С Рождеством, Командир Пиперс!

«Я практически уверен, что Вы, Мистер Гляделкинс, обожаете Рождество! Этот праздник многое в нас открывает, вскрывает наши сокровенные тайны и секреты, и, наконец, дает нам новую надежду и веру в жизнь! Желая Вам всех благ, здоровья, любви…ох, да я желаю Вам всего в мире! Удачи в новом году! От кого: Тут-и-Там Кому: Командиру Гляделкинсу» За грубоватыми красными занавесками, которые закрывали иллюминаторы, виднелась голубая планета, на которой непрерывно, нежными деликатными снежинками, шёл снег – жители планеты, маленькие розовые существа с голубыми рожками, вопили и прыгали от радости. Весь их дом был украшен не только чисто-белым фирном, а ещё и множеством новогодних украшений, гирлянд, мишуры, фарфоровых и стеклянных игрушек на зеленоватых ёлках… Счастливые вопли радости жителей было слышно повсюду: и космос ими был заполнен, и душа; Гляделкинс недовольно фыркнул и сжал письмо, которое только что нашёл под своей дверью. Эти радостные голоса было не только противно слышать,но и видеть тех, кто их издает – и Командующий мигом задёрнул оставшиеся занавески, оставив свою комнату в кромешной темноте. Схватив зажигалку с тумбочки, он молча дал волю пламени в свече, уставившись на рыжий огонёк … Если так подумать, мы все – огонь. Кто-то – спокойный, согревающий, нацеленный на создание тепла и поддержание комфортной температуры. Кто-то – тихий, едва заметный, но оставляющий после себя след – например, сожжённую спичку. Кто-то – неуправляемый, всеразрушающий и бессмертный. Кто-то зажёгся сам, кого-то зажгли. Кого-то жгли дважды, трижды и много-много раз, прежде чем ты наконец не смог разгореться. Или разгорелся. Или нет. Нам всем так мало отведено. Кому-то – фитиль от церковной свечи, кому-то – уголь в камине, а кому-то – сибирский лес. Кому-то дано согревать, кому-то – светить, а кому-то – просто сгореть. Мы все разные, но такие похожие. Каждый из нас способен гореть сам, просто не каждый сможет приложить усилия к этому. Мы все – огонь. И мы способны сжечь того, кто пытается нас затушить. Явным огнём, способным зажечь не только сердца всех на свете, а даже поддерживать энергию Солнца, был Тут-и-Там – как бы не хотелось признавать этого и присваивать такое звание бестактному чудному беглецу, Гляделкинс просто должен был принять этот факт. Как насчёт его Лорда, Лорда Злыдня? Ну, это был именно тот тип огня, который мы назовём «неуправляемый, бесстрашный, но очень-быстро-прямо-очень-быстро-сгорающий-без-попытки-зажечься-вновь». Не в обиду самому Лорду, но большим его, увы, как бы хотелось, не назовёшь. А как же Гляделкинс?Ох, ну, он б… Его внутренний мысленный монолог прервал очередной громкий счастливый крик, только раздался он уже ближе. Оскорблённый этим, помощник Злыдня затушил свечу и громко открыл дверь, желая уничтожить эту скверную планетку даже не договариваясь с Лордом. Халат немного покачнулся от встречного потока воздуха, и Командующий вышел в коридор, пытаясь сосредоточиться на встроенных в стену часах. 4:36 Это время уже больше не казалось для него таким ранним или столь поздним, когда на курсе появилась Доминатор, и нужно было разрабатывать огромнейшие планы, маштабные стратегии и безумные идеи, чтобы помочь Злыдню её одолеть. С тех времен Гляделкинс научился правильно заваривать кофе, чтоб кофеина в нём хватало на целую неделю, смирился с тем, что здоровый сон помахал ему ручкой вслед и посещать Командующего будет редко, и, безусловно, переварил информацию о том, что его Лорд – тряпичный глупец. Гнаться за оранжевым «Не тут, не сям», когда под носом у тебя возможность совладать всей Галактикой и тем, что её наполняет! Правая рука Злыдня поморщился от довольно яркого в такое время света в коридорах: видимо, Энди снова забыл выключить электричество на ночь…Конечно! Забыл-то он, а сверять числа на счётчиках, получать квитанции о неимоверных числах и оплачивать их же должен Гляделкинс! В общем, он и сам уже привык к такой значимости на корабле и в какой-то мере был приятно поражён столь высокому значению. Мишура. Долбанная мишура! Пока Командир мружился от света и мысленно выкидывал Энди за борт, он и не заметил, как ноги его запутались в мишуре – что это такое?! Кое-как разорвав непонятную штуковину и злобно на неё пошипев все слова, которые имелись в запасе, он глянул вперёд. О,нет…….. Вдали коридора была приоткрыта дверь, откуда доносились самые различный вопли, писки и крики. Весь коридор пропах едой, а с кухни то и дело Дозоры в костюмах официантов носили в « ту самую комнату» подносы с деликатесами. За дверью раздался громкий властный голос Злыдня; такой, что кровь застывала в жилах от ноток баса в его голосе, и Командующему приходилось отвлекать свои мысли раз за разом, чтобы не терять голову и отвлекаться от мыслей поважнее. -Так, я тебе что сказал? Погоди, ты, в шапке! Да нет же, вы все в шапках…А, нет, тот, с подносом! У нас в меню нет канапе со звёздной петрушкой наверху! Голос Лорда злобно приземлял и заставлял повиноваться, даже если тон был спокойным и сдержанным: такова была его особенность. Одна из многих других. Не менее важная. Вокруг парила праздничная атмосфера, которая была непривычна для корабля, и везде бродящие и спотыкающиеся о мишуру и гирлянды Дозоры были настолько заняты и помешаны на работе, что и не замечали рассеянного Командира, который беззвучно хлопал глазом, пытаясь понять суть происходящего. Злыдень продолжал парировать над своими рабочими, командуя и приказывая, что делать, да так, что те валились с ног, как только слышали очередной указ придирчивого скелета. Гляделкинс недоверчиво покосился на дверь – рассмотреть что-либо было практически невозможно, да и он не понимал, почему все вокруг бегают и волнуются, ведь Новый год наступает через двадцать четыре минуты! Ровно в пять часов начинается новая эра, а Злыдень уже в столь ранний час гоняет подопечных. Да и зачем ему эти все подготовки?! Обычно, они никогда не встречали Новый год, и только спали, а на утро Гляделкинс готовил Злыдню особенный завтрак, а говорить что-то о праздновании, а тем более о подарках, так лучше вообще молчать – сказать нечего. Он подошел немного поближе, и моментально зажмурился, услышав тот самый властный тон совсем рядом -Флёрт вас подери, почему так громко!?Разве вы не слышали моего приказа? Главного правила, которое помогло вам, недоумки, собраться здесь и праздновать этот глупый Годний Нов?! Носить эти подносы и выбирать салфетки для каждой группы отдельно, ибо один недоумок хочет красные салфетки, а другой нет, потому что красный – агрессивный цвет для его чувствительных линз?! -С-сэр, мы помним, г-гл…-начал было один из Дозоров, но Злыдень мигом его перебил -Главное, чтобы он не узнал об этом глупом, дурацком, никому не нужном сюрпризе! -мало не хныкая прошипел Лорд. Он и дальше начал рассказывать, что куда ставить, но Командующий Гляделкинс его уже не слушал: он взорвался, будто та самая Галактика, и внутри его тела теперь витал всевидящий Космос. Это особое чувство принесло ему бабочек в животе, которые подымались высоко-высоко от желудка и оставались везде. Ни один кусочек тела не спрятался от желтоватого приятного вина – смеха Солнца и улыбок кратеров Луны, оно разливалось по венам вместо крови и пульсировало в артериях так сильно, что, будто, закипая, молилось Всевышнему оку. Командир сделал шаг назад и с порывом ветра от открывающейся двери кухни влетел в свою комнату. Он отдёрнул все шторы, открывая миру взгляд на своё поместье и открывая себе взор на чудесного цвета планету… Жильцы там веселились и радовались праздникам и обильно-шедшему снегу у них над головами – и от этих восторгов, Гляделкинсу хотелось плясать так, будто под его ногами – Солнце.