Огонь и пламя

Александр* Много думаю, но не нахожу объяснения, поведения Матвея, как быстро оно меняется. То как мы ласкали друг друга, целовались и это был для меня самый счастливый день. Но всё резко обрывается, до сих пор слышу те ужасные слова которые режут слух. " Убирайся, больше не появляйся мне на глаза» Почему? Один и тот же вопрос, на который я не нахожу ответа. Тяжёлая ночь без сна, как не пытался не думать о нём, ничего не получается. Вновь и вновь возвращаюсь к своим воспоминаниям. Чёрт, за что мне такие испытания, почему он, а не кто-нибудь другой? Влюбиться в парня, вот уж о чём я никогда не думал. Пытаюсь собраться, утренняя пробежка по парку, это хоть немного отвлечёт меня от моих мыслей. Матвей, сразу заметил его, какой-то он возбуждённый и ничего хорошего от этой встречи я не жду. Так оно и вышло, удар по ноге, не удерживаюсь, падаю на землю. Два удара в лицо, нос разбит в кровь, губа тоже кровоточит. Конечно я в два счёта смог бы скрутить Матвея, но нет, не его. Не могу я ему причинить боль, это равносильно ударить себя, унизить, растоптать. Слишком сильны мои чувства к эту парню, поэтому и позволил ему выпустить пар. Разбитая губа, нос, да это ещё ничего, больнее всего было моему сердцу. Душа растоптана, сердце разорвано в клочья и сейчас оно кровоточило с болью. Пока добрался до комнаты, испачкал майку, жаль, но её уже не отстирать. Самое главное, что за это время меня никто не увидел, а майка? Да это всего лишь часть моего гардероба, дело наживное. Труднее всего было объяснить это на работе, то каким жалким я сейчас выгляжу. Смех ребят, подколки в мой адрес. — Санёк, откуда такая красота на твоём личике? Пожимаю плечами, не находя ответа. — Да так уж получилось. — Девушку не поделили, аль как? — Вчера нажрался в кафешке, потом гопники пристали, как это обычно бывает. Дай закурить, заваруха и вот итог. Все рассмеялись, наверное я не убедительно врал. — Ты? Ты напился? Да поверить не могу, ты же у нас вообще непьющий, как такое понять? — Рано или поздно все мы меняемся. Затем выезд на пожар, в свободное минуту сижу в комнате отдыха, читаю журналы, хотя и это меня не отвлекает. Все эти дни я даже не живу, утром ухожу далеко от своей общаги, новое место для пробежки. Не хочу снова сталкиваться с Матвеем. Затем в заточении в комнате, сна нет, голова раскалывается от боли. На работе хоть немного легче, а вот дома стены давят на тебя так, что выть хочется от боли. Был уже вечер, сидел в комнате отдыха, пялился в телик, ничего не понимая, что там говорят. — Первых, тебя там какая-то краля дожидается. — Кто? Я же знаю, что у меня никого нет. С Дашей давно расстались, вряд ли она пришла сюда ко мне, тогда кто? — Симпотная такая, волосы длинные, глаза — глаза как огонь. Такая и сожрать может, ух какая. Парень стиснул зубы, причмокивая, все посмотрели на меня, провожая своим взглядом. Вышёл на улицу, Матвей, я даже остолбенел увидев его. Какого хрена он здесь делает? И что он выдаст в этот раз? Вроде уже всё и так предельно ясно, мы друг другу никто, зачем эта встреча? Вой сирены, мне ничего не остаётся как вернуться, смена одежды и в машину. Может так даже и лучше, надеюсь, что Матвея уже не будет когда мы вернёмся нам базу. Горел дачный домик, пока мы пробирались сквозь узкие улочки, нам осталось лишь залить головешки, это всё что осталось. Слишком много времени ушло на то чтобы добраться до очага пожара, вот и итог. Возвращаемся на базу, за целый день измотан морально, подавлен. Порой не хочется жить, всё о чём я в последнее время думаю, это войти в огонь и… — Саш, глянь, а твоя краля-то тебя дожидается. Придурки, да знали бы они кто это? Вряд ли после всего этого кто-то захотел со мной общаться. Матвей сидел у пожарки, прислонившись спиной к зданию. Увидел его и ещё больнее стало. Такой родной, сейчас мне хотелось просто присесть рядом, ничего не говорить, прислонится к нему и всё. Присел рядом с ним, прислонившись головой к стене, так тихо, что слышно как сильно бьётся сердце в груди у Матвея. — Прости меня. Молчу, да я даже не знаю, что ему ответить сейчас. Матвей пальцем коснулся ранки на моей губе. — Сильно больно? — Пустяки. Разве эту боль можно сравнить, с той болью, что была во мне? — Поздно уже, у меня дежурство, прости. — Саш, увидимся завтра на пробежке? — Окей. Уже собрался уходить, как Матвей окликает меня, протягивая мне какой-то пакет. — Это тебе мама собрала, поужинай. Теперь ещё больше вопросов со стороны сослуживцев, кто, да как? Вот это да, так ухаживает за тобой, вот это красотка. Чёрт, так и хочется крикнуть, заткнитесь вы все, но я молчу. Пробежка в парке, мы оба бегали молча, Матвей не отстаёт от меня, выжимает из себя всё, на что он только способен. Затем разминка, восстанавливаем дыхание, отжимание, силовые упражнения. Ну вот и всё, пора расходится. — Саш, пойдём ко мне, родителей нет дома, они на даче. Примешь душ, а затем сможешь уйти домой, если конечно захочешь. Опять этот взгляд, да и что это должно означать? Если захочешь. Порой я не понимаю Матвея, его намерения, слова. — Не стоит, не хочу портить то, что у нас есть. — Саш, я обещаю тебе, что не прикоснусь к тебе и пальцем. То что случилось между нами я когда-нибудь объясню, но не сейчас. Пока не хочу говорить об этом, просто доверься мне. Матвей принял душ первым, протянул мне чистое полотенце и удалился. Как мог быстрее принял душ, оделся и вышел из ванной. Матвей стоял у окна, он смотрел неотрывно куда-то вдаль, не оборачиваясь. — Спасибо тебе, ну я пошёл? — Саш, не уходи, обними меня, просто обними сейчас. Стою и не знаю как мне быть, слишком странная просьба со стороны Матвея. Он так же продолжал стоять, не оборачиваясь, он просто ждал. Как трудно дались мне те пару шагов, боязнь снова всё разрушить. Как вести себя, да я же хочу его больше жизни и знаю, стоит меня коснуться его, то поцелую его. А что потом? Рука коснулась плеча Матвея, он поднял свою руку, прижав мою ладонь к себе. — Обними меня. Сердце так сильно бьётся в его груди, Матвей наклоняет голову, коснувшись щекой моей руки. Чёрт, да у меня сейчас сердце вырвется с груди. Затем оборачивается, долго смотрит в мои глаза. — Я тоже… — Что тоже? Тихий шепот, если слышно, что мы говорим друг другу, если не читать по губам. — — Я тоже влюбился в тебя и мне больно, что повёл себя как последний кретин. Обнял его, крепко прижав к своей груди. Его голова на моём плече, сейчас такой момент, который не передать словами. — Я хочу тебя, много думал об этом и готов это сделать с тобой. Руки касаются моей футболки, снимая её, Матвей снимает с себя свои боксы, смотрит на меня. — — Может нам остановиться пока не поздно? — Тссс. Пальцем прижимает мои губы, помогает мне раздеться. Крепко сжимая мою руку, тянет за со собой в кровать. Он тихо лёг на живот, чуть раздвинул ноги в сторону. — Трахни меня. Меня словно кто-то оглушил, что? Трахни? Мне это не послышалось? — Ты не волнуйся, я подготовился очень хорошо. Нет, не так я это хочу. Поднимаюсь и уже собрался одеться как вдруг услышал плачь. Я не ошибся, тело Матвея содрогалось от слёз. Сжимаясь, он впился руками в подушку, закрыв ею своё лицо. — Матвей, что ты делаешь, ну… — Знаю, я всё испортил, и я уже не нравлюсь тебе больше. — Глупый, какой же ты глупый ребёнок ещё. Я люблю тебя, и всё чего я хочу это быть с тобой. Матвей поднимает голову, заплаканные глаза, немой вопрос. Ладонью вытираю слёзы с его лица, поцелуй в губы. — Я правда готовился, всё чисто, всё как написано в интернете на форуме. Пальцами провожу по его коже, как сильно он напряжён. Может он и хочет, но не так, слишком напряжён и это принесёт ему лишь боль. — Так ты. — Да, целую ночь изучал что к чему, даже пробовал всё на себе, целый день вчера ничего не ел, чтобы всё было чисто, понимаешь? — — Зайка, ну в кого же ты у меня такой дурачок? — Для зайки я слишком большой. Он улыбается, я ему отвечаю улыбкой, мой малыш. Он готовился, не ел целый день, что он вообще творит с собой?.