***
Глаза горели после стольких часов истерики, а руки саднили, после того как она била по всему что ей попадалось. На улице по летнему прохладно, лёгкий ветерок обдувает рыжие локоны, она сидит в парке на скамье, прижав ноги к грудной клетке. Уже стемнело, почти полночь. Она ждёт пока фитиль перестанет тлеть. Тогда она поднимет свои уже не живые глаза и выдавит яркие эмоции счастья и умиротворения, искусанные губы вновь растянуться в любимой всеми улыбке. Только она даже успокоиться не успевает, а где-то в лесу, прямо напротив неё она услышит сильный треск веток, во тьме заскверкает топаз и она раствориться в нём. Из последних сил сползёт с насиженного места и поплетется к родному телу, уткнётся в тёплую грудь и глубоко вдохнёт его запах, аромат чего-то горьго, океана и нотка цитруса. Да, так пахнет самый дорогой для неё человек. Он обнимет в ответ и спустя пару минут услышит её осипший, загробный голос, который некогда был звонким как колокольчик.— Владик... Почему мир так жесток..? Даже мир, жизнь, люди? Почему? Ты же просишь от жизни не так много. Просто помощи, просто возможности не молчать о проблемах.
Он крепче сожмёт свою малютку в объятиях и обессилено ответит шепотом.— Прости, малышка, я не знаю. Мир сам по себе так же жесток как и люди. Жить в этом мире не получается, тут только выживают. Пойми уже, Алён.
Она просто слушает его хриплый, размеренный и спокойный голос, который патокой разливается на почерневшей душе. Влад не знает что делать, ему известно лишь то что огонь в её душе чернеет и она не в силах ничего с этим сделать, она просто ломается, а он не может помочь. Пытается, ищет выход, способы, он перечитал почти всю библиотеку в Сказочном мире и ни одна книжонка не смогла дать даже маленькую подсказку. Ему страшно...— Владик, что-то не так? Ты напрягся...
Она сжимает его куртку своими маленькими пальчиками и немного отстраняется, чтобы посмотреть какие эмоции мелькают на его лице. Он же прижал её обратно. Утыкаясь носом в рыжую макушку.— Мне с - страшно...
Его голос надломился.— Я боюсь, что не успею.... Не успею придти... Из раза в раз случаи всё чаще, я с ума сойду так. Это невыносимо, меня раздражает что я ничего не могу сделать! Я не знаю как помочь... Мне страшно, что однажды я не смогу, не успею и... И твой огонь... Поглотит тебя...
Она просто слушала его, чувствуя как огонь снова просыпается, чувствуя как фитиль снова разгорается и ей тяжело сдержать его, она пытается отстранится, сбежать, спрятаться, чтобы не навредить ему.— Влад, я...
Он сильнее прижал её к себе.— Нет! Хватит сбегать. Хватит уходить и переживать всё одной. У тебя есть я, Алён. Ты же можешь мне верить. Ты привыкла, что они не реагируют на всё это, но я готов хоть волком выть, пока обыскиваю весь город. Пожалуйста... Дай мне помочь.
Она звонко всхлипывает и старается заглушить слёзы, что у неё не получается.— Плачь.
Она не сдерживает слёз, плачет молча, стараясь не выходить за рамки, но его размеренный, родной голос к чертям сносит эти рамки.— Кричи.
Она не сдерживает рыдания. Истерика накатывает волной, она кричит, прижимаясь к его грудной клетке, задыхаясь его ароматом. Он берёт её красное лицо в ладони и вытирает горькие слёзы, покрывая поцелуями всё её лицо, щёки, нос, лоб, глаза и губы,упиваясь её огнём и своим страхом.— Тихо - тихо, малышка. Я всегда буду рядом.
Он крепче обнял своё солнышко. Наконец его беспокойство утихло...