Бескрайнее синее небо

Доен ничего не говорит Тэену о произошедшем, а Лукас не докладывает об этом, чтобы избежать очередных скандалов. Доен старался не выходить лишний раз из комнаты, и Тэен, хоть и был на работе с утра до вечера, все же замечал его подавленное состояние. Он понимал, что причина в Юно, и его это злило. Ведь все было так хорошо, пока он не приехал из командировки. Тэен старался больше времени уделять Доену, хотя бывали периоды, когда ему казалось, будто он навязывается, а сам Доен словно не может дышать в его присутствии. Однако Доен всегда мягко улыбался ему, пусть и грустно, но все же не скупился подарить Тэену хотя бы одну улыбку за вечер. От этой мысли становилось тепло, и Тэен, ведомый этими чувствами и эмоциями, обнимал его и целовал, боясь отпустить. Иногда он начинал бояться, что это все ему снится, что Доен по-прежнему в том доме, что Тэен не может к ним прийти. Однако Доен был постоянно в его комнате, спал рядом, обнимал в ответ, говорил все так же мягко и ненавязчиво, рассказывал какие-нибудь сказки или описывал интересные маленькие страны, о которых мало кто знал. Доен был умен, начитан и эрудирован, ежедневные многочасовые и порой жестокие уроки в публичном доме давали о себе знать. Занятия танцами все еще отзывались в движениях Доена, делая его все таким же изящным, плавным и грациозным, и Тэен всегда восхищался даже его простой походке или тому, как он надевает одежду. Однажды они сидели вместе в гостиной, Доен читал какую-то книгу из домашней библиотеки, а Тэен сидел рядом то глядя на горящий камин, то на Доена. Тут он тихо произносит: - Тебе претит носить кимоно? Доен удивленно отрывается от чтения: - Что? С чего ты взял? - Просто... ты больше не носишь их, и я подумал, что это связано с... Доен прерывает его, мягко улыбнувшись: - Нет, вовсе нет. Просто я так давно не носил такую простую одежду... Но если ты хочешь, то я могу надеть его для тебя. - Ты правда это сделаешь? - Конечно. Это совсем нетрудно, что тебя так удивляет? Тэен выдыхает: - Ничего, просто... Доен откладывает книгу и, подойдя к Тэену, садится на его колени, кладя руки на плечи. Тэен тут же обвивает руками его талию, притягивая ближе к себе. - Прекрати думать о таких вещах. Думаешь, я не подозреваю, что тебя гложет? Тебе кажется, что я все, что касается тебя, делаю через силу? Что ты будто душишь меня? Так ведь, Тэен? Тэен отводит взгляд, потому что Доен был абсолютно во всем прав. Тот обхватывает его лицо руками и заглядывает в глаза: - Это вовсе не так. Все, о чем ты думаешь, сплошная неправда и сомнения. Море сомнений. Веришь мне? Тэен, будто завороженный, тихо отвечает: - Верю. Доен шепчет ему в самые губы: - Ну, так просто отбрось все это. После этих слов Тэен не выдерживает и впивается в мягкие губы Доена, жадно оглаживая его бедра и еще сильнее притягивая к себе. Доен отвечает, приподнимаясь, чтобы навалиться сверху на Тэена и заставить его облокотиться спиной о диван. Поцелуй был жарким и жадным, и оба чувствовали, как нарастает возбуждение, и Тэен резко отрывает Доена от себя, тяжело дыша. Он был взъерошенным, с красными распухшими губами и расширенными зрачками. Тэен выдыхает: - Мне нужно остановиться, потому что... Доен хмуро прерывает его: - "Потому что" что? Тэен почему-то не отвечает, и волна подозрения все сильнее нарастает внутри и, не выдержав, Доен тихо произносит: - Потому что я больше некрасив, да?.. Тэен видит, как Доен изо всех сил сдерживает свои чувства, и уже протягивает к нему руки, как тот отталкивает их и в одно мгновение поднимается на ноги. Тэен встает следом и хватает его за руку: - Нет, постой, все не так, Доен. Ты не о том... - Я не о том подумал? Ты это хочешь мне сказать? Я ведь вижу, Тэен, как иногда ты смотришь на меня, на мое лицо, на мое плечо, когда я переодеваюсь. Давай просто признаем, что я уже не так красив, как раньше. Нет больше той красоты и изящества, что притягивали тебя во мне. Тэен разворачивает его к себе и произносит: - Прекрати, ты знаешь, что это вовсе не так. Пусть твое лицо обожжено, пусть твоя кожа в этих местах уже не такая нежная и ровная, как раньше, но зато есть ты, понимаешь? Для меня это важно. Ты жив и ты со мной. Больше мне ничего не нужно. А то, что я смотрю на тебя так порой... Это печаль из-за того, что тебе пришлось пережить, чтобы выбраться, и сожаление, что это все произошло из-за меня. Ведь если бы я послушал тебя тогда, то ты бы не страдал еще сильнее обычного. Доен вдруг обнимает его за плечи и шепчет: - Прости. Я... не могу смириться с тем, что стал таким, и это все вылилось на тебя. Такого больше не будет. И знай, что я ни о чем не жалею. Тэен лишь крепче обнимает его, утыкаясь носом в его шею. В этот момент мимо гостиной проходит Юно, вернувшийся с работы, и ему хватает даже мгновения, чтобы его сердце вдруг почувствовало укол ревности. Внутри разливается отвратительное раздражение и становится тяжело дышать, но он все же отворачивается и идет дальше, стараясь забыть о том, как Доен нежится в объятиях Тэена. Иной раз Юно думал, что он просто какой-то последний идиот: сам поспешно оттолкнул Доена, сказав, что больше не любит, однако чувствовал к нему непонятную тягу и стремление быть рядом, он каждый раз так жестоко обходился с ним, говоря разные отвратительные вещи, и Юно совершенно не понимает, чего он вообще этим всем добивается. Он как будто физически ощущал постоянное желание быть рядом, надежду поймать хотя бы мимолетный взгляд или случайно промелькнувшую его тень. Доен сейчас находился в другом конце коридора в комнате с Тэеном, наверняка, они спят, крепко обнявшись, и Юно, как самый настоящий мазохист, раз за разом представляет, как Тэен целует Доена, как может прикасаться к нему, как ласкает его, а Доен в ответ улыбается, прогибается в спине, томно вздыхает и просит о большем. В итоге Юно не выдерживает и, выйдя из комнаты, спускается вниз, чтобы выпить воды и перевести дух, однако, проходя мимо гостиной, видит, что там зажжен свет. Он аккуратно заглядывает туда и видит Доена, стоящего перед зеркалом совершенно нагим с шелковым кимоно в руках. Юно оглядывает его совершенную, белую, нежную кожу, и тактильные воспоминания отражаются на кончиках его пальцев, начиная зудеть. Доен стоит напротив зеркала, разглядывая собственное отражение с болью в глазах, Юно четко видит, насколько сильно ему не нравится то, что он видит. Тут Доен немного поворачивается, чтобы разглядеть себя со спины, и тогда Юно видит большой ожог, покрывающий его плечо и часть руки, который еще не совсем зажил. Бурое, уродливое пятно ярко выделяется на его белой коже, и Юно вспоминает, как каждый раз болезненно морщился и вскрикивал Доен, когда он хватал его за это самое плечо. Так вот в чем было дело. Юно становится стыдно за то, что он делал с Доеном каждый раз, причиняя ему боль. Тут Доен разворачивает кимоно, что держал в руках, и изящно надевает его, не опоясываясь. Кимоно так и остается просто висеть на его плечах, прикрывая наполовину наготу и ожог. Доен оглядывает себя с головы до ног, оценивая красоту и качество ткани, и как одежда смотрится на нем. Он мягко проводит по струящемуся шелку и задумчиво улыбается, потому что ему нравится гладкость ткани. Юно не выдерживает и проходит в гостиную, тут же садясь в кресло. Доен оборачивается, поспешно прикрываясь одеждой, и снова опускает стыдливо взгляд. - Что же ты остановился? Я специально зашел, чтобы понаблюдать поближе. - Здесь не на что смотреть. Я просто примерял кимоно. - Да? Минуту назад ты с таким интересом разглядывал свое голое тело в зеркале, так что я не думаю, что дело только в том, что ты просто захотел примерить кимоно. - Не думаю, что это может быть Вам интересно. Мне пора. Он уже хочет уйти, как Юно стремительно поднимается на ноги, загораживая ему путь. - Пропустите. - Не уходи. Доен поднимает на него удивленный взгляд, и Юно, пользуясь его замешательством, вдруг мягко накрывает его губы своими, и Доен тут же отталкивает его. Он испуганно прикрывает губы и спрашивает: - Что Вы делаете? Неужели Вам настолько сильно нравится играть со мной? Юно не отвечает на его вопросы, задавая свой: - Скажи, откуда эти ожоги. Я хочу знать. - С каких пор Вас интересует мое здоровье? - Что случилось? Доен смотрит на него, понимая, что Юно не собирается отступать и, выпрямив спину, тихо произносит: - Хотите знать? Хорошо. Я убил Джонни и поджег то проклятое место вместе с ним. Мне уже было плевать, что со мной будет, я просто хотел, чтобы мои страдания закончились. Однако меня вытащили из огня. Вот так я и получил эти ожоги. Что-то еще интересует? Юно молчит, переваривая информацию, а Доен снова собирается уйти, однако Юно перехватывает его за плечи, разворачивая к себе. На этот раз хватка была слабой, и Доену не было больно. - Почему ты... не попросил о помощи? - О помощи? Вас? Вы себя хоть со стороны видели и слышали, господин Чон? Вы глухи к чужим проблемам и страданиям. Вы не Джехен. Да и... Что бы мне это дало? Еще одну жертву? Еще раз толкнуть кого-то на смерть? Я больше не хочу никаких жертв из-за меня. И страданий тоже не хочу. Мне надоело, и я устал. - Тогда чего ты хочешь? - То, чего я хочу, уже нет. Погибло в ту ночь под пулями и сброшено с горы. Юно пораженно опускает руки, и Доен уходит наверх к Тэену, оставляя его одного.