Ваньнин, надень это

      Чу Ваньнин прикрыла глаза и медленно выдохнула. Никогда больше она не позволит себе пить и соглашаться на спор, тем более пить с Мо Вэйюй и соглашаться на спор с ней же. Она уже миллион раз пожалела о том, что проявила слабость и поддалась на уговоры Вэйюй выпить по бокальчику красного полусладкого, расслабиться после работы. Ей стоило всё-таки не забывать — она старше, мудрее, ей не следует поступать так легкомысленно. И ладно, если бы хоть спор был толковый, а то ведь сущая глупость — сможет ли Чу Ваньнин станцевать для Вэйюй приватный танец.       Конечно, Чу Ваньнин не смогла: она ещё даже не начала толком, а к щекам уже прилил жар, окрасив бледное лицо очаровательным румянцем. Ей оставалось только упасть на колени сидящей перед ней Мо Вэйюй и спрятаться в изгибе её шеи под звонкий смех возлюбленной.       Мало того, что сама суть спора была крайне глупой, так и наказание за проигрыш не лучше нисколько: за несостоявшийся танец Ваньнин должна будет пойти на празднование дня рождения Наньгун Сы в том, что выберет для неё Вэйюй. Неужели Чу Ваньнин, даже будучи слегка захмелевшей, не могла здраво обдумать последствия своих поступков?       Рассуждать об этом уже поздно: спор проигран, а Мо Вэйюй уже стояла перед шкафом и передвигала вешалки, явно представляя себя в модном шоу.       — Ваньнин, — позвала она, вытащив из шкафа какое-то чёрное блестящее платье, — что думаешь насчёт этого?       Повернувшись к кровати, она увидела лежащую на ней Чу Ваньнин с подушкой на лице. Смех сам вырвался из груди, но она быстро взяла себя в руки и серьёзно-обиженным тоном возмутилась:       — Ну же, неужели ты не хочешь взглянуть на свою девушку? Ты вообще любишь меня?       Чу Ваньнин чужие возмущения равнодушно пропустила мимо ушей.       Только Чу Ваньнин забыла, что игнорировать Мо Вэйюй — не самая разумная идея. И когда девушка упала на неё сверху, скинув подушку с её лица, Чу Ваньнин не сдержала болезненный стон и возмущенно посмотрела на возлюбленную.       — Почему ты дуешься на меня, если сама согласилась на спор? — промурлыкала ей на ухо Мо Вэйюй, пальцами перебирая темные волосы любимой учительницы. — Я ведь не принуждала тебя, сокровище моё.       — Просто выбери уже что-нибудь, чтобы мы скорее с этим покончили, — пробормотала Чу Ваньнин, отвернувшись от теплого взгляда девушки. — И слезь с меня наконец.       — Я кое-что придумала, — сказала Вэйюй, хитро улыбнувшись. — Ты пойдешь в моей одежде. Только представь, как все будут удивлены, увидев тебя в этом.       — Вэйюй, — Чу Ваньнин обреченно вздохнула, приняв свое поражение, — меньше болтай, больше делай.       — Как скажешь, любимая, — Вэйюй клюнула поцелуем чужие бледные губы и поднялась с учительницы, отправившись обратно к шкафу.       Чу Ваньнин осталась лежать на кровати и терпеливо ждала, пока Мо Жань прекратит раскидывать вещи по комнате. Мысли о том, что ей предстоит показаться перед бывшими учениками и друзьями в том, что подберёт для неё эта несносная девчонка, уже отошли на второй план, ведь куда важнее то, что они только вчера закончили генеральную уборку, а Вэйюй уже устроила такой бардак, прекрасно зная, как Чу Ваньнин не любит убираться.       Примерно через пятнадцать минут раздалось счастливое 'Выбрала!', и Чу Ваньнин со вздохом повернула голову к шкафу, о чём тут же пожалела.       Мо Вэйюй стояла около кровати, держа в руках короткую чёрную юбку, в которой она часто ходила в университет, не слушая предупреждения преподавателей, и белую блузку с расширенными к низу полупрозрачными рукавами и глубоким вырезом. Чу Ваньнин посмотрела сначала на вещи, затем — на довольное лицо своей девушки, после чего с обречённым стоном уронила голову обратно на подушки.       И пообещала себе набить татуировку с напоминанием никогда больше не пить с Мо Вэйюй. Где-нибудь на лбу, наверное.       — Может, что-то другое? — предложила Чу Ваньнин, жалобно посмотрев на возлюбленную.       — Исключено, — Мо Жань отрицательно помахала головой.       Ваньнин вздохнула снова. Может, если сделать ещё более жалобный вид, Мо Вэйюй всё-таки пощадит её? Она ведь никогда не носила такой открытой одежды, не считая себя достаточно привлекательной для неё. Мо Жань — другое дело, с её внешностью и фигурой она как раз может себе это позволить, но Чу Ваньнин предпочитает то, что максимально скрывает её тело и формы.       — Ваньнин, надень это, — продолжала настаивать Мо Жань, вытянув руки с одеждой вперёд. — Я пока выберу для тебя аксессуары, а потом займемся макияжем.       — Аксессуары? — Чу Ваньнин испуганно посмотрела на девушку, а та в ответ только усмехнулась.       Чу Ваньнин прекрасно знала, какие у неё аксессуары, и ей не хотелось бы надевать их, тем более для встречи с теми, кому ей и в будущем предстоит как-то смотреть в глаза.       Выбора Чу Ваньнин никто не оставил. Нехотя, она поднялась с кровати и принялась раздеваться, чтобы сменить домашние футболку и шорты (кстати, они тоже принадлежат Мо Жань) на выбранную для неё одежду. Смотреть на себя в зеркало страшно, но и тут выбора нет — ей нужно убедиться, что она выглядит хоть немного прилично.       Отражение в зеркале поразительно. Вырез блузки открыл взору острые ключицы и подчеркнул небольшую, но красивую грудь, белая ткань плотно облегала тонкую талию, а рукава чуть прикрыли ладони. Юбка с затянутым на талии поясом очень короткая, даже близко не достающая до привычной ей длины, из-за чего стройные бледные бедра тоже оказались на всеобщем обозрении. Взгляд зацепился за выцветающие любовные метки, и пришлось оттянуть вниз край юбки, но спрятать не удалось всё равно.       Мо Вэйюй наконец отвернулась от комода и посмотрела на Чу Ваньнин, но вопрос 'Ну как тебе?' так и застрял в горле, когда она увидела её. Ей пришлось приложить массу усилий, чтобы побороть желание завалить возлюбленную на кровать и раздеть её, а лучше прямо так, не раздевая, чтобы любоваться её красотой и дальше.       — Ваньнин, — кое-как выдавила из себя Мо Жань и подошла к девушке, отчаянно пытающейся прикрыться руками. — Ваньнин, тебе безумно идёт. Я не понимаю, почему ты не носишь такую одежду, если это выглядит на тебе просто сногсшибательно.       — Я… — Чу Ваньнин опустила голову, спрятав заливший щёки румянец. — Я не думаю, что это так хорошо, как ты говоришь. Моё тело недостаточно хорошо для такой одежды.       — Ты с ума сошла? — Вэйюй нахмурилась и подошла ещё ближе. Она бросила что-то, что достала из комода, на кровать, вместо этого взяв руки Ваньнин в свои. — Как ты смеешь говорить такое о самом красивом человеке на свете? — спросила она, притянув любимую в объятия. — Тем более о том, кого я люблю всем сердцем? Запомни раз и навсегда: нет никого красивее моей дорогой Ваньнин.       — Прекрати, — прошептала Чу Ваньнин, продолжая прятать взгляд.       — А вот и не прекращу, — Мо Жань резко подняла её голову за подбородок и поцеловала. — Ты самая красивая, Ваньнин. Никогда не сомневайся в этом, сокровище моё. Я буду каждый день напоминать тебе об этом, пока ты не начнёшь в это верить.       Чу Ваньнин не ответила, вместо этого прижавшись к возлюбленной, обернув руки вокруг её талии. Мо Вэйюй тихо засмеялась и погладила её по голове, мягко поцеловав в висок.       Потратив ещё минут пять на комплименты любимой учительнице, Вэйюй всё-таки вспомнила о времени и предложила поторопиться. Выпустив Чу Ваньнин из объятий, она взяла с кровати то, на что старшая посмотрела с искренним страхом в глазах.       Но есть ли у Чу Ваньнин выбор? Нет, всё ещё нет. Поэтому она позволила Мо Жань усадить себя на кровать и надеть плотные чёрные чулки (естественно, Мо Жань не упустила возможности расцеловать её ноги на всём пути от пальцев до бёдер, где кончаются чулки), а вслед за ними и немного грубые, чёрные ботинки на небольшом широком каблуке — всё снова из гардероба самой Мо Жань.       — Выглядишь чудесно, — прошептала она, потянувшись к губам Чу Ваньнин, чтобы поцеловать.       Чу Ваньнин ответила на поцелуй, но быстро оттолкнула девушку, надев на лицо маску безразличия, и отправила её одеваться, выпросив разрешение сделать хотя бы макияж самостоятельно.       Пока Чу Ваньнин возилась со стрелками, которые ей никогда не удавались, но на которых настояла Мо Вэйюй, её возлюбленная оказалась уже полностью готова. Если бы Чу Ваньнин не отличалась умением сохранять лицо в любой ситуации, её челюсть уже давно упала бы на пол. Такая же короткая юбка в жёлтую клетку и чёрные гольфы прекрасно подчёркивали её длинные ноги, а прозрачная чёрная водолазка с коротким топом под ней — красивую пышную грудь. От такого кто угодно потерял бы голову, так что нельзя винить Чу Ваньнин.       Когда сборы наконец закончились, Мо Вэйюй столкнулась с новой проблемой. Она как-то не подумала, что убедить Чу Ваньнин одеться в то, что она выберет, будет совсем не так сложно, как убедить её выйти в этом за пределы квартиры. Они потратили пятнадцать минут на спор у входной двери, и в итоге Мо Жань пришлось силой (но очень нежно и аккуратно!) выталкивать учительницу в подъезд, а оттуда — на улицу.       Поскольку Наньгун Сы жил недалеко, Мо Жань настояла на прогулке пешком. Чу Ваньнин знала, что идея плохая, но под умоляющим взглядом и продолжающимся ваньнинваньнинваньнин быстро сдалась. Всю дорогу ей пришлось прятаться от чужих взглядов и оттягивать вниз юбку, надеясь хоть немного прикрыться. Мо Жань пришлось схватить её за руку и переплести пальцы, чтобы не позволять больше трогать одежду.       Если бы только Чу Ваньнин знала, что самое страшное ждёт её впереди!       Наньгун Сы встретил их счастливой улыбкой, которая застыла на его лице, стоило ему увидеть бывшую учительницу в подобном наряде. Он привык к том, что Чу Ваньнин носит закрытые платья, достающие до колен минимум, а если делает макияж, то максимально простой, неприметный. То, что он видел теперь, никак не сходилось с той учительницей, которую он привык видеть. Только пялиться неприлично, тем более на возлюбленную лучшей подруги, поэтому он отвел взгляд и с улыбкой пригласил гостей войти.       Дальше — хуже. Выходящая с кухни Е Ванси встретила их спокойной, легкой улыбкой, словно и не заметив перемен — это Чу Ваньнин нравится в ней больше всего. Однако не все умеют сохранять лицо, как Наньгун Сы и Е Ванси.       Сюэ Мэн вот не умеет. Стоило только Чу Ваньнин появиться в гостиной, как он на ровном месте подавился воздухом и весь залился краской от смущения. Чу Ваньнин неловко сжимала край юбки, пока Мэй Ханьсюэ приводил Сюэ Мэна в чувства, а Мо Вэйюй громко смеялась над братом, даже не подумав позаботиться о своей напуганной и смущенной чужим вниманием возлюбленной.       Вечер превратился в настоящую пытку. Чу Ваньнин не вставала из-за стола без особого на то повода и отказывала Мо Жань в каждом танце, не желая быть в центре внимания в своем наряде. Весь вечер Чу Ваньнин только и делала, что прожигала взглядом дыру в счастливой до безобразия Мо Вэйюй, обещая дома отомстить ей за эти муки, и выпивала бокал за бокалом, забыв о недавно данном себе обещании.       Через пару часов подсел Сюэ Мэн. Сел, соблюдая почтительное расстояние, нервно перебирал пальцы и не смотрел, слишком смущаясь. Мо Жань хоть была и увлечена танцем с Е Ванси, но за Чу Ваньнин следила внимательно, так что брата заметила сразу, но не придала ему внимания, вновь погрузившись в танец.       — Я хочу извиниться, — Сюэ Мэн сказал тихо — не настолько, чтобы не услышать за музыкой, но достаточно, чтобы его слышала только Чу Ваньнин. — Простите за мою реакцию. Я ни в коем случае не хотел задеть вас, вы выглядите просто прекрасно, как и всегда. Я лишь не ожидал, что вы можете прийти в чем-то таком, что обычно носит Мо Жань. Мне жаль, правда, я не хотел.       Сюэ Мэн тараторил быстро, и уже захмелевший мозг Чу Ваньнин едва ли разбирал всё, но суть улавливал.       — Всё хорошо, — сказала она. — Не бери в голову, Цзымин. Я не обижена.       — Правда? — Сюэ Мэн вскинул голову, с надеждой в глазах посмотрев на неё.       Ваньнин кивнула, чуть подняв уголки губ в слабой, едва заметной улыбке.       — Ох, у учителя самое доброе сердце.       Пока Чу Ваньнин искала ответ, Сюэ Мэна оттащил от неё Мэй Ханьсюэ, а освободившееся место ученика тут же заняла Мо Жань. Только она села значительно ближе, коснувшись обнаженного бедра учительницы своим, и собственнически положила руку на её колено, бесстыдно улыбнувшись.       Чу Ваньнин от этой улыбки всегда теряла контроль и хотела Мо Жань всю и сразу, на любой поверхности, как можно дольше, желательно до следующего утра.       — Убери руку, — пустив холода в голос, попросила Чу Ваньнин, не понимая, как ей удалось до сих пор удерживать саму себя. — Кто-нибудь заметит. Вэйюй, убери.       Вопреки своим словам, Чу Ваньнин предприняла ровно ни одной попытки убрать чужую руку. Напротив, получила необъяснимое удовольствие, когда Мо Жань, проигнорировав просьбу, провела теплой ладонью вверх по бедру, остановив руку только под юбкой. Её совершенно бессовестная улыбка становилась ещё бесстыднее, когда она заметила, как Чу Ваньнин закусила губу, сдерживая тихий стон. Мо Жань уверена, он наверняка был бы умоляющим.       К великому облегчению Чу Ваньнин, в квартире было темно, громко играла музыка, все были заняты танцами и разговорами, так что на них никто не обращал никакого внимания.        — Сокровище моё, ты самая красивая, — прошептала Мо Жань на самое ухо. Коротко лизнула раковину, мягко прикусив мочку, и поцеловала — мягко, но чувственно. — Хочу тебя очень сильно, Ваньнин, — призналась она, чуть сильнее сжав пальцы на чужом бедре.       Чу Ваньнин схватила рукой её запястье, резко сведя ноги вместе. Если бы только она знала, что сделает этим лишь хуже, точно бы не поступала столь безрассудно. Мо Жань горячо выдохнула ей на ухо, свободной рукой обняв учительницу за тонкую талию, прижав ближе к себе хрупкое тело.       — Что ты со мной делаешь? — захныкала Мо Жань, прикрыв глаза.       — Ты первая начала эту провокацию, — с трудом собрав остатки уверенности, ответила Чу Ваньнин, отвернув голову от возлюбленной.       — А ты поддержала, хотя обычно резко прерываешь любые попытки, — Мо Жань усмехнулась. — Признай, что ты хочешь тоже.       — Если не замолчишь, — Чу Ваньнин повернула к ней голову, сверкнув недовольством в глазах, — ничего не получишь.       — А если замолчу? — Тихо спросила Вэйюй, освободив руку и уложив её поверх чужих бёдер. — Мы уйдем домой?       Чу Ваньнин вздохнула, осуждающе покачав головой. До чего же Мо Вэйюй бессовестная — как только Чу Ваньнин это допустила?       — Мы не можем уйти только потому, что тебе хочется, — сказала она.       — О, любовь моя, мы как раз можем, — хитро улыбнулась Мо Жань и поцеловала свою девушку в щеку. — И никто нас не остановит, — шепотом добавила она, ещё раз поцеловав.       Чу Ваньнин металась между двух огней: отказать и начать ругаться, чтобы пресечь подобное бесстыдство, или же наплевать на достоинство (какое может быть достоинство рядом с Мо Вэйюй?) и признать, что и самой хочется очень?       Решение ей не дали принять, вдруг выключив музыку и прибавив яркость подсветки. Чу Ваньнин оттолкнула от себя руки Мо Жань, оставив без внимания чужую усмешку.       — Мы хотели прогуляться немного, — с улыбкой сказал Наньгун Сы, обращаясь к Мо Вэйюй и Чу Ваньнин, игнорируя румянец на щеках учительницы. — Вы к нам присоединитесь?       — С удовольствием, — ответила ему Мо Жань, перебив открывшую было рот Чу Ваньнин, и поднялась с дивана.       Чу Ваньнин недовольно посмотрела в спину Мо Вэйюй, нахмурившись, и тоже встала, но отошла в сторону, подальше от девушки. Перемену в их настроении все моментально заметили, но ничего не сказали, предпочитая не ввязываться в чужие дела.       На улицу они вышли раздельно. Мо Жань одной рукой держалась за Е Ванси, другой — за Наньгун Сы, о чем-то весело с ними переговариваясь. Чу Ваньнин с отстраненным выражение лица плелась сзади, скрестив руки на груди, и делала вид, что наслаждается одиночеством.       Одиночество, однако, не длилось долго, к ней снова подошел Сюэ Мэн, отцепившись от братьев Мэй, что тащили его под руки.       — Учитель, всё хорошо? — Заботливо спросил он, встав рядом с Чу Ваньнин.       — Да, всё в порядке, — Чу Ваньнин лишь кивнула, проявлять эмоции не было никакого желания.       — Если она Вас обидела…       — Всё хорошо, — перебила ученика Чу Ваньнин. — Я просто выпила лишнего, но свежий воздух отрезвляет, поэтому всё в порядке. Не волнуйся, Цзымин.       — Хорошо, — Сюэ Мэн кивнул. До чего же послушный ребенок! Этим учеником Чу Ваньнин точно может гордиться.       Сюэ Мэн оставил учительницу в покое и вернулся к Мэй Ханьсюэ. Чу Ваньнин, вновь оставшись одна, только вздохнула.       Прогулка переместилась в парк неподалеку. Их шумная компания тут же привлекла к себе внимание гуляющих с колясками родителей и парочек, что вышли на романтическое свидание, но забыли о них так же быстро, как и заметили.       Одной только Чу Ваньнин кажется, что все взгляды вокруг обращены прямо на неё и полны осуждения. Оттягивая подол юбки, она старалась спрятаться за фигурами Сюэ Мэна и Мэй Ханьсюэ, но чужие взгляды словно приросли к ней, не желая выпускать из своего плена.       Мо Вэйюй хотя и делала вид, что игнорирует свою девушку, обидевшись после недавнего разговора, но сама за ней внимательно следила. То, как Чу Ваньнин страдала, пытаясь прикрыть то ноги, то грудь, она тоже заметила и не могла просто проигнорировать дискомфорт возлюбленной.       Она отпустила Е Ванси и Наньгун Сы, сцепив их руки между собой с хитрой улыбкой, и чуть замедлила шаг, чтобы поровняться с Чу Ваньнин. Та заметила это и специально отвела взгляд.       — Упрямая, — пробормотала Мо Жань, накинув на плечи учительницы свою джинсовую куртку. — А если бы ты согласилась уйти, сейчас мы были бы дома и тебе было бы хорошо, — сказала она, притянув девушку в свои объятия.       Чу Ваньнин промолчала, красноречиво закатив глаза. Теперь, когда декольте было закрыто, она чувствовала себя гораздо лучше и меньше обращала внимание на юбку, сосредоточившись на близости с Мо Вэйюй.       Близость внезапно закончилась. Мо Жань резко убрала от неё руку и куда-то убежала. Чу Ваньнин посмотрела ей вслед, пожав плечами на молчаливые вопросы в глазах остальных. Откуда ей знать, что этой девчонке взбрело в голову на этот раз?       Мо Жань вернулась с довольной улыбкой на всё лицо и пятью палочками с засахаренными фруктами, которые тут же протянула удивленной Чу Ваньнин. Сюэ Мэн, увидев сладость у сестры, не мог позволить себе не выпросить такие же у Мэй Ханьсюэ, а вслед за ними к палатке ушел и Наньгун Сы, пообещав купить парочку и для Е Ванси.       Чу Ваньнин сладости любила, но и скрытые мотивы, стоящие за этим, тоже понимала. Если Мо Жань решила таким образом усыпить её бдительность, у неё ничего не вышло, но Чу Ваньнин, в любом случае, сама готова спрятать в самый дальний угол и бдительность, и ворчливость.       Мо Жань снова обняла Ваньнин за плечи, игнорируя неудобство при ходьбе. Она разговаривала с друзьями, смеялась с ними же, иногда поглядывая на учительницу, но Чу Ваньнин нисколько не чувствовала себя забытой. Она молча ела свои сладости, греясь в объятиях возлюбленной, ей было хорошо и обижаться уже больше не хотелось.       — Вэйюй, — тихо позвала Чу Ваньнин, когда фрукты закончились.       — Хочешь ещё? — Тут же спросила Мо Жань, с улыбкой посмотрев на неё.       — Нет, — Чу Ваньнин покачала головой. — Я хотела сказать… спасибо, — тихо сказала она и коротко поцеловала Мо Жань в щеку.       — Всегда пожалуйста, сокровище моё, — Мо Жань улыбнулась и клюнула поцелуем в губы, смутив возлюбленную, не желавшую выставлять что-то настолько личное на всеобщее обозрение.       К счастью, никто на них не смотрел, так что Чу Ваньнин успокоилась.       Примерно полчаса спустя компания решила возвращаться домой. Мо Жань решила воспользоваться моментом, быстро со всеми попрощалась и, ничего не объяснив, увела Чу Ваньнин в противоположную сторону, к их дому.       Целоваться они начали ещё в лифте. Мо Жань прижала учительницу к зеркалу, руками провела по её бедрам и наслаждалась фруктовой сладостью податливых губ. Когда дверь лифта открылась, Мо Жань вывела их в подъезд, не разрывая поцелуй, и повела к квартире, на ходу пытаясь достать ключи из своей куртки на плечах Чу Ваньнин.       С трудом открыв, а потом и закрыв входную дверь, Мо Жань прижала Чу Ваньнин к стене, скинув куртку на пол, и запустила руки под её юбку, нежно сжав пальцами ягодицы. Губы двинулись ниже, к тонкой шее и острым ключицам, открывшимся из-за съехавшей с левого плеча блузки.       Чу Ваньнин судорожно выдохнула, зарывшись пальцами в волосы Мо Жань, тихо застонала, когда она прикусила нежную кожу, и пробормотала негромкое 'зверёныш', в зеркале напротив увидев оставшийся на ключице след зубов.       — Ваньнин, — позвала Вэйюй, подняв взгляд на возлюбленную, — можешь одеваться так для меня почаще?       Чу Ваньнин, услышав просьбу, рассмеялась. Мо Жань обиженно надула губы и укусила её за кончик носа, вызвав смех ещё громче.       — Ваньнин, — захныкала девушка, уронив голову на плечо учительницы, — хватит надо мной смеяться, я обижусь.       — Прости, — сквозь смех выдавила из себя Чу Ваньнин, обняв в ответ и легко поцеловав в макушку. — Просто это не то, что я планировала услышать в такой ситуации.       — А что ты планировала услышать? — Мо Жань подняла голову, заглянув ей в в глаза. — Разве не то, что ты до безумия красива и я едва могу держать себя в руках рядом с тобой? Что я в восторге от того, как хорошо тебе в моей одежде? Что ты хотела услышать, Ваньнин?       — Дай подумать, — Чу Ваньнин подняла взгляд к потолку, приняв задумчивый вид. — Скажи, что любишь меня? — Через несколько секунд попросила она, снова взглянув на девушку.       Мо Жань широко улыбнулась и мягко поцеловала Чу Ваньнин, крепко обняв за талию.       — Я тебя люблю, — сказала она, лишь на пару сантиметров отстранившись от лица своей Ваньнин. — Я очень сильно тебя люблю, моё сокровище.       Чу Ваньнин улыбнулась в ответ и утянула Мо Жань в новый поцелуй, медленно уводя их в ванную комнату.       Этого поцелуя для Мо Вэйюй вполне достаточно, чтобы понять: Чу Ваньнин любит тоже.