Angel of small death

***

      Филипп. Законопослушный, праведный ангел. Уста его не вкушали крови, руки — чужих тел, а сердце — чувств. Большие белоснежные крылья без лишних оттенков и сияющий нимб лишь подтверждали сие высказывание. Пип, как его прозвали другие ангелы, самый юный обыватель Рая, но, не смотря на это, уже заслуживший звание проводника душ. Архангелы, Божьи помощники, с этим сразу согласны не были, ведь Пип «ещё слишком юн и не заслуживает доверия. Вдруг его сердце вкусит сладость греха и божественная пелена с его глаз падёт?». И кто же знал, что они окажутся правы?

***

      Это был обычный будний день в Раю. Каждое существо здесь занималось своими важными делами, и ничто не предвещало беды. Однако поодаль небо стал окутывать багровый туман. Хорошая погода, которая сегодня была в планах, внезапно стала портиться. Нежные облака затряслись и стали сеяться то тут, то там, создавая дыры в небе. Конечно, всё это лишь на нижних этажах, видимых людям, но незамеченным и для тех, кто «сверху» это происшествие не оставалось. Пип как раз был одним из первых, кто это заметил, а потому он взмахнул крыльями, поднимаясь с облака, дабы сообщить о беде остальным, и.. Упал. С уст его сорвался болезненный стон. Что-то обожгло его крылья так сильно, словно по них прошлись раскалённым металлом. Филлип поджал их к себе, оборачивая голову назад. Белоснежное ангельское лицо, кажется, стало ещё белее обычного, голубые глаза застыли в одной точке от ужаса, а по телу прошлась судорога. — Дэ.. Дэмиен?.. — Всё же удалось проговорить ошарашенному мальцу. Нет, ангелы не знают всех демонов в лицо, однако этого забыть сложно, ведь он сын самого Люцифера — правителя Нижнего Мира, Ада. Более известен как Сатана. Вход в Рай для демонов запрещён, но Правители и их наследники могут «ходить в гости друг к другу» по особой нужде. — Нет, блять, Вельзевул. Я понятия не имею кто ты, но этим твоим выражением лица ты меня уже раздражаешь. — Густые тёмные брови съехали ближе к переносице, создавая хмурое выражение лица. Дьяволёнок несколько секунд внимательно осматривал существо перед собой, после чего снова схватил Фила за крыло и потянул на себя. Тот, не в силах сдержаться из-за жгучей боли, вскрикнул и сжался в комок. — Ч-что вам нужно?! Я не п-позволю вам войти сюда! — Стараясь не упасть от боли вымолвил Пип. Его крылья не переставали жечь. Как и рука Дэмиена. Однако второму на свою проблему было абсолютно наплевать, ведь он здесь явно не за тем, чтобы жаловаться на боль. Что ж, протащив Пипа вдоль всего Рая за обгоревшее крыло, Дэмиен наконец добрался до нужной персоны — Бога. Там он его и кинул. И что же, опять ничего непонятно. Почему никто из ангелов не вступился? А Господь? Почему же он сидит с таким спокойным лицом, пока сына его терзают дьявольские руки? Филипп с ужасом и непониманием осматривался вокруг. Тяжело быть самым юным, ведь нет веданья о всех божьи х тайнах. — Вы знаете, зачем я здесь. — Кратко отрезал Дэм, стоя со всё таким же мрачным лицом. Не нравился ему Рай — слишком светло и слишком скучно. Здесь мало душ, ведь большинство попадает в Ад. — Верно. — Господь кратко кивнул, — Ну и кого же выбрал твой отец? ≪Что верно? О чём они? Зачем Сатане кого-то выбирать? ≫ — пронеслось в голове Филиппа. Дэм цокнул и перевёл на него свой взгляд: — Заткнись. — Да, всем известно, что Дэмиен умеет читать мысли. Наверное поэтому он так спокойно пришёл в Рай. Всегда знает, чего ждать. Далее взгляд сынишки Сатаны снова перешёл на Бога, — Никого. Велел выбрать самому. Правитель посмотрел на лежащего у ног Дэмиена Пипа, затем на самого Дэмиена: — Выбрал? — Выбрал. — ≪Не то чтобы я выбирал, просто мне похуй≫ — подумал демон и снова осмотрел лежащего под ногами «ангельского отпрыска».

***

      Филипп стоит перед всей ангельской толпой. Его глаза завязаны, руки и ноги скованны тяжёлыми цепями. Впервые за всю жизнь парень почувствовал страх. Он отвергал это чувство, оно должно быть запретным для ангелов, но как здесь без страха, когда ты совершенно не понимаешь, что тебя ждёт, а единственное, что тебе позволено — ждать.       Но долго ждать не пришлось. В следующий же момент рука господа коснулась основания крыльев. Фил сразу же успокоился, тихо выдыхая и.. Замирая от ужаса. Его крылья.. Вырваны? Всё тело наполнилось болью, а к глазам подступили слёзы. Ангелы редко плачут, им не дозволено уныние. Но эта немая, страшная, резкая боль. Пип чувствовал себя так, словно ему разом сломали все кости. В следующую же секунду его сознание помутнело и бледное тело упало на руки своего нового.. Хозяина. Последнее, что юный ангел увидел, это свечение господней руки у себя на лбу, а после — глубокий сон.

***

Нежно-голубые глаза постепенно разомкнулись. Спину всё ещё ломило от боли, собственно, из-за этого Филипп и проснулся. Кирпичные пошарпанная стена красовалась прям перед его лицом. Блондин выпрямил голову, уставившись в обшарпанный потолок. После минуты молчания, он всё же выдавил из себя вполне логичный вопрос: — Где я?.. Тишина. ≪Видимо, я здесь один≫. — Отнюдь. — слева от себя Пип услышал знакомый хриплый голос. Дэмиен.. Дэмиен! Преодолев боль, Фил вскочил с неудобной лавочки, на которой он лежал, и вжался спиной в стену. И зря. Боль раздалась с новой силой и теперь её терпеть уже было невозможно. Так что слабое тело снова рухнуло на лаву, а изо рта вырвался сиплый болезненный стон. — Ты точно идиот. — Неприятно бледное лицо плыло в глазах, ещё не привыкших к темноте. — Ну и зачем ты вскочил? Всё равно не убежишь. — Филипп попытался промямлить что-то в ответ, но открыть рот не выходило. Силёнок маловато. Тяжёлая рука Дэма коснулась лба бывшего ангела, и глаза Пипа вновь погрузились в темноту. — Спи.

***

Прошло несколько (человеческих) недель. Спина постепенно заживала, сил с каждым днём становилось всё больше. Пип уже мог ходить и разговаривать. Дэмиен заходил к нему каждый день, обрабатывал его спину и бубнил себе под нос что-то о том, как же он ненавидит этот бренный мир и жаждет его скорее испепелить: и Рай, и Ад, и уж тем более Землю! Филипп же всё время молчал. Копил вопросы, так сказать. И вот сегодня, наконец, решился заговорить. — Дэмиен.. — Неуверенно начал он, так как не знал, какой ждать реакции. — Охуеть, так ты не немой. — Это было искреннее удивление, потому что Дэм думал, что с потерей крыльев этот ангелочек потерял ещё и голос. А вот Пипа эта грязная речь очень.. Напугала. Он и слова то такого не знал, но по ушам знатно резало. — Дэмиен, что случилось тогда, Дома? — Хрупкие руки парня соединились, переплетая тонкие пальцы между собой. — И где я сейчас? — Неужели правда ни о чём не знаешь? — Демон осмотрел это «отродье» презрительным взглядом. — М-да, молокосос попался. — Но Пип промолчал, он ждал ответ. Дэм вздохнул и сложил руки на груди. — После того, как война между моим отцом и Богом закончилась ничьей, они заключили взаимовыгодную сделку. Демоны не терроризируют Рай и не лезут в дела людей без надобности, а ангелы не помогают людям и раз в десять лет (их) отдают одного из своих «братьев» моему отцу. Чтобы ангел не смог выбраться, ему отрезают крылья. Они, конечно, отрастут спустя (их) десятилетие, однако до этого момента все твои силы ограничены. Ты можешь только лечить. Больше ничего. Если твои крылья отрастут полностью, а ты ещё будешь жив, то тебя вернут обратно домой, но если умрёшь раньше или поддашься греху — душонка твоя будет вечность гнить здесь. А когда пройдёт срок твоих адских каторг, то отправится на Землю, где ты будешь лишь обывателем, жалким человеком. Мерзким и греховным. Ты будешь помнить свою жизнь в Раю, но никогда не сможешь туда вернуться. — Дэмиен говорил всё это монотонно, смотря ровно в глаза Пипа, но как только заговорил про каторги, сразу его алые глазки обрели какой-то живой блеск. Настоящий демон.       Впечатлённый рассказом Фил несколько минут сидел в одном положении и не моргал, не в силах переварить информацию. Почему же ему никто не сказал об этом? Почему он узнаёт о таких вещах только сейчас? И как же ему отбывать тут целое десятилетие и не умереть?.. Но как только Пип успокоился, он сделал глубокий вдох, выдох, широко улыбнулся и кивнул, протягиваю Дэмиену руку: — Я Филипп. Бывший проводник. Все называют меня Пипом, так что вы тоже можете.       Дэмиен замер. Он смотрел на Фила глазами полными непонимания. Никто из ангелов ещё так не реагировал на свою учесть, хотя они, в отличии от Фила, знали о том, что это может их постигнуть. А вот сам ангелочек смотрел на сына Сатаны добрыми глазами, лучезарно улыбался и, судя по спокойному положению тела и мимике, абсолютно его не боялся. Дэм посмотрел на его бледную ручонку и брезгливо фыркнул: — Пип? Какое позорное сокращение. Тебя в Раю явно недолюбливают. Да, пожалуй, буду звать тебя так. Пип — ангел маленькой смерти — Маленькой смерти? — Блондин убрал свою руку и с интересом наклонил голову вбок. — Да, мы называем так проводников. — Потому что смерть на Земле — ничто, ведь есть жизнь и после неё? — Нет. Да, почти. Каламбур такой. Ангелом маленькой смерти во Франции называют послеоргазменное состояние. — Дэмиен усмехнулся, когда увидел румянец на щеках собеседника. Он не ожидал, что это юное создание хоть что-то в этом понимает. — Не понимаю в чём смысл д-данного «каламбура».. — Да вы ангелочки вообще ничего не понимаете. — Дэм вновь фыркнул и стукнул Пипа пальцами по лбу. Парнишка улыбнулся и потёр лоб рукой. Внутри как-то непонятно потеплело. Что это? Странное ощущение. Сыну Сатаны оно не нравится.

***

      День за днём Дэмиен придумывал для Пипа новые задания, стебал его по поводу и без, выставлял на смех перед подданными, а тот лишь смеялся вместе со всеми и соглашался с подъёбами своего «хозяина». И единственное, что этого «хозяина» бесило — это то, что реакция его личного ангела ни разу не была поддельной. Он действительно смеялся над собой вместе со всеми и действительно был согласен с высказываниями Дэма. И ни в какую не ломался. И тогда дьяволёнок решил перейти к серьёзным действиям.       Пока Пип в очередной раз отдраивал спальню Дэмиена, тот тихо вошёл в неё и стал наблюдать за ангелочком. Трудится. Все силы отдаёт. «Отвратительно прекрасное зрелище. Меня одновременно и раздражает его непреклонность, и. Восхищает. Сколько не грузи его работой, выполняет всё без капли сомнения и жалости к себе, а потом ходит с потёртыми руками и коленями и быстро засыпает. Мог бы ведь время на отдых попросить, но нет. Странный он.≫. Дэм подошёл вплотную к Пипу: — Довольно. Ангел дёрнулся и повернул голову к демону. Его затруженное влажное лицо с очередной шишкой на лбу и заинтересованными глазами смутили того. Снова непонятная теплота внутри. Она всегда появляется, когда Дэмиен рядом с Филом. Но брюнет не поддался этому тёплому чувству, ведь он сюда пришёл с другими намерениями: — Переспи со мной. Лицо Фила вспыхнуло румянцем, глаза округлились, брови вздёрнулись. Блондинчик вдруг отполз назад. Впервые он захотел отказать демону, однако уговор ему это запрещал. Но так же уговор запрещал и поддаваться греху. В общем, ситуация тупик. Дэмиену уже хватило только этого испуга со стороны ангелочка, так что он готов был сообщить, что это шутка, но. — Хорошо. «Стоп. Что?!>> Ранее невинное личико сейчас пылало алым от смущения. Парень опустил вниз свои голубые глаза и затеребил пальцами друг-о-дружку. Несомненно Пип делал это не только потому, что ситуация была безвыходной. Он, как ангел, знал о том, как ощущается любовь. То, что Дэмиен называл странной теплотой внутри, ощущал и Фил. А ещё ощущал радость от обычного общения с демоном. Ведь тот не всегда подшучивал. На самом деле, они часто сидели в одной комнате и болтали о чём-нибудь, лопая вкусную человеческую пищу. Просто нельзя было никому об этом говорить, ведь в договоре написано, что дни для ангела должны быть каторгой, искушением для греха, так что для всех вокруг их отношения были такими. И сам Дэмиен думал, что их отношения такие. Думал, да только делал совсем по-другому. Лечил ссадины Пипа после тяжёлого дня, оставался с ним на ночь, если тому было плохо, чтобы защитить от кошмаров, рассказывал шутки и забавные ситуации из жизни в Аду. И самое главное, что никто таким его ещё не видел: счастливым, улыбающимся, заботящимся. Даже сам Дэм никогда этого не замечал. И только сейчас, смотря на это ангельское личико, пылающее от румянца, на эти растрёпанные светлые волосы, худые плечи, тоненькие ручки и растерянные глаза, он, наконец, стал вспоминать, почему ещё ни разу не сделал Филу больно физически. Почему ещё ни разу не наказал за неуклюжесть, не будил, если тот засыпал сразу после работы в его комнате и не отпускал далеко от себя. Внутри что-то сильно забилось, тело бросило в жар, ещё больший нежели его природный, а внутри снова это странное тепло: — Что ты сейчас сказал? — И голос с ноткой дрожи. Чёрт, соберись, сынок Сатаны. — Я. Пересплю с тобой, — ах да, а ещё они почти сразу перешли на «ты». Пип вскинул свой взгляд на Дэмина, их глаза пересеклись и сердца двоих грешников забились одновременно с ещё большей скоростью, — Дэмиен.       Нежный голос Пипа, произносящий его имя, заставил тельце демона дрогнуть. Он медленно опустился на колени вниз, чтобы быть на одном уровне с ангелом, протянул руку к его лицу. Фил податливо уложил его на тёплую руку. Их лица медленно приблизились друг к другу, губы нежно сплелись в любовном танго, разнося по телам новую порцию жара. Дэм осторожно поднял ангелочка на руки, перенося его на постель. Тот же, в свою очередь, крепко сжал в руках плечи партнёра, совсем не желая их отпускать.       Демон нехотя отстранился от желанных губ, шепча тихое: «Филипп..». То, от чего лицо тело парня встрепенулось от счастья: — Значит, я больше не омерзительный для тебя? — Нет, мой ангел.. И никогда не был.

***

И кто его знает, что случилось с ними дальше. Но будем считать, что их двоих сослали на Землю, где они продолжили любить друг-друга, не смотря ни на что.