То, что он скрывает

На следующее утро Доен резко подрывается с кровати, со страхом думая о том, что проспал на учебу впервые в жизни. Он соскакивает с постели и судорожно вспоминает, где оставил свою сумку, и пробегается по коридорам, находя ее в прихожей. Доен достает оттуда телефон и видит кучу сообщений и пропущенных от Юты. Он спрашивает, где Доен и почему его нет на парах, а еще была целая куча угроз от него Джехену, если тот вдруг с ним что-то сделал. Доен отправляет сообщение, что с ним все в порядке, и он просто проспал и, посмотрев на время, понимает, что на учебу нет никакого смысла ехать, потому что последняя пара на сегодня заканчивается через час. Доен зло стонет, запрокинув голову, и со стороны слышится голос Джехена: - О, ты уже встал. Что за крики с утра пораньше? Доен возмущается: - Для тебя 16:30 - это с утра пораньше? Я же занятия пропустил, что со мной будет теперь? Джехен подходит к нему, приглаживая влажные после душа волосы: - Ничего не будет, ты же образцовый студент, преподаватели очень тебя ценят. Они уверены, что такой, как ты, не может по всяким пустякам пропускать занятия. Доен скептично смотрит на него и почему-то успокаивается, видя привычную мягкую улыбку с хитрым прищуром. - Больше мы так делать не будем. Джехен тут же выдает: - Конечно. Это был первый и последний раз, можешь мне верить. - Твоя улыбка не вызывает никакого доверия. Ты же самый настоящий лис. - Ага. Раз мы удачно пропустили пары, нужно сделать так, чтобы день не прошел зря. Итак, планы на сегодня: ты принимаешь душ, и мы идем на свидание. Доен удивляется: - Свидание? Какое свидание? - Ну, я не хотел тебе говорить, но свидание - это когда двое влюбленных идут вместе в какое-нибудь место, чтобы... Доен его перебивает: - Я прекрасно знаю, что такое свидание, но... Я не понимаю. - То есть ты не хочешь идти со мной на свидание? Хорошо, я понял. Он уже обиженно разворачивается, чтобы уйти на кухню, как Доен, схватив его за руку, поворачивает обратно к себе: - Стой, стой. Прости. Хорошо, мы идем на свидание, я понял. Джехен широко улыбается и, поцеловав его в лоб, отправляет в душ, до этого всучив в руки халат с полотенцем. Доен все еще пребывая в шоке, принимает душ и, выйдя оттуда, задумчиво вытирает волосы полотенцем. Джехен встречает его мягким поцелуем, а затем говорит: - Тебе нужно высушить волосы, а-то простудишься. Будет, конечно, мило, если я поухаживаю за тобой, но тогда мы потеряем кучу времени и не успеем посетить все, что я хотел тебе показать. - Джехен, прошу, не трать на меня деньги. - Когда речь идет о любви, как можно думать о деньгах, Доен? Брось, я не собираюсь тратить какие-то баснословные суммы, хотя даже этого мне будет не жалко. - Джехен, я серьезно. Что бы ни было, пообещай мне, что не будешь тратить на меня каких-либо денег. Я буду чувствовать себя обязанным. - То есть... Даже подарки от меня не будешь принимать? - Даже подарки, Джехен. Он смотрит строго и серьезно, и Джехен, разочарованно вздохнув, отвечает: - Хорошо, я обещаю, но... хотя бы на праздники можно? - Только если на день рождения. - Хорошо. Джехен высушивает Доену волосы феном, они одеваются и едут в любимое кафе Джехена поесть, а после Джехен везет его куда-то в неизвестном направлении. Доен спрашивает: - Куда мы едем? - В мое любимое место. Я там бываю, когда на меня накатывают... моменты. Доен видит промелькнувшую грусть на его лице и произносит: - Спасибо, что так доверяешь мне. Джехен улыбается: - Со мной впервые такое. Я знаю, что выгляжу довольно распущенным, веду себя открыто и местами вызывающе, однако никто на самом деле не знает меня. Ни Джонни с Лукасом, ни отец, никто. По какой-то причине мне хочется поделиться всем этим именно с тобой. - Я тоже довольно закрытый человек. Даже Юте мне трудно говорить о своих настоящих чувствах, однако с тобой все по-другому. Ты... хороший человек, Джехен. Джехен крепче стискивает руль, когда слышит это, и с горечью думает о том, что он совсем не такой, каким считает его Доен. Прошло всего несколько дней, а он уже так увяз во всем этом, ненавидя эту саму идею со спором. Джехен даже боялся думать, что случится, когда Доен узнает обо всем. Наконец, они приезжают к месту, и Доен, выйдя из машины, видит перед собой небольшой холм, на вершине которого стояла старенькая скамейка. Перед Доеном открывается прекрасный вид на город. Он восторженно улыбается, вздыхая, и Джехен сам невольно улыбается, когда видит его радостное лицо. - Выглядит просто великолепно. Как ты нашел это место? - Случайно, когда пару лет назад бесцельно ездил по городу и выехал сюда. Вот и нашел. Доен присаживается на скамейку, и Джехен садится рядом. - Ты не должен печалиться. У тебя обязательно все будет хорошо. Он берет его за руку, замечая погрустневшее лицо Джехена, и тот накрывает его ладонь второй рукой, отвечая: - Когда ты это говоришь, я почему-то верю. Весь оставшийся вечер они меланхолично молчат, глядя на город, а затем Джехен утягивает Доена в машину и везет обратно. Доен тихо произносит: - Мне уже пора домой. Юта уже весь извелся, наверное. Джехен вздыхает, и Доен, поняв его раздражение, говорит: - Тебе настолько не нравится Юта? - Как будто он от меня в восторге. - Тогда почему он так прикасается к тебе? - Потому что мы так привыкли. У нас это считается нормальным. Ну, знаешь, мы не очень зацикливаемся на этом. Мы ведь знаем, что это не несет в себе какой-то подтекст. - То есть... Он тебя целовал? - Джехен... Джехен настойчиво спрашивает: - Целовал ведь, скажи? Доен тихо отвечает: - Если ты про поцелуй в губы, то нет, такого не было. - Выходит, он целует какие-то другие части твоего тела? Доен ничего не отвечает, однако Джехен понимает сразу. Он резко останавливает машину, и Доен испуганно выдыхает. Джехен же резко хватает его за плечо и, притянув к себе, властно целует в губы. Доену жарко и невыносимо дышать, но Джехен не отпускает, продолжая с напором целовать, ревностно кусая его губы. Наконец, Джехен отрывается от него и держит лицо пальцами за подбородок, не давая пошевелиться и заставляя смотреть прямо себе в глаза. - Не позволяй ему больше... Никому не позволяй прикасаться к себе вот таким образом, особенно Юте. - Но... Джехен крепче стискивает пальцы, на удивление тихо произнося: - Никому, ясно, Доен? Ты хочешь, чтобы я наказал тебя за такое? Ты ведь встречаешься со мной, а позволяешь другому парню целовать свое тело и трогать, пока другие не видят. Доена это по-странному возбуждает, поднимая внутри волну предвкушения, и он, сглотнув и облизнув вдруг пересохшие губы, отвечает: - Ясно. Только ты можешь прикасаться ко мне. Только ты. Джехен улыбается одними уголками губ: - Молодец. Хороший мальчик. Он мягко целует его сначала в губы, а затем в лоб, как будто награждая, и снова заводит машину, продолжая дорогу. Доен стискивает пальцами штаны на коленях, пытаясь унять бешено бьющееся сердце и ощущая, как тугой узел стянулся где-то над пахом, не давая дышать свободно. Доен боялся, что пошевелившись, он раскроет себя, а Джехен спокойно вел машину, о чем-то думая. Весь оставшийся путь они ехали в тишине, и все это время Джехен с паникой думает:"Какого черта это сейчас было?". Его напугало то, с каким ревностным отношением он заявляет права на Доена, хотя по сути всего-лишь намеревался соблазнить его и влюбить в себя. Ключевое слово - "влюбить", а не "влюбиться". Доен был ему по сути никто, однако то, что у него были вот такие странные отношения с Ютой, ужасно злило Джехена, заставляя до побеления стискивать руль пальцами и периодически бросать на парня взгляды. Доеном отчего-то хотелось обладать целиком и полностью, однако сам факт того, что Джехен определенно проигрывает по всем фронтам самому Доену, несколько путал его чувства. А то, что Доен, несмотря на свою горделивость и четко обозначенные принципы и позиции так послушно вел себя с ним, будоражил сознание и ощущения. Это возбуждало, заставляя сердце биться чаще, а кровь быстрее бежать по венам. Джехен краем глаза видит через кофту его выпирающие ключицы и оголенную белую шею, которую он недавно целовал, и невольно вспоминался приятный обволакивающий запах, и тот тихий стон удовольствия, сорвавшийся с губ Доена вчера во время поцелуя. Джехен прикусывает губу до кровоточащей ранки, стараясь вернуть себя в реальность, а Доен, сидящий рядом, как будто не замечал его взбудораженного состояния, и просто меланхолично смотрел в окно, а после вообще с кем-то начал переписываться в телефоне. Джехен ревностно подумал:"С Ютой". Он мысленно одергивает себя, стараясь убедить в том, что это всего-лишь игра, всего-лишь спор, и он точно его выиграет и в качестве приза получит любимый байк Джонни, который тот холил и лелеял вот уже несколько месяцев. И тут мелькает мысль:"Правильно ли менять вот такие неизведанные чувства, что дарит Доен, на какой-то мотоцикл?". Джехен, глуша вдруг проснувшуюся совесть, отметает и эту мысль. Наконец, они подъезжают к дому Доена, и тот уже собирается выйти из машины, как Джехен останавливает его за руку, утягивая обратно на сидение. Доен удивленно смотрит на него в ожидании, и Джехен говорит: - Скажи мне, Доен... Если вдруг все же окажется, что все слухи обо мне правдивы, и на самом деле даже хуже, чем кто-то может себе представить... ты... ты сможешь меня простить? Доен смотрит на него с какой-то тревогой: - Джехен, что-то случилось? Ты... ты вдруг стал таким расстроенным. Джехен тихо просит: - Просто ответь на мой вопрос. - Я прощаю все, кроме обмана и предательства. Джехен с горечью понимает, что он совершил именно то, что Доен точно не простит ему никогда. А его прощения почему-то хотелось. Но Доен с улыбкой продолжает: - Но ты ведь не такой, Джехен. Ты - не те лживые слухи. Джехен зло выдает, садясь прямо и глядя перед собой: - Откуда тебе знать? Вдруг я сейчас, вот прямо сейчас обманываю тебя? Что если все те дни, сегодня и сейчас я лгал тебе? Что если я вчера предал тебя, хоть мы и встречаемся? - Но я ведь вижу и чувствую, что ты хороший человек. Джехен от этого злится еще сильнее, и на его лице играют желваки. Доен аккуратно протягивает к нему руку, чтобы прикоснуться к холодной ладони, однако Джехен, заметив это, убирает руки в карманы пальто. У Доена сжимается сердце от того, что в один миг по неизвестной причине Джехен стал вот таким отдаленным. - Я не понимаю, Джехен... Что-то произошло вчера, и ты поэтому так мучаешься сейчас? Скажи мне, может, я смогу помочь. Джехен усмехается: - Тут ничем не поможешь... Ты... Зачем ты такой... Он вдруг поворачивается, глядя на обеспокоенное лицо Доена и наклонившись прикасается к его щеке. Доен тихо спрашивает: - Какой? Он видит это ужасно болезненное выражение лица Джехена напротив, и его это пугает. - Невозможный... Как можно быть таким, скажи? Меня никто не любит. И все прекрасно знают, что я плохой человек, я бессердечный. Так почему же ты так себя ведешь? - Я знаю, что это выглядит странно, и мои действия и слова могут казаться легкомысленными и романтизированными, однако... Однако я просто знаю. Это чувство меня еще ни разу не подводило. Если бы ты был настолько плохим человеком, как говоришь, разве у тебя было бы такое лицо сейчас? Джехен пораженно застывает, видя его серьезные глаза, и вдруг понимает, что Доен прав. Будь он настолько черствым и гнилым, стал бы он так мучиться мыслью, что обманывает Доена ради мотоцикла? Джехен, ведомый благодарностью и светлым чувством, распространяющимся внутри, мягко целует его, держа за затылок одной рукой, и Доен отвечает ему, снова и снова отвечает, отдаваясь полностью. Джехен, оторвавшись от его губ, шепчет: - Будь со мной, Доен. Всегда будь со мной. Я.... я не знаю, что ты сделал со мной, но я никогда не хотел быть с кем-то. Только с тобой. Доен улыбается: - Я итак с тобой, глупый. - Я знаю, что скоро, совсем скоро настанет момент, когда ты уйдешь, когда оставишь меня. И в этом буду только я виноват. Поэтому, прошу, до этого момента, давай ни на секунду не расставаться, Доен... - Ты меня пугаешь, Джехен. Что все это значит? Почему я вдруг оставлю тебя? Джехен ничего не отвечает, снова целуя его, и Доену теперь становится до ужаса неспокойно на сердце после всех этих слов Джехена. Это пугало и дезориентировало, но Джехен, судя по всему, ничего не намеревался рассказывать. Доен с силой заставляет Джехена разорвать поцелуй, вдруг понимая, что настал тот самый момент. - Идем ко мне. - Что? Зачем? - Я... я хочу сделать это с тобой... Если ты, конечно, не против. - Не заставляй себя, я могу подождать. - Я чувствую, что этот момент настал. Я хочу этого прямо сейчас. Джехен вытаскивает ключи, и они, выйдя из машины, направляются в квартиру Доена. Джехен вдруг чувствует невероятное волнение, хотя проделывал это множество раз. Но с Доеном почему-то все было по-другому. Квартира Доена была небольшой, но чистой, аккуратной и уютной. Там была небольшая кухня, одна спальня, маленькая гостиная с диваном и ванная комната. Джехен медленно проходится по дому, оглядывая ее, и замечает множество фотографий Доена со старшим братом и еще целую кучу снимков с Ютой, начиная от детских, заканчивая совсем свежими, которым было пару месяцев. - Тебе нравятся фотографии? - Да. Ну, не то чтобы я интересовался всем этим, просто.... хочу сохранить как можно больше воспоминаний, наверное. Поэтому мы при любой возможности с Ютой фотографируемся, он обожает это дело. И я распечатываю даже самые неудачные наши фото. Для меня важно все. - Тогда мы тоже обязаны делать фото. - Если ты согласен, то давай. Но я фотографировать не умею, поэтому этим всегда Юта занимается. Джехен берет его за руку, разворачивая, и прижимает к себе за талию: - Ты специально меня раззадориваешь, постоянно с таким лицом говоря о Юте? - С каким таким лицом? Обычное у меня лицо. - С таким мечтающим. Я вообще-то ревную. - Ты еще не устал? - Никогда не устану. Он целует Доена, крепко прижимая к себе. Доен шепчет, пока Джехен стягивает с него кофту: - Ты ведь не будешь жалеть? - С чего бы? - Это все, что я хотел услышать. Джехен припадает губами к его шее, спускаясь ниже к ключицам и плечам, а Доен запрокидывает голову, сильнее открываясь. - Твоя кожа просто превосходна. Доен в ответ трепетно стонет и томно вздыхает, и Джехен, подхватив его на руки, несет в спальню, где кладет на постель. Он стягивает с себя водолазку, и Доен восхищенно вздыхает, когда, наконец, в полной мере видит его красивое, подтянутое тело, и сам того не замечая, тянется руками, чтобы прикоснуться к нему. Джехен обворожительно усмехается, нависая сверху: - Нравится то, что видишь? Доен же серьезно отвечает: - Да, очень. Джехен наваливается на него, заставляя лечь, и целует снова и снова, не давая вдохнуть, а после, оторвавшись от мягких обкусанных губ, спускается вниз и ласкает его соски, обводя их кончиком языка, а затем засасывая. Доен тихо стонет, выгибаясь, а затем произносит: - Прекрати так делать, я чувствую себя странно. - Тебе неприятно? - Нет, просто... это, наоборот, слишком приятно. Разве... разве не девушки получают от этого удовольствие? - Мужчины тоже могут получать удовольствие, когда ласкают их соски. Тем более, ты такой чувствительный, что неудивительно, почему ты так стонешь и выгибаешься. Доен от этого густо краснеет, и Джехен, улыбнувшись ему привычно мягко с хитрым прищуром, наклоняется вновь, чтобы продолжить ласкать его. Так проходит чуть ли не целая вечность по меркам Доена, и он ощущает, как даже от таких простых прикосновений у него внутри нарастает желание, становясь все более невыносимым, а член уже давно стоит в возбужденном состоянии. Доен шумно выдыхает, когда Джехен перестает терзать его губы после бесконечных ласк: - Все, хватит трогать мои соски. Они из-за этого, кажется, стали слишком чувствительными. - Просто признай, что тебе нравится, когда я трогаю твою грудь. Доен притягивает его к себе, раздраженно говоря: - Прекрати так себя вести, ты, лис. Джехен на это лишь смеется, оттягивая вниз ворот его штанов, и обхватывает пальцами вставший член. Доен тут же замирает под ним, шумно выдыхая. - Посмотри-ка, ты уже так возбужден, хотя я всего-то поласкал твои соски. - Ты... снова ведешь себя так... невозможно. - Да, я ведь обожаю тебя дразнить. И играть я люблю. В какой-то мере мне жаль, что у нас это происходит так спонтанно, я бы в другом случае получше подготовился. - Интересно, каким это образом. Джехен продолжает надрачивать ему под тихие стоны, а затем наклоняется к самому уху и шепчет низким голосом: - Я все думаю о том, какие бы игрушки подошли тебе, Доен. Как они бы входили в твое тело, растягивая и доставляя море удовольствия. А я бы смотрел на тебя, борясь с собственным возбуждением от одного вида на то, как ты томно вздыхаешь и тихо стонешь, прося меня взять тебя сзади... Доен мотает головой, ощущая, как узел внизу затягивается сильнее, и что он скоро кончит: - Х-хватит... Прекрати... Он стонет громче обычного, а Джехен продолжает, наращивая темп: - Тебя возбуждает это, Доен? Мы будем заниматься этим везде, где только возможно. А потом после всех этих игрушек я буду входить в твою мягкую попку, растягивая своим большим членом... А ты будешь громко стонать и дрожать... Так громко стонать, что потом тебе будет стыдно за свое распутство. Доен вдруг прогибается в спине до хруста позвонков и изливается себе прямо на живот, пытаясь сдержать громкий стон. Джехен держит его одной рукой за плечо и прижимается губами к его виску, шепча: - Хороший мальчик... Вот так... Доен даже не успевает отойти от оргазма, как Джехен хватает с тумбочки попавшийся на глаза крем для рук и, выдавив большое количество, приставляет сразу два пальца ко входу, лаская его. Доен ерзает под Джехеном, все еще мелко дрожа и облизывая пересохшие губы. Джехен властно целует его, заставляя ранки на губах кровоточить и широко зализывая их. Доен настолько увлекся этим поцелуем, что понимает, что Джехен вошел в него сразу двумя пальцами только тогда, когда они начали двигаться в нем. Он стонет в поцелуй, а Джехен, несмотря на то, что проявлял нежность, как мог, все же с каждым разом двигал пальцами сильнее и быстрее, растягивая и стараясь протолкнуться ими, как можно дальше, задевая простату. После он добавляет третий, начиная двигать ими еще сильнее, растягивая грубовато и жестко, однако из-за того, что Джехен умело задевал пальцами простату раз за разом, Доен громко стонал и неосознанно шире раздвигал ноги. Пальцы двигались легко, быстро и свободно из-за большого количества смазки, и Доен невольно закатывает глаза от удовольствия и хочет запрокинуть голову назад, однако Джехен не дает ему этого сделать, не отпуская и так истерзанные губы. Доен со всей его невинностью невероятно возбуждал, и Джехен шипит, ощущая, как его собственный возбужденный член становится больше, а внизу живота стягивает все так, что даже было трудно дышать. А Доен продолжал превосходно стонать и выгибаться, раздвигая ноги и отвечая на болезненные остервенелые поцелуи. Наконец, Джехен вытаскивает пальцы, и, привстав, медленно входит в Доена. Тот замирает под ним, предвкушая и практически не дыша, а Джехен старается быть нежнее, чем обычно, боясь причинить ему вред. Доен чувствует, что Джехен не лгал, когда говорил, что у него большой член, и видит его ствол, пока Джехен медленно входил в него. Член Джехена был длинным и толстым, и так растягивал Доена внизу, что он невольно издает болезненный стон, сжимаясь вокруг него. Джехен приглаживает его волосы назад и нежно целует в шею, шепча: - Тише, все хорошо. Прости. Потерпи еще немного, скоро станет полегче. Доен зачем-то кивает ему, сглатывая, и старается не шевелиться, чтобы не навредить себе. Джехен шепчет ему еще целую кучу всяких утешающих и нежных слов, заставляя Доена крепче обнимать его за плечи и отвечать на поцелуи. Когда член вошел полностью, до самого основания, Доен как-то немного облегченно выдыхает, и Джехен делает небольшую паузу. Он заглядывает ему в глаза и произносит в губы: - Как ты? Сильно болит? - Не так уж. Просто... он действительно большой. Нужно привыкнуть. Джехен снова целует его, и Доен невольно думает о том, как Джехену еще не надоело целоваться, в то время, как у него самого уже болят губы, однако несмотря на это хотелось еще. Джехен умел целоваться, и его многогранные поцелуи сводили с ума. Наконец, Доен коротко кивает и тогда Джехен начинает в нем двигаться, вырывая очаровательные стоны и вздохи. Доен цепляется руками за его широкие плечи и обвивает ногами талию, а Джехен с каждым толчком становится все увереннее, ощущая, как постепенно тугие стенки поддаются, растягиваясь. Доен слышит шумные вздохи Джехена над своим ухом, и это его невероятно возбуждает. Доен произносит вперемешку со стоном: - Д-Дже... Джехен просит: - Скажи это еще. Доен снова повторяет: - Дже.. Джехен целует его в шею, а затем оставляет большой засос, как можно плотнее прижимая Доена к себе, и двигается до невозможного медленно, но ему это настолько нравилось, что с губ невольно сорвался низкий стон. Это было впервые, чтобы секс приносил ему такое удовольствие до стонов. Доен в один момент сжимается вокруг него так сильно, что Джехен останавливается, не выдержав, и изливается прямо в него, задевая твердой головкой его простату. Доен от неожиданности кончает следом, прикрыв рот рукой. Так они лежат пару минут, приводя дыхание в норму, а затем Джехен снова приглаживает взъерошенные волосы Доена и нежно целует в лоб. - Как ты? Я не был слишком груб с тобой? Доен улыбается, мотая головой: - Нет, все было просто превосходно. Не волнуйся, я в полном порядке. Джехен улыбается в ответ и, коротко поцеловав его за ухом, выходит из него под трепетный вздох Доена. Джехен ложится рядом и притягивает Доена к себе, чтобы обнять, а тот укладывает голову у него на плече. - Тебе понравилось? - Это самый глупый вопрос, который ты мне задал. Но да, мне более, чем понравилось. Это было... божественно. Никогда столько удовольствия не получал. - То есть... из всех, кто у тебя был, я лучший? - Не сравнивай себя с другими, Доен. Ты не такой, как они. Доен приподнимается, чтобы заглянуть ему в лицо: - Правда? - Правда. Поэтому даже не думай больше о чем-то подобном, ясно? Я ведь с тобой, а ты думаешь о каких-то посторонних людях. - Но ты ведь постоянно о Юте думаешь и ревнуешь к нему. - Что я могу сделать, если то и дело слышу от тебя чуть ли не в каждом предложении:"Юта такой, Юта вот это, Юта был, Юта со мной, я с Ютой, мы с Ютой, я так люблю, когда Юта...". Доен издает короткий смешок: - Хорошо, я постараюсь говорить о нем чуть меньше ради тебя. - Вот уж спасибо.