Омега с севера

- Не подходи, не подходи! – Изуку в ужасе повторял одно и то же, отползая назад. Его лицо было перекошено какими-то страданиями, а вся одежда была испачкана какой-то землей. - Веснушка, это я, - довольно мягко сказал Тодороки, помахав ему ладонью. Мидория замер, переводя взгляд с одного на другого. Он щурился, пытаясь разглядеть в лицах альф знакомые черты. - О-ой… - он нервно вздохнул, чуть всхлипнув. - Да чего ты с ним так добр! – недовольно воскликнул Бакугоу. – Этот обалдуй сам виноват, что потерялся! – цокнул он языком. - Ух… - омега медленно поднялся, поправляя свою одежду, и вдруг кинулся к ним навстречу, протягивая вперед руки. Шото растерялся, но поймал его в объятия, прижав к себе. Изуку привстал на носочки, крепко обнимая его за шею. Он успокоенно закрыл глаза, тихо вздыхая. Альфы растерянно переглянулись, Тодороки только плечами пожал, а Кацуки недовольно цыкнул. Мидория его подбешивал. - Ты… ранен? – предположил почему-то Шото, его обнюхивая. Это действие было настольно инстинктивным, что он не решился ему сопротивляться. - А? – Изуку поднял голову, слегка улыбаясь. – Н-нет, - выдавил он из себя. – Я… я думал, что умру здесь, - пролепетал омега, всхлипывая. Тодороки сочувственно вздохнул, поглаживая его по спине, а Бакугоу только глаза закатил. - Как так вообще получилось, что ты от всех отстал? – недовольно поинтересовался он. Мидория виновато на него посмотрел. «Кацуки зол, как и всегда. Зато Шото в последнее время необычно добр ко мне», - подумал он. - Я… н-не собирался теряться, - неловко сказал Изуку. - Ясен пень, не собирался, - усмехнулся Кацуки. – Так как? - Ну… я… - омега поежился от холода, - эм… когда все пошли купаться, я… решил осмотреть… что тут вокруг. Вот. И… присел на траву… на большой полянке солнечной… - неуверенно рассказал он. – Я… там… сидел… и… заснул. - Заснул? – Тодороки удивленно на него посмотрел. Мидория кивнул. - О, - Бакугоу закатил вновь глаза, - какой кошмар. Ты ночами, что ли, не высыпаешься? – недовольно поинтересовался он. - Д-да, - омега кивнул. – Ну… а когда я проснулся, было уже темно. И никого около реки не оказалось. Я постарался самостоятельно вернуться обратно, но заблудился. Вот. - Ага, всё ясно, - Кацуки цыкнул и подошел к ним, оттягивая Шото от Изуку. – Всё, хватит обниматься, - недовольно бросил он. Мидория без удовольствия отпустил Тодороки, вновь вздрагивая от холода. Шото же хитро прищурился, взяв Бакугоу за руку. - Ревнуешь? – тихо спросил он возлюбленного на ухо. Тот в ответ лишь недовольно топнул ногой. Они двинулись обратно, Изуку с трудом поспевал за своими супругами, ведь от бесконечной ходьбы у него порядком устали ноги. «Как же хорошо, что они нашли меня! – думал он, приобнимая себя руками: было холодно. – Ой, а они вместе… действительно хорошо смотрятся. Даже удивительно… - Мидория слегка улыбнулся, чувствуя, как облегчение волнами распространяется по телу. – Хотя раньше мне казалось, что две альфы не могут быть вместе, потому что это аморально, сейчас мне кажется, что… это в какой-то степени мило». Он устало смотрел себе под ноги, с легкой злостью думая над тем, почему же ему так не везет. «Только я переехал сюда, так напасти начали преследовать меня! Сначала то… недоизнасилование, теперь это… И это ещё опуская то, как все тут ко мне относятся! Я же из такого богатого, знаменитого рода! А мне вслед постоянно смеются…» Изуку поежился, вспомнив об этом. Возвращаться обратно ему не слишком-то хотелось именно из-за этого. Но оставаться в лесу после пережитого он точно не собирался. Уж сколько здесь он натерпелся страху! Каждый шорох, каждый скрип казался ему предвестником скорой опасности. «Повезло, что со мной ничего не случилось! Пусть я и упал три раза в овраги, это терпимо! Хоть звери не загрызли». Некоторое время висело молчание, а после Бакугоу решил выпустить весь свой скопившийся гнев на Мидорию. Тот отвечать ему не решился, ведь находился сейчас не в том положении. - Ты постоянно слишком беспечен! – недовольно восклицал Кацуки. – Почему мы должны скакать по всему лесу, как горные козлы, и отыскивать тебя, а? - Простите меня… - Изуку виновато склонил голову. - На кой мне твоё «простите»! – фыркнул недовольно Бакугоу. – В следующий раз где-нибудь потеряешься, мы тебя искать не будем! Река же совсем недалеко находится, как ты вообще мог заплутать? Тут минут сорок идти, не более! - Прости… - вновь повторил омега. Хотя извиняться для него было весьма не привычно, он ведь господин и виноватым обычно не был. Но воспитание давало о себе знать. – Я виноват. - Очень, - добавил Кацуки и вдруг схватил его за руку, хорошенько встряхивая. – Ух, как я зол на тебя! – он рассерженно топнул ногой. - Я… в следующий раз обязательно буду аккуратнее, - тихо сказал Мидория, пытаясь умерить его пыл. Эти два горящих, как угольки, злых глаза ему совсем не нравились. - Следующего раза быть не должно! – Бакугоу недовольно на него зашипел. Изуку весь сжался, виновато вжимая голову в плечо. Тодороки схватил Кацуки за руку, притягивая его к себе. - Что с тобой такое? – тихо спросил он. - В каком смысле? - Чего ты на него злишься? – в недоумении пояснил Шото. – Я понимаю, он потерялся, хлопот нам доставил, но и ты его пойми. Одному в темном лесу… страху, наверное, натерпелся! - Я же говорил уже. Он меня подбешивает, - Бакугоу нахмурился, сжимая от злости ладони в кулаки. – Из-за того, что он заставляет тебя страдать, - добавил он шепотом альфе на ухо. - Кацуки, прекращай, пожалуйста, - Тодороки примирительно улыбнулся. – Очень люблю, когда ты добрый, - тихо заметил он, растягивая губы в пошловатой улыбке. Кацуки точно так же улыбнулся в ответ, его глаза ярко блеснули во тьме. - Ну… если ты так говоришь, - усмехнулся он. Мидория, что внимательно вслушивался в их разговор и смотрел за происходящим, вспыхнул, смутившись. Он опустил глаза, глупо улыбаясь, и чуть не споткнулся. Они вышли из леса минут через пятнадцать, быстрыми шагами направляясь к своей палатке. Изуку казалось, что скоро у него отвалятся ноги, но вслух об этом он не говорил. А то ведь опять обвинят в излишней слабости. «У нас в империи слабые омеги – это норма! Чего им не нравится? Фу, злые», - подумал Мидория, представив мысленно в своей голове весь этот диалог. Сейчас ему хотелось только одного. Поесть и сесть. А лучше, лечь. Всё тело от усталости болело, даже дышать было лень. Но Тодороки не позволил ему отделиться от них и пойти перекусить. - Веснушка, у меня… то есть, у нас, - он серьезно посмотрел на Бакугоу, - к тебе есть разговор. - Разговор? – Изуку прищурился, предчувствуя что-то жуткое. – А это… не может подождать до завтра? – спросил он робко. - Нет, - уверенно заявил Шото. Мидория растерянно пожал плечами, но возвражать не стал. - К-конечно, - он кивнул, сглотнув. «Ох, чувствую, они обязательно скажут что-то ужасное! Вдруг будут меня ругать? Или заставят работать! Нет! Я же слабенький, у меня руки и ноги отвалятся!» Супруги вошли к себе в шатер, альфы начали быстро переодеваться. Изуку тут же отвернулся, ведь для него, в отличии от варв… южан было ненормальным смотреть на чужие обнаженные тела. Пускай они и женаты. - Так… может, помоемся для начала? – предложил Бакугоу, с отвращением встряхивая свои запачканными волосами, с которых комьями осыпалась засохшая грязь. - Вместе? – улыбнулся Тодороки. - Можно и вместе, - отозвался Кацуки, облизывая губы. Мидория густо покраснел и спрятал лицо в ладонях, ведь слушать всё это ему было просто стыдно. - Так, нет, сначала поговорим, - Шото присел на уже починенный стул, подперев щеку рукой. – Веснушка, ты так и собираешься там стоять, отвернувшись? – спросил он. - А он кончить боится, если без одежды нас увидит, - усмехнулся Бакугоу. Альфы засмеялись, а Изуку рассерженно топнул ногой, смутившись ещё гуще. «И как им не стыдно говорить на такие темы?!» - Х-хорошо, давайте поговорим, - омега повернулся, пытаясь на них не смотреть. – Ч-что вы хотите обсудить? – уточнил он с беспокойством. - Э… - Тодороки задумался, подбирая слова, - нас… наш брак… нашего будущего ребенка. - Ребенка? – Мидория с искренним удивлением на него посмотрел. – О… - он инстинктивно положил руку себе на живот, растерянно глядя то на одного, то на другого. - Да, - Шото кивнул, радуясь его спокойной реакции. – Ты же понимаешь, что все ждут его от нас? - Угу… - Изуку кивнул. – И… к чему вы ведете? – с опаской уточнил он. «Нет, я всё понимаю. И малыш… это было бы так замечательно! Но… мне же придется быть вместе с ними, я… этого совсем не хочу. Особенно после недавно случившегося. Хотя… наверное, можно и потерпеть. Ради такого дела». - К тому, лягуха, что пора бы нам с тобой покувыркаться, - вздохнул Бакугоу, подперев щеку рукой. Мидория вздрогнул, отшагнув испуганно назад. - О… м… и… ой… - он растерянно огляделся по сторонам. «С Кацуки? Ну… он… красивый. С ним у нас будут очень красивые дети! Но… последнее время он почему-то зол на меня, я не хочу с ним… - омега поежился, стояло только представить всё это. – Я боюсь, он сделает мне больно… Впрочем, Шото я вообще побаиваюсь! Они оба плохие варианты…» - Ну так, - Тодороки вопросительно на него посмотрел, - ты… морально… ну… - альфа потянулся, чуть прищурившись, - готов на такое? Изуку промолчал, не зная, что и сказать. «Страшно. Даже очень… Но это же в любом случае произойдет, правильно?» - Я же говорил, - самодовольно усмехнулся Кацуки. – Он трусишка! Так что не согласится, - блондин пожал плечами, потягиваясь. - Г-готов, - негромко сказал Мидория, неловко глядя на Шото. Тодороки удивленно приподнял брови, а Бакугоу в шоке на него посмотрел. - Чего ты сказал? – уточнил он. - Ну… я… не против детей, - пояснил омега. – Да и вы правы, от нас… все ждут малыша, - протянул он. - О, - Шото удовлетворенно кивнул. – Вот и отлично. - Не ожидал, - честно признал Кацуки, покачивая головой. Но затем он прищурился, растягивая губы в довольной пошлой улыбочке, - впрочем, я тоже не против, - усмехнулся он. Мидория вздрогнул, а Тодороки покачал головой, махнув рукой. - Всё, теперь можно и помыться, и поесть, - сказал Шото, поднявшись. - Ага, - Бакугоу подскочил к Изуку, схватив его за руку, - вот сейчас вместе искупнемся и заделаем ребятенка! – радостно воскликнул он. Омега испуганно отшатнулся, прижав руки к груди. - Нет! – он в ужасе аж топнул ногой. - В смысле? – Кацуки удивленно на него посмотрел. Тодороки тоже обернулся, нахмурившись. - Ну… такое… на ночь глядя в постели делают, - протянул неловко Мидория, перебирая пальцами. Альфы переглянулись и синхронно засмеялись. Изуку растерянно на них посмотрел. - У нас, чтоб ты знал, люди так не заморачиваются, - заметил Шото. - Чего ночи ждать? Да и не всегда есть возможность в одну кровать лечь! – гоготнул он. – Так что спокойно по углам… - он рассмеялся, а Бакугоу одобрительно похлопал его по плечу. Омега же недовольно покачал головой, нахмурившись. - Ну нет, - заявил уверенно он. «Ладно уж… ночь вместе провести, подумаешь. Даже с этим озлобленным последнее время Кацуки. Но не абы же где! Только в кровати, в полной темноте!» Альфы разразились новым приступом хохота, но, успокоившись, возражать не стали. После троица направилась помыться. Для омовения здесь отводились отдельные палатки. Там располагались бочки, наполненные водой, табуретки и ковшики. Чем-то напоминало ванны у Изуку дома, поэтому, когда он увидел это впервые, был в какой-то степени приятно удивлен. Воду набирали из протекающих совсем рядом ручьев. Они были чистейшими, но слишком мелкими, чтобы там можно было купаться или ловить рыбу. Так что за последним люди отправлялись на реку. Мидория, прижав к груди свои полотенца и сменную одежду, проскользнул в палатку, плотно зашторив вход. Он отошел поглубже и присел обессиленно на табуреточку, глядя в темную воду. В такой час здесь уже никого не было. «Хорошо, что они хотя бы делят палатки для альф и омег. А то я бы определенно умер здесь!» - подумал Изуку, чуть улыбнувшись. И его тут же передернуло, ведь он вспомнил, что на самом деле ограничений почти нет. Если какая-нибудь альфа решит искупаться с каким-нибудь омегой, то ничто не станет преградой. Они спокойно зайдут в одну из палаток вместе. «У здешних людей совсем нет стыда! – подумал Мидория, усмехаясь. – Сразу видно – варвары». Этим словом здесь он больше никого не звал. После того случая с Тодороки. Шото так агрессивно на это отреагировал, что банальный инстинкт самосохранения не позволял Изуку вновь говорить это вслух. Хотя про себя он частенько называл так окружающих. Все здешние законы, порядки. В его голове до сих пор не укладывалось, что здесь, состоя в браке с одним человеком, нормально проводить ночи с другими. «Это так аморально!» - подумал Мидория, раздеваясь. Он отложил свои вещи подальше на пол и вновь сел, сонно прикрыв глаза. Сил совсем не было. Прохладная вода не бодрила, а напротив, успокаивала. Он мылил свои густые волосы, отдаленно думая, что на самом деле морально он не готов. «Что-то я очень волнуюсь, – Изуку глубоко вздохнул. – Мама говорит, что если любишь человека, то проводить с ним вместе ночи прекрасно. Но я ведь не люблю никого из них. Хотя Кацуки, конечно, очень красивый». Омега побрызгал в лицо прохладной водой, сонно зевая. «Да и это будет совсем недолго. А после у меня будет малыш! Прекрасно же!» Он улыбнулся сам себе, представляя красавца-кроху, с мягкими зеленоватыми волосами, как у его матери, и такими же глазами, как у неё. «Славный карапуз! И воспитаю его я по всем правилам. А не как эти! Фу, аж думать противно! Чтобы любовь у него была одна, на всю жизнь. Чтобы добрым был и вежливым!» Мидория аж замычал что-то от радости, жмурясь в предвкушении. Такой расклад вещей ему очень даже нравился. Вдруг до его ушей дошел звук порыва ветра и чьих-то шагов. Изуку испуганно поднял голову, глядя на вход. Там показалось знакомая фигура. - О! – Эйджиро весело махнул рукой, - не ожидал кого-то увидеть здесь в столь поздний час! – воскликнул он, направляясь прямиком к Мидории. Тот испуганно начал прикрывать себя руками, стесняясь. Пусть Киришима тоже омега и пусть в такой темноте ни зги не видно, ему стыдно. - Аг-ага, - Изуку кивнул, - я тоже так думал, - чуть недовольно сказал он. Но Эйджиро в его тоне голоса недовольства совсем не заметил. Он сел на соседний от Мидории табурет, тоже раздеваясь. - Шото с Кацуки искали тебя. Мы-то с ребятами подумали, что ты уж обратно вернулся! А, оказывается, нет, в лесу, говорят, заплутал. Правда, что ли? – спросил Киришима. Изуку нахмурился, поморщив нос. «Эйджиро не плохой. Он не относится ко мне с усмешкой, это приятно. Он бы не бросил меня нарочно. Так что не стоит своё недовольство из-за ситуации на него выливать. Я всё-таки сам виноват». - М… да, правда. Я прогуливался по местности, там красиво очень. Забрел на полянку… сел под дерево и уснул, - честно признался Мидория. Киришима смотрел на него несколько секунд в недоумении, а после радостно рассмеялся. - Заснул? – по-доброму улыбнулся он. – А ночами ты что делаешь? – спросил омега, ухмыляясь. Изуку нахмурился. - Я… просто не высыпаюсь. Петухи по утрам кричат! - Ага, петухи, - прищурился Эйджиро. – Знаю я тех петухов! – воскликнул он. – Только не орут они. И не по утрам вовсе, - засмеялся он. Мидория растерянно нахмурился, не понимая, о чем вообще речь. Киришима, заметив его растерянность, тоже перестал смеяться, начиная мыться. Он вылил на себя добрый полный ковш с водой, мотая головой и чуть морща нос. С его колких волос капельки разлетелись во все стороны. Изуку зажмурился, отвернувшись. Они молчали некоторое время, Мидория просто сидел, ожидая сам не зная чего, а Эйджиро ритмично растирал по рукам какой-то мыльный раствор. Изуку завистливо и одновременно с отвращением поглядывал на его спортивное тело. Сильные руки, широкие плечи, крепкий торс. А ведь вроде омега! - А… можно спросить? – неловко подал голос Мидория, внимательно оглядывая его шею. - Так… - Киришима обернулся, - ты ж уже спрашиваешь! - Э… - Изуку замер в недоумении. – Так, - решил принять он это за согласие, - почему у тебя нет метки? - Метки? – Эйджиро моргнул, задумавшись. – Укуса на шее, в смысле? - Да. - Так… - Киришима несколько секунд думал, видимо, не зная, что и сказать. Особой сообразительностью он никогда не отличался. – Э… - Или… у тебя нет альфы? – предположил Мидория. Учитывая здешние законы, это вполне могло быть реальностью. Все спят, с кем хотят, конечно, после такого мог бы остаться ребенок. Да и не только. - Есть, почему же, - Эйджиро пожал плечами. – Я же тебе её показывал! – воскликнул он. – Или нет? – уточнил он. Изуку неопределенно пожал плечами. Он тоже не помнил. - Так… где же метка? Может, у вас не очень сильные чувства? Или вы не хотите лишний раз заморачиваться? – Мидория задумался. Идей в его голове было очень много, хотя каждая из них и казалась ему какой-то жуткой, аморальной. - Да нет, - Киришима махнул рукой, - ну чего ты так! Метка есть! Только она у альфы моей! – усмехнулся он. Изуку медленно моргнул, пытаясь переварить услышанное. - То есть… у альфы? – он нахмурился, не понимая, что это вообще должно значит. – У альфы? Как у альфы?! - Ну так, - Эйджиро пожал плечами, - не понимаю, честно, что тебя так удивляет! - Но ведь… метка… ты метку на альфе поставил? – уточнил Мидория, приложив ладонь к груди. «Да как же так! Отродясь ведь было, что альфы на себя обязательство берут! Омеге-то это зачем?!» - Да, - горделиво кивнул Киришима. – А в чем, собственно, проблема? Или у вас… в империи не так? – прищурившись, уточнил он. - Как так? - Ну… - Эйджиро пожал плечами, - кто сильнее, тот и ставит метку. - В смысле? – Изуку совсем растерялся, глупо хлопая глазами. - Ну так… у нас здесь просто так на себя никто метку поставить не даст, - усмехнулся Киришима. – У нас здесь все сильные, самостоятельные! И никого обременять зазря не хотят! - В каком смысле? - Ну как «в каком»? Метку поставить – это ж ответственность на себя взять! И не только. У нас тут все деловые, ответственность на себя брать хотят! Вот так и повелось, что за эту ответственность люди практически воюют! - Воевать за ответственность? – Мидория в шоке поднял глаза к потолку. «Ну это вовсе дикость. Кому ж такое надо? Ставить метку… это одни проблемы! А если помеченный умрет? Страдать после его смерти? А если ещё что? Странные они. Самим на это подписываться. Плюсов от этого ведь никаких не получаешь!» - Ага! Если метку поставишь, соплеменники уважать будут! - Ну… - Изуку качнул головой. – По-моему, не стоит оно того. - А у вас, в империи, как? – беззлобно поинтересовался Киришима. «Он довольно добрый. Это… весьма приятно. Обычно все так нехорошо отзываются о моей родине». - Ну… у нас… если уж и ставят метки, то альфы, - вздохнул Мидория. Эйджиро удивленно покачал головой. – А что? Это справедливо. Раз у омег трудности с беременностями, то пусть альфы напрягаются из-за меток! – уверенно заявил Изуку. Киришима странно улыбнулся и весело рассмеялся. - Эх, - он махнул рукой, - ничего ты в метках не понимаешь, - вздохнул он. – Это… ну… - омега странно улыбнулся, - довольно волшебно. Приятно. Такое… теплое ощущение. А главное, ты всегда знаешь, как там твоя половинка. Если в опасности, если ещё что! - … - Желаю тебе испытать такое с кем-нибудь! – воскликнул Эйджиро, усмехаясь. – Прекрасное ощущение, Изуку! Это… очень сильная связь. Да и разве не прекрасно брать ответственность за любимого человека? Преодолевать трудности ради него? - Ну… - Мидория неопределенно качнул головой. «Это романтично. В какой-то степени… Может, он и прав». - Мы вот с Миной около получаса шуточно бились, пока она не сдалась! – с улыбкой вспомнил Киришима. Изуку посмотрел на него и проникся какой-то даже завистью. «Семья… любимый человек, ребенок. Эх, я бы тоже хотел так!»