Огонь и пламя

Александр* Каким же красивым может быть парень когда он спит, я сидел и любовался им. Медленно опускаясь вниз для поцелуя, смотреть на то как Матвей морщится, рукой касается своих губ. Милый, он милый и такой весь мой. Сегодня мы провели с ним нашу первую ночь вместе. Держусь из последних сил, стоило мне прикоснуться к Матвею как член тут же встал колом. Я хочу его, хочу его всегда, и сам порой не понимаю, что меня так возбуждает в нём. Матвей никак не хочет просыпаться, ссылаясь на то что он не выспался. Но и я не готов идти на пробежку один. Боюсь, я просто боюсь, что вернусь, а его уже там не будет. После пробежки вернулись обратно, Матвей то и дело смотрит на меня, улыбается. Что его так рассмешило сегодня утром? — Что? — А ты классно сосёшь. Смущаюсь, он не прав конечно, да и опыта в таком деле у меня нет. Просто он для меня всё и я попытался сделать ему приятное, так же как и он для меня. Уже собрался принять душ, как Матвей зашёл в ванную, ухмыляется смотрит на меня. — Примем душ вдвоём? — Можно и так. Сам улыбается, опуская взгляд на свой член, показывая глазами на него. — А ему понравилось, и он не против ещё раз натянуть твой похабный ротик. Это всего лишь игра, да я и сам смеюсь, как Матвей изменился ко мне, стал совсем другим. Не таким зажатым как прежде, он свой в доску как говорят. Если и были попытки принять нормально душ, то через пару минут всё равно всё закончилось ожидаемо. Конечно я попытался натянуть Матвея, но бестия увернулась, руками нажимая на мои плечи. — Опустись на колени, сегодня мой черёд, и я буду тебя иметь целый день. — Но это не честно. — — Нечестно то что ты мой зад раздолбал своим членом, я залечиваю раны, а ты тем временем сосёшь. Будешь паинькой, может быть и сжалюсь над тобой. Как я ни старался показать класс, но всё равно выходило как-то неуклюже. То зубами ранил головку, то давился членом, что затем долго кашлял. Матвею бы остановиться, но он кажется так вошёл во вкус, что даже и не думал останавливаться. Пока ладонью вытирал слёзы, его рука нагибала мою голову к своему члену. Монстр, либо мне сегодня глотку порвут, или я задохнусь с его членом во рту. Матвей стонал, он уже не скрывал своего наслаждения, срываясь, затем и вовсе в голос закричал. Чёрт, да я чуть ли не захлебнулся в его сперме. Если первый раз это было терпимо, то сейчас он выдал все свои запасы разом. Матвей прислонился спиной к стенке, пытаясь отдышаться, выровнять своё дыхание. — — Пиздец какой-то, вот это да. Я понял, что я буду с тобой делать каждый раз. — Матвей, твои слова меня пугают. Его рука обвила меня за шею, притянул к своим губам и крепко впился в них. Сам ласкаю его, хоть и трудно дышать, но он же мой Матюша, и я без ума от него. Матвей ладонью прошёлся по моей заднице, чуть развернул меня, причмокнул пару раз. — Хороша задница, такая упругая, как раз то что мне нравится. — Только не говори, что теперь я ещё и свой зад подставить должен? — Хорошо не сейчас, но когда-нибудь это обязательно случится. — Матвей?! Заразительный смех, пару раз шлёпнул меня по заду, схватил полотенце и вышёл из ванной. Долго стоял под водой, пытаясь отдышаться, размышлял над словами Матвея. Лечь под него, отсасывать, а что дальше? Меня это пугает, но стоит вспомнить как я сам натягивал Матвея, всё уходит прочь. Может так всё и должно быть, раз он смог для меня, значит и смогу для него. Закончил с водными процедурами, вытираюсь насухо и выхожу из ванной. Какие-то мне непонятные голоса, поначалу хотел войти на кухню как был, но потом решил надеть спортивки. Бля, у меня чуть не вырвалось изо рта. Захожу на кухню, а там Мария Алексеевна. — Ааа, Саша доброе утро! — Здраааасте Мария Алексеевна! Чуть дар речи не потерял, Матвей говорил, что родители вернуться не раньше вечера, а тут всего двенадцатый час, а они уже… Меня как ветром сдуло, пока Матвей зашёл в свою комнату я уже был одет и собирался сбежать. — Ты чего, куда намылился? — Ты же говорил, что они должны вечером вернуться, бля да мы чуть не вляпались с тобой. Говорили шепотом, чтобы никто не смог расслышать нашего разговора. — А я откуда мог знать, что дождь пойдёт, вот они и вернулись раньше времени, что им делать на даче в такую погоду? — Она хоть ничего не слышала интересно? Матвей кусает губы, затем смеётся зараза. — Думаю нет, но когда я услышал шаги, подумал что это ты, ну и ляпнул. Мои глаза округлились в этот момент, чёрт меня это начинает пугать. — Чего ляпнул-то? — Милый, иди завтракать, всё уже готово. — Чего? Так и сказал милый? — Ага. — А она как отреагировала на это? Мама стояла облокотившись о косяк двери и улыбалась. Мне бы посмотреть кто там, но я был так увлечён готовкой, да ещё и пел в этот момент, кто меня за язык только дёрнул. — Что сейчас делать будем? — Не знаю, надо что-то придумать, хорошо хоть отец не слышал этого. — А он где? — — Машину в гараж ставить, скоро должен вернуться. — Ты как хочешь, а я сваливаю к себе. — Бросаешь меня одного, ну спасибо. — Милый, ну сам подумай, что я смогу им объяснить? — Вы долго там шушукаться собираетесь? Живо к столу, стынет всё, потом договорите. Никто даже не заметил как подошла Мария Алексеевна, мы так увлеклись собой, разрабатывая план вранья. Матвей уселся за своё место, меня ноги не тащут, готов свалится тут же. Сел рядом с Матвеем, и так сердце из груди готово выскочить, так эта мелочь ещё и издеваться вздумал надо мной. Пока Мария Алексеевна накладывала нам еду в тарелки, Матвей лапал меня, касался колен руками, а потом и вовсе провёл ладонью по моему члену. Это же удар ниже пояса, он же прекрасно знает мою реакцию на его прикосновения. Сидит и лыбится теперь, а я вот не знаю как скрыть своё возбуждение. Пытаясь сжать ноги вместе, ногу на ногу, но и это не сильно помогает. — — У Саши горячей воды вторую неделю нет, вот я его и пригласил после пробежке к нам принять душ. — Ну и правильно, чего холодной водой мыться, ещё простыть можно. Поверила ли Мария Алексеевна в то что услышала от Матвея? Не знаю, ой не знаю, да и она при этом как-то странно посмотрела на меня. У меня коленки до сих пор трясутся, а Матвей знай себе наяривает за обе щёки. Чёрт, да мне кусок в глотку не лезет. — Саш, а ты чего не кушаешь? — А он уже позавтракал сегодня два раза. Сука, это же надо такое выдать, смешно ему видите ли, закатывается от смеха. Это что же выходит, раз я два раза у него отсосал, значит уже позавтракал? — Завтрак это одно, а сейчас уже почти обед. Ты ешь Саша, не слушай нашего Матюшу, тому лишь бы поиздеваться над кем-то. — Спасибо Мария Алексеевна, но видимо я лучше пойду. — Да ладно тебе Саша, я же в шутку, пообедай, а потом. Матвей посмотрел на меня, его улыбка так же быстро исчезла как и появилась. Да и мне не хочется расставаться с ним, но и оставаться здесь неудобно. Это всё равно что видеть лакомство, но тебе не суждено дотронуться до него. Для меня это наказание, а для Матвея, не знаю.