Кристалл силы: дьявольская любовь

— Не понимаю, каким монстром нужно быть, чтобы вот так отравить незнакомого тебе человека только ради каких-то денег. – голос Евы был пропитан скорбью. Она была в ванной, готовилась идти на вечерний бал, что устраивали в школе. Выходные прошли быстро, и понедельник наступил на пятки совершенно незаметно. Несмотря на то что Еве позволяли не ходить в школу некоторое время, она понимала, что жизнь продолжается, а Мари очень нужна её поддержка. Поэтому столь пышное мероприятие, организованное подругой, она никак не могла пропустить. Хоть настроение и не располагало ни к какому веселью. Райнхард лежал на кровати и читал. Дверь в ванную была приоткрыта, поэтому он отлично слышал всё, что говорила наследница. На груди у него мирно посапывала черная кошка, которую Ева назвала Угольком. Дьяволы ничего не рассказали девушке об истинной природе «животного», так что Октавия талантливо играла роль ленивой, вредной кошки. Возможно, она готовилась к ней всю жизнь, настолько хорошо и непринужденно у неё получалось. — Бизнес жесток. Причем во всех трех мирах. – ответил дьявол, перелистывая очередную страницу. — Но это так… ужасно. – произнося это, Ева вышла из ванной и полумертво подняла руки вверх, как бы демонстрируя свой наряд. На ней было вечернее синее платье в пол, которое венчало в меру пышная юбка. Неброское, аккуратное, без всяких лишних ярких атрибутов. Оно идеально сидело на миниатюрной фигуре Евы, подчеркивая её талию. Плечи были открыты, при этом не создавалось никакого намека на излишне пошлое декольте. Волосы её были завиты, и кудри спускались по обнаженным плечам. Дополнял всё это кристалл, который отлично вписывался в образ, будто наряд специально подбирали именно под него. — Ну как я? – безжизненно спросила она, вздыхая. Райнхард оторвал взгляд от книги, а Октавия синхронно с ним подняла свою кошачью головку. Они оба задержали оценивающий взгляд на Еве. Непроизвольно по губам дьявола скользнула непривычно теплая для него улыбка. — Ты прекрасна. – совсем тихо шепнул он, будто не хотел, чтобы даже сама Ева услышала подобное откровения. Неожиданно для себя девушка и сама не смогла сдержать неловкой улыбки. Приподняв обеими рукам юбку, она сделала легкий шаг сначала в одну сторону, потом в другую. При этом взгляд её опустился вниз, скрывая легкое смущение. — И как женщины ходили в таких длинных платьях веками. – сменила она тему, пожимая плечами. – Вы с Угольком неплохо ладите, кажется. Она рядом с тобой еще более ласковая, чем со мной. А говоришь, что кошки – это не твоё. С этими словами Ева пошла к шкафчикам, дабы извлечь оттуда последние нужные ей вещи в виде небольшой сумочки и прочих мелочей. Райнхард снова опустил взгляд в книгу, отвечая своим обычным спокойным тоном: — Думаю, это всё комплексы. Вечно принижаемая в своих правах мужчинами из-за её слабого пола, она тянется к ним еще сильнее и жаждет мужского тепла из всевозможных источников. Полагаю, это её способ доказать самой себе, какая она сильная и независимая. — Чего? – с удивлением посмотрела на него Ева. В это время Октавия уже приземлила когтистую лапу на щеку мужчины, но тот абсолютно игнорировал этот её жест какое-то время. — Да так. – он закрыл книгу. – Вспомнил одну знакомую. Даже не смотря на кошку, Райнхард одним движением смахнул её с себя на пол, вытер чуть кровоточащие царапины, которые тут же заросли и поднялся на ноги. Октавия, недовольно шипя на него, быстрой походкой юркнула под платье к Еве, скрываясь там и вызывая этим улыбку на лице девушки. — Она только что меня ранила, а ты улыбаешься от её глупых выходок? – одна бровь мужчины строго приподнялась вверх. — Наследника адского престола ранила кошка, какой ужас. – по-доброму посмеиваясь, ответила Ева. – Да и ты первый ей нагрубил. — Ясно. Женщины этого дома сговорились против меня. — Ну это как посмотреть. – неожиданно раздался голос Натали со стороны входной двери. – Между прочим, та щель, которую вы оставляете, когда находитесь тут вдвоем, слишком мала. Будьте добры её даже не прикрывать. Она вновь старалась сохранить образ строгой матери, но её лицо было слишком добрым для этого. Натали открыла дверь достаточно широко, как бы демонстрируя это всем присутствующим, и полноценно осмотрела дочь. — Ох, Ева, ты такая у меня красивая. – с материнской любовью трогательно произнесла женщина и подошла к дочери, чтобы крепко обнять её. На лице Мерриман младшей снова появилась улыбка, пусть отмеченная грустью, но все же искренняя. Заметив её, Натали, поглаживая ладонями девушку по плечам, не смогла не предложить: — Если ты не хочешь, можешь не идти. Я уверена, Мари всё поймет. — Нет, нет. – уверенно ответила Ева, мотая головой. – Я в порядке. Это пойдет мне на пользу. Жизнь продолжается, нужно отвлечься, развеется и полноценно прочувствовать это. Натали какое-то время просто смотрела на дочь искренне-заботливым взглядом. — Я всегда знала, что ты у меня очень сильная. Но тебе все равно нужно быть осторожной. – она перевела взгляд на дьявола. – Мистер Шац… — Мы же обсуждали, что можно просто Райнхард. – с уважительной полуулыбкой ответил ей он. — Да, Райнхард, Вы уверены, что с Вами не нужно направить охрану? — Я смогу о ней позаботиться. Вам совершенно не о чем беспокоится. К тому же, там будет достаточно людно, да и охрана школы не пускает на территорию посторонних. Натали глубоко вздохнула и кивнула. — Может, хотя бы до школы? – взволнованно предложила она вновь. — Мам, всё будет хорошо, правда. Рядом с мистером Шацом я в полной безопасности. – уважительное обращение к дьяволу вызвало на губах Евы покалывающее желание улыбнуться, но ситуация была слишком серьезной. — Хорошо. – окончательно согласилась женщина. — Я пойду переоденусь и можем выезжать. – оповестил Райнхард и вышел из комнаты. Из-под подола платья выглянула Октавия, которая хотела незаметно проследовать за братом, но Натали опустилась к ней и подняла кошку на руки. — Ну вот, Уголек, останемся с тобой на этот вечер вдвоем. Дьяволица смогла издать лишь протяжное недовольное мяуканье, осознавая, что какая-то смертная женщина может вот так брать её на руки, когда ей вздумается. Однако ей пришлось сидеть на месте. Возможно, в некоторых аспектах эта маскировка давала сбой, и план её был не идеален. — А где Виктор? – поинтересовалась Ева. — Они с Ребеккой приводят в порядок все дела с завещанием. — С Ребеккой? — Да. Она следит, чтобы он не забывал есть. После случившегося Виктор принимает еду, приготовленную только проверенным человеком. — Ну… ладно. – задумчиво протянула Ева.

***

Мотор автомобиля рычал, а вечерние улочки проносились мимо, будто в кадровой съемке. Ева сидела спереди на пассажирском сиденье и с хандрой в глазах глядела в окно. Райнхард вел машину. Какое-то время они говорили о чем-то непринужденном, но, в конце концов, повисла тишина, после которой дьявол серьезным тоном произнес: — Ты мне так и не рассказала, почему передумала на счёт кристалла. – он не заводил этот разговор раньше, ведь его полумертвая совесть всё еще трепыхалась внутри грудной клетки. — А? – Ева одернулась, переводя взгляд на мужчину. – Если честно, я просто поняла, что ты был прав. В тот день мне было невероятно плохо после похорон, и эмоции взяли верх. Она опустила взгляд, медленно приглаживая ладошками пышную юбку платья, которую немного зажимал ремень безопасности. Ева сделала задумчивую паузу, но после продолжила: — На самом деле, я сама согласилась бы после смерти не отправиться в рай или переродиться, а стать подпитывающей силой для кристалла, если бы узнала, что это поможет защитить моих близких. Думаю, и бабушка Алекса, и прочие смертные люди не против такой судьбы, ведь их родные остаются жить. А знать, что твои близкие в безопасности – это куда важнее любой жизни после смерти. Поэтому я больше не считаю, что кристалл – это ужасное оружие, забирающее души. – её ладонь легла на амулет. – Скорее он лишь помогает этим душам оберегать их любимых даже после смерти. Это… правильно. Уголок губ Райнхарда совсем едва приподнялся. Чем дольше он был рядом с Евой, тем чаще она казалась ему довольно мудрой для своих лет. Иногда наивной и чересчур доброй, но всё же быстро понимающей правила мира. — Тогда завтра мы сможем вернуться к твоим тренировкам? — Да. – уверенно кивнула она. — Думаю, оставим магию преграждения и начнем изучать что-то другое, но будем иногда возвращаться к ней и пробовать снова. — Но ты же говорил, что сильный маг, сознание которого может поработить даже ребенок из другого мира – это недопустимо. — Пока я рядом с тобой, я смогу сам накладывать ментальную защиту на тебя. А там уже разберемся… У Евы кольнуло под ребрами от осознания, что дьявол и правда находится рядом с ней только «пока». Но у неё и без того было достаточно поводов переживать, так что она постаралась не думать еще и об этом. В конце концов, они уже подъезжали к школе, где нужно было сегодня хотя бы попытаться повеселиться.

***

Когда они вошли в зал, музыка уже играла, а тут и там танцевали подростки. Оформление помещения, звучавший вальс, а также костюмы школьников и правда будто возвращали это мероприятие на сотню-другую лет назад, делая его похожим на бал. — Ева! Ты пришла! Я так рада! – зазвучал звонкий голос Мари. На ней было бальное платье желтого цвета. Его пышная юбка стала небольшим препятствием в желании Мари поскорее обнять наследницу, но она с ним успешно справилась. Вот только, обнимая подругу, напряженным взглядом Еве пришлось смотреть на вторую фигуру, подошедшую следом. — Я не могла пропустить твой организаторский триумф. – ответила Мерриман, давя из себя улыбку, а сразу после снова обратила взгляд к подошедшему. – Дэниэль… здравствуй. Блондин стоял рядом и смотрел на обнимающихся девушек с милейшей улыбкой на лице. На нем был темно-синий костюм, соответствующий тематике мероприятия, и хорошо гармонирующий с платьем Мари за счёт небольшого желтого цветка, что торчал из кармашка пиджака. — Здравствуй, Ева. Добрый вечер, мистер Шац. Его полный подозрительного ехидства взгляд скользнул на фигуру Райнхарда. Тот же не имел привычки обращать большого внимания на тех, кто такового не достоин. По крайней мере, делать это открыто. — Добрый. – тем не менее, отозвался дьявол лишь для вида приличного учителя. — Вы будете сегодня наблюдать за балом? – Дэн продолжал вести светскую беседу, полную лжи. — Да. — Ясно, ясно. Под Вашим зорким взглядом, уверен, ученики даже не посмеют натворить чего-то непристойного. – парень вдруг усмехнулся. Мари выпустила Еву из объятий и сейчас лишь наблюдала за беседой, чуть хмурясь от осознания некой напряженности обстановки. — Как твой дедушка? – вмешалась вдруг Ева. — К сожалению, он умер. – ответил ей Дэниэль, изобразив искреннюю скорбь. — Сочувствую. – Ева тут же стушевалась. Даже если предположить, что существуют хотя бы 10%, что сифт не врал, ей всё равно стало его жаль. — Как же такое произошло? – а вот Райнхарду жалость была незнакома. — Его дом сгорел, и он сильно пострадал от огня. Мы все искренне верили, что все обойдется, но люди бывают очень жестоки. — Люди? – переспросила Ева, понимая, к чему клонит маг. — Да. Люди, бросившие спичку. — Ты же говорил, когда уезжал, что у дедушки случился инсульт. – аккуратно вмешалась Мари. — Что? Нет. Наверное, ты не так меня поняла. – он ласково улыбнулся девушке, а той стало неловко от мысли, что она и правда могла перепутать такой важный факт. — Ева, я слышал, твоя бабушка тоже скончалась на днях. Прими мои соболезнования. Терять близких – это всегда тяжело. Сифт сделал какой-то сильный акцент на последних словах, и даже показалась, что его обычно карие глаза снова блеснули неестественно зеленым цветом, а губы дрогнули. — Ну что же… Мари, пойдем танцевать? – однако, в следующую секунду он весело улыбнулся и протянул ладонь обеспокоенной девушке. — Да. – помедлив, она кивнула. – Вы тоже постарайтесь повеселиться, ладно? Давайте сделаем вид, что мы в каком-нибудь восемнадцатом веке и единственная наша проблема – это как поудачнее выйти замуж. Мари кокетливо подмигнула Еве и зашагала следом за Дэниэлем, уводящим её в вихрь танца. Однако, несмотря на такое веселое высказывание девушки, всё же было заметно, как после она снова напряженно нахмурилась, никак не понимая, что же она упустила в этом диалоге «с двойным дном». — Мне это не нравится. – обеспокоенно произнесла Ева, смотря в след уходящей паре. — Мне тоже не нравится, когда рядом вьется кто-то, на глазах у кого я вырвал сердце его близкому человеку. Это всегда недобрый знак. – голос Райнхарда прозвучал в голове у наследницы. — Думаю, стоит присматривать за ними. — Ну тогда… Дьявол протянул Еве руку, облаченную в белую парадную перчатку, приглашая её этим жестом на танец. Мерриман же ответила ему удивленным непонимающим взглядом. — Что? – одна из бровей мужчины скептично приподнялась. – Нужно занять хорошую наблюдательную позицию. — Но ведь здесь ты мой учитель. – негромко шепнула Ева. — И что? Я же зову тебя на танец, а не замуж. – он указал взглядом на милую статную старушку миссис Фрит, которую галантно пригласил на танец один из старшеклассников. — Ну… ладно. – задумчиво согласилась Ева. Они прошли вглубь зала, стараясь незаметно встать недалеко от Мари и Дэниэля. Звучала медленная музыка, и подростки вокруг танцевали под неё не сказать, чтобы очень умело. Сегодняшние вечеринки вряд ли располагали к изучению бальных танцев. Райнхард же аккуратно подхватил Еву за талию и более чем уверенно начал вести. Чувствуя его почти профессиональный шаг танцора, Мерриман ощущала себя в его руках более чем расслаблено, вот только постоянное желание высмотреть в толпе желтое платье подруги не давало ей покоя. — Не крутись так явно. – усмехнулся в какой-то момент дьявол. Ева посмотрела на него и как-то печально вздохнула, хмуря брови. — Я стараюсь делать так, чтобы мы с ними танцевали в одном направлении. – уверил он её. Поддавшись успокаивающим нотам в голосе Райнхарда, девушка кивнула и постаралась хоть немного отвлечься, наблюдая теперь за подругой лишь на пассивном уровне. — А ты очень хорошо танцуешь. – даже с толикой веселости заметила она. — А ты просто ужасно. Эти ботинки придется сжечь, настолько ты их мне оттоптала. Райнхард открыто ухмыльнулся, натягивая на лицо широкую улыбку. Еву же почти сковала волна негодования. Где-то внутри появилась желание взять и специально наступить на носок мужчины со всей дури длинным каблучком, но она сдержалась. — Вот же ты хам! – не столько обижаясь, сколько дуря, чуть громко воскликнула Мерриман. Дьявол же позволил себе издать несколько издевательских смешков. Впрочем, смеялся он над ней скорее по-доброму. — Между прочим, наследник должен хоть как-то уметь танцевать. К этому обязывает бал трех миров. — Это еще что? – удивленно отозвалась Ева. — Раз в год в одном из миров устраивается бал, куда стекаются главные лица рая, ада и Земли. В этом году, уверен, ты будешь главной звездой этого вечера. — Там будут даже правящие наследники? — Разумеется. Попасть на это мероприятие – большая честь. Оно обозначает, что у тебя достаточно власти, чтобы влиять на судьбу мира. — То есть я смог познакомиться с твоей семьей? – задумчиво спросила девушка, помедлив. — Тебе определенно придется это сделать. – не особо воодушевленно ответила ей дьявол. — Я очень жду, когда смогу узнать твою сестру. – на лице Евы мелькнула теплая улыбка. Шац не смог сдержать широкой улыбки. — Почему именно её? — Мне кажется, что несмотря на твоё вечное желание казаться суровым и непробиваемым, ты очень заботливый рядом с женщинами, которые тебе небезразличны. В глазах мужчины появилось некое удивление. Ева же, заметив это, чуть потупила взгляд. Сдержав недолгую паузу, Райнхард сжал её небольшую ладошку в своей руке сильнее и совсем негромко произнес: — Может быть, ты и права. Он бы с большим желанием прижал её к себе сильнее, но приходилось держать дистанцию, говорить тише, смотреть на неё менее увлеченно. Ведь за ними наблюдали, и это ощущалось. — Но поверь мне… – снова усмехнувшись, начал он. – Октавия к тебе куда ближе, чем ты даже можешь представить… — В смысле? — Ох, не бери в голову…

***

За танцами и слежкой Ева даже не заметила, как прошло около часа. Однако её ноги, которые совсем не привыкли к вальсированию на каблуках, очень быстро начали протестно побаливать. Именно поэтому в итоге они с Райнхардом капитулировали к ближайшей стене, возле которой стояли мило украшенные скамеечки для печальных и одиноких. Выбрав зону не населенную лишними ушами, Ева устало рухнула и вытянула ноющие ноги. — И как Мари столько пляшет? – устало выдыхая, спросила Мерриман в воздух. — Так она в кроссовках. – абсолютно спокойно ответил ей дьявол. — Что?! — Ну да. У неё очень длинное платье, а под ним – желтые кроссовки. Это вызвало у Евы непроизвольную широкую улыбку. Ну да, почему она вообще удивилась? Это было очень в духе Мари. — А откуда ты знаешь? — Я очень хорош в деле слежки. – мужчина ухмыльнулся. — А я так устала. Принесешь мне попить? Я боюсь, что встать с этой скамьи смогу только босиком, да и то не факт. За танцами щеки Евы заметно раскраснелись, теряя болезненную бледность, в которую их окрасил траур. Да и губы её то и дело расплывались в улыбке. Стоит отметить, что это непроизвольно радовало Райнхарда. Так что он был только рад выполнить очередную её просьбу. Однако… — Ты уверена, что стоит что-то пить здесь? — Ты что, заразился паранойей у мамы? Брось, пунш все наливают из одной большой чаши. Если кто-то решится отравить меня таким образом, вместе с этим он отравит всю школу. Райнхард как-то странно нахмурился, то ли с задумчивостью, то ли с осуждением. — Ты чего? – спросила Ева, заметив это. — Да так. Смертный мир не идет мне на пользу. Женщины начинают рассуждать логичнее меня. – он весело усмехнулся. – Мне это определенно не нравится. — Ты ужасный сексист. – с осуждением в голосе заметила Мерриман. — Стараюсь. – тут же прозвучал ехидный ответ. – Ладно, сиди здесь и следи за этими двумя. Я скоро вернусь. Ева активно кивнула, а дьявол проследовал к одному из столов, что стояли в другой части зала. Мари и Дэн продолжали крутиться в танце. Иногда наследница сталкивалась взглядом с блондином, и тот со странной язвительностью улыбался ей. Сначала она сразу отводила взгляд, но сейчас при очередном таком контакте продолжала хмуро и дерзко смотреть в сторону сифта, нисколько не скрывая, что следит за ним. Когда она просто думала, что он может причинить хоть какой-то вред Мари – её всю охватывал такой пылкий огонь решительного гнева, что скрыться от него Дэниэлю точно никуда не получится. Вдруг от взора бдящей Евы парочку скрыл темный силуэт, резко оказавшейся перед ней. За своей слежкой девушка совсем не заметила, как к ней подошли. Она подняла глаза, и тут же сердце её болезненно сдавило. — Ну здравствуй, Ева. – неприятный голос резанул слух. Перед Мерриман стоял и сверлил её недоброжелательным взглядом Карл. Рука его всё еще была перебинтована и зафиксирована повязкой, да и стоял он не слишком прямо, однако всё же был здесь. Впрочем, времени с вечеринки прошло достаточно. Ева слышала, что Карла выписали из больницы, но в школе он еще не появлялся. Оттого она никак не ожидала увидеть его здесь. — Здравствуй. – нехотя ответила она. – Тебе что-то нужно? Девушка попыталась отстраниться чуть правее, чтобы выглянуть через фигуру парня на отслеживаемую ею пару, но тот сделал уверенный шаг в ту же сторону. Видимо, он решительно хотел привлечь абсолютно всё внимание Мерриман на себя. — Нужно. Ты теперь должна мне вдвойне. – голос его звучал грубо, а губы его были оскорблено гневно поджаты. — Послушай, – строго начала Ева, – я не знаю, что ты о себе возомнил, но я тебе абсолютно ничего не должна. Не была и не буду. И уйди, пожалуйста, ты мне мешаешь. Она пронзила его дерзким требовательным взглядом и по инерции взмахнула рукой в сторону, прося жестом одноклассника отойти. Но тот вдруг резко перехватил её запястье своей здоровой рукой, больно сжимая то. — А я думал, ты такая дерзкая только когда тот мужик околачивается рядом. Но ничего, я всё понимаю. Пытаешься казаться такой правильной, а сама по койкам учителей прыгаешь. — Карл, отпусти меня и иди куда шел. – пытаясь нервно вырваться из его хватки, прошипела Ева. — А я к тебе и шел. Должен же кто-то зазнавшихся шлюх с небес на землю опускать. Девушка резко замерла. Она вся выпрямилась, втянула побольше воздуха и прям ощутила, как от наплывающего гнева у неё начинают трястись пальцы. У неё в жизни произошло столько всего за последнее время, а внутри скопилось столько негативных эмоций, что терпеть нападки какого-то зазнавшегося идиота не было никаких сил. Невзирая на всю свою необъятную доброту и склонность к всепрощению, Ева просто вскипела за секунду от подобных выпадов со стороны кого-то столь мерзкого, столь грязного. Она стиснула зубы, донельзя напрягая скулы. Вся сжалась внутри, будто клубок негатива, растущий там, достиг своего предела и вот-вот готов был взорваться. А после резко вскочила с места и, забывая обо всем вокруг, со всей дури ударила свободной ладонью по перебинтованной руке Карла. Он зашипел от боли, весь скукожился, и тогда Мерриман смогла вырваться из его захвата. — Ах ты, сука! – злобно завопил парень, надрывая горло. Все танцующие вокруг замерли, и весь зал будто тут же обернулся в сторону конфликтующих. Ева должна была стушеваться от такого внимания, замолчать и спокойно уйти. Однако шар негатива в ней лопнул, и весь этот черный гнев желал вылиться наружу. — Да закрой ты уже рот! – неожиданно для себя дерзко ответила наследница. – Ты думаешь, что все девушки в этой школе тебе обязаны, потому что ты слишком хорош для них. И когда хоть кто-то тебе отказывает, ты сразу готов кинуться брать своё силой. Ещё и подбиваешь своих тупых дружков тебе помогать. Но всё это полный бред! А раз тебе так искренне нужно это внимание абсолютно от всех и каждой, что ты готов пойти даже на то, чтобы унизить женщину силой, то от мужчины в тебе абсолютно ничего нет. Совсем! Видимо, на самом деле ты настолько не любишь сам себя и понимаешь, что ты просто отвратительный, аморальный урод, что пытаешься хоть как-то компенсировать это хотя бы вниманием извне. Ещё бы ты не кидал девушку после первой же проведенной с ней ночи, ведь если это не сделаешь ты, то в итоге она сама уйдет. Потому что ничего кроме раздутого самомнения и красивой оболочки в тебе просто нет! Она говорила все это так эмоционально, так четко, дерзко и громко, что даже не успевала дышать. От этого в итоге Ева глубоко выдохнула и поджала губы, смотря на растерянного Карла взглядом полным отвращения. Воцарилась тишина. Было только слышно, как с нескольких сторон учителя, что сегодня наблюдали за мероприятием, пытались протиснуться к разыгравшейся сцене. Однако строгая миссис Фрит, что с самого начала была здесь, молча наблюдала, пытаясь раствориться в толпе учеников и скрывая свою легкую одобрительную улыбку. Какое-то время толпа и правда безмолвствовала. Но уже через несколько минут полной тишины то тут, то там послышались негромкие женские голоса, вторящие нечто в духе: «она права», «он уже совсем страх потерял», «а сам и правда тупой как пробка». — Ты жалок, Карл. – спокойным, но пропитанным черным негативом голосом кинула Ева в заключение и подняла подол своего платья, чтобы уйти. – Не приближайся ко мне и скажи спасибо, что я не подала заявление в полицию. Парень, кажется, наконец «оттаял» от шока и хотел было что-то сказать, но его тут же перебил появившийся из толпы Райнхард, в руке которого красовался бокал с розоватой жидкостью. — Что-то не так? – он всё прекрасно слышал, однако хотел этим вопросом показать Карлу, что лучше бы тому держать язык за зубами. — Нет, всё хорошо. – хмуро и серьезно буркнула Ева и продолжила уходить куда-то в сторону. Райнхард издевательски ухмыльнулся, смотря на униженного спортсмена, и развернулся, дабы проследовать за наследницей. — Тут не на что смотреть, возвращайтесь к танцам. – подала свой по-преподавательски громкий и требовательный голос миссис Фрит. – А вы, молодой человек, пройдемте-ка со мной. Она указала на Карла, окончательно лишая его шанса на любое ответное слово. Парень прорычал что-то невнятное, смотря в след уходящей Еве, а после нервно пнул скамейку рядом. Тогда миссис Фрит окончательно взяла его в оборот и вскоре вывела из зала. Дальнейшая судьба Карла мало интересовала Еву. Со злобой рассекая толпу, она прошла к противоположной стене и только там выдохнула и расправила нахмуренные брови. Райнхард, молчаливо гордящийся этим пылким представлением, протянул ей стакан, и девушка быстро опустошила его, ставя на столик рядом. Только после этого, успокоившись, она словно очнулась от этого пропитанного гневом транса, и обеспокоенно спросила: — Я ведь… не была слишком грубой, да? — О, ты сказала то, что ему нужно было услышать, не переживай об этом. – с довольной улыбкой на губах ответил ей дьявол. — Ладно… – неуверенно согласилась она. И вдруг по телу девушки будто прошел разряд тока. Она дернулась, подобно испуганной лани, что услышала приближение хищника. Дыхание сперло, а взгляд начал метаться из стороны в сторону. — Райнхард, где они?! Ты видишь Мари?!