошибся. — Не бес-с-спокойся по поводу какого-то подвоха со с-с-стороны этого слиз-с-зеринца, у тебя есть друз-зья, которые готовы защищать тебя и он это знает. Он в чис-с-сленном проигрыше, ис-с-стинный слизеринец никогда не пойдёт против того, кто намного с-с-сильнее него, напрямую. А ес-с-сли он что-то задумает, ты и твои друз-з-зья сразу же заметите, вы очень умные и наблюдательные, совсем не похожие на гриффиндорцев.       — Ты намекаешь на то, чтобы я доверился Малфою? После 4 лет издевательств и ссор? — Гарри выглядел удивлённым и оскорблённым. Парень не понимал, как змей может просить простить того человека, который портил ему жизнь на протяжении четырёх лет.       — Не с-с-совсем. Я не прошу прощать его за его оскорбления, за его глупые поступки и действия, я прошу дать ему ш-с-шанс, я уверен, что он оправдает твоё доверие. — Король змей говорил уверенно и спокойно, пытаясь достучаться до говорящего.       — Ладно я попробую с ним поговорить и дать ему шанс. — Возможно Гарри согласился слишком быстро с Василиском, но за это время он научился доверять словам змея и был уверен, что в чём-то он был прав, а Хорёк ещё мог им пригодиться. — Фред, Джордж.       — Да, Гарри. — завороженно слушавшие общение Гарри и Василиска, близнецы быстро оживились и с улыбками посмотрели на парня.       — Увидите Малфоя, передайте ему, что мы будем ждать его завтра ровно в 7 вечера возле Выручай-комнаты. Так же предупредите об этом Гермиону, Невилла и Луну, без вас и них я никуда не пойду. Об этой встрече больше никто не должен знать, особенно Рон. — Гарри говорил спокойно и немного сонно, но очень серьёзно, парень совершенно не хотел, чтобы об этой встрече знал Рон, ведь знает он — знает Дамблдор, а это совершенно не было нужным Поттеру. Сегодня его что-то слишком рано клонило в сон. — Так же скажете Герми, что меня сегодня не будет в башне, я сегодня переночую здесь.       — Будет сделано, сэр. — Близнецы, как по команде, встали в стойку «Смирно» и с улыбками направились к выходу с комнаты.       — Спокойной ночи, Гарри. — Уже на выходе из гостинной к Поттеру обратился Джордж, а за ним его же слова повторил и его брат.       — Спокойной ночи, Фред, Джордж. — Гарри чуствовал, что ещё немного и он заснёт прям в сидячем положении, но он знал, что завтра об этом очень сильно пожалеет из-за шеи и спины, которые с вероятностью в 100% на утро болели бы. Поэтому Поттер махнул палочкой, проговорил в уме невербальное заклинание и вместо небольшого кресла в углу комнаты стояла удобная кровать.       Всего через несколько минут после того, как ушли близнецы и голова Гарри коснулась подушки, парень почти сразу же провалился в сон. Там его встретила его любимая поляна в лесу. Гарри уже думал, что снова проведёт эту ночь в одиночестве с тоской на сердце, как вдруг сзади парня обхватили такие знакомые и родные обьятия. Поттер подскочил на месте, обернулся лицом к источнику своего спокойствия и крепче обнял его.       — Я скучал. — прошептал Гарри куда-то в ключицы мужчине. По телу парня разливалось привычное тепло. С сердца отступала тоска, которая несколько дней не отпускала парня, а ведь для душевного спокойствия Гарри было достаточно лишь простых объятий от человека, которого он не знал, но к которому смог очень быстро привязаться и без которого просто не мог чувствовать себя хорошо.       — Я тоже, Гарри, я тоже скучал. Давай просто постоим так. — в голосе мужчины было слышно и тоску, и вину, и облегчение. Гарри почти сразу же понял, что не один он переживал все эти дни, но он не винил его, что он исчез на несколько ночей, парень был уверен, что у незнакомца были причины на это.       — Да, конечно. Но потом ты мне раскажешь, почему и куда ты пропал.       — Потом всё, что пожелаешь, хоть мир у твоих ног, а сейчас обьятия и тишина.