Праздник в Облачных Глубинах

      День, когда Лань Сичэнь понял, что что-то не так, наступил для него тогда, когда он меньше всего этого ждал.              Незадолго до этого шел снег. Мягкие пушистые хлопья кружили в воздухе, оседали на ветвях, путались в волосах и устилали землю плотным белым покрывалом. Лань Сичэнь никогда не задумывался, любил ли он зиму, но было в ней что-то особенное, притягательное и завораживающее. Поймав на ладонь снежинку, Сичэнь невольно подумал о Яо. Долгожданный снег — прекрасный повод для встречи.              Откладывать задуманное Лань Сичэнь не любил и поскольку неотложных дел в Гусу у него не было, он покинул Облачные Глубины, встал на меч и уже вскоре оказался в Ланьлине, аккурат перед дворцом Золотого Карпа. Убрав меч в ножны, мужчина сделал шаг, ступая на ступени высокой лестницы, как ему навстречу выскочил Не Хуайсан. Он выглядел взволнованным и суетливо озирался по сторонам. Увидев Лань Сичэня, он отчего-то вздрогнул, замялся, а затем поспешил на встречу.              — Цзэу-цзюнь, какая встреча! — поздоровался он. — Вы пришли навестить главу Цзинь?              — Верно, — мягко улыбнулся Лань Сичэнь. –Хочу пригласить А-Яо в Облачные Глубины на праздники. Конечно, вы с братом тоже приглашены.              — А-а-а, — понятливо протянул Хуайсан. — Это прекрасный повод…              — Хуайсан? — заметив, что поведение юноши становится все более суетливым и беспокойным, Сичэнь слегка заволновался. — Что-то случилось?              — Что? — Не Хуайсан встрепенулся, взглянул на Лань Сичэня и отчаянно замахал руками. — Я ничего не знаю! Я правда ничего на знаю! Не спрашивайте меня о том, чего я не знаю! Простите меня, Цзэу-цзюнь, но меня уже ждут дела. Я покину вас первым!              Суетливо помахав рукой на прощание, Хуайсан торопливо начал спускаться по лестнице.              Лань Сичэнь проводил юношу растерянным взглядом. Мужчина совершенно ничего не понимал. Все казалось спокойным — во дворце Золотого Карпа стояла тишина, легкие снежинки по-прежнему кружили в воздухе. Сичэнь вздохнул. Отвернувшись от лестницы, он прошел дальше, направившись сразу к Благоуханному дворцу — покоям Цзинь Гуаньяо.              Но до места он не дошел. Ему навстречу вышел Не Минцзюэ. Видеть его здесь было весьма неожиданно, да еще и в столь благодушном настроении. Мужчина улыбался, глаза его мечтательно смотрели по сторонам. Он на ходу поправлял свою одежду и о чем-то слегка посмеивался. Увидев впереди Лань Сичэня, на спокойном лице которого проступил немой вопрос, Не Минцзюэ отчего-то смутился.              — Лань Сичэнь, — произнес он, возвращая себе свое самообладание. — И ты здесь.              — Здравствуй, брат, — поздоровался Лань Сичэнь. — Что-то случилось?              — Нет-нет, — отмахнулся Не Минцзюэ. — Я не ожидал тебя встретить. Мэн Яо не говорил, что ждет.              — Я не сообщал ему. Он занят?              — Нет. Уже нет. Прости, брат, сейчас я очень спешу.              — Да, конечно, — Сичэнь кивнул и посторонился, пропуская главу клана Не пройти мимо.              — Эр-гэ! — во двор вышел Цзинь Гуаньяо. Казалось, он был удивлен и растерян при виде Лань Сичэня. Он поскорее закрыл за собой двери покоев и спешно подошел ближе.              — Ты пришел навестить меня, — Яо склонился в поклоне, но Лань Сичэнь как и всегда поспешно тронул его за руки, призывая подняться.              — Я ведь уже просил тебя не кланяться мне, А-Яо.              — Прости. Я все время об этом забываю, — виновато улыбнулся Гуаньяо.              Лань Сичэнь не смог сдержать ответной улыбки. При виде милых ямочек на щеках Яо, он готов был забыть обо всем на свете.              — Брат, ты позволишь мне немного проводить нашего старшего брата? — спросил Цзинь Гуаньяо. — Я очень скоро к тебе присоединюсь.              — Конечно, А-Яо, — согласился Лань Сичэнь.              Яо снова улыбнулся, а затем поспешил нагнать ушедшего вперед Не Минцзюэ. Обернувшись, Сичэнь увидел, как они остановились, а затем Цзинь Гуаньяо передал главе Не небольшой мешочек, причем сделал это так, словно не желал, чтобы кто-либо это заметил. Лань Сичэнь удивленно качнул головой, а затем отвернулся и поднял взгляд к небу. В конце концов, каждый имеет право на свои секреты.              Вскоре Гуаньяо вернулся. На лице его снова сияла улыбка, являя миру его милые ямочки, и Лань Сичэнь невольно улыбнулся в ответ.              — Эр-гэ, я рад, что ты меня навестил, — сообщил Цзинь Гуаньяо, жестом пригласив его пройтись по саду. — Я как раз собирался обратиться к тебе с просьбой.              — Что такое, А-Яо? Ты знаешь, что я всегда помогу тебе.              — Но мою просьбу будет выполнить весьма затруднительно… Видишь ли, Эр-гэ, мне необходимо посетить вашу библиотеку.              — Библиотеку? — удивился Лань Сичэнь. — Но ты же знаешь, что можешь войти туда в любое время.              — Не просто библиотеку. Мне нужна тайная комната, — уточнил Гуаньяо.              — Неужели, тебе нужны запрещенные записи?              — Мне нужна всего одна книга. Уверяю тебя, ничего страшного от этого не случится.              — Хорошо, я схожу туда с тобой.              — Прости, Эр-гэ. Возможно, это грубо с моей стороны, но я хотел бы попасть туда один. Открой для меня вход ненадолго, пожалуйста.              Лань Сичэнь растерянно задумался, но потом согласно кивнул.              — Хорошо, А-Яо. Я помогу тебе, — сказал он, а затем остановился. — Вообще-то я пришел к тебе, чтобы пригласить в Облачные Глубины на праздники.              — О, Эр-гэ, неужели я смогу провести в Гусу несколько дней?              — Именно так.              — Я очень признателен, — мягко улыбнулся Гуаньяо. — И я принимаю твое предложение.       ***       Цзинь Гуаньяо пожаловал в Облачные Глубины дня через два. Лань Сичэнь встретил его, показал выделенные ему покои, а затем проводил в библиотеку. Оставив Яо в тайной комнате, Сичэнь задумчиво прошелся по двору. Поведение названного брата несколько его смутило, ведь спускаться в тайную комнату библиотеки позволялось только старейшинам клана, поскольку содержащиеся там книги представляли собой опасность, если попадут в руки неподготовленного человека. Но Яо таковым никогда не был, а Сичэнь не мог ему отказать. Только ощущение неправильности все равно не покидало его, а посему ему только и оставалось, что прогуливаться по Облачным Глубинам и задумчиво вздыхать.              В этом состоянии его нашли Лань Ванцзи и Вэй Усянь, вернувшиеся с ночной охоты.              — Что-то Цзэу-цзюнь сегодня не весел, — заметил Вэй Ин, подходя ближе и задумчиво вертя в руках флейту. — Неужели, от приглашенных кланов до сих пор нет вестей?              — Вовсе нет. Согласием ответили кланы Не и Цзинь. Остальные сослались на собственные праздники, — качнул головой Сичэнь.              — Ну, в Цзян Чэне я и не сомневался, — на мгновение нахмурился Вэй Усянь. — Жаль только, что и шицзе без него меня не навестит.              — Вэй Ин, — тихо, сочувствующе окликнул его Лань Ванцзи.              Вэй Усянь тряхнул головой и, ярко улыбнувшись, снова взглянул на Лань Сичэня.              — Тогда, быть может, господин Цзинь до сих пор не прибыл? — продолжил допытываться он.       — Нет-нет, он уже здесь, — мягко улыбнулся Сичэнь. — Как прошла ваша охота?              — Весьма удачно. Лань Чжань совершил много геройских поступков и спас мирных жителей соседнего городка от нападения больших летучий мышей. Думаю, звание верховного заклинателя принадлежит ему по праву!              — Вэй Ин, — слегка нахмурился Ванцзи.              — Что? Я сказал только правду о том, какой ты замечательный!              — Вэй Ин! — чуть громче окликнул его Лань Ванцзи, на что Вэй Усянь пожал плечами.              — Ты слишком скромный. Но так и быть, немного помолчу.              — Дядя ещё не вернулся? — спросил Ванцзи брата.              Лань Сичэнь отрицательно покачал головой.              — Утром он прислал мне послание. Возможно, вернется уже после праздников.              Прерывая их разговор, к ним подошел покинувший библиотеку Цзинь Гуаньяо. Выглядел он донельзя довольным, поклонился Ванцзи и Вэй Ину, а затем справился, не прибыли ли Не Минцзюэ и Не Хуайсан. Убедившись, что те обещались прибыть на следующий день, Яо чему-то улыбнулся, поспешно завершил разговор и быстрым шагом ушел в сторону своих покоев.              — Как-то странно он себя ведет, — заметил Вэй Усянь, складывая руки на груди.              — Мгм, очень странно, — подтвердил Лань Ванцзи.              Лань Сичэнь взглянул на них, но ничего не ответил. Он всё ещё верил, что Цзинь Гуаньяо ведет себя как обычно и совсем ничего не замышляет.       ***       На следующий день приехали братья Не.              Сичэнь вышел их встретить. Они раскланялись, но при этом братья Не казались несколько напряжены. Хуайсан периодически оглядывался по сторонам, а Минцзюэ выглядел задумчивым и не слишком довольным. Однако от разговора не отказывался, охотно поделившись с Лань Сичэнем, что путь сюда прошел весьма неплохо и к празднику они с братом готовы.              Пока Сичэнь беседовал с Не Минцзюэ, Не Хуайсан куда-то исчез. На удивленный вопрос главы клана Лань, Минцзюэ лишь странно хмыкнул, а потом выдвинул предположение, что его брат поспешил отыскать своих друзей — Вэй Усяня и Лань Ванцзи. Такой ответ вполне устроил Лань Сичэня и он проводил Не Минцзюэ до его покоев. Но стоило ему повернуть обратно, как он увидел Не Хуайсана и Цзинь Гуаньяо. Они видимо уже заканчивали свою беседу, поскольку Не Хуайсан как-то воровато оглянулся по сторонам и поспешил прочь. Случайно или нет, но путь его лежал мимо Лань Сичэня.              Не заметив на своем пути главу клана Лань, Не Хуайсан едва не врезался в него. Вздрогнув и подскочив на месте, он отпрянул и только после этого судорожно вздохнул и выдавил улыбку.              — Ох, Цзэу-цзюнь! Простите, я совсем не ожидал вас встретить.              — Ты в порядке? — заботливо поинтересовался Лань Сичэнь.              — Да-да, более чем. Простите, мне уже пора! — добавил он и поспешно побежал прочь.              Лань Сичэню только и оставалось, что проводить его задумчивым взглядом. Несмотря на доверие, которое он оказывал своим названным братьям, червячок сомнения неожиданно поселился в его душе. Конечно, он по-прежнему считал, что у каждого могут быть свои тайны, но ощущение того, что от него что-то скрывают, оказалось не таким уж приятным.       ***       Следующий день стал для Лань Сичэня ещё большим испытанием, чем предыдущий. И хотя начинался он, как и обычно, с чашечки ароматного чая, даровавшего ему умиротворение, дальнейшее грозило просто выбить его из колеи.              Пребывая в хорошем настроении, Лань Сичэнь решил немного прогуляться. В этот день снова шёл снег и как и всегда в такие дни, настроение Сичэня становилось спокойным и безмятежным. Ни Цзинь Гуаньяо, ни братья Не сегодня не спешили его навещать, а посему он решил сам нанести им визит. Но стоило ему свернуть в сторону покоев Цзинь Гуаньяо, как странных шорох заставил его остановиться. Лань Сичэнь прислушался. Шорох доносился из комнаты Яо, периодически сменяясь отзвуками мелодии и чьим-то довольным смешком. Доносившаяся мелодия была совершенно не знакома Лань Сичэню. Более того, создавалось впечатление, что кто-то намеренно пытался скрыть все её ноты, и потому до него доносились лишь некоторые отзвуки, и то — чудом. Глава клана задумался. Что же вообще творится в комнате А-Яо? Неужели, практикует одну из запретных мелодий клана Гусу? Но в таком случае, Сичэнь обязательно должен с ним поговорить!              Но стоило Лань Сичэню сделать шаг вперед, как он отчетливо расслышал голос Не Минцзюэ просивший:              — Не останавливайся Мэн Яо! Как же хорошо… Продолжай, да, да!              Снова донесся смех, снова вырвалось пара несвязанных между собой нот…              Лань Сичэнь застыл на месте, не в силах ни подойти ближе, ни уйти. Он ощущал себя опустошенным, но и сам не понимал — почему? Просто в одночасье рухнуло всё, на что он в тайне надеялся, превратилось в пыль и развеялось ветром…              — Брат? — голос Ванцзи заставил Лань Сичэня вздрогнуть.              Глава клана обернулся, растерянно посмотрел на брата и его вечного и неизменного спутника Вэй Усяня, на лице которого застыл ни с чем не сравнимый интерес.              — Цзэу-цзюнь, кажется в Облачных Глубинах происходит что-то очень интересное, — заметил Вэй Ин.              — Разве это можно назвать интересным? — спросил Сичэнь.Раздавшаяся из покоев Гуаньяо возня, совершенно сбила его с толку.              — Брат, — снова окликнул его Лань Ванцзи. — Насколько ты ему доверяешь?              — Я всегда ему верил, — качнул головой Лань Сичэнь. — И потому сейчас я совершенно ничего не понимаю…              — Хотите, мы с Лань Чжанем всё разузнаем? — заговорщицки прищурился Вэй Усянь.              — Зайдете внутрь?              — Вовсе нет. Мы сделаем это иначе. Положитесь на нас, Цзэу-цзюнь. А здесь стоять больше не стоит!              Слегка подтолкнув растерянного Лань Сичэня, Вэй Усянь и Лань Ванцзи повели его прочь от доносимых из комнаты Яо подозрительных звуков.       ***       Уведя расстроенного Лань Сичэня в его покои и оставив его одного, предварительно попросив не торопиться выдумывать лишнего, Вэй Усянь и Лань Ванцзи отправились ловить Не Хуайсана. Отыскался он в Кроличьем саду, в окружении кроликов. Юноша сидел на земле, устремив рассеянный взгляд куда-то вдаль и, казалось, не заметил прихода своих друзей. Вэй Усянь окинул его взглядом, а затем остановился напротив, задумчиво повертел в руках флейту и поинтересовался:              — Тебе тоже нравятся кролики?              Хуайсан обернулся. Взгляд его перебежал с Вэй Усяня на Лань Ванцзи. Он заметно вздрогнул, задержав свой взгляд на Чэньцин, которую Усянь продолжал вертеть в руке, и запаниковал, оценив недовольно сдвинутые брови Лань Чжаня. Впрочем, спустя несколько мгновений юноша взял себя в руки и принял спокойный вид, в котором угадывалась лишь капля настороженности.              — Вэй-сюн, Ханьгуан-цзюнь. Ваши кролики и правда очень милые, — ответил он, а затем осторожно шагнул в сторону и быстро добавил: — Я тут вспомнил об одном важном деле, поэтому вынужден вас покинуть.              — Стоять! — Вэй Усянь протянул в сторону руку с зажатой в ней флейтой, преграждая путь и мило улыбнулся встревоженному Не Хуайсану. — Не расскажешь, что там происходит у Цзинь Гуаньяо и главы клана Не?              — Я… я не знаю! Я правда ничего не знаю! — поспешно воскликнул тот.              — А мне кажется иначе. А ты как думаешь, Лань Чжань?              — Мгм, — согласно отозвался Ванцзи.              — Но я, правда, ничего не знаю, — несчастным тоном протянул Хуайсан. — Зачем вы спрашиваете меня о том, чего я не знаю?              — Кажется, я слышал, что ты провернул одно дельце за спиной своего брата, — задумчиво отозвался Вэй Усянь. — Как думаешь, что он сделает, если узнает об этом?              — О каком таком деле ты толкуешь, Вэй-сюн?              — Ну… о том самом, — хитро улыбнулся Вэй Ин, затем что-то быстро шепнул ему на ухо.              Не Хуайсан побледнел.              — Вы не можете рассказать об этом, — жалобно протянул он. — Если брат узнает, мне конец!              — Тогда расскажи, что задумали Цзинь Гуаньяо и Не Минцзюэ.              — Но я действительно почти ничего не знаю! Мое тут дело совсем маленькое.              — Но что-то все-таки знаешь, — заметил Вэй Усянь, обличительно указав на него флейтой, отчего Хуайсан снова невольно вздрогнул.              — Расскажи, — велел Лань Ванцзи.              Вэй Ин согласно закивал головой.              — Ладно, я все расскажу, — поник Не Хуайсан. — Только вы должны пообещать мне, что ничего не расскажете Цзэу-цзюню! Иначе все окажется бессмысленным.              — Смотря, что ты нам расскажешь, — ответил Вэй Ин. — И почему он не должен этого знать.       ***       Когда Вэй Ин и Лань Ванцзи снова встретили Лань Сичэня, вид у них был задумчивый и несколько приободренный. Увидев Сичэня, они остановились. Ванцзи опустил взгляд, а Вэй Усянь выдавил улыбку, которая отчего-то казалось виноватой              — Ну? Что вы узнали? — поторопил их Лань Сичэнь.              — Если честно, то совсем нечего, — заявил Вэй Ин. — Хуайсан отнекивался, как мог, а вы ведь знаете, как сложно что-то выпытать у него. Как начнет говорить, что ничего не знает, так и не перестанет, пока не отвяжешься!              — Вот как? — огорчился Лань Сичэнь. — Ванцзи, неужели всё так и есть?              — Брат… Просто поверь им. Думаю, переживать не о чем.              «Мне бы твою уверенность», — подумал Лань Сичэнь, но вслух ничего не сказал и просто кивнул. Его печаль никуда не ушла, а воспоминание непонятной возни так и преследовало его до самого вечера.       ***       День праздника Лань Сичэнь встретил в одиночестве. Приглашенные гости вели себя подозрительно тихо и хотя клан Не по-прежнему не уклонялся от бесед, братья явно не испытывали желания лишний раз навестить главу клана Лань и провести с ним время. Цзинь Гуаньяо так же вел себя странно. Его улыбка казалась какой-то отрешенной, а сам он всякий раз стремился поскорее уйти от Лань Сичэня. В утро праздника Яо и вовсе отказался присоединиться к прогулке, сославшись на нечто неотложное и небольшую мигрень.              От общества Лань Ванцзи и Вэй Усяня глава клана Лань отказался сам. Слишком уж эти двое выглядели счастливыми. Сичэнь больше не пытался что-либо спрашивать у них, лишь слегка улыбнулся, делая вид, что всё хорошо, а затем покинул их.              Оставшись один, Лань Сичэнь не пожелал идти в свои покои. Вместо этого он прошёлся по Облачным Глубинам, дал несколько указаний Лань Сычжую, после чего направился к Ледяному источнику. Здесь он и решил скоротать время до начала праздника.              Снежные хлопья снова падали с неба. Зима радовала глаз своей белизной, и Лань Сичэнь постарался думать только о красоте, окружавшей его. Это не было ему свойственно, но это казалось лучшим решением, чем предаваться тягостным раздумьям о том, что происходит между его названными братьями. Полностью мысль об этом изгнать не удалось, но хотя бы немного стало легче.              Лань Сичэнь вдохнул свежий морозный воздух. Легкий озноб пробрал его, но мужчина даже не вздрогнул. Он привык к холоду Ледяного источника, потому и легкий зимний ветер не казался ему чем-то особенным. Наоборот, это очищало разум. По крайней мере, ему так казалось. Лань Сичэнь закрыл глаза, сосредоточившись на том, что его окружало.              Прекрасный зимний день. Долгожданный праздник. Хоть и не все кланы смогли приехать в Гусу, но зато его навестили самые близкие ему люди. Те, кому он больше всего доверял. И совсем не важно, что А-Яо избегает общения с ним, предпочитая общество Не Минцзюэ. Лань Сичэнь совсем не огорчен этим, он не ревнует, нет. Совсем не ревнует… почти…              Лань Сичэнь открыл глаза, с тяжелым вздохом признавая поражение. Выбросить мысли о названных братьях оказалось задачей не выполнимой. Он только тешил себя надеждой, что всё в порядке. Пора признаться самому себе, что это не так. Он ревнует. Ревнует так, что и самому страшно от столь непривычного и, казалось бы, неправильного чувства.              Тяжело вздохнув, Лань Сичэнь внезапно осознал, что пробыл у озера довольно долго. Скоро на землю лягут сумерки, а значит, начнётся и праздник. Он — глава клана, а значит должен взять себя в руки и встретить этот день вместе со своим кланом и гостями Облачных Глубин. Но стоило Лань Сичэню обернуться, как он увидел перед собой Цзинь Гуаньяо. Мужчина подходил к нему с долгожданной тёплой улыбкой.              — Вот ты где, Эр-гэ! Я так давно ищу тебя и наконец-то нашёл, — радостно воскликнул он, подходя ближе.              — Ты… искал меня? — удивился Лань Сичэнь.              — Что-то случилось? — с беспокойством всмотрелся ему в лицо Яо. — Тебе грустно?              Лань Сичэнь качнул головой. Он не хотел ни врать, ни отвечать на заданный вопрос.              — Почему ты искал меня, А-Яо?              — Мне есть, что показать тебе. Это очень важно, Эр-гэ. Прошу тебя, пойдем со мной.              — Ты действительно хочешь, чтобы я пошел с тобой? Не старший брат, а я?              — Ты все поймешь, когда мы придем. Прошу тебя.              Сичэнь не сразу, но всё же нерешительно кивнул. На лице Цзинь Гуаньяо снова показались его ямочки, но в этот раз глава клана Лань сдержал ответную улыбку.              — Идём скорее, Эр-гэ. Не будем тянуть время. Мы должны так много успеть, — сообщил Яо, жестом приглашая Сичэня следовать за ним.              Лань Сичэнь откровенно не понимал, к чему такая спешка. Впрочем, он не понимал и того, зачем его искал А-Яо, ведь всё это время он активно его избегал. Но он уже решил ни о чем не спрашивать. Сдержанно кивнув, Лань Сичэнь пошел вместе с Цзинь Гуаньяо прочь от Ледяного источника.       ***       Цзинь Гуаньяо привел Лань Сичэня к своим покоям. За все то время что они шли, так и не встретили на своем пути никого из адептов, да и вообще кого-либо. Это немного удивило Лань Сичэня, но ещё больше он удивился, когда Яо подошёл к дверям своей комнаты, распахнул перед Сичэнем дверь и пригласил войти внутрь. Глава клана Лань переступил порог и изумленно замер. Комната оказалась украшена картинами с изображением зимы, посреди комнаты стоял накрытый стол, а чуть в стороне, на столике лежал гуцинь, украшенный зимним пейзажем.              Цзинь Гуаньяо зашёл следом и прикрыл за собой дверь. Как добродушный хозяин, он с мягкой улыбкой указал Сичэню на накрытый стол.              — Присаживайся, Эр-гэ. Впрочем, сегодня я хотел бы звать тебя иначе, если ты позволишь… Отведай чаю, хочешь печенье возьми.              — Что ты хотел показать мне, А-Яо? — спросил Лань Сичэнь, сбитый с толку.              — Я хотел, чтобы ты послушал одну мелодию. Я долго пытался её понять. Мне понадобилось несколько дней, чтобы её усвоить, хотя ты знаешь, обычно я быстро учусь.              — Хорошо, — согласился Лань Сичэнь, прошёл к столу и присел.              Пробовать угощение глава клана Лань не стал. Он был слишком озадачен и не испытывал голод. Вместо этого он воззрился на Цзинь Гуаньяо, который отошёл в сторону и присел за гуцинь.              Послав Лань Сичэню довольный взгляд и стрельнув в него улыбкой, Яо осторожно тронул струны…              Мелодия полилась плавная, игривая. Красивая. Лань Сичэнь немного расслабился, однако вскоре почувствовал, как у него учащается пульс, а в душе разливается состояние блаженства. Это показалось странным и каким-то неправильным.              — А-Яо, что это за мелодия? — спросил он.              — Это особенная мелодия, которую я хотел обязательно показать тебе, — ответил с улыбкой Гуаньяо, продолжая перебирать струны.              Лань Сичэнь встал, задумчиво подошел ближе, с подозрением взирая на Яо. Тот продолжал безмятежно улыбаться и посылать Сичэню несколько томный взгляд из-под полуопущенных длинных ресниц…              Поймав себя на том, что невольно залюбовался Гуаньяо, Лань Сичэнь присел и решительно опустил руку на струны. Мелодия смолкла. Наваждение блаженства начало развеиваться.              — Какая жалость, — вздохнул Цзинь Гуаньяо.              — Это мелодия из запретных книг клана Гусу, не так ли? — строго спросил Лань Сичэнь.              — Ты прав, — не стал отпираться Гуаньяо. — Но уверяю тебя, я не замышлял ничего дурного. Я лишь хотел создать нужную атмосферу.              — Но для чего?              — Чтобы сказать тебе нечто важное. Впрочем, ты прав, можно было не идти на такие сложности…              Цзинь Гуаньяо встал и, обойдя стол, подошёл к Лань Сичэню.              — Эр-гэ… Нет, Лань Хуань. Позволь сегодня называть тебя так. Ты очень дорог мне, хотя возможно и не замечаешь этого. Но я больше не в силах хранить в себе эти чувства. Быть может, это не правильно, но это уже случилось.              — О чём ты, А-Яо? — изумленно спросил Лань Сичэнь.              — Закрой глаза, — вместо ответа попросил Цзинь Гуаньяо. — Пожалуйста.              Лань Сичэнь немного помедлил, но затем всё же выполнил его просьбу. И спустя несколько мгновений Сичэнь ощутил мягкое прикосновение губ Яо к своему лбу. Распахнув глаза, он увидел отстранившегося от него Гуаньяо, чьи щеки слегка порозовели.              — А-Яо?..              — Я уже давно люблю тебя, Лань Хуань, — прервал его Гуаньяо. — Очень сильно люблю.              — Но… почему тогда все эти дни… — Лань Сичэнь в изумлении едва находил нужные фразы.              — Я хотел сделать тебе сюрприз. Неужели ты думаешь, я забыл, какой сегодня день, Эр-гэ?              — В этот день…              — Ты учил меня игре на гуцине, несколько лет назад, — прервал его Яо. — И именно в этот день я в тебя и влюбился. Без памяти.              Лань Сичэнь немного помолчал, пытаясь осознать услышанное признание. Еще некоторое время назад, что он провел на берегу Ледяного источника, он и подумать не мог, что его скрытые чувства, в которых он не смел признаться даже самому себе, окажутся взаимными. Но отчего же тогда всё это время Цзинь Гуаньяо уединялся с Не Минцзюэ?              — А-Яо, — решился на вопрос Лань Сичэнь. — Что ты все это время делал вместе с нашим старшим братом?              — О, я должен был испытать мелодию, прежде чем показать её тебе. Не волнуйся, я знал, что она никому не навредит. Просто хотел сделать все как можно лучше. Честно говоря, во время моих попыток, эффект был очень разный. Старший брат испытывал блаженство, а потом внезапно начинал громко смеяться. Он так же однажды перевернул здесь всё вверх дном, хохоча от удовольствия. Признаться, я не успел это пресечь, потому вынужден был прекратить испытания мелодии и спешно наводить порядок.              — Но старший брат всегда такой сдержанный, — усомнился Лань Сичэнь.              — В гневе он совсем не сдержан, — напомнил Гуаньяо. — Но сегодня я не хотел бы говорить о других. Я лишь рассказал тебе, как обстояло дело. Но что ты ответишь мне на мое предложение?              — А-Яо, ты тоже очень дорог мне, — негромко ответил Лань Сичэнь.              Цзинь Гуаньяо внимательно всмотрелся в его лицо. Вероятно, он всё понял по взгляду Лань Хуаня, поскольку улыбнулся, а затем снова приблизился, прижимаясь губами к его лбу. Лань Сичэнь невольно сглотнул, чувствуя непреодолимую пытку. Ему хотелось совсем иного поцелуя. Но вот Цзинь Гуаньяо отстранился. Ощущение легкого стягивания лба так же исчезло. Лань Сичэнь поднял взгляд, с изумлением глядя на А-Яо, который умудрился прикусить его налобную ленту и стянуть её со лба главы клана Лань.              — А-Яо, — прошептал Лань Сичэнь. — Тебе известно значение налобной ленты?              — Прекрасно известно, — кивнул Цзинь Гуаньяо, аккуратно расправляя ленту на своей ладони. — И меня оно вполне устраивает. Лань Хуань, я…              Лань Сичэнь не дал ему договорить, резко притянув к себе и поцеловав так, как уже давно мечтал.       ***       Когда спустя некоторое время Лань Сичэнь и Цзинь Гуаньяо вышли в главный двор Облачных Глубин, на лицах обоих сияла счастливая улыбка. Щеки Лань Сичэня всё еще немного румянились, в то время как А-Яо не мог перестать улыбаться.              Собравшиеся во дворе братья Не, Лань Ванцзи и Вэй Усянь хитро переглядывались между собой. Казалось, они всё прекрасно поняли даже без слов.              -Не понимаю, как я только в это ввязался? — негромко усмехнулся Не Минцзюэ.              — Но брат, всё ведь получилось, — улыбнулся Не Хуайсан, беззаботно обмахиваясь веером.              — Конечно, получилось! Никто в этом и не сомневался. Правда, Лань Чжань? — потянулся к напарнику Вэй Ин.              — Мгм, — губы Ванцзи тронула легкая улыбка. — Брат счастлив. И это прекрасно.              Разговоры прервались, стоило в небе взорваться первым залпам фейерверка. Но в отличие от остальных, Лань Сичэнь и Цзинь Гуаньяо почти не обратили не него внимания. Теперь они были друг у друга. И это стало самым лучшим подарком в этот зимний праздник.                     _____________________________________________________________________       Пара слов налобной ленте клана Гусу Лань. Если кто не знает или забыл — как просветил нас Лань Чжань, то её трогать могут только родители, супруги и дети. Так что, думаю понятно, на что дал согласие А-Яо xD