История любви, что стала прелюдией смерти

Многие звери завидуют душам и духам спутникам, что могут прожить намного дольше любого из них, а потому стоит душе-спутнику заикнуться о скором конце, как на неё тут же посыпятся упрёки. Но что если все эти колкие слова и мысли, лишь вгоняют эту бедную душу в отчаяние и грусть? Что если виденье живых не верно? Что если быть душой-спутником не так хорошо, как им может показаться? Ведь в отличии от живых, что рождаются, растут, любят, воспитывают потомство, стареют и умираю, но все время живут, проживая каждый миг не зная когда она оборвётся. Что если для души-спутника такая жизнь была бы в радость? Ведь они так же и отличаются от духов-спутников, что были созданы для одной цели, стать спутником волку. И, несмотря, на их мудрость, характер, век, они другие. Они видят всё иначе… Думают иначе… Воспринимают время иначе… Ведь они не исчезнут, пока не исполнят свою цель, сколько бы на это времени не понадобилось. А что же души-спутники? У них есть целые, но в тоже время жалкие пятьдесят лет, после чего они исчезнут… После чего от них ничего не останется… Но что печальнее всего что в отличии от живых, они прекрасно знают когда за ними придёт небытие. Они прекрасно знают, в какой миг их оставят силы и когда им придёт конец. Потому, когда вы видите душу-спутника, что не хочет менять форму или использовать силу задумайтесь: " А что если это последнее что он сможет сделать?» Что если в следующее мгновение, обернувшись, вы вместо его знакомой мордашки узрите лишь пустоту? Знаете, почему живые завидуют душам? Лишь потому, что они не видели смерти ни одной души, и они не смогут её увидеть. Ведь душа спутник из последних сил будет держаться, чтобы важный для ней зверь отвел взгляд и не увидел, что она пропадёт. Потому что в этот же миг она просто исчезнет…не оставив после себя ничего кроме воспоминаний и грусти в душе… Прошло несколько недель после воссоединения Раора и Адлэр, та их ночь была незабываема и крайне нежна. После неё они ещё пару раз были близки. Это не было жарким порывом страсти или желанием удовлетвориться, просто в те моменты они оба были не против насладиться друг другом став ближе, чем раньше, соединившись как когда-то. Безусловно, они оба понимали, что у них не будет щенков. Они понимали, что со стороны это выглядит бессмысленно, но для них это имело смысл. Однако даже у этой истории были подводные камни. Раор несмотря на долгожданное воссоединение с супругой кое о чём умолчал… Адлэр тоже кое-что о себе не рассказала. Нет, они не врали друг другу… Просто они не сказали этих слов вслух… Они оба считали эти слова неважными сейчас и были в чём-то правды, или они хотели так считать. Видите ли души-спутника без хозяев тратят жизненную силу на смену формы отчего Раор всегда находился в физической форме с того момента как они встретились. Однако Адлэр продолжала её менять, когда ей заблагорассудится, это не могло вызвать у самца подозрений, догадок, мыслей. Все спутники-души знают одну историю, слух, что родился раньше любого из ныне живущих. Слух о том, что по миру бродит сущность, что убивает их, время от времени. Никто не знает точно ни как она выглядит, ни кем является. Как не знают и того зачем она это делает. Однако догадок на этот счёт много и у каждого есть своя. Кто-то утверждает, что это порождение Тени. Кто-то говорит, что это осквернённый дух-спутник. А кто-то, что это душа-спутник что решила таким способом выжить. Как бы много слухов не было, никто не знал наверняка и продолжал гадать, опасаясь, что в следующий раз та сущность придёт за ним. Раор тоже имел на этот счёт свое мнение и вот, когда они прожили с Адой эти несколько недель, лис стал понимать, что его супруга необычна. Её поведение, разговоры, мысли она не была той, кто беспокоился о скорой кончине, но и не была той, кто только появился на свет. Так же она иногда уходила на охоту, но никогда не приносила с неё добычу домой. Раор достаточно скоро осознал, кем была его возлюбленная, но это не испугало его, скорее он был рад этому. Нет, он точно был искренне этому рад. — Сущность, что пожирает других душ-спутников вот кто бы такая… я прав Адлэр? — несколько иронично и с грустью произнёс Раор, когда лисица улеглась рядом с ним. — Хах… — немного удивлённо произнесла самка, не ожидая что её так быстро раскроют, — Но не тебе пытаться меня в чём-то упрекнуть душа-спутник до исчезновения которой осталось каких-то восемь дней… — печально произнесла Ада и уткнулась супругу в плечо. -И когда ты собирался мне об этом рассказать? Или хотел исчезнуть как в прошлый раз? Без намёка на свою судьбу? — с всхлипом произнесла она, зарываясь в его мех. — Так ты все это время об этом знала? — несколько огорчённо и виновато сказал Раор, дернув хвостом и осознав то, сколько боли пережила его половина, что знала что вскоре его не станет, — Прости… Я не думал это скрывать, но не хотел нарушать наше воссоединение этой новостью… — продолжил он став вылизывать наворачивающиеся слёзы самки, — Ты скажи правдив ли слух о тебе, что часть каждого поглощённого тобой остается с тобой навсегда? Адлэр вздрогнула в этот момент, понимая, что хотел предложить ей её любимый, отчего её сердце сжалось, а уши поникли… — Да… Но ты не хочешь сказать… — Адлэр не смогла договорить, так как её игриво лизнули в нос, пусть это был самый знакомый ей знак из всех, то он был сделан со слезами с другой стороны. — Глупо и крайне жестоко, и, пожалуй, слишком эгоистично. Но для тебя я могу это сделать. Будем играть друг с другом как в последний раз? — выдавливая из себя улыбку, произнесла лиса, подняв голову и взглянув в его глаза. — Как в последний раз… — произнёс Раор, лизнув Адлэр в губы, после перейдя в своеобразный поцелуй, на который рыжая лисица чувственно ответила, хотя слёзы у обоих продолжали литься. Это было грустно, эгоистично, глупо и прекрасно. Они оба знали, чем это должно закончиться. Однако это не означало, что всё до этого момента должно быть фальшью. Наоборот это должно быть самым искренним и нежным из того, что они когда бы то ни было делали, и этот поцелую было тому началом. Языки двух лис сплелись, обвиваясь вокруг друг друга, лаская друг друга, не желая разъединяться, желая остаться вместе навсегда, но они не могли этого себе позволить как бы хорошо им не было. Продолжительный поцелуй разорвался и перекатился во множество мелких, что удаляли слёзы с мордочек обоих лис, щекотали их, ласкали их. Постепенно перерастая в облизывание и вылизывание друг друга. Это было нежно, немного игриво и крайне приятно для обоих. Они оба понимали, что сейчас они должны были отдаться без каких бы то ни было задних мыслей друг другу, чтобы после не сожалеть ни о чём, что они и сделали. Так что постепенно вылизывание мордочек переросло в вылизывание меха на шее друг у друга с редкими переключениями на ушки, что порой прямо-таки напрашивались на ласку. И Адлэр и Раор были довольны, чувствительны и честны с собой, они оба хотели продолжения… они оба хотели пойти дальше… и это не было гоном или игрой гормонов… это было их искреннее желание друг друга, которому эти двое отдавались во всей его полноте. Потому они крайне тщательно и полно вылизывали друг друга, постепенно приближаясь к более чувствительным местам друг друга и иногда не на долго останавливаясь на тех, что они уже нашли. Однако постепенно всё пришло к тому, чему и должно было прийти и лисы расположились так, чтобы им обоим было доступно желанное. Потому живот и пол Адлэр были предложены самцу, а живот и ножны Раора были предложены самке. Они оба знали, что все шло непосредственно к этому и то, что этот этап далеко не самый последний, особенно в этот раз. Однако это не означало, что кто из них хотел быть поспешным. Нет. Наоборот каждый изучал партнёра, думая с чего же ему начать ласку. Первой свой ход в этот раз сделала Адлэр, сначала обратив свое тёплое дыхание на яички Раора, прежде чем их нежно лизнуть сначала один раз, а потом второй, а затем и третий. Сначала пройдясь своим языком меж них, а затем уделив каждому яичку внимание отдельно. Это вызвало довольный всхлип у их хозяина и лёгкую дрожь по всему его телу, однако на этом лисица, конечно, не остановилась взяв осторожно в пасть по одному яичку за раз и пососав их немного, проводя после по ним своим языком. Раор не мог оставаться в стороне получая такие приятные и возбуждающие ласки от своей любимой, потому отойдя от первомоментной дрожи. Он принялся облизывать ей соски, посасывая каждый в последствии и постепенно двигаясь к полу Ады, что немного дёргался от получаемый своей хозяйкой удовольствия от его ласок, в то время как из её горла стало слышно довольное урчание, на которое лис ответил своим, отчего нора наполнилась их приятным, чувственным и нежным урчанием, пробивающим на лёгкую дрожь. Так постепенно, от соска к соску, самец наконец добрался до заветной цели, которую сразу же окатил своим дыханием, а после подарил ей свой первый нежный лизь по всей её длине. Это отозвалось подрагиванием хвоста Ады и её тяжёлым вздохом, что окончился более громким урчанием удовольствия. Раор подарил ей ещё пять облизываний по поверхности её насыпи, смачивая её своей слюной и одновременно пробуя её на вкус. Пусть он уже знал, какова она, но каждый раз ему удавалось найти в этом вкусе какой-то новый оттенок. Адлэр не собиралась останавливаться слишком долго на одной части супруга, а потому скоро перешла на нечто более большое и не менее чувствительное. Ножны лиса стали её следующей целью и пускай кончик его стержня уже красовался из них, ему самка решила уделить внимание напоследок. Потому она провела своим языком по всей длине оболочки от её основания к её окончанию, лишь слегка задев показавшийся из неё кончик. Сначала она сделала это один раз, вслушиваясь в стон партнёра, потом второй, третий и так далее, заставляя наконечник лиса всё больше показываться на свет, пока наконец от малейшего прикосновения к нему самец не вздрагивал всем телом. Лишь тогда Адлэр удостоила заметно показавшийся из ножен объект должного внимания, сначала осторожно и смачно его облизав со всех сторон, а потом, погрузив его в свою пасть, стала его облизывать и посасывать, на что слушала довольные всхлипы и стоны по стороны супруга, и довольная этим продолжала. Раор не мог сопротивляться ласкам лисы и на некоторое время был выведен из строя неспособный не на что кроме как стонать и дарить сокровенному месту своей возлюбленной свой частые вздохи, которые похоже тоже имели свой эффект и отклик тела самки, от чего её насыть пульсировала. Но лис, некоторое время спустя, таки смог взять себя в лапы и даровать Аде свою порцию удовольствия. Сначала он смочил её пол своим языком и вновь попробовал ей на вкус, после став постепенно прилагать языком больше усилий, постепенно раздвигая её стенки и проникая вглубь, ощущая её сопротивление против его вторжения, но в тоже время её не желание отпускать при его отступлении. Так Самец постепенно проникал, растягивал и проверял глубины супруги, смачивая их, пробуя их на вкус и доставляя их хозяйки удовольствие, от которого та порой стонала, останавливая собственные ласки его стержня. Пока их ласки друг друга продолжались незаметно для них самих, их хвосты вздымались, качались и бессильно падали, порой мешая, иногда поглаживая, но чаще всего маня к продолжению. Концом этому всему послужил тяжёлый и удовлетворённый вздох обоих лис, что были слишком довольны, чтобы продолжать, они оба тяжело дышали, но всё ещё не чувствовали удовлетворения. Немного передохнув, они оба посмотрели на друг друга, ища в глазах оппонента согласия и они оба его в них находили. Настало время заключительной части в их истории, которая более точно не повторится и на этот раз поза была необычна для них. Раор остался лежать, только перевернулся животом к верху раздвинув задние лапы и выставляя напоказ всё ещё пульсирующую плоть. Адлэр же сначала расположилась над ним, но после легла на него сверху так, чтобы её жаждущий вход был аккурат прямо напротив наконечника, что при пульсации слегка его задевал. Теперь она, лизнув своего возлюбленного, медленно начала подаваться назад, насаживая себя на жаждущий этого член лиса, отчего её хвост задрался высоко вверх, а оба лиса испустили протяжный стон. Постепенно лисица стала принимать в себя всё больше горячей плоти самца, постепенно приподнимая свою переднюю часть, пока, наконец, не села на разгорячённый стержень, что проникал глубоко в неё. В этот момент она остановилась и наслаждались моментом и ощущением слегка подрагивающего стержня в себе. Лис же в это время наслаждался её теплом и теснотой её стенок, что сжимали его чувствительную плоть. Достаточно насытившись моментом Адлэр начала движение, сначала слегка приподняв свой пол, а затем опустив, заставляя по её телу пройтись волку мурашек вместе с волной удовольствия, отойдя от который она стала повторять его действо постепенно ускоряя темп и глубину вхождения. Раору оставалось только стонать под смачными шлепками задницы возлюбленной о его мошонку, да слегка подталкивать ей в ответ, желая погрузиться в её недра глубже, желая заполнить её сильнее. Это было очень приятно для обоих, хотя и немного необычно. Ведь всегда самец жаждет самку больше, чем она самца, но сейчас они желали друг друга одинаково, они с одинаковой страстью отдавались спариванию, наслаждению. Они оба этого желали и оба это получали. Смачные шлепки Ады сдали тяжелее, но глубже, а начинающий проявляться узел Раора, всё сильнее и сильнее растягивал её вход при каждом ударе, отдаваясь в ей более полными волнами удовольствия, даруя ей некоторое чувство заполненности каждый раз когда он оказывался в ней. Но пока что самец, что самка были далеко от пика, потому они продолжали наслаждаться близостью друг друга, часто облизывая и вылизывая друг друга. Вздыхая и падая без сил. Они оба поддерживали друг друга, не давая их возбуждению перестать возрастать. Они старались не думать не о чём, хотя знали, что кульминация это далеко не всё, чего они должны достигнуть, за ней ей было нечто куда более важное. А пока это время ещё не настало, они должны были насладиться друг другом и собственными чувствами и ощущениями, постепенно снова наращивая темп и создавая до неприличия громкие шлепки при каждом новом ударе. С каждым новым ударом пола Адлэр об основание члена Раора, узел последнего нарастал, скоро он должен был стать достаточным, чтобы более не дать им разъединиться. И они оба этого ждали и постепенно приближали этот момент, пока, наконец, бёдра Адлэр не столкнулись с сильным сопротивлением, что растягивало ей вход до неприличных размеров, самец чувствуя невероятное напряжение вокруг своего вала начал сам осуществлять короткие поступательные толчки, подталкивая узел в горячее нутро, пока наконец вход Ады не поддался и не распахнулся впуская узел лиса в нежные и тёплые объятья внутренностей самки более не давая ему покинуть их. В этот момент когда вход лисицы сомкнулся за узлом Раора, последний стал совершать короткие, но быстрые толчки стимулируя внутренности любимой сильнее обернуться вокруг его стержня и стараясь протолкнуть его как можно глубже в неё, пока, наконец, от сочетания тепла и давления, он не стал изливаться в неё своим семенем, побуждая свою половинку тоже прийти к кульминации, ещё сильнее сжимая и доя его член. Они оба были в этот момент на гребне удовольствия и оба были без сил, отчего Адлэр просто рухнула на грудь Раора тяжело дыша, в то время как он продолжал накачивать её своим семенем, иногда подрагивая в ней, вызывая у неё новые волны удовольствия. Теперь они она были довольны, удовлетворены и полны. Они были связаны. Они были едины. Но это были лишь мимолётное единство, дальше им нужно прийти к чему-то большему. Чему-то одновременно печальному и радостному, но они не обязаны были делать это прямо сейчас, они могли ещё немного насладиться друг другом. Прошло несколько десятков минут, Адлэр всё так же лежала на Раоре, который всё также был с ней связан, но осталось не так много времени, прежде чем их связь не будет достаточно прочной и они смогут рассоединится. Но пока этого не произошло, осталось последнее дело, которое наверно можно было отложить, но лис явно хотел это сделать сейчас, пока его тело было полно эйфории, а он сам был связан с любимой. — Пора Адлэр, иначе всё будет напрасно. — нежно произнес он голосом полным грусти. Адлер подняла голову и посмотрела на него, у неё вновь наворачивались слёзы, ведь она, в каком-то уголке сердца, надеялась, что это было просто плохим сном, но увы реальность была жестока, и она была должна была сделать это чтобы её возлюбленный всегда был с ней рядом. — Хорошо… Если ты этого желаешь я сделаю это, несмотря на боль в моём сердце. — произнесла лиса немного приподнявшись и получив нежную нотку удовольствия от её нутра, которое было проигнорировано, ведь несмотря на всё ещё испытываемое удовольствие от его тела, её разум раскалывался от боли. Услышав же такой ответ от своей любимой, Раор откинул голову назад, открывая ей свое нежное и уязвимое горло. Ада опустилась к нему и стала его вылизывать словно желая разгладить шёрстку на нем так, чтобы этим всё и закончилось, но она знала что сколько бы они её не приглаживала ей всё равно придётся это сделать. Не сколько ради себя самой, сколько ради того, кто искренне её любил и любит до сих пор и она не может отказать ему в его желании, как бы больно ей от этого не было. Потому она обнажила свои белые клыки и без предупреждения вонзила их в мягкое и нежное горло, что до этого так тщательно вылизывала, после она мгновенно сомкнула свои челюсти со всей имеющейся силой, даруя своему возлюбленному быструю смерть, которая как бы это ни было печально отдалась в его теле удовольствием на последний вздрог его осколка, что всё ещё был в ней. Когда дело было сделано, а тело Раора обмякло Ада ещё долго лакала и пила его кровь, не давая и капли пропасть зря. Ведь он был только её и больше ничьим больше. И теперь никто кроме неё не имел на него права, однако, несмотря на это, её слёзы не переставали идти… За следующий день Адлэр поглотила каждый кусочек своего супруга, а оставшиеся кости отполировала до блеска и уложила на их подстилке так, словно он просто решил поспать. И он будет спать вечно. А она вечно будет с ним и более никогда не вернётся к этой норе, слишком много боли и счастья в ней сокрыто для этой одинокой лисицы…