Девушка с копной каштановых волос

— Уизли! Уизли! Уизли! Уизли! Уизли! — в ушах, словно приглушёнными барабанами отдавался шум в гостиной Гриффиндора. В памяти прокручивался только что совершенный момент. И вот, Лаванда Браун, под восторженные крики гриффиндорцев хватает Рона за шею и целует его на глазах у всех. Тот лишь отвечает ей взаимностью и сильнее прижимает девушку к себе. Глаза стали наполняться пеленой, их застилали ненужные девичьи слёзы, готовые вот вот скатиться по щеке. Не в силах больше смотреть на это отвратительное зрелище, девушка с копной каштановых волос немедленно развернулась и направилась к лестнице. Она планировала подняться на Астрономическую Башню, путь до которой займёт не так много времени. — Гермиона! — шатенка лишь услышала вскрик своего друга, все время стоящего рядом с ней, но поспешила затеряться в толпе и скрыться от него — ей нужно было побыть хотя бы полчаса одной. Преодолев лестничный пролёт, пройдя несколько метров и преодолев небольшой коридор Хогвартса, а потом вновь лестничный пролёт, Грейнджер оказалась в Астрономической Башне, куда она нередко приходила, чтобы побыть в своих мыслях. Пусть на неё и было запрещено подниматься, в экстренных случаях побыть одной Гермионе было все равно на это правило. Сев на небольшую, если так можно сказать, лавочку, гриффиндорка обхватила руками колени и положила свою голову на них, крепче обнимая себя, и повторяя, что Рон Уизли не заслуживает такого внимания с её стороны. Одна слезинка крупилась вокруг глаза, и наконец скатилась по щеке. За ней последовали ещё и ещё, а в глазах стали лопаться капилляры. Грейнджер просидела так не больше 10 минут, но уже услышала быстые шаги по лестнице. Машинально вытерев руковом свитера щёки и глаза, девушка села как ни в чем не бывало. Вид у неё однозначно был не из лучших, а если её друзья увидят его, то будет вообще полнейший Джингл — Беллс. «Конечно, наверное это или Гарри или Рон с Браун. Так, нужно собраться Гермиона. Ты просто пришла сюда насладиться видом из окна и точка.» — в голове гриффиндорки промелькнула эта мысль. Но когда Грейнджер увидела мантию, галстук Слизерина и платиновые волосы, её постигло разочарование. «Малфой?! Какого Мерлина он здесь забыл?» Юноша мягко оглянулся по сторонам и увидел недалеко от него сидящую шатенку. Бархатный голос раздался по всему помещению. — Грейнджер? — удивлённым тоном спросил Драко, а после добавил, садясь рядом, — Ты что, плачешь? — Не твоё дело, Малфой. — вновь вытираясь рукавом, сказала Герми. — Ты вообще сам что тут забыл? — Не важно, гряз..... Маглорождённая. — смотря на девушку расширенным зрачками, процедил слизеринец. Гермиона развернулась и посмотрела на Драко, чьи черты лица и платиновые волосы были особенно красивы в полуночном свете. Но быстро поймав себя на мысли, что она откровенно пялится на младшего Малфоя, девушка отвела свой взгляд, все же немного опешив от сказанных блондином слов. — Маглорождённая? — Да, маглорождённая. — Хм… Я думала, ты меня на дух не переносишь. А тут: «маглорождённая», все твои разговоры… Что же с тобой произошло, Драко? Блондин помолчал некоторое время, а после добавил: — Знаешь, Грейнджер… Просто… Я впервые как следует расставил для себя приоритеты. Гермиона подвинулась чуть ближе. «Эй, ты что вообще творишь? Тебе по факту несколько минут назад сердце разбили, а ты тут сидишь и разговариваешь с этим высокомерным и заносчивым слизеринцем. Соберись. Гермиона, просто возьми и уйди. Возьми и уйди…Черт бы тебя побрал.» Но она не уйдёт. Сглотнув ком, подступивший к горлу, гриффиндорка произнесла: — Приоритеты значит… То есть, если ты сейчас разговариваешь с грязнокровкой. — Маглорожденной, — блондин перебил её, — Гермиона, не нужно называть себя придуманным мною прозвищем. — Маглорожденной. — Грейнджер поправила себя, а после продолжила: — и сидишь здесь, часть этих приоритетов непосредственно связана со мной, не так ли? Удовлетворенно кивнув, Драко ответил: — Да. Она непосредственно связана с тобой. Просто… Просто мне необходимо все обдумать и понять, правильное ли решение я принимаю насчёт Тём… — будто заметив, что он сказал что-то лишнее, Малфой замолчал и опустил голову, освещенную бледным лунным светом. Спустя несколько секунд он будто сам себе ответил: — Неважно. Грейнджер решила не задавать лишних вопросов, сама не до конца понимая, о чём говорит Драко. Голос слизеринца вновь заполнил пространство Башни и разум гриффиндорки, спрашивая: — Гермиона, может окажешь честь объяснить, что с тобой случилось? Раз здесь я, а не Поттер или Уизли, значит, это что-то связано с ними, так? Решив не сопротивляться, Грейнджер кивнула. — Определённо Уизли. — Малфой младший процедил сквозь зубы фамилию рыжеволосого, а шатенка вновь кивнула, шмыгая, словно маленький ребёнок, носом. — Вот же гад, а. Только Драко вспомнил про него, по лестнице послышались неторопливые шаги и противный смех Лаванды. Гриффиндорцы, ещё по дороге целуясь, ввались в помещение. Едва успев опомниться, Браун тут же произнесла: — Ой, кажется тут занято. Рон же только прожигал ненавистным взглядом Малфоя, а после вместе со своей спутницей поплелся к выходу однако голос слизеринца его остановил: — Уизли. — Блондин посмотрел на гриффиндорца с ответной ненавистью. — Малфой, чего тебе надо? Какого хрена ты вообще тут забыл, м? Гермиона, пусть он уйдёт. — Произнёс Рон. — Нет, лучше ты уходи. — ответил за неё Малфой. — У тебя все равно, как я вижу появилась пассия. — блондин смерил взглядом Лаванду Браун. — Свали, пока я в тебя Энтоморфиум не пустил и ты не стал маленьким и жалким муравьем. — Драко, он не стоит даже такого заклинания. — Гермиона подвинулась ещё ближе к Малфою и взяла его за руку, чувствуя себя под защитой рядом с ним. — Ты — Рональд Уизли мерзавец, раз на такое пошел, чтобы сказала твоя мама? — А ты значит такая вся благородная и блаженная. Сама прибежала к какому-то слизеринцу, который тебя на дух не переносит, так ведут себя только ш... — Лучше заткнись, Уизли, и сваливай отсюда, пока я не пустил в тебя Круцио и не переломал последние клетки твоего жалкого мозга, хотя вряд ли от него что-то ещё осталось. Испуганная Лаванда с выпученными глазами, пролепетала что-то еле слышимое и вместе с Роном поспешила убраться куда подальше от Астрономической Башни. Спустя минуту, слизеринец повернулся к Гермионе: - Ты как? - Нормально. Просто.... Какой же он придурок и... - Гад. Надо было мне пустить то заклинание в него, Грейнджер. - гриффиндорке почему-то стало смешно и одновременно интересно посмотреть на Рональда в виде муравья. "Интересно, а он останется таким же рыжим?" - улыбнувшись своим, мыслям гриффиндорка легко рассмеялась. - Эй, ты чего? От слёз теперь не следа. - Просто.... Рон в виде муравья. Мерлин, это так смешно. - Вообще-то тогда я был серьёзно, но.... Шатенка вновь рассмеялась и слизеринец, подхватив её настрой, тоже. Вскоре и правда, от слёз не осталось и следа, и девушка с копной каштановых волос, уже сонная, аккуратно положила голову на плечо блондина. Драко некоторое время не двигался, а после, непонятным для самим себя жестом поцеловал Гермиону в затылок, чувствуя ароматный запах её волос. Прижавшись лишь сильнее щекой к его плечу, Грейнджер легко задремала. От её слез определённо не осталось и следа.