Город

Слова Катчера о засаде оказались пророческими. Мы засели в кустах около дороги, которая вела в лагерь, где мы планировали сделать полноценный привал. По словам Катчера, этот лагерь был чем-то вроде содружества таких людей, как он. Они не были привязаны к общине, хотя и имели своего предводителя и некий кодекс чести. Их отношения с другими строились на чистой выгоде: вы - нам, мы - вам. Девушек там не было вообще, но Катчер был на хорошем счету среди наемников, поэтому он полагал, что со мной проблем не возникнет. Однако зная, что в лагерь стекается добыча, мародеры любили устроить засады на единственной прямой дороге, ведущей к нему. Около часа мы изучали обстановку, вернее изучал мой спутник, а я просто старалась не шевелиться и не дышать, лежа рядом с ним на сухой твердой земле. Две машины, семеро человек, много огнестрела. Ситуация казалась невыгодной, как ни крути, но по лицу Катчера было видно, что он тщательно обдумывает какой-то план. Что бы там ни было – моя задача притворяться кустом жимолости до тех пор, пока не минует опасность. - Так. У меня есть несколько вариантов развития событий и худший из них – это моя смерть, поэтому если что-то пойдет не так, уходи и не оборачивайся. Иди назад к озеру, а от него забери к юго-востоку от изначального направления. Путь будет длиннее на несколько дней, но безопаснее. Не суйся к мародерам даже ради еды и оружия, если я оставлю хоть одного – тебе конец. Я сцепила пальцы на его локте и легонько сжала. Он замолчал и быстро посмотрел на меня. - Все будет хорошо. – прошептала я, стараясь придать себе уверенный вид. Впервые на его лице я увидела искреннюю улыбку и даже не обиделась на факт того, что он просто посмеивается над моим простодушием. Хотелось обнять его и поцеловать в лоб, как это сделала бы его мама, отправляя в опасный путь. С виду он был необычайно спокоен, но дотронувшись до его руки, я почувствовала, как он напряжен и сосредоточен. Через пять минут он выскользнул из нашего укрытия, оставив мне рюкзак и трофейный автомат, надеясь вернуться обратно. Через семь минут я услышала возню у машин и первые возгласы мародеров. Еще через тридцать секунд раздались первые выстрелы. Я не поднимала головы от земли, но старалась рассмотреть краешком глаза, что происходит. Мелькали силуэты, звучала ругань, одиночные выстрелы и короткие очереди из автоматов перебивали друг друга. Через какое-то время все вроде стихло, а потом совсем рядом я услышала хриплый голос: - Черт, не знаю, кто это, но он положил уже четверых наших. У меня, кажись, пуля в руке! Больно, ***! Он где-то за машинами. Если Броуди жив, то можно прижать гада с двух сторон. - У меня только мачете. Вроде, удалось зацепить его, но не уверен. Слишком быстро двигается. Наемник - сто процентов. По-любому идет в лагерь, значит где-то поблизости заныкал свои вещички. Когда положим, надо обшарить лес. Я похолодела от мысли, что Катчера и правда могут убить, а потом обыскать лес. Вдруг я не смогу быстро уйти? Это будет конец всему. Но пока что он жив и этот факт заставил меня замереть на месте и размеренно дышать. - Я вижу! Вижу Броуди! Он на другой стороне дороги. Давай, расходимся! Мародеры зашуршали кустами в каких-то пяти-шести метрах от меня, расходясь в стороны. Плохо. Эффект неожиданного нападения пропал, остаться одному против трех – не лучшая позиция. Да еще и не имея возможности отступить. Я осторожно приподнялась и уставилась на спины мужчин, подбиравшихся к машине. Мне было не видно, что с Катчером, но сосредоточившись и проморгавшись, я увидела третьего мародера. Тучный Броуди не слишком грациозно подбирался к машине с другой стороны дороги. Внезапно раздался выстрел, и я увидела моего спутника, стрелой метнувшегося в сторону. У Броуди подломилось колено, и с диким воплем он свалился в кусты. Два оставшихся врага переглянулись и бросились в погоню за Катчером. Он успел выбросить свое тело вперед и скрыться за бампером второй машины, когда первые пули начали вырывать столбики пыли из сухой земли прямо у него под ногами. Они зайдут с обеих сторон, и каким бы Катчер не оказался быстрым, если он убьет одного, второй выстрелит ему в спину или ударит холодным оружием. Я осознала эту истину за какую-то долю секунды, и моя рука бессознательно потянулась к автомату. Сердце бешено колотилось, волны страха расходились по всему телу, а кончики пальцев стали неметь. Я никогда раньше не стреляла из оружия. Да, держала в руках, но ни разу не направляла его на другого человека. Со стороны это казалось простым, но когда я дотронулась до холодного металла, уверенность начала меня покидать. Однако если я не помогу Катчеру, ему не поможет никто. Он меня спас, пусть и не от прямой угрозы, но его опека надо мной равносильна шансу на жизнь. И я обязана отплатить ему. Протолкнув в сухое горло немного слюны, я покрепче ухватилась за автомат. Он оказался тяжелым и неповоротливым, но я все равно натянула на себя ремень и начала пробираться вперед. Мародеры не знали обо мне, и причин оборачиваться у них не было. Главное не наделать шума. Лишь через несколько секунд в мой глупый мозг пришло озарение, что надо снять оружие с предохранителя и переключится на режим одиночной стрельбы. Не хотелось бы попасть в наемника, и я не была уверена, что смогу справиться с отдачей от очереди. Где-то в кустах продолжал орать Броуди, правда уже не так громко, и это играло мне на руку. Мародеры подошли к машине и теперь настороженно переглядывались. Наконец, один из них уверенно кивнул и они атаковали. На секунду меня оглушили выстрелы, но в то же мгновение я ринулась вперед. Своей целью Катчер выбрал стрелявшего. Одна пуля попала мародеру в живот, вторая сразу в голову. В свою очередь пуля нападавшего разбила боковое окно прямо над макушкой моего спутника. Я прекрасно видела, что Катчер не успевает обернуться на шорох за спиной, а второй мародер уже заносит мачете над его головой. Я выстрелила, не успев даже подняться в полный рост. Ствол резко повело вверх, приклад больно ударил в плечо и меня развернуло. Ноги подогнулись, и я упала набок, тем не менее, успев убрать палец с крючка. Это спасло мне жизнь, ибо жирный Броуди, заметив меня, тут же выстрелил мне в спину. Его перебитое колено ничуть не помешало хорошо прицелиться, и пуля из пистолета просвистела прямо надо мной, впившись в задний борт машины. Я упала набок, поэтому прекрасно видела ужас на лице Катчера, когда он развернулся в нашу сторону и оценил обстановку. Мародер с мачете ничком валялся на земле. Мой выстрел перешиб ему позвоночник и сначала я даже слегка порадовалась, что попала, а потом волна тошноты накатила на меня от того, что я лишила жизни человека, дышавшего этим воздухом каких-то пару секунд назад. Однако маленьким кусочком сознания я понимала, что через мгновение перестану что-либо чувствовать вообще. Сейчас Броуди выстрелит еще раз и на этот раз не промахнется. Время словно остановилось, и очень медленно пистолет Катчера начал падать на землю. Еще до того, как оружие преодолело половину пути, его рука уже выпрямлялась в сторону мародера. В моем правом ухе послышался свист, и я почувствовала, как всколыхнулись пряди волос рядом с виском. На одно долгое мгновение мое сердце остановилось, а потом пустилось вскач с удвоенной скоростью. Обернувшись, я увидела как Броуди опрокидывается навзничь с торчащей изо лба рукояткой метательного ножа. И только тогда я разрешила себе вздохнуть. Все тело прошибла крупная дрожь, я выскользнула из ремня автомата и трясущимися руками откинула его в сторону. Катчер закатил глаза и с грохотом откинулся на дверь машины. Не решаясь встать, я кое-как подползла ближе и заметила, что у него рассечена голень. Вся штанина ниже колена пропиталась кровью, нужно было срочно чем-то перевязать. Я полезла в рюкзак, стараясь проглотить огромный комок в горле от пережитого кошмара, вынула запасную футболку и с трудом оторвала от нее кусок. Непослушными руками вытащила штанину Катчера из ботинка и закатала наверх. Медсестра из меня так себе, но я иногда помогала нашему лагерному врачу, поэтому могла более-менее сносно сделать временную перевязку. Когда я закончила, то без сил повалилась рядом с Катчером, мутными глазами уставившись в небо над нашими головами. Через некоторое время я почувствовала рядом движение и мою подрагивающую ладонь сжали его теплые пальцы. Он поглаживал большим пальцем мои костяшки до тех пор, пока мое дыхание не выровнялось. - Стрельбу могли услышать, здесь нельзя оставаться. До лагеря совсем немного, там отдохнем. Я издала что-то среднее между стоном и вздохом, но заставила себя подняться и помогла встать Катчеру. Мы забрали наши вещи, а так же несколько полезностей из пожитков мародеров. Катчер сказал, что наведет на машины лагерных, это будет полезной сделкой, нам хватит на несколько дней проживания и на хорошую еду. Может быть, он даже перехватит что-то из оружия. До темноты оставалось совсем немного, поэтому по мере возможностей мы поспешили вперед. Все, о чем я могла думать, это теплая кровать и глоток горячего чая, которые ждут меня в конце этой дороги.