"1582: "Принц и воин"

В ту же самую ночь Каменаши приснился другой кошмар. Он тоже видел девушку, которую однажды уже видел в своем сне. Она была одета в легкую ткань, а её волосы были распущенными. Ему всегда нравилось думать, что эта девушка Хагуми. Он огляделся и увидел, что находится в своем дворце, в главном коридоре. Тут девушка рассмеялась и бросилась бежать, словно играя с ним и он, ответив на ее смех, бросился следом, с наслаждением наблюдая, как её развевающиеся длинные волосы блестят в лучах яркого солнца, пробивающегося из открытых настежь дверей и окон. Она повернула за угол, и он попытался догнать её, увидел, что она выбежала к его покоям, быстро закрывая двери. Он медленно подошёл к ним, думая, что она хочет его разыграть и улыбнулся, но открыв двери, он закричал от ужаса. Вся комната была залита кровью, он увидел свое собственное тело на кровати, а над ним столпилась толпа мужчин, лица которых были ему смутно знакомы...То, что они делали с его мертвым окровавленным телом было так отвратительно, что он почувствовал приступ рвоты...... Закричав еще громче Каме проснулся и сел на своей кровати, тяжело и часто дыша, ощущая как пот градом стекает по его спине, он склонился к краю кровати и его стошнило. Его сковывал такой ужас и страх, что у него начался приступ истерики, и он рассмеялся как безумный, а потом лег на своё огромное ложе, свернулся калачиком и горько заплакал, пока его снова не сморил беспокойный сон. Перед тем как в него провалиться, он успел прошептать только.. - Прошу Коки...не дай мне так умереть... А Коки той ночью так и не смог уснуть, чувствуя такую тревогу, что рано с утра отправился в море, работая в поте лица и стараясь отогнать от себя дурные предчувствия. Но отчего-то он скользнул взглядом по размеру лодки, гадая, как далеко можно на ней уплыть, а когда вернулся с уловом, спросил у соседей рыбаков сколько времени потребуется, чтобы добраться до устья реки. Отчего-то ему казалось, что в скором времени ему предстоит возможность вернуться домой, на Хоккайдо, он помнил, как Каменаши показывал ему военные карты и по одной из рек можно добраться до пролива, переплыв который, он снова окажется на своем родном острове. Добравшись до дома и велев старому рыбаку с женой отдыхать, он сам отправился на рынок, чтобы продать улов. Идя по улице, он обратил внимание, как мало народу прогуливалось сейчас по обычно оживленной набережной, как много домов стояли закрытыми и заколоченными. Обостренная ситуация в политике призвала многих юношей на войну, разорила много семей, а сейчас, когда из города ушло войско, он заметно опустел. Коки снова с тревогой подумал о том, что ожидает семейство Каме, он не разбирался во всех этих дрязгах знати, но по некоторым рассказам Казу понял, что они находятся либо в сильном, либо в очень шатком положении. Тревоги съедали его все время, что он раскладывал товар на прилавке и рассеяно торговался с покупателями. Внезапно кто-то вывел его из задумчивости громким возгласом... -Ооохх уж эти прихвостни Каменаши Кёи... - Что? Коки мгновенно насторожился и, обернувшись, увидел пожилого пухленького продавца саке из соседней лавки. Его ремесло процветало, так как алкоголь пили даже в самые тяжелые времена. Его лавка была одна из самых старых в городе, и многие люди во времена кризиса в городе, приезжали сюда за саке, так как у господина Ваки были связи с контрабандистами-пиратами. - Да есть одно богатое семейство, у них есть второй сын Кёя, и все его приспешники - отпетые головорезы, каждый раз как приходят в мой магазин, просятся на второй этаж за дополнительную плату, и еды, а потом напиваются и устраивают разгром…Нет, я конечно терплю, но только лишь потому, что они щедро платят за убытки и вообще...Но Ками-сама...клянусь, что это просто невыносимо, слушать их отступнические разговоры...А я?? А что я?? Я простой продавец саке...К кому мне идти с тем, что я слышу у себя в доме, а вдруг и меня предателем обзовут, нынешнее правительство никак не поймешь... Слушая эту сбивчивую речь, Коки тяжело дышал, ему казалось, что он услышал нечто важное, и ему надо напрячь все своё нутро, чтобы осознать, в чем важность этих сведений. Он глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. "Господин Вака - пожилой человек, пришёл сюда поболтать, надо действовать, чтобы не вызвать никаких подозрений, не спугнуть его и не вызвать лишний интерес"...Коки откинулся на прилавок и сделал удивленное лицо.. - Да что вы говорите, господин Вака, действительно, в наше время живется непросто...Хотя я сам только недавно живу в Киото, вы же знаете, мне тут еще никакие фамилии не знакомы...И что, эти Каменаши - очень знатный род? - Знатнейший в Японии. Но они в большой опасности теперь.. - Господин Вака, но как же может знатный род быть в опасности...?? Продавец Саке огляделся вокруг и привалился чуть ближе к Коки, переходя на шёпот и блестя глазами, было видно, что ему натерпится посвятить незнайку провинциала в столичных интригах. - Я тебе так скажу, есть у них второй сынок после наследника, который уже давно живет по наущению своей мамаши, которая ненавидит и муженька и всех его побочных детишек. Так вот, сегодня ночью, его люди проникнут в поместье Каменаши, чтобы вырезать всю семью...Представляешь?? Ужас-то какой...Говорят, что Кёя втайне поддерживает Михухиде, а тот готовится вот-вот напасть на Нобунагу, так что ему надо, чтобы сторонники помогли ему тут по-тихому избавиться от некоторых врагов...вот кошмар-то!!!!- тут господин Вака поспешно замолчал, думая о том, что наболтал так много всего, а потом деланно рассмеялся и хлопнул Коки по плечу. - Ну знаешь, когда головорезы напиваются у меня в магазинчике, еще не то начинают плести, ты не очень слушай мои слова....И ты ведь...провинциал...Не разбираешься в тутошних делах, не так ли??? Ладно, пойду я парень...А то...работы много.. И господин Вака нервно удалился, а Коки еле дождался момента, пока распродаст все, чтобы взять пустые корзинки и бегом отправиться к своей хижине... С самого раннего утра Кёя не знал, куда себя деть от волнения. С одной стороны он жаждал того, что должно случиться вечером, но с другой...Все же, он берет на свою совесть убийство почти всей своей семьи....хотя, что врать самому себе? Всей...Мицухиде поставил условие, чтобы доказать свою верность, он обязан убить всех до единого, даже свою мать...Кёя глубоко вздохнул, за это ему было стыдно больше всего, ведь мать всегда помогала ему, именно она и надоумила его на весь этот план, и он клялся ей в верности...Но выбор только один, он должен убить её. Но сначала...Он хотел отомстить человеку, которого ненавидел больше всех. Ох, как он ненавидел Казу с его девчачьими глазками, как он ненавидел каждое его движение, каждое слово. Он ненавидел то, как отец носится с ним, хотя он всего-навсего ублюдок, тогда как Кёя, хоть и второй, но все же законный сын. А ещё, он ненавидел за то предательское желание, которое чувствовал каждый раз, когда видел, как его брат танцует на званых вечерах. Это желание пугало его так сильно, что он не мог признаться в нём даже самому себе, но точно знал, что перед тем, как вонзит в тело Казу свою катану, он сделает с ним всё, что так долго преследовало его в снах... Каме проснулся днем от того, что чувствовал ужасную жажду. Сев на кровати, он огляделся по сторонам, в который день убеждаясь, что все прошедшее не было игрой его воображения, и Коки действительно ушел от него. Поднявшись на ноги, он вышел из комнаты, направившись прямиком в бани, где велел как следует обработать его тело маслами, а так же сделать массаж...Пройдя процедуру купания, он почувствовал, что ему полегчало. Одевшись в удобное легкое кимоно, он собрал волосы сзади в тугую прическу и отправился на стрельбище, взяв лук и принявшись выпускать одну стрелу за другой в мишень, каждый раз пронзая практически самую середину. Впервые он ощутил, что его мысли успокоились, и он может трезво оценивать ситуацию. Пока он прицеливался, его мозг работал как никогда точно. Ему следует быть собранней, возможно очень скоро ему предстоит защищать себя, защищать свою мать и Харухи, которую он во многом обвинял, но все же, та была его сестрой. А думать о Коки сейчас бессмысленно, ведь он ушёл и, вероятно, уже никогда не вернется, но сам он, Казу, не может просто взять и спокойно позволить сделать с собой то, что он видел в своем сне. Воспоминания об этом пронзили его дрожью и, стиснув зубы, он прицелился как можно более метко, выпуская стрелу и попадая в самую середину, да так глубоко, что когда подошёл, не смог вытащить её. - Ты очень хорошо стреляешь. Это он тебя научил? Мелодичный голос, послышавшийся за его спиной заставил вздрогнуть от неожиданности и, обернувшись, Каме увидел Аямэ-сенсея, который до сих пор не уехал из их дома, но которого он не видел с той ночи. Но обрушавшееся на Каме спокойствие, позволило ему стоять и смотреть прямо в глаза сенсея. - Вы опять подкрадываетесь незаметно. - Ахаха....Прости, наверное, такая привычка, а еще возможно, виновата моя грация...)) - И ваша скромность тоже не меняется... - Прости, мой милый ученик...Знаешь..- Аяме как-то грустно улыбнулся и посмотрел на небо, подняв руку и растопырив пальцы, так что лучи солнца преломлялись о них, прежде чем упасть сенсею на лицо....- Порой солнце светит так ярко, что ослепляет. - О чем вы? - О том, что мне не следовало тогда делать этого с тобой, я понимаю, что то, что происходило последний месяц в вашем поместье...Нет, нет...Я имею ввиду лично с тобой, это от того, что…твой раб видел нас и ушёл от тебя, не так ли? - Да... Каме хватило только на такой простой ответ, а потом он, понурив голову, отвернулся. - Прости меня, мой дорогой мальчик...когда-нибудь...Если сможешь. Тому, что случилось нет оправдания, просто...так случилось...И я надеюсь, что когда-нибудь...Пусть не в этой жизни, а в следующей, ты простишь меня.... Аяме, склонив голову, удалился, а Каме вдруг весь застыл от ужаса. Ледяным, могильным холодом повеяло от слов сенсея, и он опять ощутил приближение надвигающейся смерти. Коки расхаживал по хижине и тяжело дышал, а госпожа Хана смотрела на него с беспокойством, а потом крепко взяла за руку и усадила рядом с собой. - Сынок, расскажи мне, отчего ты мечешься сегодня как выброшенная на берег рыбка? -Госпожа Хана, мне надо раздобыть оружие...Катану...И еще кинжал, все, что смогу достать.. -Но зачем тебе это? Если ты не расскажешь мне, госпожа Хана не станет тебе помогать, не смотря на всю любовь... Коки задумался, а потом рассказал ей быстро историю того, как очутился тут, держа в ладонях её старческие ручки и умоляюще заглядывая в глаза, пытаясь объяснить, как много значит для него эта любовь…и то счастье, что выпало ему в жизни после того, как он потерял все. Старушка слушала его молча, а потом мягко поцеловала его руку, после чего присела на пол, принявшись постукивать по нему своими маленькими кулачками.. - Знаешь, у меня тоже есть история, которую не знает мой муж и никто из тех, кто знает меня. Когда я была совсем молодой, я вышла замуж за одного Самурая, он был беден, но благороден и смог заработать себе на небольшой участок земли, но местный лорд убил его, разграбив наше маленькое жилище, а у меня.. Тут она замолчала и, настукав пустое пространство в полу, быстро отковыряла одну дощечку и вытащила оттуда нечто продолговатое, замотанное в ткань... - У меня осталось только вот это, его меч...Господин Хана подобрал меня на берегу, изнасилованную и побитую, и полюбил, а я стала ему верной женой, но это он велел мне выкинуть...Но как бы я смогла??? А теперь понимаю, что Ками-сама ничего не делает просто так.... Услышав эти слова, у Коки перехватило дыхание, и он вспомнил Мори-сана. Теперь он точно знал, что ему надо делать, и взяв из рук госпожи Ханы меч, он поклонился ей. -Спасибо вам, вы стали мне матерью за такое короткое время...