September, 2015

Несмотря на возраст, Минерва влетела в класс ЗоТИ, как разъяренная мантикора. — Бог мой, что здесь происходит?! — с ужасом глядя на связанных по рукам и ногам студентов, взволнованно вопросила она; почти каждый, лежа на полу, — кто где, — испуганно мычал в кляп и дергался, пытаясь освободиться. Их преподаватель, француз Флебиус Фонтейн, метался меж парт, явно не зная, что предпринять. Повсюду царил откровенный хаос. Откуда-то с потолка сыпались листы пергамента. — Ф... Флебиус! Что все это значит?! — Я понятия не имею, директор! Я показывал им связывающие заклятия, и вдруг что-то пошло не так! — паниковал мужчина, подбежав к МакГонагалл. — Умоляю, простите! — Finite Emancipare! — взмахнув палочкой, тут же выкрикнула Минерва, и дети наконец избавились от пут. — ...Надеюсь, все целы. Никто не пострадал? Ученики изумленно, но отрицательно закачали головами, помогая друг другу подняться. — Урок окончен. Вы можете вернуться в гостиные своих факультетов, — уже более спокойно объявила волшебница. — А Вы, мистер Фонтейн! — она резко повернулась к учителю, и он напряженно вздрогнул, едва не выронив палочку. — Прошу за мной. Лишь переступив порог своего кабинета, Минерва недовольно воскликнула: — Это зашло слишком далеко, Флебиус! Уже пятый инцидент за эту неделю. Вы подвергаете учеников опасности вместо того, чтобы обучать их защите. Почти каждое Ваше занятие оканчивается настоящей катастрофой! Скоро в Хогвартс начнут прибывать совы от возмущенных родителей. Мужчина выглядел безмерно расстроенным, но не возражал; молча слушал, понурив голову. — Признаться, я крайне удивлена тому, что, — при всем своем опыте, — Вы оказались не способны преподавать в школе, — продолжала директор. — Мне жаль, но с этого момента я просто не вправе допускать Вас к работе... — Флебиус почти умоляюще посмотрел на нее, однако она была непреклонна. — Боюсь, Вам придется снять с себя полномочия, мистер Фонтейн.

***

И хотя должность преподавателя Защиты от Темных Искусств уже давно не слыла проклятой, найти кого-то, кто продержался бы на ней свыше двух лет, — или, о Мерлин, недели! — представлялось невозможным. И Минерва откровенно устала: она вновь и вновь перелистывала списки потенциальных горе-кандидатов, не имея ни малейшего понятия относительно того, на ком остановить свой выбор на этот раз. — Однажды это сведет меня с ума, Альбус, — произнесла пожилая чародейка утомленно, коротко глянув на портрет бывшего директора. И тут ей в голову пришла весьма необычная идея. — И впрямь... Поттер. Почему нет. Недолго думая, Минерва взялась за письмо.

***

Прошло около двух дней с того момента, как МакГонагалл отправила сову Поттеру, но ответа не последовало. Несколько переживая, женщина твердо решила, что он не пожелал променять министерское кресло, — как когда-то, напротив, сделала она, — на школьный класс, и потому была вынуждена возобновить безрезультатные поиски кандидатуры на должность преподавателя, которые не терпели отлагательств. Она не осуждала своего бывшего ученика. Скорее наоборот. Понимала его выбор. В конце концов, с Хогвартсом у многих, — особенно у Гарри Поттера, — связаны далеко не самые светлые воспоминания, несмотря на то, что события прошлых лет принесли магическому миру победу над Волдемортом. Столько трагедий произошло в этих стенах, что порой и сама Минерва едва удерживалась украдкой от слез... В отличие от всеобщего мнения, время не лечит: оно лишь притупляет боль и учит с нею сосуществовать. Между тем МакГонагалл, как директору, пришлось взять на себя ответственность за проведение занятий по Защите от Темных Искусств, чтобы минимизировать отставание курсов по программе: после никудышных уроков Флебиуса дети фактически не знали ровным счетом ничего. — Скажите мне, что нам известно о вампирах? — обратилась колдунья к студентам третьего курса, медленно перемещаясь по просторному кабинету. — Это упыри, профессор, — не слишком охотно вызвался ответить Джонатан Хьюз с Хаффлпаффа. — Относятся к классу нежити. Они ведут ночной образ жизни, питаются кровью людей и могут насылать кошмары... — Отлично. Еще? — Говорят, что некоторые умеют обращаться в летучих мышей! — спешно дополнил темноволосый когтевранец по имени Лэсли Тримбл, явно довольный собственными познаниями. МакГонагалл остановилась и внимательно посмотрела на толпу учеников поверх своих квадратных очков. — Это все, чему мистер Фонтейн успел научить третий курс? Немыслимо, — прокомментировала она в привычной сдержанной манере. — И, разумеется, никто из вас не счел необходимым самостоятельно заполнить пробелы в полученных знаниях... Быть может, в Хогвартсе закрыта библиотека? Или ваши учебники вдруг оказались... Заколдованы и, как следствие, нечитаемы? Что Вы скажете касаемо этого, мистер Тримбл? — Минерва вопросительно глянула на стушевавшегося юношу и неодобрительно покачала головой. — Защита от Темных Искусств — одна из важнейших практик, которые вам предстоит здесь освоить. И столь недопустимой безответственности я не припомню еще со времен Гилдероя Локхарта. Просто вопиющее безобразие! Волшебница взмахом палочки развернула школьную доску. — На сегодняшнем занятии я покажу вам, как действовать при столкновении с разъяренным вампиром. К следующему уроку вы подготовите развернутый конспект на тему того, какими бывают вампиры и как их распознать. Я уверена, что с этим вы вполне успешно справитесь и без повторного разъяснения. А сейчас попрошу внимания, — директор магией вывела первую формулу, демонстрируя ее. — Начнем с оборонительных заклинаний: Scutumsolis — «солнечный щит».