Сюрприз

— Тинни, может, заколдуем хоть разок миссис Эспозито, чтобы устроить небольшой праздник? — Куинни хитро посмотрела на сестру. — Нет, — хмуро ответила Тина, не поднимая головы от отчёта, — ты же знаешь, что это запрещёно. — Но у меня же сестра — аврор, разве она разочек не может договориться? — Куинни подсела ближе к Тине и легонько толкнула своим плечом ее. — Мы же будем тихо, никто и не заметит. — Куинни, милая, я бы очень хотела порадовать тебя, но ты же знаешь, что правилами дома запрещены вечеринки и тем более волшебными законами нам запрещено заколдовывать немагов в личных целях. На это Куинни могла только вздохнуть. Что делать: на взгляд Тинни лучшие друзья девушек — это правила… Рабочий день пролетел за привычно скучными делами, и никто даже не поздравил ее… Даже мистер Абернати! А он ведь точно знал, что сегодня ее день рождения. Куинни вообще как будто не замечали: едва заметив ее на горизонте, чуть не все знакомые немедленно мчались прочь по каким-то важным делам, и в головах у них был такой шум и путаница, что Куинни даже не понимала, что за внезапный катаклизм накрыл все Министерство такой грудой дел. Причем ее помочь не просили: за весь день только занудно непробиваемый окклюмент мистер Грейвс попросил принести ему кофе. А потом еще Тина сказала, что убегает по срочному делу и дома будет только к ночи. Из-за всего этого домой Куинни возвращалась в совершенно безрадостном настроении. Даже трансгрессировать не стала и пошла пешком, решив побаловать себя запретной радостью и заглянуть в пекарню к хоть и забывшему ее, но Якобу… А пекарня оказалась закрыта, о чем сообщала записка на входной двери. «Закрыты по важным пекарским делам, приходите завтра». Завтра! Но завтра будет уже совсем другой день! А день рождения у нее сегодня! Куинни так расстроилась, что даже не стала здороваться с миссис Эспозито, выглянувшей из своей квартиры на слишком громкий обиженный стук ее каблуков по лестнице. Какой ужасный день! И Тина, наверно, до ночи просидит на своем дежурстве. Куинни чувствовала, как от обиды начинает щипать глаза. Уверенно повернув ключ в замке, под скрип открывающейся двери она вошла в темную квартиру, и вдруг вспыхнул свет и тишина вокруг взорвалась криками «С днём рождения!» — Но как?! — одновременно восторженно и удивлённо спросила Куинни, разглядывая веселые лица своих коллег и друзей. — Тинни, спасибо! — Она радостно обняла сестру. — Как же ты всех сюда провела? — Пожарная лестница, — шепнула Тина. Довольная Куинни повернулась к гостям, принимая поздравления и подарки, как вдруг раздался стук одновременно в окно и входную дверь. — Мы ждем кого-то ещё? — Куинни повернулась к сестре. — Праздничный торт! — Тина взмахнула палочкой, открывая окно, через которое Абернати левитировал огромный торт. А потом, показав жестом всем быть потише, повернулась к двери, из-за которой уже раздавался крик миссис Эспозито: — Голдштейн, кто там у вас? Кажется, я слышала мужские голоса! — Добрый вечер, миссис Эспозито, никаких мужчин, это мы с Куинни дурачимся, — ответила Тина. — Да, — поддержала сестру Куинни и изобразив у самой двери громкий кашель, приоткрыла ее и умильно взглянула в подозрительно прищуренные всевидящие очи миссис Эспозито. — Я приболела и, наверное, голос сел!.. Кхе-кхе! За ее спиной кто-то громко пытался сдержать смех. — И Тина тоже болеет, — поспешно добавила Куинни. — Извините за шум, мы только прополощем горло и сразу же ляжем спать! Миссис Эспозито пожелала скорейшего выздоровления им обеим и отбыла вниз по лестнице, а улыбающаяся Тина вручила Куинни бокал с веселящей водой. — Надо же прополоскать горло! Они выпили, и снова выпили, на счастливую Куинни сыпались поздравления и пожелания, а затем сестра объявила: — Пора резать торт! Куинни оглядела гигантское и великолепное сооружение из теста и кремовых завитков. Резать его было даже жалко!.. Но от одного вида слюнки текут. Она подняла нож, но стоило ей коснуться верхнего коржа, как тот вдруг завибрировал, пошел трещинками, кремовые цветы и листочки начали съезжать по бокам… Куинни испуганно замерла, вопросительно взглянув на сестру: — Это какой-то сюрприз? — Не знаю, — Тина испуганно направила палочку на торт и замерла в нерешительности, когда верхний корж поднялся и из торта наружу появилась взлохмаченная голова пекаря Якоба. — Но… — совершенно опешившая Тина переводила взгляд с этого незапланированного «сюрприза» на его получательницу. — Когда я заказывала самую нежную и сладкую начинку для торта, я имела в виду суфле или… Куинни не обращала внимание ни на что, кроме улыбающейся и отряхивающейся от сахарной пудры начинки своего пирога. — Так ты ничего не забыл? — спросила она радостно. — Конечно нет. Ты незабываема! — объявил Якоб и покосился на руины торта вокруг него. — Я подумал, вдруг этот торт — мой единственный шанс тебя поздравить, ну и… С днем рождения, Куинни! Гости вторили ему, удивленные, но радостные, а Куинни подумала, что сейчас просто расплачется от счастья. Завтра, наверное, бедному Якобу снова сотрут память и все опять кончится, но это будет завтра. А завтра — уже совсем другой день!