school impact

— Итер, эй, ты слышишь меня? — сквозь пелену и туман юноша слышит чей-то голос, пока постепенно не приходит в себя и не приподнимается на локтях, что упираются во что-то твёрдое. — Что за чертовщина с тобой происходит вообще? — Голос теперь кажется более раздражённым и несдержанным, даже слегка хриплым.       Когда Итер окончательно приходит в себя и медленно осматривается, слегка щурясь от солнечных лучей, проникающих в окно, то тут же осознаёт, что валяется на деревянном полу «Чайного дома». Парочка клиентов, до этого рассматривающих стеллажи, с лёгким сомнением окидывают взглядом мальчика, обходя его и подходя к прилавку, к которому в этот же момент выруливает Сяо, решивший, что раз Итер очнулся — можно дальше работать. Однако, не всё было так просто. Итер медленно поднялся и потряс головой, окинув взглядом стойку, тут же заметил на ней упаковку чая, сделанную по его заказу. Но как он оказался здесь, на полу, хотя последнее, что он помнит, это как он сидел на диване в комнатке персонала? — Спасибо за покупку, приходите к нам снова, — совершенно равнодушно говорит вслед покупателям Сяо, пересчитывая купюры и убирая их в кассу, а после вновь переводя взгляд на своего знакомого. Затянув покрепче хвостик, парень выходит из-за прилавка и складывает руки на груди. — Слушай, может быть, тебе лучше к врачу сходить? С такими перепадами ведь невозможно жить, парень. — А? Что? А… медальон? Где мой медальон? — мальчик быстро шарит руками по карманам, не находя нужной вещи. — И Сяо… ты… — Итер тут же покраснел, удивлённо смотря на юношу, что сейчас равнодушно буравил его взглядом. — Какой медальон? Что ты вообще несёшь, Итер? — Тяжело вздохнул продавец. — Взял, свалился без сознания, стоило мне тебе заказ протянуть. Только попробуй меня в этом обвинить. — Итер шокированно уставился на парня, что сейчас отвернулся и принялся разбирать из какой-то коробки новую поставку чаёв. — Можешь стоять тут как истукан хоть вечность, только не мешай мне работать. Можно подумать мне тут заняться нечем. И не забудь, что за заказ надо платить. У тебя хоть деньги-то есть? — А поцелуй? Ты же поцеловал меня, верно?! — тут же выпалил Итер, заставив главу дисциплинарного замереть на месте с упаковкой «Английского завтрака». — Итер… — тихо начал парень, а после резко обернулся, — Если у тебя с головой беда, то тебе прямая дорога к врачу! Что за чертовщину ты несёшь? Мы с тобой даже не друзья. Или это твои мокрые фантазии такие? — А… Ч-что…? — Мальчик приложил руку ко лбу, стараясь взглядом найти в помещении ответ на свой немой вопрос. Неужели всё то, что произошло, просто ему приснилось? Но ведь он совсем не чувствовал, что теряет сознание или что-то вроде того. — Неужели я и вправду просто… отрубился? — Об этом я и говорю, — вымолвил Сяо, — так, с тебя две тысячи за заказ и вали давай отсюда подобру-поздорову к врачу. Сегодня как раз день самоподготовки, отличный шанс посетить хотя бы терапевта. И больше никогда не озвучивай свои сны. Такого никогда не будет, понял? — Да я вовсе не…! — Итер слегка повысил голос, а потом осёкся, замечая в голосе Сяо незнакомый холод. И почему тот так взвинтился? — Сяо, я не люблю тебя. То, что мне приснился этот бред — просто свидетельство моей поломанной психики, честно. — Зачем ты мне это объясняешь? — Со вздохом произнёс собеседник. — Любовь парня к парню — это просто отвратительно, не думай, что я один из «этих». Да и я прекрасно понимаю. Мы с тобой общались от силы два раза. — Эм, вот деньги, — Итер поспешно вытянул из заднего кармана шорт пару купюр, затем забирая упаковку с чаем и направляется в сторону выхода из «Чайного дома», — в общем, спасибо большое за чай, Сяо. И извини за беспокойство. — Пока, — коротко отрезал юноша, провожая фигуру златовласого мальчика цепким взглядом. Когда его фигурка скрылась за поворотом соседнего дома, парень уселся за прилавок, раздвинул створки комода внизу и вытащил с первой же полки ярко сияющий медальон, перехватывая его руками и изучая задумчивым взглядом. — Столько воспоминаний, что голова идёт кругом… и всё как родное, будто было вчера. Не думал же я, что моя жизнь продолжится даже в другом мире. Не даёт этот поганец мне просто умереть, — усмехнулся Сяо. В воспоминаниях промелькнули моменты лёгкого движения в танце одного мальчика на фоне звёздного неба, к которому стремилось множество морских фонарей. Его золотистые волосы развивались на ветру, смелые танцевальные движения сотрясали воздух, пока сам Сяо сидел на траве и любовался видом. На фоне картинок прошлого все воспоминания из этого мира казались почти нереальными, словно это был просто период перед новым возрождением. А взгляд на этот мир и людей тут же стал иным, более просветлённым. — Прости, Итер, но знающий о силе медальона человек куда быстрее соберёт все стихии, чем ты, беспамятный.       Дверь магазинчика вновь открывается, но на пороге оказывается вовсе не новый покупатель или посетитель, а глава студенческого совета — Чжун Ли. Сегодня, несмотря на жару, он пришёл в белой рубашке, заправленной в классические брюки, когда как на плечи был накинут пиджак, держащийся на них благодаря особым цепочкам на воротнике. Невозмутимый взгляд окинул помещение, Сяо ещё в Тейвате узнал всю правду об этом работнике похоронного бюро. Было удивительно чувствовать, как здесь и сейчас его тело и душу не сковывает проклятие. — Доброе утро, Сяо, — слегка улыбнулся Чжун, подходя к прилавку, — ты не отвечал на сообщения, поэтому я пришёл лично. Ничего не случилось? — А… точно, — юноша слегка помедлил, прежде чем достать из кармана смартфон. Различия между тем и этим миром были разительные, что лишний раз заставляло его отметить где-то про себя, что Итер и Люмин — невероятные. Какую широту мышления и памяти надо иметь, чтобы суметь разбираться в работе множества миров? Ладно он сейчас — это тело и этот мозг были порождены этим миром, и он в целом прекрасно освоился тут, когда как воспоминания о прошлом мире могли ему и не достаться, но что же с близнецами? Как им это только удаётся? То, что Сяо считает «прошлой жизнью», для них двоих лишь продолжение самой первой. — Прости, уведомления были выключены. Ничего не произошло. Кстати, ты говорил недавно о том, что в нашем мире существует магическая энергия? — Да, но ты мне не веришь, а я не могу тебе доказать, — кивнул Чжун Ли, — почему ты вдруг заговорил об этом? И у тебя очень изменился взгляд. — Теперь я верю тебе, Чжун Ли, — Сяо протягивает другу медальон, — ты знаешь, что это такое? — Да, знаю, — улыбнулся парень, сложив руки на груди, — это Медальон памяти, который может хранить в себе информацию обо всём мире и воспоминания множества людей, близких его владельцу. Это очень древняя технология, которая была отвергнута людьми очень давно. Однако, я и так рассказал тебе уже слишком много того, о чём сейчас людям знать не стоит. Поэтому не требуй от меня большего. Однако, насколько я помню, эта вещь принадлежит Итеру. — Эта штука хранит в себе наши воспоминания из другого мира, — вздохнул Сяо, а после указал пальцем на светящийся камушек Анемо элемента, — это мои. — О, вот оно что, — заинтересованно протянул Чжун Ли, — вот оно как… Не смотри на меня так, Сяо, я не имею права трогать Медальон памяти Итера. Понятия не имею из какого именно мира они пришли и что с этим миром стало, на что он был похож, но если говорить про наш, то я — Блуждающий Архонт. Какая бы ни была у меня связь с «другим» мной, резонирование с медальоном будет считаться предательством. Сам представь. Нести на своих плечах судьбу сразу же двух миров — это нереально. Поэтому я предпочту обойтись твоими рассказами о нём, хорошо? — Итер ничего не помнит, но этот медальон может вернуть ему память, когда восстановятся все стихии. В процессе их восстановления резонирующие с медальоном люди будут хранить его воспоминания и силу, пока медальон полностью не оживёт и не восстановит память Итера. Изначально созданием его занимался главный алхимик Монштадта и лучшие алхимики Ли Юэ, поэтому я знаю принцип его работы. Когда Итер восстановит память, срезонировав с полностью заряженным медальоном — тот расколется на несколько частей. И однажды его вновь можно будет воссоединить, в случае крайней необходимости, конечно, — Сяо задумчиво рассказывал единственному человеку, которому доверяет, о силе той вещи, которая пришла из совсем другого мира, дабы спасти ценную память. Дабы спасти то, что должно было жить в сердцах всех тех, кто погиб когда-то. — Спасибо за рассказ, — улыбнулся Чжун Ли, потрепав Сяо по голове, а после скидывая с плеч пиджак, укладывая его на стойку и закатывая рукава рубашки, — что же, раз уж я пришёл, то помогу тебе в магазине, пока не пришло время ехать на встречу с родителями. Думаю, что в процессе не отказался бы послушать больше твоих рассказов. Только поменьше названий, они ни о чём мне не говорят.

***

— Нет, это никуда не годится! — Устало проговорил Альбедо. — Вы должны повесить плакат правее! Иначе неровно! — Кричит он ребятам, что тут же реагируют на замечание и стараются сместиться вправо. На данный момент он, как заместитель главы студсовета, должен был контролировать подготовку в школе к новому «Школьному дозору», и эта подготовка будет проводиться ещё какое-то время. На неё дал разрешение директор, поэтому все сразу же принялись за работу, надеясь провести фестиваль как можно раньше, дабы не задеть сроки сдачи экзаменов и не навлечь на учеников дополнительную нагрузку. Да и кто знает, как изменится обстановка в школе после фестиваля. — Вот так уже лучше, молодцы!       Работать сейчас приходилось на улице, дабы разнообразить школьные ворота, стены и дополнить некоторыми элементами декора. Помогали в этой нелёгкой задаче все те, кто мог, но большая часть была из элитных. Совсем недавно их покинул Чжун Ли, и только вот-вот пришёл на подмогу Син Цю. Альбедо проводил взглядом его фигурку, и заметил, что мальчик идёт не один, за руку держа какого-то парня. Приглядевшись, заместитель узнал в нём Чун Юня. — Что за… — только хотел пробормотать себе под нос Альбедо, как его тут же окликнула девушка, заставив парня развернуться на сто восемьдесят градусов. К слову, он щеголял по округе в одной белой футболке, что была велика ему на пару размеров точно (ему приходилось постоянно поправлять край футболки, слегка спадающий с плеча) и в таких же широких и свободных коричневых брюках. Вместо деловой обуви — чёрные конверсы, а через плечо перекинута небольшая сумка со всякими материалами и украшениями, частично даже вылезающими наружу, отчего юноше постоянно приходилось оборачиваться назад и проверять, не выпало ли что-нибудь. Вот любит человек свободную одежду, вот что поделать, и специально одежду +size покупает даже. — Что-то случилось, Сахароза?       Девушка, что стояла перед ним в голубоватом летнем платье из лёгких, почти прозрачных тканей, неуверенно завела руки за спину, отводя в сторону смущённый взгляд. Альбедо мягко улыбнулся ей, чтобы не отпугнуть столь социально неловкую подругу, и та тут же почувствовала себя немного увереннее. — А-Альбедо, слушай, я тут подумала, может быть… может быть нам поставить больше цветов у входа в школу? Потому что мальчики хотят и туда плакаты повесить, а мне кажется, что у нас с ними уже перебор… — девушка разок глянула парню в глаза, а после вновь мгновенно отвернулась, краснея. — Хм, думаю, ты права, — заместитель задумчивым взглядом окинул вход в школу, — плакатов и вправду уже достаточно, изначально директор просил не перебарщивать с ними… Хорошо, так и сделаем. Ты умничка, Сахароза! — «Ты умничка, Сахароза!» — со смехом передразнил кто-то, а когда Альбедо обернулся, то увидел неподалёку Барбару. Как и всегда она разгуливала в очень откровенном наряде: топик с большим вырезом, короткие шорты и чулки, а что порой бесило действительно сильно, так это её постоянно звенящие на руках побрякушки, браслетики и тому подобное. Она вовсе не была плохим человеком, и часто помогала тем, кто нуждался в помощи, не сплетничала и не распускала слухов, однако, очень любила свою популярность. Как инстаграмм-блогер она цеплялась за любую возможность стать ещё более любимой и популярной, старалась нравится каждому, а лишняя близость с «принцем», как называли Альбедо в кругах элиты, не стала бы чем-то лишним. — Как у вас всё мило и радостно~ — Барбара… — вздохнул юноша, замечая, что Сахароза начинает в лёгком испуге перебирать пальцами подол платья. — Что-то случилось? — Да~ Случилось, — девушка ласково улыбнулась и приобняла парня за руку, — почему-то мой дорогой Альбедо мило флиртует с какой-то супер скучной Сахарозой. — Во-первых, я не твой, — Альбедо выпутался из её рук и сделал шаг назад, — а во-вторых, Сахароза не скучная. Она может и не популярная как ты, Барбара, но она очень умна. — Вау, да что ты? — Задумчиво протянула Сахароза. — Неужели? Однако, что-то я не припомню, чтобы у неё был титул «Принцессы» параллели. — Вау, у вас тут красиво, — раздался чей-то голос позади, прерывая не очень приятный диалог. Когда все трое обернулись, то тут же поджали губы, удивлённо взирая на подошедшего. Перед ними стоял юноша не слишком выше Альбедо, с длинными серебристыми волосами, собранными в высокий хвост, облачённый в растянутую чёрную майку и зелёные штаны с камуфляжем, заправленные в высокие чёрные сапоги. На шее блестели цепочки, когда как в ушах — такого же по оттенку гвоздики. — Рейзор вернулся! — Ох, Рейзор! — Удивлённо выдал Альбедо, почтительно поклонившись и подойдя к знакомому. — Я не думал, что когда-нибудь вновь увижу тебя. — Рейзор вернулся насовсем, — улыбнулся юноша, убирая ладони в карманы своих штанин и пожимая плечами, — Рейзор будет отличным учеником! — И всё ещё в третьем лице… — с доброй усмешкой проговорил принц. Когда к нему подошли девушки, он тут же вспомнил, что они могут и не знать ничего о его давнем друге, и было бы некрасиво не представить их. — Сахароза, Барбара, это Рейзор, бывший ученик элитных классов, выпускник школы прошлого года. Раньше он был заведующим по Школьному дозору, потому что спортивная подготовка этого парня не сравнима ни с чем.       Девушки пригляделись к юноше, и убедились. Накаченные руки и тело то и дело пестрили шрамами, но в то же время напоминали о силе своего владельца. Казалось бы, что он не такой уж высокий и страшный, но несмотря на улыбку на лице, от него чувствовалась какая-то сила. Будто бы хоть с кем, но с этим парнем в битву лучше не влезать. — Рейзор жил в горах с выпуска, и сейчас приехал, чтобы посмотреть на новый Школьный Дозор! — Парень подбоченился. — Рейзор надеется увидеть отличное зрелище! В прошлом выпуске было очень много девушек… девушка в шапке из звёзд, очень богатая девушка с луной в волосах… — Мона и Кэ Цин, — поправил его Альбедо, — почему даже я знаю имена твоих сверстников, а ты нет? Господи… В общем, Рейзор учился здесь с самого первого класса и отлично знаком со всей обстановкой, правда, он очень легкомысленно относится ко многим вещам. Кстати, насколько я знаю, ты раньше дружил с одним мальчиком, младше тебя? — Беннет! — Тут же оживился собеседник. — Рейзор очень хочет увидеться с Беннетом! Рейзор был лучшим другом Беннета! — Что? — С лёгким отвращением усмехнулась Барбара. — Ты дружил с парнем из обычного класса? Ты смеёшься? Не шути, ты, наверное, просто выуживал у него полезную информацию, как Син Цю сейчас? Не говори мне, что ты на полном серьёзе… — Закрой свой поганый рот, — лицо Рейзора тут же изменилось. Взгляд алых глаз стал холоднее, отчего у Барбары по спине прошли мурашки. — Беннет — отличный человек. Да, я с ним дружил, и дружу. И эти ваши разделения на элитных и обычных считаю полным бредом. Слава богу я выпустился из этого мусорного ведра. Альбедо, неужели ты до сих пор не добился отмены всего этого бреда?       Альбедо удивлённо взглянул на друга. Ещё год назад тот не умел так легко менять свои «режимы поведения», что заставило юношу слегка опешить. Проблема была в том, что Рейзор, как человек социально неловкий, обычно вёл себя легкомысленно и говорил о себе в третьем лице, сильно не задумываясь над беседой и чувствуя себя расслабленно. Однако, когда он начинал чувствовать давление, негативные эмоции и что-то, что выбивало его из колеи, он буквально сразу же менял свою тактику поведения. Он многим напоминал всем волка в овечьей шкуре, который на самом деле не падок на ловлю овец, но любит пожирать других таких же волков. Когда на него нападают, он будто бы скидывает с себя эту шкуру и, играя на чужом чувстве неожиданности, заставляет ситуацию работать в свою пользу. «Принц» уверенно улыбнулся: — Не переживай, в этом году у нас необычный Школьный дозор, и я уверен, что после него всё разительно изменится, — на эти слова собеседник лишь улыбнулся и, потрепав заместителя по волосам, а девушек окинув немного холодным взглядом, спокойным шагом отправился ко входу в школу. Видимо, ему нужно было встретиться ещё с кем-то. — Обязательно приходи посмотреть на фестиваль!       В ответ Рейзор лишь махнул рукой, не оборачиваясь, и скрылся за входными дверьми. Барбара лишь неодобрительно хмыкнула, когда как Сахароза неуверенно сложила руки на груди, смотря куда-то в землю и не находя слов. Альбедо обернулся к ним с выражением лёгкой усталости и задумчивости. — Раньше дискриминация тоже была, и если бы Рейзор по сей день учился с нами, то такие ребята, как Скарамучча, Синьора или даже ты, Барбара, были бы точно вызваны им на драку. Он был тем ещё борцом за справедливость, и, не совру, если скажу, что элитные стали наглее как раз после его ухода. Был хоть кто-то, кто держал всех нас в страхе, а сейчас… последний ограничитель в виде Тартальи и то исключили. Страшно представить, что может случиться, — юноша задумчиво взглянул на ясное голубое небо. — А слухи не врут, ты и вправду очень проникся к обычным, — заметила Барбара. — Они такие же люди, как и мы. Оказавшись в одной и той же ситуации мы бы могли совсем по разному показать себя. И именно на это нацелен этот Школьный Дозор! — Уверенным голосом заявил Альбедо. — В этом году обычные и элитные окажутся в одинаковых обстоятельствах, а впереди будет ждать множество преград. Как они их пройдут и каким будет результат, а так же, кто действительно лучше, обычные или элитные — Школьный дозор покажет нам всю правду. — Н-но Альбедо, — наконец подала голос Сахароза, — ты ведь тоже элита. Неужели тебе не будет обидно… проиграть? -… — Альбедо мягко улыбнулся, — это проигрыш, которого я отчаянно желаю. — О, это что, новенький там плетётся? — Барбара обернулась в сторону школьных ворот, у которых как раз остановился Итер, с любопытством рассматривая округу. Стоило девушке об этом сказать, как мимо тут же промчался Альбедо, направившийся бегом к своему знакомому и еле придерживающий сумку за лямку, дабы ничего из неё не вывалилось. — Ох, what a shame… Называется, хотела пригласить «принца» на свидание… Чёрт, я ведь даже билеты в кино уже оплатила! Эй, глупая! — Д-да? — Неуверенно подала голос собеседница прижимая руки к своей груди и обеспокоенно смотря на одноклассницу. — Пойдёшь со мной в кино, а то слишком уж денег жалко. Отказ не принимается, — Барбара приобняла девушку за плечо и повела в сторону, взглядом окидывая Альбедо, что сейчас с лёгкой улыбкой и румянцем на щеках беседовал с тем златовласым юношей с супер популярных фотографий. И хотя ещё вчера вечером всё, связанное с произошедшим, было удалено из чата самим Аяксом, на которого затем ополчились все в чате и успешно исключили из него, мол: «Ты больше не часть элиты, тебя исключили. Кто ты вообще такой?», память было стереть достаточно тяжело. Однако, многие надеялись, что такое событие, как Школьный дозор, сможет заглушить распространение неприятных слухов.       Итер изначально вовсе не собирался даже приближаться к школе, но его привлекла связка ярких воздушных шариков, что активно летели с её территории, и именно поэтому он решил всё-таки сходить проверить, что же там происходит. И сперва он вовсе не планировал как-то светиться в обществе, но так уж вышло, что любопытство взяло верх и он прошёл вплотную к воротам учебного заведения. И каково же было его удивление, когда он увидел множество плакатов и украшений перед грядущим Школьным дозором. И только теперь он начинал понимать, почему их староста класса за завтраком то и дело трындел о днях самоподготовки, как о настоящей лафе. Да, лафа-то лафа, а вот что будет затем…       Утром они так же обсудили и заметку для учеников, выложенную на официальном сайте школы, и все вместе пришли к такому выводу, что этот фестиваль действительно станет чуть ли не судьбоносным событием в этом году. Но сколько бы раз Итер не смотрел на искалеченные ладони, сколько бы раз не заставлял себя поверить в то, что всё будет хорошо, ему не удавалось поверить в то, что у них всё получится. Действительно ли слова Чжуна Ли окажутся правдой и он сможет всё изменить в этой школе?       «Если так подумать, то та сила, которая вчера появилась из-за медальона… Точно, ведь не спросил Тарталью об этом! Вот дурак! Но если медальон и правда способен на такое, то… это может стать отличным инструментом для победы на Школьном дозоре. И хотя это будет не честно, кого это здесь заботило? Нет-нет, такую вещь надо использовать только в самом крайнем случае!» — так размышлял Итер, стараясь как можно скорее свыкнуться с осознанием того, что в этом мире существует что-то большее, что так же понимается под энергией, но куда более сильная и могущественная. Хотя, внутри было ощущение, будто бы это куда роднее для него, чем кажется.       «Что может дать ему мир, лишённый магии? Он может лишь позволить ему наполнить себя ею» — так сказал Дайнслейф Люмин, когда они стояли у палаты Итера в больнице и наблюдали через стекло за размеренно вздымающейся вздохами грудью мальчика. — «Но я знаю, что ты против».       Когда Кэйа и Дилюк в конце концов ушли к себе, а в квартире осталась только Люмин и Тарталья, девушка наконец позволила себе отдохнуть и распластаться на диване. Итер куда-то смылся, снова, как будто бы будучи обиженным на всех и вся, а на Дилюке и вовсе лица не было, как бы сильно Кэйа не пытался его подбодрить. Аякс какое-то время пытался расспрашивать девушку о том, что было вчера, но её сухие ответы совсем не удовлетворяли его любопытства. — Раз ты молчишь, то я предприму крайние меры, — парень указал ладонью в сторону вазы с цветами и с некоторым усилием смог заставить воду из вазы подняться в воздух и с большей лёгкостью последовать его направлению. Пальцами он рассёк воздух и сгусток воды замер над Люмин, что тут же поскорее подорвалась с дивана. — Стой, Аякс, не надо! — - В спешке воскликнула она, что заставило Тарталью засмеяться и заставить воду вернуться в вазу. — Ох… кажется, для тебя это всё просто лишнее веселье… Ты хотя бы помнишь как пользоваться своей силой? — Да, я помню, как использовал её в прошлой жизни, ха-ха, — уверенно улыбнулся Аякс, становясь посреди комнаты и дёрнув руками, когда как из воздуха в его руках тут же материализуются водяные кинжалы, — конечно, мозг помнит, что нужно делать, но телу очень непривычно. Ощущение, будто бы у меня раздвоение личности. Думаю, это совсем не круто. Но вот то, что вода появляется из ниоткуда — это мощно! — Не из ниоткуда. Если медальон будет находится слишком далеко от тебя, то ты не сможешь использовать силу, — скучающим тоном проговорила Люмин, облокачиваясь о спинку дивана, — помнишь? В том мире тебе помогал Глаз Бога и… Глаз Порчи. В этом мире тоже нужны они для направления силы, ну, как я понимаю, но медальон может исполнять ту же самую роль. Чем ближе к тебе медальон, тем ты сильнее, можно и так сказать. — Ну и дела, — с притворным интересом затянул Тарталья, пытаясь выполнить парочку боевых движений, которые делал «в прошлой жизни». — Чёрт, кажется, я был круче там, чем здесь. И как только я это делал? — Мне кажется, что у тебя всё получится, если ты просто отнесёшься серьёзно. В том мире ты… усиленно тренировался. Если ты больше углубишься в свои воспоминания, то вновь почувствуешь себя «тем» Аяксом, и у тебя начнёт получаться, — проговорила девушка. — «Тем» Аяксом, — задумался парень. В его воспоминаниях было очень много моментов, и только сейчас он начал осознавать, что именно " в прошлой жизни» он испытал очень сильные эмоции, совершенно меняющие его личность. Видимо, ещё вчера он как-то отмахивался от этого, но уже сейчас, с полной серьёзностью прокручивая в голове «прошлую жизнь», он почувствовал, как что-то меняется. Всё будто бы наконец становится на свои места, а то, что вызывало страх, начинает становится понятным и восхищать. Темнота бездны, боль разочарований, бесконечное стремление к идеалу, битвы, верное служение Царице, встреча с Итером, золотистые волосы, его приезд в Снежную, любовь, яркие кольца на пальцах… Утерянная им любовь. Он ведь был особенным для него в том мире, правда? Тарталья двигается на уровне рефлексов, и с силой рассекает кинжалами воздух, и от них в разные стороны расходится сильный заряд энергии, из-за чего обои комнаты тут же намокают, а некоторые вещи распадаются на две части. К слову, исполнив свою технику, он устроил в гостиной настоящий мокрый бардак. — Попросила сосредоточиться на свою голову! — Воскликнула Люмин, с лёгким хныканьем запрокидывая голову. — Однако, у тебя получилось! Поздравляю! — Люмин… — голос Аякса кажется другим, а серьёзный взгляд голубых глаз ложится на девушку и даже слегка пугает её, — как ты думаешь… он всё ещё любит меня, после всего? — Чайльд… — Люмин поджимает губы, в её взгляде отражается грусть. Этот парень сейчас был тем, кого она знала, и его скорбь была ей понятна. И вправду как будто раздвоение личности, но сейчас перед ней был тот самый влюблённый Предвестник Фатуи. — Я помню как отпускал его руки, — Тарталья смотрит на свои ладони, в которых медленно исчезают кинжалы, — я помню, как умолял его поскорее уйти. И я помню, как медленно умирал под каменными обломками, пока вы звёздами рассекали небо. А затем всё померкло. И я помню, что до самой смерти думал только о том, что мне хотелось бы лишь одного — хоть раз однажды вновь прикоснуться к его золотистым волосам и мягким губам. Чтобы хоть раз вновь почувствовать тепло его рук… Чёрт… Почему мы не могли просто жить счастливо до самого конца? — Чайльд, прости! — Люмин чувствует, как руки начинают дрожать, а сама она уже плохо видит выражение лица парня из-за слёз. Она поднимается с дивана и, подойдя к нему, крепко обнимает, пока он слегка вздрагивает, утыкаясь в её плечо и руками сжимая её кофту. — Прости за эти воспоминания… Прости… — Я люблю его, Люмин… И я любил Тейват всем сердцем… Почему, Люмин? Почему? — Чайльд крепко сжимает зубы. — Почему всё это произошло с нами? — Я не знаю… Не знаю… Но… Но эти воспоминания — то, чем мы должны дорожить! Помнишь, как мы отправились в Ли Юэ втроём? Мы тогда вечером после очередной миссии решили зайти в ресторан Сян Лин, а там уже был Чун Юнь, которому случайно в еду подсыпали перчик, отчего он бегал повсюду с дубиной переговоров! Ха-ха — Да… И по итогу мы решили уйти, дабы не попасть под горячую руку, — с лёгкой улыбкой подтвердил Аякс, — а ещё помню, как я постоянно сталкивал путешественника в стоковую воду в Ли Юэ на поворотах. — Я помню как он гонял тебя по всему Ли Юэ после этого и только Чжун Ли в итоге останавливал вас и вёл отпаивать чаем, — засмеялась Люмин и отстранилась от парня, — пожалуйста, Чайльд, сохрани эти воспоминания и… возьми от них только самое лучшее. Сейчас я понимаю, что, наверное, ты был прав вчера. Мой брат должен помнить всё. Забывать о важном — самая большая ошибка. — Ощущение, будто бы я воскрес, — парень выпрямился и глубоко вздохнул, впоследствии переводя взгляд на девушку, — но палочками я всё равно пользоваться не умею, и не говори об этом! — Вот дурашка, — рассмеялась девушка.