Слава победителям

Вашингтон, США 23:45       Маршалл точно знала, что она искала сегодня, поэтому даже надеялась на более легкую работу, чем обычно. Рейнхарт редко выходила куда-либо в коротких юбках или платьях, иначе бы озабоченные мужчины восприняли это по-своему. Но девушка во всем могла находить плюсы, и именно поэтому одевалась в, как можно более, открытую одежду ближе к вечеру. Она не считала, что таким образом девушки сами напрашиваются на внимание мужчин, но раз получалось так, что те велись на ее красивую фигуру и милое личико, она была не против. Она слушала песню в наушниках, название которой не помнила, и проходилась мимо своего дома, пока вдруг не почувствовала руку на своей заднице. Маршалл хотелось ударить наглеца как можно скорее, но она лишь остановилась, сняла один наушник и как можно растеряннее и милее оглянулась на парня позади. Она сразу почувствовала по характерному запаху, что тот выпил, и сдержалась, чтобы не поморщиться.       — Ой, извини, — парень мерзко рассмеялся, от чего желание Маршалл вспороть ему живот усилилось, но не прямо же на улице. — как неловко.       Повезло, что Марк согласился уйти сегодня из квартиры ночевать к Коди. Она всегда так делала, потому что хотела играть роль совсем одинокой девушки, что ждала романтики, но получала лишь парней на одну ночь, после чего прощалась с ними на утро. Было лишь одно но. Парни никогда не уходили от нее живыми, да и Рейнхарт не особо хотелось заниматься сексом с такими мерзкими личностями, что считали, что имеют право лапать девушек.       — И правда, — Маршалл обаятельно улыбнулась пареньку, убирая наушники в карман лёгкой куртки. — Вы что-то хотели?       — Да, — парень тут же положил руку на плечо девушки, что была несколько выше, чем он сам. — Ночь с такой красоткой.       Как будто Рейнхарт была похожа на проститутку, чтобы такое ей говорить. Но нужно быть милой и застенчивой девушкой, чтобы такие идиоты велись и сами заходили к ней в квартиру. Парням же нравятся хорошие девочки?       — Для начала было бы неплохо познакомиться, — она подмигнула, поправив короткую юбку. — у меня дома.       Глаза мужчины расширились, он сглотнул и тут же улыбнулся. Маршалл взяла его за руку, ведя в последнее место, где этот мужчина побывает перед смертью.       — Я Джон Грей, — парень чмокнул улыбающуюся Рейнхарт в щеку, от чего она хихикнула.       — Стелла Адамс, — соврала ему девушка, ведя в свой подъезд, и поднимаясь с ним за руку на третий этаж. — Сколько вам лет?       Они остановились возле двери в квартиру, и парень трогал задницу Маршалл, пока она открывала дверь. Она игнорировала все, что он делал, ведь знала, что через пару минут этот парень будет стонать от боли. В лучшем случае.       — Тридцать три, — Джон шлёпнул Рейнхарт, что тут же дернулась, и открыла дверь с самой милейшей улыбочкой, которую только могла выдавить, впуская его первого.       — Мне двадцать три, — опять соврала Рейнхарт, закрывая за собой дверь, когда вошла, и тут же сняла крутку.       Теперь мужчина мог разглядеть ее полностью: в короткой юбке и в кофточке с открытыми плечами. Маршалл тут же полезла целопоявилась как можно мягче. Тот сразу же начал отвечать на поцелуй, трогая ее грудь, от чего она поморщилась. Она сделала пару шагов в коридор, ближе к своей комнате и, открыв дверь, и отстранившись, села на кровать. Джон тут же набросился на нее сверху, но Маршалл ловко поменялась с ним местами, оказываясь сверху.       — Скажите что-нибудь грубое, — прошептала девушка в очках ему на ухо, убирая одну руку за спину, пытаясь нащупать какой-то предмет, который находился между кофтой и юбкой.       — Ты шлюха, — мужчина улыбнулся, а Рейнхарт улыбнулась своей безумной улыбкой в ответ.       Больше она не улыбалась мило. Больше не было того застенчивого взгляда. Она сняла с него свитер, трогая его живот, и оставляя след красной губной помады прямо над пупком. Рейнхарт не торопясь расстегнула ширинку, приспуская джинсы Джона вниз. Вытащив нож из-за спины, и встретившись с пьяным расфокусированным взглядом мужчины, она вонзила нож в центр груди и провела им до лобка. Кажется, Грей даже не понял, что произошло, но Маршалл засмеялась прямо ему в лицо и, хватая его за подбородок, просунула другую руку ему в живот, где начала перебирать органы. Даже демонстративно достала какой-то из них и покрутила перед глазами шокированного мужчины. В тот же миг Рейнхарт продлила разрез до шеи. Мужчина попытался что-то сказать, но получилось только выплевывать собственную кровь. Маршалл же погрузила свои руки в его живот до локтей, буквально обнимая его изнутри. Она странно улыбалась и поцеловала мужчину в лоб.       — Пошел нахуй, ебаный мусор, — улыбка ушла с ее лица, она вскочила с него и начала рассматривать то, что лежало у нее на кровати.       Ее лицо скривилось в отвращении. Выйдя из команды, она свернула направо, где тут же столкнулась со стеной. Но в миг поднявшись на цыпочки, она нашла какое-то отверстие в стене. Из-за нажатия на какую-то кнопку кусок стены отодвинулся как дверь и теперь перед ней появилась белая дверь. Она нашла ключ от нее под полом возле той же стены и, открыв ее, зашла в холодное и полностью белое помещение. Там стояли холодильники, полки и большой хирургический стол. Маршалл не составило труда выкатить его в коридор, а затем и к себе в комнату, после чего разместить на нем мужчину. Закатив стол обратно, в ту же тайную комнату, она отошла к себе, чтобы переодеться. Сняв с себя неудобную кофту и юбку, она нашла в шкафу свои любимые рубашку и брюки. Натянув их на себя, и даже не до конца застегивая рубашку, она направилась обратно в другую комнату. Там была довольно низкая температура, из-за чего Рейнхарт немного замёрзла, но не обратила на холод особого внимания.       — Ахаха! Тупой еблан, — внезапно она рассмеялась, тыкая пальцем в труп, и прикрыла рот рукой, пытаясь успокоится. — Как можно быть таким тупым? Ее приступ смеха не прекращался, и Рейнхарт несколько раз изо всех сил ударила себя по плечу, чтобы успокоиться. «Некогда ржать с долбоебов, дорогая», сказала себе девушка, смотря на органы мужчины. Вытащив печень, она тут же ее выкинула на пол. Лёгкие же рассматривала с большим интересом и оставила на соседнем столе. Поняв, что так работать неудобно, она принялась полностью раздевать его. Сначала сняла джинсы, затем боксеры и носки. Смотреть особо не на что было. Обычный мужчина. Были и более противные в ее жизни экспонаты. Запустив руки, в ещё теплые органы, Маршалл чуть не замурчала от удовольствия. В какой-то момент, она начала просто ломать ему некоторые пальцы от скуки, совершенно отвлекаясь от органов, которые хотела достать. Было что-то в этом успокающее. Треск костей и пустой взгляд очередного придурка, что повелся на красивое лицо. Ей было ни капельки не жалко подобных людей или точнее животных, что следуют инстинктам, нежели здравому смыслу. Она снова занялась делом, вытаскивая органы мужчины, и кладя на стол рядом. К сожалению, в этот раз она не соблюдала придуманные ей же правила и вместо того, чтобы аккуратно убить мужчину, прикончила его прямо на кровати и запачкала постельное белье, а также пол. Обычно она работала в перчатках, но ее руки так давно не касались крови, и от этого было так приятно, что она даже облизала палец и поморщилась от вкуса красной жидкости. Когда же более-менее важные органы были вытащены из мужчины, она начала разделывать его на кусочки. Перед этим она положила несколько черных пакетов уже на другой стол. Первым в пакет направилось предплечье мужчины, затем и само плечо. Дальше последовала другая рука. Когда же голова также стала отдельным от всего тела предметом, Маршалл покрутила ее в руках и кинула в пакет. Следующие конечности также были раскинуты в пакеты. После всего проделанного ей, Рейнхарт направилась в ванну, чтобы смыть с себя всю кровь. Повезло, что она запачкала только руки и немного лицо, а не как в некоторых случаях бывает, что вся она была в крови. Посмотрев время в телефоне, она заметила, что прошло уже два часа, а соответственно было два часа ночи. Одевшись более незаметно, и напялив сверху большую длинную крутку, девушка вышла с пакетами на улицу. Выйдя, она осмотрелась по сторонам и пошла к своей машине. Пихнув пакеты на соседнее сиденье, Маршалл поехала куда-то, сама не зная куда. Для неё не было не главным спрятать остатки мужчины, а даже наоборот, она была заинтересована в том, чтобы его нашли как можно быстрее, но старалась оставлять все подальше от дома. Спустя минут десять она просто выкинула пакет к случайному дому, а второй в мусорный бак возле того же дома. Ей было плевать, что ее заметят, так как она предварительно сняла номера, а на ней был капюшон. Сев обратно, она поехала домой и улыбалась, глядя на дорогу. 02.12.2020 7:40       Маршалл даже не удалось поспать перед работой, так как всю ночь она была в ожидании, когда же обнаружат ее ночные проделки. Вот теперь они с Марком и Коулом ехали на вызов. Рейнхарт уже заранее знала, где они будут стоять и выяснять, что же случилось. Но за рулём, увы, была не она, а темненький паренёк, что тревожно смотрел на Марка, когда они встретились. Для Рейнхарт оставалось загадкой, что же происходило постоянно между этими двумя, и девушка считала, что Андерсон уже достаточно заигрался с мальчиком, и пора бы уже его прикончить. Но сам Марк настаивал на том, чтобы не трогать Марча ни в коем случае. Маршалл не понимала, откуда у Андерсона такое стремление сохранить этому парнише жизнь, хотя он был милым, да и Марк обычно своих жертв убивал сразу. Так что, видимо, Коул будет жить ещё долго. Ее сердце было готово выпрыгнуть из груди от адреналина и предвкушения. Но ее быстро настигло разочарование, когда вдруг машина остановилась совершенно ни у того места, которого она ожидала. Когда же детективы вышли из машины, Рейнхарт заметила стоящего рядом с мусорным баком Руди и его коллегу Альберту. Маршалл недоумевала, что они делают здесь, когда остатки трупа, которого она не попыталась даже спрятать, были совершенно в другом месте. Рядом был похожий дом, возле которого Маршалл выбросила труп, но эта была не та улица и всё ещё не тот дом. Таких похожих домиков в Вашингтоне были сотни, но тот самый она бы узнала сразу, даже несмотря на то, что была рядом с ним ночью. Взглянув под ноги Шварц, Маршалл увидела какой-то черный пакет, с очевидно чем, лежащим внутри. Рейнхарт поняла, что что-то тут не так и заглянула в мусорный бак, где ей в глаза бросилась женская голова.       — Это что такое? — вдруг резко спросила девушка в очках, смотря на Берту и Рудольфа, что промолчали, решив не отвечать ей.       — Наш убийца решил снова объявиться? — Руди хмыкнул, складывая руки на груди, и глядя на всех детективов поочередно.        Маршалл быстро перевела взгляд на Марка, который вопросительно выгнул бровь. Рейнхарт невесело усмехнулась, ставя руки по бокам, и внезапно пиная мусорный бак, от чего все присутствующие посмотрели на нее. Девушка была в гневе, так как сразу поняла, что это был подражатель. Она сама никого бы не смогла убить с такой неуклюжестью. По крайней мере, она сделала вывод об отрезанной голове в мусорном баке. Она хотела как можно быстрее найти ублюдка, который решил подделать это, и расправиться с ним насколько жёстко, насколько могла бы. В ее голове уже начали всплывать образы, как она отрезает этому мудаку по пальцу, мучает его каждый день, оставляя в живых минимум на месяц. Рейнхарт рассмеялась, когда поняла, как странно она выглядит, и схватилась за голову, пиная мешок с останками человека. Внезапно кто-то резко схватил ее за локоть и дал сильную пощечину. Перед ней стояла Шварц, что недовольно скривилась, держа ее.       — Если тебе плохо, — начала кареглазая девушка, отпуская Маршалл. — Сходи, блять, прямо сейчас к врачу. Отправляйся в участок и иди.       Она оттолкнула Рейнхарт в бок, ставя мусорный бак обратно на место. Руди вдруг начал говорить, что убийца в этот раз отличился неуклюжестью и особой жестокостью. Рейнхарт резко посмотрела на него, падая на землю, и начав кататься по земле, от чего все снова уставились на нее.       — Это подражатель! — она почти что выла, хватаясь за траву, и стуча по ней кулаками, — Какие вы все тупые!       Рейнхарт взглянула наверх на детективов и буквально была готова вцепиться в каждого из них и разорвать им лица голыми руками. Она ненавидела их из-за того, какими глупыми и далёким от нее они были. Все вокруг нее казались глупыми, неотёсанными и их интеллект был настолько мал для Маршалл. Будь она более могущественным существом, чем человек, вроде какого-нибудь бога, она бы оставила в живых на этой планете только себе подобных людей. Никаких Марков, Андерсонов, никаких Ричардов, никаких Люков. Только Маршаллы. Если бы у неё была сестра-близнец, как у этой Анны. Рейнхарт никогда не отрицала того, что она нарциссичная личность и любила смотреть на себя в зеркало. Нарциссичность, естественно, не заключалась в смотрении на себя в зеркало и подобных вещах. Иногда и Марк подвисал, пялясь на себя в зеркало по нескольку минут. Правда, вряд-ли он восхищался собой, пусть и выглядел, как эгоистичный и самовлюблённый придурок. Маршалл так было жалко, что она не может встретить свою копию в жизни, и ей не с кем было поговорить о том, как иногда приятно убивать всяких мерзавцев. Один раз она пыталась об этом поговорить с Люком, но тот лишь закатил глаза и сказал, что ему не интересно обсуждать это с Маршалл. Наверно, ему приятнее говорить о всякой хуйне с Ричардом? Они же такие хорошие друзья? Почему все считали Маршалл глупой девушкой, которая ничего не может? Она никогда не пыталась выставить себя такой в чужих глазах. Как жаль, что она не могла найти такую же, как она, Маршалл Рейнхарт, и жить с ней, проводить самые лучшие мгновения жизни, убивать самых мерзких людей. Иногда ей казалось, что она сходит с ума, но, вспоминая, насколько люди бывают ничтожными, пытаясь выставить себя лучше, чем остальные, она поняла, что сама является особой персоной. Такие люди сходят с ума, постоянно думая о мнении других. Лицемеры и просто твари. Она всем сердцем ненавидела людей, похожих на Джорджа, что пытались выставить себя королём мира, при этом являясь полным ничтожеством. Отличие Маршалл от таких ублюдков было в том, что она могла принимать свои ошибки, пусть и болезненно, понимать, что такая, как она, может быть не правой. Зато она точно знала, что отличается от таких людей, как все. Ненавидеть людей с низкой самооценкой было для Рейнхарт словно унижением. Кто ещё больше может ненавидеть их, если не они сами? Жизнь посмеялась над такими лузерами сама, и ещё больше гнобить их было бессмысленно. Она тут же вспомнила Марка и каким ничтожным тот бывает. Как ей весело смотреть на то, как он перерезает себе вены уже не первый раз. Если он так хочет убить себя, почему бы сразу не сделать это? Но Маршалл молчала, так как знала, что такой придурок, как он, наверняка воспримет это как вызов. Андерсон был таким жалким, при этом пытался выглядеть в чужих глазах крутым? Рейнхарт засмеялась, прикрывая лицо, и прокатываясь по земле. Она схватила черный пакет, что был на земле, и обняла его со всей силы, чувствуя, как конечности внутри впиваются не очень удобным образом ей в тело. У нее даже не было достойных соперников, как раньше было с Донной. Кажется, она даже расстроилась, что больше никогда не сможет встретиться с Мун. Она была той, что постоянно обращала внимание на Рейнхарт и так мило злилась. Маршалл было бы интересно, что если бы такая правильная, и вечно чтившая закон Мун, вдруг бы убила человека. Рейнхарт ахнула от своих фантазий. И какой бы могла быть Донна, будь жива. Как жаль. Маршалл правда стало жаль ее, от чего она лишь сильнее прижала пакет.       — Это подражатель, — прошептала Рейнхарт, вцепившись зубами в пакет, и разгрызая плоть внутри. — Она убивает не так! Она убивает лучше!       Девушка резко вскочила, смотря на шокированных коллег. И только Марк не был особо удивлен реакции девушки. «Он все понял» поняла она по взгляду Андерсона. Все остальные просто пялились на нее.       — Наверно Маршалл права на счёт подражателя, — внезапно сказал Марк, от чего все перевели взгляд на него.       — Марк? — Коул невнятно пробубнил, и хотел было продолжить свою мысль, но резко замолчал.       Маршалл вздыхала приятный свежий запах. Ну, почти свежий, если не считать запаха, исходившего от того же пакета с останками человеческих конечностей.

***

      Люк ненавидел Ричарда всей своей душой, а особенно, когда они решили выпить вместе. После некоторого количества алкоголя они вдруг по волшебству становились лучшими друзьями. Стоило им допить вино, как один из них, а Люк уже не помнил, кто именно, вспомнил, что у Ричарда есть коньяк. Они даже напугали Мелиссу, пришедшую с работы, своей дружелюбностью, тем, что обнимались друг с другом, и говорили, как ценят друг друга. Даже свалились вместе на пол возле ее ног, не прекращая обниматься. Койл даже помнил, как противно чмокнул Отто в щеку, от чего он сильно покраснел, и сказал, что так делать нельзя. Потом повел его в свою комнату и хотел было открыть нижний ящик шкафа, но Мелисса сказала, чтобы он не делал этого, потому что потом пожалеет. Люк совершенно не понимал в чем дело, но внимания не обратил на это. Они с Ричардом даже разбили какую-то статуэтку, когда проходили по его дому, и так смеялись с этого. Койл все-таки не любил алкоголь, хотя бы поэтому. Потом Ричард проводил его в свой спортзал, на котором настояла Мелисса. Она была такой спортивной, что Ричу тоже приходилось заниматься. Но он, вроде как, был даже рад этому. Но вот Люк бы ни за что не хотел заниматься спортом. Кому оно надо? Отто показал, как бегать на беговой дорожке, пока не свалился с нее, от чего Койл рассмеялся, а потом помог ему встать. Ричард покричал на него из-за того, что тот смеялся, и попытался его укусить. Затем Люк тоже попробовал побегать, но Ричард специально прибавлял скорость и блондин чуть не упал. Отто в последний момент схватил его за руку, не давая упасть, и повел прочь из этого спортивного зала. Ричард буквально заставил подняться Люка на крышу, где они «очень романтично» встречали рассвет. Потом Отто чуть не свалился с крыши. Наверно, давно никто из них так не напивался, и теперь они запомнят это, чтобы не повторять такое в ближайшее время. Потом они ворвались в спальню Лизы, что смотрела сериал вечером, и капали ей на уши всякой ерундой. Затем Ричард рассказывал, какой Койл на самом деле хороший человек, и не стоит это скрывать за агрессией. Но потом блондин чуть не ударил его. Ричард предложил ему приготовить ужин мечты и начал смешивать все продукты подряд из холодильника. Люку даже понравилось. А потом Ричард сказал, что это грибная паста специально для него. Они долго обнимались после этого, пока Отто просто не уснул. Койл, будучи очень порядочным человеком, отнес его с спальню, а сам случайно уснул на полу возле кровати. Его пробуждение началось с того, что Ричард наступил на него, как на какого-нибудь кота, а Люк в свою очередь громко завизжал. Отто даже упал обратно на кровать, забираясь на нее с ногами. Он выглядывал с опаской на Луку, что пытался протереть глаза от яркого света в комнате, а потом внезапно вспомнил, кто тот такой — Люк, и удивлённо захлопал глазами. Ричард ткнул пальцем в щеку Койла, что тут же недовольно на него посмотрел, а затем ещё и ещё, как будто бы он увидел необычное животное в зоопарке. Их утро было очень странным, хотя бы потому, что ещё не совсем отойдя от алкоголя, Ричард позвонил Марку и начал говорить ему, какой он придурок. Люк же буквально мурчал под ухом у Отто, что ругался по телефону с Андерсоном. Потом Ричард попытался завернуть Люка в ковер, но тот сопротивлялся, и в итоге они оба спустились на первый этаж, где Мелисса удивленно спросила, почему они оба не на работе.              Теперь же Люк сидел на работе и пытался справится с головной болью, пока студенты наконец-то замолчали и ожидали, когда он продолжит говорить. Он усвоил урок и теперь никогда не будет пить с Ричардом. Больше всего было мерзко от того, как именно они проводили время вместе. От Джоан было несколько пропущенных, и Люк уже знал, что как только он придет домой, на него тут же обрушиться гнев девушки. Койл с завистью подумал о том, что Ричарду никто капать на мозги не будет. Вообще-то Кинг можно было понять, она же девушка Люка и волнуется за него. А вот Мелисса была более спокойной и прогрессивной. Как-то она сказала, что не против, чтобы Ричард уходил из дома хоть на неделю, если так нужно. Койл удивлялся спокойствию этой женщины, ведь она могла сорваться на Лизу, на Люка, но не на Ричарда. Люк не мог понять, почему за несколько лет брака они почти ни разу не ссорились.        Койл тут же вспомнил, как его семья когда-то давно капала ему на мозг тем, чтобы он побыстрее женился. Его брат уже был в браке и даже имел сына, и сестра также вышла замуж. Только Лука оставался без брака. Но это только пока что. Хотя он не хотел бы женится, в самом деле, ведь это бы означало конец его жизни. Блондин даже не понимал, на что он надеялся. Будто бы встретит другую любовь своей жизни и женится на ней, а не на Джоан. По крайней мере, он не хотел становится вторым Ричардом Отто с женой, дочерью и бытовыми проблемами. Это не значит, что у Люка их не было, просто ему не хотелось детей. Хотя, когда девушка спрашивала его, кого бы он хотел больше, мальчика или девочку, Люк незамедлительно ответил бы: девочку. Наверно, он вспоминал свое детство. А может дело вовсе не в этом. По крайней мере, он считал многих девушек умнее мужчин. Взять ту же Лизу, что была вундеркиндом, и наверно, она знала в некоторых вещах побольше, чем Люк. Странно, но он хорошо относился к ней, когда она была совсем маленькая. Как будто бы она его собственная дочь. Какое-то время они с Лизой не виделись, и она его частично забыла. У маленьких детей не такая уж и хорошая память. Или это просто Койл за всю прожитую жизнь уже забыл половину всего. Но теперь непонятное чувство вдруг снова вернулось к нему. Каждый раз, когда он видел Элизабет, хотелось потакать каждой ее прихоти и делать все, что она скажет. Без переборов, конечно, но ему нравилось смотреть на эмоции маленькой Отто. Хотя бы потому, что она была копией своих родителей. Ну да, а кого же ещё, если не их? Мелисса и Ричард были очень похожи внешне, как будто бы это один и тот же человек, только разного пола. Единственное — их цвет глаз был разным, а нос, губы и все остальное было идентичным. На счёт их тел он не знал, но Мелисса хрупкой не казалась никогда, тем более, что она много занималась спортом вместе с Ричардом. Да и Люк не был любителем заглядываться на тело Ричарда, хотя он и был красавчиком. Койл никогда, конечно, вслух не говорил такого, но отрицать то, что Отто был симпатичным, он не мог.       Он начал вспоминать свое детство, когда он жил в большом одноэтажном доме, и его отец был фермером. Он вспомнил, что у них было несколько разных животных, но в дом можно было впустить только кота. Изначально задача кота была ловить мышей, но потом он стал любимцем детей, которые обожали кормить его различной пищей, которая не была съедобной для кошки. Особенно его сестра Хелен, что была младше его на четыре года. У них также была лошадь, на которой они иногда даже могли ездить верхом, но Люк всегда боялся, поэтому он просто наблюдал, как его сестра и брат ездят верхом под присмотром отца. Его мать не была строгой, как у Марка, например. Насколько он знал, его мать и мать Коди были настоящими монстрами. Но вот с отцом у них была совершенно разная ситуация. Коди никогда не знал своего отца. Марк не был любителем с ним общаться, но знал, что он хороший и добрый. Отец Ричарда был любящим и заботливым. А вот Люку повезло меньше всех. Кристиан, отец Люка, не был ужасным человеком. Но вот его подход к воспитанию сыновей был ужасным. Вот от кого Койл унаследовал лютую ненависть к геям и все, что с ними связано. Кристиан был ярым гомофобом, который не упускал возможность высказаться и облить их грязью. До поры до времени Лука не обращал внимания на высказывания отца, но затем он переключил внимание на него и постоянно повторял, что если бы Люк вдруг оказался геем, то он бы убил его. Самого Люка это никогда не задевало и ему было плевать, ведь он же не гей. Но случилось так, что его младшая сестра решила пошутить во время того, как вся семья ужинала и назвала Люка геем. Ему лет тринадцать наверно было и отец тут же позвал его в другую комнату поговорить, где и избил. Хелен долго извинялась перед Люком за то, что глупо пошутила и просила папу так больше не делать, из-за чего тот чуть и ее не ударил. Но мать Люка заступилась за дочь. Сама Виктория была из Украины и поэтому иногда на лето Люк прилетал к ней на Родину к своим другим родственникам. Некоторые говорили на украинском, некоторые на русском. Койл знал украинский довольно неплохо, в отличии от русского, который, как он не старался, выучить не смог. Он и его мать были единственными в семье, кто знал украинский, и сам Люк больше тянулся к своим украинском родственникам, чем к американцам. В общем, жил он в довольно гомофобной семье, которая утверждала, что он должен как можно быстрее найти жену, чтобы продолжить их род. Но Люк передал эту задачу своему брату и сестре, так как ему самому было явно не до семьи.       Вдруг у него зазвонил телефон, и он отвлекся от мыслей, которые казалось было длились вечность. Взяв трубку, он услышал голос Ричарда, что просил его после работы зайти к нему. Но Люк лишь начал ругаться на него. Пусть он вообще никогда не хотел говорить Ричарду столь грубых слов, но так выходило, что из раза в раз он оскорблял его. После это вошло в привычку, и теперь уже несколько лет подряд он не мог не оскорблять Отто. В этот раз Ричард также ответил ему грубостью, и Люк даже опешил, тут же сорвавшись, выходя из аудитории. Студенты не обратили внимания на то, что он вдруг решил внезапно уйти. Койл знал, что пожалеет об этом, и начальство не обрадуется, но ему было плевать. На машине он уже на много быстрее добрался до дома Ричарда. Он постучал в дверь, и ему открыл усталый брюнет, что сегодня решил работать дома. Койл тут же схватил того за плечи и ударил Отто по лицу. И неожидавший этого мужчина тут же отошёл от Люка на несколько шагов, хватаясь за лицо. Ричард что-то промычал, но Койл развернул его к себе обратно и ударил ещё раз со всей силы, из-за чего у другого пошла кровь из носа. Койл может и не хотел бить Ричарда, но тот как будто бы сам напрашивался на это. Отто осел на пол, держась за нос, пока его кровь капала на пол.       — Мы буквально вчера вместе пили и ты дарил мне подарок. — от этих слов Люк разозлился ещё больше, но скорее на себя, чем на Ричарда, — Почему ты меня так не любишь?       — А за что тебя любить-то? — прошипел Койл, смотря на Ричарда сверху вниз, хотя в принципе был не согласен со своими словами.       Ричард рассмеялся на слова Люка и закивал.       — Ты только из-за того, что я тебя человеком нетрадиционной ориентации назвал и приехал сюда, чтобы ударить меня? — Ричард поднялся, смотря на Койла, что только ещё больше разозлился. — Марк прав.

***

      Если бы Марка попросили описать Маршалл, он бы назвал ее хаотичной и импульсивной. Возможно, дерзкой и слегка самовлюблённой. Полная противоположность ему самому, как, в принципе, и половина его знакомых. К сожалению, Маршалл была чуть ли не насильно отправлена на разговор с психиатром, а также ей заинтересовалась лейтенант. Сама лейтенант была второй Донной Мун, но ещё более строже и озлобленнее на Андерсона и Рейнхарт. Марк понимал причины, почему их недолюбливают. Хотя бы почему все недолюбливают Маршалл. Но сам то он ничего не делал такого? Однако, Андерсон все равно замечал, что те, кого он знает из офицеров, стараются избегать общения с ним, да и другие работники тоже. В любом случае, если им понадобится помощь Марка, то им не избежать встречи с ним.       Руди нормально относился к Андерсону, несмотря на то, что тот любил поиздеваться над ним. По крайней мере, так казалось. Рудольф хоть и был вспыльчивым, но адекватным и понимающим парнем. А ещё Энди, который носится вокруг него, был всегда кстати. Прекрасный тандем: молодой и вечно раздраженный паренёк, а с ним всегда ходящий хвостиком мужчина, старше его чуть ли лет не на десять, который боится в его присутствии хоть слово сказать. Но они всегда вместе. В плане своей застенчивости Скотт напоминал Марку его брата Коди. Сам же Андерсон тоже был похож на тех двоих, но умело скрывал такие слабости, как социофобию и свою низкую самооценку. Поэтому окружающие думали, что он самовлюблённой придурок, который любит флиртовать со всеми подряд. Пусть уж лучше так, чем считают ничтожеством, которое ничего не может.       Коул медленно погладил Марка по плечу, от чего тот дернулся, посмотрев на сзади стоявшего парня. Андерсон благодарил Бога за то, что Марч был тупеньким и плохо понимал людей. Марк хоть и понимал, что Коул парень добрый, но зная Марка получше, тот бы не вызвал у него омерзения. На это даже грустно было смотреть. Но раз уж Марч плохо знал Марка, то нужно было постараться, чтобы эта маска самовлюбленности ничуть не сдвинулась с лица Андерсона. Коул должен считать его мерзким убийцей и всякое такое, самовлюбленным придурком. Марк, сам того не ожидая, вздохнул, посмотрев в зелёные глаза Марча.       — С Маршалл же ничего не будет? — его голос звучал слишком обеспокоенно. Как будто бы кто-то мог навредить этой девушке. — То есть… Ее наверно отстранят от работы на некоторое время? Да и поведение у нее было такое.       Марк промолчал, сидя на своем месте, всё ещё ощущая на своем плече руку коллеги. Ему хотелось, чтобы Коул не касался его и не говорил с ним так, как будто бы они лучшие друзья. Его вообще раздражал Марч. Такой добренький и миленький! Сразу очевидно, что он притворяется таким. Но для чего вообще? Андерсону не нравилось, когда с ним обращаются хорошо. Он просто не имел права на доброту к себе. Тот же самый Ричард, с которым раньше они были лучшими друзьями, сейчас не против убить его. Впрочем, Марк был согласен с таким раскладом и такой ненавистью к себе. Но Коул! Даже его собственная мать не относится к нему так. А Коул ему чужой человек.       — А что с ней по-твоему должно случиться? — Марк на удивление спокойно ответил Коулу и аккуратно убрал руку коллеги со своего плеча. Тот тут же отдернул её и потер, как будто бы понимая, что только что нарушил личные границы Марка.       — Что на неё нашло? — нахмурился Марч, немного отходя назад, чтобы Андерсон смог подняться со своего места и пройтись по кабинету.       Марк усмехнулся и тут же развернулся к Коулу, поправляя свой галстук.       — А ты не понял? — широкая улыбка Андерсона была немного пугающей, но Коул все равно с натяжкой улыбнулся в ответ. — Маршалл убила человека и думала, что сейчас мы найдем её труп. Труп человека, которого убила она. Но мы приехали туда, где мало того, что было много полиции, так ещё и не тот труп. В плане труп то тот, а человека, которого убила Маршалл ещё не нашли. Но она поняла, что это подражатель и для неё такое оскорбительно.       — А если бы у тебя появился подражатель? Для тебя это тоже было бы оскорбительно? — Марч неуверенно это проговорил на одном дыхании.       — Да, в какой-то степени. Я вложил в свои убийства некоторые цели и намерения, и человек, который подражал бы мне, явно не понял бы их, — Андерсон вздохнул, глядя на свои длинные пальцы. — Это неприятно для любого из нас. Ричард, Люк, я и Маршалл.       Марч снова нахмурился, видимо для того, чтобы обдумать ещё один вопрос, который он задаст Марку, но тот его опередил.       — С какой целью интересуешься, Марч? — вдруг спросил Андерсон, смотря на озадаченного паренька.       Не обратив на него никакого внимания, Марк посмотрел на папку с новым делом и, поправив свои волосы, открыл ее. Пролистав быстро ее содержимое, тут же закрыл.       — Ты читал?       — Да, убит мистер-       — Помолчи, — вдруг заткнул Андерсон Марча, который тут же надулся.       У Марка быстрее забилось сердце, когда он услышал шаги за дверью. Понимая, кто это. Он тут же обернулся, вновь поправляя волосы и галстук, на что Марч хмыкнул и сложил руки на груди. В кабинет вошла Анна, которая всего пару дней назад помогла им раскрыть преступление, и теперь она снова могла вернуться в родной Нью-йорк. Но она отложила это на некоторое время из-за своих отношений с Марком. Девушка улыбнулась, когда Андерсон бросил что-то вроде «привет» и подошел к ней ближе. Андерсон замялся сделать что-либо, поэтому Анна поцеловала его в щеку сама.       — Я думала мы могли бы сегодня увидеться после твоей работы, — она опустила глаза в пол, рассматривая свое новое чёрное платье, которое купила буквально за пару часов до встречи с Андерсоном. — Хотела сделать сюрприз, поэтому звонить не стала.       Она смущённо улыбнулась для реакции Андерсона, что как-то даже равнодушно на неё смотрел. Внезапно он улыбнулся, обнимая её, и прижимая к себе.       — Хорошо, я освобожусь после шести, — проговорил Марк, снова целуя ее в щеку, от чего Дэвис немного покраснела, — У тебя красивое платье.       — На днях купила, — Анна взяла его за руку и посмотрела в глаза. — Тебе нравится?       — Главное, чтобы нравилось тебе. — Анна потянулась к Мраку, чтобы поцеловать его в губы, но он неуклюже отодвинулся.       Коул немного смущённо посмотрел на них и отошёл к окну возле рабочего места Андерсона. Марк с удивительным для него напором продолжил целовать девушку, но через какое-то время отстранился, глядя на довольную и удивлённую Анну.       — Я буду ждать тебя после работы, ладно? — отдышавшись сказала она, на что Марк кивнул, и та удалилась.       Марч взглянул на улыбающегося Андерсона, что довольно посмотрел на него.       — Что?       — Ну, просто так странно видеть тебя таким, — засмущался Коул и отвёл взгляд, из-за чего Марк пришел в замешательство.       — Я не говорил, что Анна мне абсолютно не нравится? — вдруг огрызнулся Марк, и с его лица тут же сползла улыбка, а Марч дернулся от неожиданности.       — Но разве ты не говорил что-       Андерсон развернулся к нему, при этом снова поправляя свои серые волосы.       — Она полная идиотка раз в упор не видит, как она мне не симпатична, а ты видимо такой же тупой как и она, — сверкнув своими голубыми глазами, Марк прошипел это на одном дыхании.       Кажется он вышел из себя, даже не понимая из-за чего. Коул даже ничего такого не сказал, но Марка раздражало даже то, что тот ведет себя так дружелюбно.       — Ты тупой идиот, Коул Марч. Как можно быть таким недалёким и уверенным в себе? — он тут же начал надвигаться на Коула, что поспешно прижался спиной к стене. — Я ещё не до конца понял, зачем ты притворяешься таким добреньким, и будет лучше, если ты мне сразу скажешь.       — Я не притворяюсь, — тут же начал Марч. — Ты же убийца, Марк. И в своей жизни ты наверно сталкивался с плохим отношением к себе. Да и я не могу с тобой грубо общаться.       — Я что выгляжу так жалко? — взбесился Андерсон, от чего Марч сжался, и попытался возразить, но Марк лишь ладонью ударил стену возле него и, развернувшись, буквально выскочил из кабинета.       Марк понимал, что злится из-за ерунды, но он не был бы собой, если бы не совершал таких идиотских поступков. Да и вообще, на злость он был никогда не способен, в прямом понимании этого слова. И единственный идиот среди всех людей был лишь он. Лишь он был тем придурком. Даже Коул его жалеет непонятно из-за чего. Андерсон решил тут же направиться в уборную. Там же столкнулся с сразу несколькими мужчинами, от которых его буквально перекосило. Он лишь отошёл в сторону, пока они мыли руки, и начал обдумывать все свои поступки. Ему стало некомфортно в окружении сразу трёх людей. Пусть никто почти не обращал на него внимания, но ему всё равно было неприятно. Он уже пожалел, что ушел из своего тихого и прекрасного кабинета. Все, что было в голове у Андерсона — это мысль об убийстве Анны. Он не может жить дальше с этими взглядами, которыми на него смотрит Марч. Мило улыбается, когда видит их вместе с Анной и всякое такое. Будто бы и правда счастлив за них. Хотя чему радоваться. Да и Андерсон соврал, когда сказал, что у него не было отношений с девушками. Была у него одна, но Марчу было рано ещё о ней знать. Да и в итоге он и ее убил. Это была первая и последняя убитая им девушка, но Марк не жалел о ее убийстве. Маленькая неконтролируемая девочка, которой нравилось убивать так же, как и Маршалл. Одержимая только им, и готовая проводить с ним все свое время. Готовая убить любого, кто косо посмотрит на ее Марка. Девочка, любившая взрывать людей в общественных местах, прекрасно разбирающаяся в бомбах, и любившая только Андерсона. Но Марк, что никогда не чувствовал к ней того же, был в замешательстве. И когда понял, что ее любовь переходит черту, убил. После этого поступка Маршалл столько раз оскорбляла его, но она никогда не понимала, что именно всегда чувствовал Андерсон. Сложно вообще привыкнуть к тому, что кто-то может любить тебя, когда ты сам себя терпеть не можешь. Для него это было испытанием, но никому никогда не было интереса до того, что он чувствует. Да и сам Марк не стремился показывать людям это. Он решил срочно уйти домой, потому что желание сделать что-то, что никто не должен был видеть, усилилось. Но слишком рано уходить. Он дождется, пока из уборной уйдут все.

***

      Коулу было больно смотреть на Марка, который буквально выбежал из кабинета взбешенный и вернулся никаким. Его лицо выглядело так болезненно и расстроенно. Марчу стало стыдно за то, что он, возможно, не правильно трактовал действия Марка. Стоило извиниться, но он не мог начать разговор первым, а зная Андерсона, тот бы и подавно не стал. Сам седой парень пытался выглядеть естественно, но от Марча не укрылось то, как он постоянно поправлял рукав левой руки. Детектив не стал задавать вопросов, так как не хотел снова обидеть Андерсона. Скоро они с Марком уйдут, и можно будет рассказать об этом инциденте Элис.        И когда же он смог все-таки вернутся домой. Он тут же подбежал к Элис. Крепко обняв ее, Марч поцеловал ее в лоб. Она вернулась с работы раньше его на час, но все равно выглядела уставшей. Коул всегда восхищался своей женой и тем, каким трудоголиком она была. Раньше она даже задерживалась на работе целенаправленно, но Марч отговорил её от этого, потому что не мог долго находиться без нее. Он банально начинал скучать без любви всей своей жизни. И вообще она не должна была перенапрягаться. Марч считал, что Элис заслуживает отдых, тем более, что она работает больше всех.       — Что такое, Коул? — взволнованно спросила Элис, проводя по его щеке рукой.— На тебе лица нет.       Она была одета в домашнюю белую рубашку и короткие шорты. Марч подавил желание снять с себя раздражающий пиджак. Они сели вместе на диван в гостиной.       — Мы поссорились с Марком, — начал Коул и поймал на себе удивленный взгляд другой Марч. — Думаю я вел себя не тактично…       — А может Марк сам виноват? Почему ты сразу думаешь, что ты в чем-то не прав? — нахмурилась Элис, дотрагиваясь до его руки.       — Марк считает меня слишком добрым, — замялся Коул. — Ему не нравится, когда я мил с ним… Я не понимаю.       Психолог вздохнула.       — Забей на этого Андерсона, — она поцеловала его в губы, поглаживая одной рукой его щеку. — Он не стоит твоих переживаний, а вообще я думаю, что тебе стоит сменить одежду.       Она хитро улыбнулась и поцеловала его ещё раз. Марч тут же притянул ее к себе ближе, пытаясь углубить поцелуй. В один миг Элис прижала его дивану и медленно расстегнула его рубашку, продолжая целоваться с ним. Мысли о Марке тут же испарились, как будто бы такого человека вовсе не было. Коул скользил руками под рубашкой. Марч, не торопясь, проводил пальцами по ребрам и перешёл на спину. Детектив не успел заметить, как его пиджак и рубашка были откинуты в сторону, и теперь он лежал в одних брюках. Его пальцы ловко, но не быстро расстегнули лифчик Элис, что тут же был убран в сторону. Коул думал о том, насколько Элис была великолепна и прекрасна. Он и вправду слишком много думает об Андерсоне. И тут же он вспомнил об их ссоре. По сердцу как будто бы кто-то резанул ножом, но Коул не обратил на это внимания. Элис расстегнула свою рубашку, и теперь Марч мог видеть ее грудь. Переведя взгляд снова, на нависающую над ним жену, Коул тут же поцеловал её, а руками продолжил исследовать ее тело. Пальцы зацепились за край шорт, в то время как сама Элис ухватилась за ремень, с которым она довольно быстро расправилась и тут же потянулась расстёгивать ширинку. Марч удивлённо вдохнул, когда почувствовал через ткань трусов руку Элис. Та же начала не торопливо поглаживать его через ткань. Коул не хотел забывать и про саму Элис и тут же стянул с нее шорты, забираясь руками под трусы. Она немного ошарашенно выдохнула, но продолжила водить рукой по паху Марча, что смотрел на нее во все глаза. Сама девушка опустила взгляд вниз. Парень думал о том, как красиво выглядят волосы его жены, спадавшие с плеч. Какая Элис могла быть строгая на работе и милая рядом с ним дома. Прервал их громкий звонок в дверь, от которого они оба вздрогнули. Тут же, отрываясь друг от друга, они посмотрели в ту сторону, где была дверь. Коул услышал недовольный вздох своей жены, но все равно встал и прошел к выходу из дома. Через глазок ничего не было видно, но Марч все равно открыл дверь и столкнулся взглядом с карими глазами, что смотрели на него снизу. Он не сразу ее узнал, но знакомые хитрые глаза все-таки всплыли в его памяти. Насколько он знал, это была дочь Ричарда. И. И это все, что он о ней знал. В любом случае, как она вообще могла найти его и зачем?       — Вас приветствует Элизабет Отто, дочь Ричарда и Мелиссы Отто, — половина её лица была скрыта кепкой.       Была она одета в черный пиджак и белую рубашку с галстуком. Странный наряд для шестилетней девочки. Но Коула больше интересовало, как она его нашла и для чего это все. Лиза поправила свои длинные волосы за ухо и улыбнулась во все свои двадцать зубов. А может, пока ещё не всё. Она же ребенок, верно?       — Наверно, ты задаешься кучей вопросов, Коул Марч? — она состроила милое личико и покрутила пальцами. — Я тоже задаюсь вопросом, кто такой Джек.       Естественно это имя о многом говорило Марчу, так как Джек был его племянником.       — Что тебе о нем известно? — тут же выпалил парень, даже не подумав, зачем Лизе вообще говорить о нем.       — Довольно немного, — она ухмыльнулась. — Живёт пацанчик себе на улице с своим другом видимо. Выглядит прилично, не мне судить, но у вас, кажется, какие-то недопонимания?       Коулу действительно было трудно понять, что конкретно это девочка хотела от него. В чем смысл говорить о его племяннике сейчас? И почему это делала именно она. Может это ее отец все спланировал. Хотя зачем это ему, тем более Коул практически не знал о нем ничего, кроме имени. В его голове была куча разных мыслей касательно Элизабет, Джека, и даже возможной причастности к этому Марка. Да и почему вдруг Джек жил на улице, ведь парень жил в интернате, а не…       — Погоди? — Коул немного остановился, пытаясь понять сказанное Лизой. — Как он живёт на улице? Он не может жить на улице и с каким это ещё другом?       Лиза смотрела на него, будто он идиот, приоткрыв немного рот, и прищурив глаза. Немного погодя, она скривила ещё какую-то гримасу, совершенно не торопясь говорить.       — Понятия не имею, — она улыбнулась. — Но моего отца ты заинтересовал…       — Что? — Коул был в лёгком недоумении, от того, как быстро сменилась тема их обсуждений.       Она ничего не сказала, просто отошла от двери подальше и, кажется, уже собиралась уходить. Отто повернула голову обратно к Марчу, посмотрев на него совершенно равнодушным взглядом, и проговорила:       — Мне жаль, — улыбка.