Бумеранг. Продолжение

Глава 24        На следующий день были известны результаты анализов. Миша здоров. Я тоже. Препятствий никаких быть не должно. Разве что в силу возраста придется чаще находиться в больнице. Но ради ребенка можно и потерпеть. Это же не страдание, верно?        Сидеть одной в палате скучно. Будущий отец придет только вечером, пока что на работу поехал. Да, его отпустили. Только ненадолго. Ведь деньги зарабатывать кому-то надо.        - Ну что, как поживаем? - вдруг неожиданно открылась дверь, зашёл Миша с цветами и поцеловал нежно в щеку.        - Как видишь, довольно неплохо. Вот, банан грызем. Больше ничего не хотим. Спасибо за ирисы. Как здорово, что ты знаешь, что я их люблю, - вдыхаю нежный аромат и иду искать вазу. Должна быть, по идее.        - Ты даже без своей привычной укладки выглядишь потрясающе, - не успеваю я налить воду, как чувствую руку, поправляющую прядь. Начинаю дрожать. Эти прикосновения постоянно так и стремятся разжечь пламя.        - Ты меня провоцируешь. Не стоит, - поворачиваюсь и пытаюсь флиртовать, но, наверное, выходит нелепо. И, если честно, пока нет желания.        - Я просто хочу быть рядом и знать, что с вами все в порядке, - явно отводит глаза, а потом незаметно целует в лоб.        После обследования нас отпустили на прогулку в парк. Все равно ближайшие недели две навряд ли получится оказаться в отеле. Или уже в квартире. Было чисто интересно, что там уже с ней. Миша не говорит, я и не спрашиваю. Не хочется думать о чем-то подобном.        - Миш... Скажи, мы же подадим заявление только в Загорьевске? Среди наших всех? - не думала узнавать это сейчас, но, с другой стороны, когда ещё?        - Ты же хотела среди всей родни... Только я тебя не отпущу никуда, пока не родишь. Мало ли что. Нервотрепка опять лишняя. Поэтому если хочешь быстрее, давай хоть завтра. Нет, так нет, - мы садимся на скамейку. Чувствую, как оказываюсь прижата к тёплому плечу.        Теряясь произношу:        - Я хочу среди наших... И не бойся, нервничать не буду и переношу полеты нормально.        - Я во всем с тобой соглашусь, но не в этом! Никаких перелетов, пока ты в положении, - все бы ничего, но тут Миша кладет руку на мой живот и, улыбаясь, произносит:        - Здравствуй!        Это слишком трогательно. Я не могу ничего сказать, потому что слезы застилают глаза. Смысл спорить если он все равно прав?        Мы проходим ещё возле фонтана, беседуя обо всем, что только приходит в голову. Будь то первая драка, первая серьезная боль, первая безответная любовь или вовсе ненависть. Будь то литература, театр или кино. Будь то очередной скандал какой-либо звёзды, прогремевший на всю страну.        - Знаешь, а ведь когда я был маленьким и влюблялся, я каждый раз говорил себе, что эта любовь навсегда. Однако был один случай. Ещё самый-самый первый. Мне в то время было, наверное, года два-три, не больше. Вообще ничего не понимал, что очевидно. Но мама рассказывала. Прошла как-то в магазине девочка лет одиннадцати. Не знаю, сколько ей точно было. Такая искренняя, веселая, радостная. Рядом с ней был парень ее же возраста. Не знаю, друг или кто. Он скромно взял ее за руку и повел к кассе. Очередь была большая. Не захотев ждать, она топнула ногой и уже уводила своего кавалера подальше. Но тут случайно встретилась со мной глазами и, замерев на месте, сказала:"Какой красивый! Жалко, что маленький. Так бы и вышла за него замуж!" Мальчишка тут же завелся и убежал. Мама была со мной, она и поведала мне эту увлекательную историю. Хотя я только помню очертания лица незнакомки и ее невероятные чистые голубые глаза...        Я прекрасно знаю эту историю. Леша - мой некогда лучший друг, который влюбился в меня по уши, я же его динамила. И сразу решила: только общение. Чтобы расставить все точки над i. Но не тут то было. Он все равно продолжал за мной ухаживать, пока не понял, что это все не имеет смысла. Так, в один ясный день мы попали в тот самый супермаркет, где я встретила этого самого ребенка... Перед которым заикнулась и о замужестве... Стоп. Ничего не понимаю...        Медленно подхожу к Мише и, смотря ему в глаза, говорю:        - Это я была той самой девочкой.        - Что?        Удивлен не меньше моего. Но молчит. Лишь сокращает расстояние и, стараясь не задеть живот, аккуратно и нежно целует.