- Прощайте, милорд..

- Се-себастьян, а это больно? - невинно спросил мальчик, когда дворецкий усадил его на скамью во дворе поместья. Контракт подошёл к концу, Сиэль отомстил убийце за родителей, а значит может прощаться с жизнью. Вчера, устроил последний бал в своём поместье, где открыто попрощался с Лиззи, конечно, та так и не поняла к чему клонит её, уже даже не будущий, муж, но скоро она узнает в чём дело. Рядом со скамьёй, с некой ухмылкой на лице, стоял Грелль, облокотившись на свою любимую бензопилу, в нетерпении ожидая смерти молодого графа. Сиэль правда просил его не приходить (просил, а не приказывал), но против законов природы не попрёшь - жнец должен составить отчёт о смерти человека, и просмотреть его "плёнку" памяти. Мальчик был уверен, что этот дегенират даже не удосужится стереть со своего лица эту дебильную улыбку. - Не очень, но я сделаю всё быстро, - произнёс демон тихо и спокойно, словно хотел передразнить гробовую тишь вокруг них троих. Мужчина с неким голодом смотрел в беспомощные, всё также по-детски большие глаза своего господина, точнее, пока в один, ибо другой закрывался мягкой тканью повязки, за верёвочку которой он уже медленно тянул с обратной стороны. Вскоре, открылся и второй, что доказывал о их контракте эти долгие годы, являясь его собственной печатью. - Ну же, Себастьян, давай быстрее, - заныл Грелль своим пидорским голосом скрестив руки на груди. - А то не успеем в назначенный срок, что я делать будууу? У меня на этот час запланировано ещё двадцать четыре человека, если они умрут позже знаешь что начальство со мной сделает, м? - Себастьян безмолвно стрельнул в него недовольным взглядом отчего тот сразу угомонился. Хотя, внутри себя граф подметил, что Грелль в какой-то степени говорит правильно, хоть и портит всю атмосферу. Демон по видимому тоже это понимал. Себастьян аккуратно положил ладони рук на тонкие плечи своего господина, уже, словно, чувствуя как быстро бьётся его сердце, то-ли в "нетерпении", то-ли в волнении, и вновь взглянул на малиновую печать в правом глазе Сиэля. У того пролетела вся жизнь когда Михаэлис коснулся своим лбом лба последнего из Фантомхайвов. Прислужник самого Сатаны же вдруг осознал как за последние, всего-лишь, пять лет стал близко к этому ребёнку, словно Сиэль был его первым хозяином, но это не так, и последнюю часть договора, всё же следовало выполнить. И он осторожно коснулся своими губами чуть приоткрытых губ парнишки, и тут же ощутил как тот делает свой последний вдох. Стараясь не отвлекаться на духовные чувства демон выпустил на волю своё внутреннее голодное существо, что тут же, почувствовав еду, стало утолять жажду, этого насыщения в последствии хватит на десятки лет, а пока Сиэль просто чувствует как из него по немногу выкачивают всю жизненную энергию, а его сердце постепенно сбивало темп. С тёмного неба, затянутого облаками, вдруг падает крупная капля воды, что со шлепком разбивается о, покрытое белой краской, дерево скамейки, после чего падает ещё одна, и ещё.. Начался ливень, что к официальному завершению контракта демона и человека разросся до довольно мощного состояния. Грелль уже вовсю, и с нескрываемой ревностью, просматривал воспоминания молодого графа, сверяя их с книгой и изредка что-то подмечая в блокноте. Когда Себастьян выпрямил спину, жнец уже ушёл к следующему человеку. Демон подтёр блеск в уголках глаз тканью перчатки, чувствуя как в горле уже застрял ком, который не так-то просто будет проглотить. И положив десять белых роз на колени остывающего трупа с некой тоской и грустью произнёс: - Прощайте, милорд...