Слава победителям

      Будни Люка Койла были настолько скучными, что он невольно задумался, а не сделать ли Джоан предложение? Собственно, что его удерживает от этого? Вот и правильно, ничего. Он правда ждёт, что Ричард изменит мнение о нем и резко признается в любви? Это было так глупо. Люк встал возле холодильника, смотря на еду, приготовленную Джоан. Он, конечно же, не был таким же шеф-поваром как Ричард. Точнее готовить у него получилось ужасно. то пересолит, то что-то сгорит, то перепутает соль и сахар. В общем, готовка явно не его, хотя Люк пытался. В конечном итоге он решил не переводить зря продукты, и готовка была полностью на его девушке. Джоан подошла к нему сзади и поцеловала в плечо.       — Там салат есть, — она положила свой подбородок ему на плечо. — Спагетти, торт?       — Спасибо, — коротко ответил Люк и взял тарелку со спаггети, которые Кинг готовила вчера.       Люк сел за стол, смотря на телевизор, что был выключен. Может правда сделать предложение Джоан? Она заслуживает быть счастливой. Женой? Джоан Койл. Звучало неплохо, хотя вряд-ли девушка будет менять свою фамилию на фамилию Люка. Возможно, уже пора было обзавестись детьми и прочим? В конце концов, им уже по двадцать восемь, сейчас как раз самое время для детей. У Люка есть работа, и у Джоан есть работа. У них был неплохой дом. Неплохой он был максимум для ребенка лет пяти. А дальше? Какие нахуй дети, Люк? Боже, он не понимает, как с ними общаться. Да, у него была младшая сестра, но у них была совсем небольшая разница в возрасте. А тут он станет отцом и ему придется учить чему-то ребенка. И чему хорошему он его научит? Он поел совсем немного и отложил, оставив недоеденную еду на столе.       — Люк, — Джоан мило улыбнулась ему и подошла ближе. — Как настроение?       Господи, только не этот тон. Джоан, кажется, была настроена на вечер совершенно другого плана. Если Койл желал лишь в душ и спать, то она, кажется, желала его самого. Он немного отступил от неё, проходя в спальню и на ходу снимая жёлтый галстук.       — Нормально, — Люк устало скинул с себя коричневый пиджак и повесил в шкаф.       Она улыбнулась ему и поцеловала в щеку.       — Джоан, нет, — Люк выдохнул и отошёл от неё.       — Джоан да, — ответила она и приблизилась к нему.       Люк устало взял из шкафа чистую одежду и направился в ванну. Почему его девушка так прилипает к нему в последние дни? Он уже устал. Может, и правда стоило расслабиться и перестать думать о Ричарде? Жить нормальной жизнью. Устроит свадьбу и завести ребенка, Купить собаку, которую он хотел лет с одиннадцати. Он поцеловал Кинг в губы и пошел дальше.       — Как вернусь из душа, так и поговорим.       Она улыбнулась ему и оставила его в покое. Сам Люк закрылся в ванной и осел на пол. Он не хочет жизни с Джоан, не хочет детей, но так надо. Люк медленно снял с себя рубашку и кинул её в корзину с грязным бельем. Главное было не думать о Ричарде. Ричард - муж Мелиссы. У Люка есть Джоан. Койл начал стягивать с себя брюки. Ему не хотелось жить американской мечтой. Нет, это не его мечта. Мечта кого угодно, но не его. Люку не хотелось жить, подавляя в себе все чувства и к Ричарду и к другим. Он просто никогда не сможет никому открыться. Он оставлен один на один со всем, что он чувствует. Брюки также были отброшены в корзину. Дальше он скинул с себя нижнее белье и зашёл в душ. Он какое-то время стоял, пялясь перед собой. Почему его отец был так жесток с ним? Почему именно он? Его брата никто никогда не называли педиком, его сестру никто никогда не оскорблял просто так, за то, чего она ещё не понимала. Почему он, Люк Койл должен был выслушивать в свой адрес самые мерзкие оскорбления. Почему в школе его назвали пидором Он ведь был таким же, как и все. У него даже были друзья. Он дружил с двумя парнями, с которыми у них были одни уроки математики и географии. Люк не понимал, чем он заслужил такое обращение? Ричард был не таким. Даже не смотря на то, что Люк старался наоборот отвергать дружбу Рича, тот был настойчивым. Койл включил воду и ему стало неуютно от сырости. Он поежился. Люк взял шампунь, вылил какое-то количество себе на руку и нанес на волосы. Ричард всегда был добр к нему, в отличии от других. Он какое-то время мыл голову. В душе было небольшое зеркало, через которое он мог видеть свое лицо. Его руки были в волосах, голубые глаза устремлены на самого себя. Иногда он понимал стремление Марка Андерсона к смерти. Такая жизнь просто выматывала. В его жизни не было ни капельки счастья или чего-то хорошего. Какой смысл тогда проживать такую жизнь? Койл снова задумался о Ричарде. Конечно его жизнь не крутилась вокруг Отто, но Ричард это то, что делало его жизнь лучше, хотя бы на чуть чуть. Если бы только Люк признался тогда Ричарду, возможно бы его жизнь пошла другим путем. Вымыв голову, Люк начал проводить ладонями по своим плечам. Если бы Ричард был прямо здесь и сейчас. Люку так хотелось, чтобы Ричард по коснулся к нему, прижался ближе. Ему хотелось поцеловать Отто. Сделать это аккуратно и нежно. Возможно, потом бы ударить его, потому что Люка он бесил. Ричард как будто не замечает Люка, уже просто игнорирует ничего, не отвечает на гомофобные высказывания. Койлу хотелось, чтобы Ричард внезапно прижал его к стене и грубо поцеловал, Но с другой стороны, грубости ему уже хватает с головой. Койлу хотелось Ричарда во всех смыслах, хоть это и было противоестественно, противно. Мужчина не может хотеть мужчину. На самом деле ему хотелось лечь под Отто и наслаждаться его прикосновениями, нежными поцелуями. Ему просто хотелось, чтобы тот вправду его любил. Ему хотелось, чтобы Ричард показывал свою любовь также физически. Люк отпустил свою руку вниз, дотрагиваясь до не стоящего члена и сжимая его в кулаке. Его фантазия рисовала различные картины, где, например, сам Люк сидел бы в кресле в кабинете Ричарда, а тот бы делал ему минет. Или где Ричард мог мастурбировать перед ним. Ну, Люку хотелось хотя бы увидеть, как выглядит Отто без одежды, какой у него член. Он длинный? Короткий или обычного размера? На какую сторону он его кладет? Часто ли он дрочит? Люк тихо простонал, водя рукой по органу, представляя, как Ричард бы дал ему потрогать себя. Ричард всегда был в своих черных костюмах. Его идиотская аккуратная прическа бесила. Хотелось испортит её. Хотелось самому попробовать член Отто во рту. Пускай ему и даже становилось иногда противно от того, что он такой мужчина, который желает другого мужчину. Люку хотелось узнать, какого это заниматься сексом с другим мужчиной, Хотя с другой стороны, его от этого тошнило, становилось противно, и он вспоминал слова своего отца, как он высказывался по поводу геев. Геи - это ошибка природы, они должны быть мертвы. Нормальные мужчины любят и вожделеют женщин, а не мужчин. Гомосексуальность - это болезнь, которую нужно лечить. Люк болен. Господи, о чем он только думал? Люк продолжил мастурбировать, вспоминая, какой у Ричарда голос, как он бы называл его имя во время секса, как бы тот мог стонать. Движения рукой ускорились, другой же рукой он упёрся в стенку душа. Ему так хотелось, чтобы Ричард оказался рядом с ним тут, прижимал его к себе, целовал. Люку хотелось хоть раз в жизни быть покорным и наслаждаться тем, что кто-то будет доминировать над ним, как бы это странно не звучало. Он схватился одной рукой за яйца, а второй сжал сильнее член. Ричард всегда выглядел совершенно, всегда идеально. Ему хотелось увидеть Отто без его шикарных костюмов.       — Ричард, — проскулил Люк, представляя как Ричард прикасается к нему и ласкает его.       Люку хотелось сделать что-то запрещённое, то, что всегда казалось ему противным и запретным. Например, дать Ричарду трахнуть себя на столе в своей аудитории или на столе в кабинете Отто. Или самому выебать Ричарда, но уже не на столе, а просто в кровати. С одной стороны, хотелось от Ричарда нежности, а с другой - чем он заслужил её? В конце концов, Люк кончил и смотрел на сперму, что стекала со стенки. Он рвано дышал и уже начал жалеть о том, что сделал. Господи, мало того, что он мужчина, так ещё и мастурбировал на друга. Люк ненавидел себя. «Ну я и урод. Никогда не хотел стать как отец, а в итоге что? Я моральный урод... За что только Джоан любит меня?». Люк прослезился.

***

      Маршалл погрызла ноготь, смотря на болтающих в парке Марка и Коула. Что-то было не так, особенно из-за того, что никто не хотел заниматься делом с её подражателем. Она решила сама его найти и позвала Марка и Коула в парк под предлогом погулять. Хоть Марк и сам был занят планированием нового убийства, которое будет очень рисковое, так как предстояло совершить его в старшей школе. Рейнхарт не помнила когда Марк последний раз убивал школьников. Рейнхарт уже выяснила, что это был мужчина. Он страше 35, скорее всего убил кого-то кто помешал ему. Подозреваемый был и она хотела направится на его поиски, но пробела в том, что надо было проконтролировать Марка, когда тот пойдет в школу и подстраховать его. Поэтому все что оставалось Рейнхарт это рыть информацию про того мужчину. Или же переложить ответственность на Коула, что в последнее время был не в ладах с Марком. Но посещение парка их немного подружило вновь. Она не слушала о чем они говорили, ей это не интересно, а вот что задумала Скай было интересно. Узнать в ближайшее время, что именно находилось в голове Шефер, было невозможно. Или же начать угрожать её девушкам-любовницам. За них Скай готова была и убить, хотя даже не любила их. Маршалл считала это бредом. Если ты не любишь, зачем вообще рисковать собой? Она вряд-ли бы рискнула своей жизнью или убила бы кого-то ради, например, Марка или Ричарда. Увы, она все же подслушала разговор Коула и Марка.       — У всех убийц есть какая-то плаксивая история из-за которой они стали убийцами? Например твоя сестра. — Коул казалось совсем не понимал о чем говорит и не следил за словами.       Марк на него не смотрел. Они оба сидели на скамейке, Маршалл же ходила позади них и рассматривала дерево.       — Почему же. Не у всех убийц, ошибочно полагать, что у всех что-то случилось в детстве. Это не так, — пожал плечами Андерсон. — Если сравнить, моя семья не так уж и плоха, я жил не бедно... Просто я ранимый вот и все.       — Ранимый? Я в курсе, что некоторые убийцы болезненно относится к критике в свою сторону. И убивают тех кто задел их, — Коул медленно проговорил это и взглянул на Марка, что все ещё смотрел вперёд. — Но я говорил про твою сестру. Ты хотел отомстить за неё, да?       Андерсон вдохнул и расслабил плечи. — Ты не прав. Я никогда не хотел мести, — с отвращением проговорил Марк и мельком взглянул на Рейнхарт. — Мне было обидно за неё, её убили и изнасиловали, никому не было дело до неё. Полиция довольно безответственно относиться к женщинам страдающим от сексуального насилия. Да, у меня было желание найти убийцу, но не убивать его, тем более что он всё равно в конце концов умер. Я начал убивать других убийц потому что хотел убивать и не испытывать вину за это.       Марк помолчал.       — Ты испытываешь...       — У меня частое чувство вины. Я не могу убивать случайных людей, иначе буду корить себя за это. Гораздо легче убивать человека, зная, что этим ты возможно спасаешь кого-то, — перебил его Марк. — Я делаю это не для кого-то, а для себя. Хотя в какой-то степени, да, я спасаю какую-то девушку от изнасилования. Не считаю, что делаю это во благо. Убийство это плохо, так говорят наверно в школе?       Коул помолчал какое-то время.       — В школе не говорят плохо ли убивать, но это порицается, — вдруг оживилась Маршалл. — Первый раз я убила человека, когда мне было 14. Это было не предумышленно, но я была рада смерти этого парня.       Она присела рядом с Марком и положила свою голову ему на плечо. Марк зевнул и взял Маршалл за руку, в отличии от девушки у него она была ледяная. Рейнхарт недовольно закатила глаза и попыталась согреть его руку своей.       — Ты все равно такой же убийца, Марч, — внезапно сказал Марк. — И ты убивал не ради Элис, а ради меня. Просто не хочешь этого признавать.       Коул промолчал, но по его лицу было видно, что он недоволен выводом, к которому пришел Андерсон. Хоть было ещё и немного времени, небо начинало темнеть. Марк встал и прошел по дорожке парке. За ним тут же пошли Коул и Маршалл. Рейнхарт понимала, что они идут к школе, но было опасно отпускать Марка одного, ещё и без нормальной подготовки. Они не знают, кто ещё оставался в ней. Уроки были закончены, но кто-то мог любить оставаться после уроков, хотя времени прошло уже достаточно. Марк рисковал, а Рейнхарт молчала. Марк, разумеется, позаботится о камерах и охраннике. Они не стали заходить на территорию школы, а стояли рядом. Маршалл уже решила, что отправит Марка и Коула расправляется с школьником, хотя это и было глупо. У Маршалл был свой путь, и она должна выяснить, правильно ли она нашла подражателя. Марк какое-то время разглядывал школу, а затем взял телефон в руки и пошел вперёд. Коул остался стоять на месте и смотрел ему вслед. Девушка похлопала его по плечу и ушла в другом направлении. Маршалл улыбнулась самой себе. Возможно, Марка поймают и оправдаться он никогда не сможет. Ей было все равно. Но было бы забавно, если бы Андерсон сел за решетку.       Она поправила шапку и вышла из парка. Проходя мимо магазина с игрушками, она мимолётно взглянула на витрины. Затем посмотрела в другую сторону. У неё в детстве не было плюшевых медведей или даже чего-то простого. У неё место игрушек были насекомые и мыши, которых она засовывала в клетки и держала их там. Раз уж у родителей не было денег на игрушки, она решила ловить мышей, бегающих по дому, и играть с ними. Рейнхарт быстро перешла дорогу, на которой не было ни единого автомобиля. Её путь предстоял через пару улиц к небольшим однотипным домам. Маршалл никогда не жила в подобных. Она жила в трущебах в Майами, затем в одном из худших районов Вашингтона, а затем у Марка. К сожалению, Андерсон, хоть и был любителем роскоши, его квартира была слишком обычной. Возможно, он не хотел жить в большом доме практически один, а может быть по другим причинам. Маршалл было все равно. А вот ей, например, хотелось себе целый пентхаус с кучей комнат для всякого разного. Хотелось кучу автомобилей, чего-то дорого и классного. Если бы только у неё были деньги. Но она же обычная девочка из очень бедной семьи. Пришлось добиваться всего самой. Сначала убивала для Скай Шефер, затем продажа органов на черном рынке. Маршалл всегда стремилась к убийствам. Что в этом такого? В школе над ней смеялась девочка, что она из бедной семьи. За это Рейнхарт сломала ей нос и руку. Она не чувствовала вину за это. Ещё бы! Та девчонка систематически дразнила Маршалл, за что получила по ебалу. Маршалл, безусловно, гордилась собой и всячески хвалила себя за каждый удар по лицу другого человека. Да, с деньгами не повезло, зато повезло с физической составляющей. Рейнхарт свернула налево, понимая, что идёт уже ближе к нужному дому. Она смотрела только прямо. На её ярко-красных губах появилась широкая непроизвольная улыбка. Хотелось уже руками её убрать, но Маршалл продолжала идти с идиотской улыбкой. Она нащупала в кармане куртки нож-бабочку который готова была воткнуть в горло любому, кто сейчас потревожит её. Сердце Рейнхарт пропустило удар, когда она увидела знакомое лицо. Девушка, стоящая напротив неё в метрах десяти, имела короткие русые волосы и испуганные карие глаза. Её дыхание ускорилось, а рот открылся, и она попятились назад. Маршалл же улыбнулась ещё шире и шагнула вперёд. Затем ещё шаг и ещё. Девушка впереди неё споткнулась о мусорный бак и упала вместе с ним. Рейнхарт буквально бегом дошла до неё.       — Донна Мун, — Маршалл безумно улыбалась и широко раскрыла глаза, как будто хищник, увидевший раненную жертву.       Донна ничего не ответила, лишь схватила крышку мусорного бака и быстро вскочила на ноги, ударяя Рейнхарт по лицу им. Маршалл отшатнулась и тут же повернулась к Мун, что попыталась снова её ударить. Рейнхарт отобрала у неё крышку и отбросила в сторону. Кулак пришелся в лицо Донны, затем ещё один в живот. Не растерявшись, Мун всем своим весом набросилась на Рейнхарт и попыталась её повалить на снег. Ударила другую девушку в бок. Маршалл поддалась Мун и упала, смотря как Донна садится на неё сверху и сжимает руки на её горле. Маршалл не двигается и внимательно смотрит на девушку, которую Марк "убил". Её волосы немного отрасли и теперь закрывали уши. Одежда была странной.       — Ты великолепна, — прошептала Рейнхарт, смотря как зрачки Донны сужаются.       Нащупав в кармане нож, она подставляет его к шее Донны.       — Слезь с меня, — Маршалл ухмыляется и Мун отодвигает руку от её горла и медленно встаёт.       Они обе поднимаются. Мун тут же встаёт в стойку, готовая наброситься на Маршалл в любой момент. Маршалл же спокойно отряхивает куртку, всё ещё держа нож в руке. Рейнхарт резко посмотрела на Донну, что тут же дернулась. На улице ни души. Она могла бы зарезать бывшего сержанта прямо тут, забрать её органы с собой.       — Марк тебя не убил? — Рейнхарт подбросила нож вверх, поймала его и выставила в сторону Донну, что тут же дернулась в противоположную сторону. Почти на дорогу.       — Как видишь, — злобно прошипела Мун.       — Что тут происходит? Вам нужна помощь? — Маршалл тут же спрятала нож в кармане и обернулась на голос мужчины, что вышел из своего дома.       Видимо услышал вознью. Маршалл пригляделась и увидела в нем того кого искала. Подражатель. Он был почти с неё ростом, со светлыми волосами, ему около сорока, худой.       — Да, — отозвалась Маршалл и улыбнулась.       — Нет. Они с Донной одновременно ответили и переглянулись. Донна враждебно смотрела неё. Маршалл внимательно наблюдала за каждым движением Донны.       — У нас с моей подругой проблемы, — Рейнхарт схватила Донну за локоть и повела к мужчине. — Не могли бы вы нам помочь? Знаете уже темнеет, а мы две девушки... И такие беззащитные, — Маршалл скривила лицо почти заплакала.       Мун же молча уставилась на неё с открытым ртом.       — Да-да, конечно, проходите, — мужчина тут же впустил их в дом.       Маршалл начала осматривать прихожую, но перед этим взглянула на Донну, что ошарашенно на неё глядела. Пока мужчина закрывал дверь за ними, Маршалл прижалась вплотную к Донне.       — Только попробуй что-нибудь ему рассказать и я выпотрошу тебя и сожру, — Рейнхарт почти прижалась своим лбом к её лбу.       Она тут же отступила на шаг и улыбнулась мужчине имени которого знать не должна. Но знает. Доланд Гилберт.       — Я Доланд, — мужчина обеспокоенно посмотрел на раздевающихся девушек.       Маршалл сняла крутку и подала ему.       — Амелия, — Маршалл улыбнулась ему и взглянула на Донну, что была в черной рубашке и таких же брюках.       — Маргарет, — сдавленно проговорила Мун, отдавая мужчине свою куртку, чтобы он повесил её.       Маршалл прошла вперёд осматривая дом.       — С нами произошла ужасная история, Доланд, — Маршалл тоскливо начала. — Мы приехали в Вашингтон из Бостона. Мы с Маргарет лучшие подруги. Но получилось так, что мы не успели забронировать номер в отеле и нигде больше не нашли. Нам пришлось бродить ночью по городу. Мы думали, что здесь безопасно. Это же Вашингтон! Столица!       Маршалл надула губы и посмотрела на Доланда, что казался удивлённым.       — Какой кошмар, — он кажется и правда верил.       — Затем мы увидели какого-то мужчину... Он ударил Маргарет... А затем угрожал нам, просил денег. Мы отдали ему все что было, затем к нам начал приставать какой-то фрик! Он облапал меня и мы хотели обратиться в полицию, но не знаем где и как. Пока шли куда-то мы с Маргарет поссорились и вот вышли вы.       Маршалл посмотрела за спину Доланду на Донну, что смерила её недовольным взглядом.       — И что же делать? — прищурился Доланд. — Не то чтобы я вам не верю... Просто поймите меня, дамы.       — Можно остаться у вас хотя бы на день? Нам бы хотя бы где-то переночевать. Осознать, что случилось. Мы завтра же уйдем, если это вам неудобно! — Маршалл обняла себя руками.       Она села за обеденный стол и вздохнула. Она смотрела на свои пальцы, заплакала и мужчина мгновенно начал гладить её плечи.       — Слушайте, я не хочу вас прогонять. Конечно, оставайтесь на сколько надо, — он взглянул на Мун, что кивнула ему. — Куда вас ударили?       Донна тут же ахнула.       — В живот, — она посмотрела на Маршалл, что мимолётно улыбнулась и встала.       Гилберт подошёл к Донне поближе и она испуганно уставилась на него.       Маршалл улыбалась, смотря на неё. Рейнхарт опустила руку вниз и покрутила ножом. Она встала со своего места и засунула нож в карман брюк, внимательно смотря на Мун. Доланд сказал, что уйдет приготовить им поесть. Маршалл приблизилась к Донне.       — Только попробуй испортить что-нибудь, Донна Мун, как ты любишь это делать. Я вырву твое сердце, посыпалю сахаром и съем. Оно наверняка такое вкусное. Я вырву твои кишки, я сделаю из твоего трупа картину, я даже не продам твои органы, как обычно это делаю. Ты мне так нравишься, что я хочу вырезать твою грудь и повесить в рамку над своей кроватью, — Маршалл отошла от шокированный Донны к мужчине, что позвал их.       Гилберт был на кухне возле стола и оглядел двух девушек. Маршалл строила из себя бедняжку и пыталась выглядеть напуганной, в то время как Донна действительно была взволнованна поведением Рейнхарт. Маршалл на мгновение прижалась к Мун.       — Мы обязательно обсудим всё что тебе интересно, но только когда будем лишь наедине, — быстро прошептала Маршалл и тут же отодвинулась от Донны.       Мужчина взволнованно смотрел на них и предложил присесть за барную стойку. Рейнхарт включила актрису, и любой бы соврал, если бы сказал, что у неё это плохо получилось. Потому что получалось у неё отлично. Может её предназначение было стать актрисой, а не детективом? Она могла бы быть популярной и известной, но, увы, ей не хотелось толпу безмозглых фанатов. У неё должны быть достойные поклонники, а не всякий сброд, купившийся на её внешность. Донна была очень бледной и казалась живым трупом. Её глаза смотрели в никуда. Маршалл пыталась всячески спародировать Донну, но в итоге получилось так, что она переигрывала и выглядела не реалистично напуганной. В конце концов, это просто тупой подражатель, который встретился с истинным убийцей не только других мужчин, но и своим собственным. В будущем. Она расчленит его. Его смерть будет ужасной и мучительной.       — Вы голодны? — Гилберт внимательно смотрел на Маршалл, что беспричинно начала улыбаться.       Маршалл покачала головой, не обращая внимания на другую девушку. Кажется, сам Доланд не знал, что делать в такой ситуации. Маршалл его понимала. Он, в конце концов, просто обычный подражатель, который каким-то образом узнал о серийном убийце, сам убил кого-то и решил подделать все так, чтобы его не заподозрили. Рейнхарт убьет его и Донну.

***

      Марк остановился в коридоре школы. Свет был бледным. в другой стороне коридора он мигал. Коли распорядился всем так, чтобы камеры были выключены, а все работники и учащиеся не находились в здании. Он слегка испачкал рубашку в крови парня, которого убил. Ученик лежал на полу с перерезанным горлом. Марк же продолжал на него пялиться, пока не услышал скрип двери. Быстро подняв голову вверх, ему в глаза бросилась девушка, что выглянула из кабинета и тут же закрыла его обратно. Андерсон на удивление остался спокоен. Вряд-ли она могла разглядеть что-то кроме его одежды с такого расстояния. Тот факт, что его заметили, конечно, плох, но в конечном итоге у него всегда был Коди, и никто никогда не сможет доказать, что он виноват. Марк тут же двинулся в другую сторону, к ближайшему запасному выходу и поправил галстук на ходу. Пока он шел, он успел вытащить из кармана салфетки и протереть свои руки от крови. Нож убрал в карман и прикрыл пиджаком торчащую рукоять.       Марк толкнул дверь и вышел на улицу. Холодный ветер тут же растрепал его волосы, а снег посыпался на голову. Его встретил встревоженный Коул, что переминался с ноги на ногу. Такого Коула он любил больше беспокойного и напуганного. Коул держал в руках куртку Андерсона и тут же отдал ему её.       — Полиции нет, — медленно проговорил Коул.       — А ты надеялся, что меня схватят, да? — Марк улыбнулся и подмигнул Коулу, натягивая куртку на себя и идя в сторону от школы.       Коул промолчал. Марку стало обидно от этого. Да, он убивает людей, и что? Он же не всех подряд убивает, не тех, у кого хорошие органы или тех, кто его бесит. Он убивает потенциально опасных людей. Марк кончено не считал себя из за этого героем, но хотелось, чтобы Коул думал так. Убийцу обижало, что Коул такой. «Просто скажи мне. Я всегда тебя выслушаю» — пронеслись у него в голове слова Коула. Почему Марк вообще думал, что Марч будет его другом? И зачем Коул был таким добрым по началу? Андерсон шел за Коулом, смотря как падают снежинки ему в волосы, а Марч даже не обращал внимания. И как ему не холодно без шапки? Марк потрогал волосы Марча и тот сразу обернулся, одновременно убирая его руку.       — Что ты делаешь? — недовольно прошипел Коул поворачиваясь к Марку.       — Убираю снег с твоих волос, — Андерсон опустил глаза вниз и прошел мимо Марча.       — Прекрати так странно себя вести, — Марч поравнялся с Марком и шел за ним неизвестно куда.       — Как? Я обычно себя веду, — Марк направился к ближайшей кофейне, что выглядела уютно, заглядывая через большие окна.       Андерсон остановился возле двери и Коул со стоном раздражения открыл её для него.       — Ты на меня обиделся? — тихо и с недовольством спросил Марч присаживаясь за свободный столик на двоих.       — Нет, Коул Марч, за что мне на тебя обижаться? За то что ты меня оскорбляешь? — Марк взял меню просматривая разные блюда.       Коул сложил руки на столике, разглядывая Марка.       — Я тебя не оскорблял. Если я тебе говорю, что ты не работаешь это не оскорбление, — огрызнулся Коул отбирая меню у напарника.       — Да, ладно тебе. Можешь как угодно меня оскорблять, — Марк уставился в стол. — Я ведь это заслужил...       Коул позвал официанта проигнорировав слова Марка. Марч заказал себе чизкейк и чай, когда официант обратился к Марку, тот просто покачал головой.       — Почему ничего не заказал? — некая нотка грубости была в голосе Марча.       — Ты отобрал у меня меню... — Коул тут же швырнул бумажку обратно парню. — Я не думаю, что заслужил...       Коул закатил глаза и посмотрел в сторону. Он наблюдал за тем, как на окно прилетали снежинки. Марк же подумал, что раз он убийца, то он как-то неправильно реагирует на оскорбления. Надо было также грубить Коулу, а не сидеть, опустив глазки.       — Да пошел ты нахуй, — внезапно буркнул Марк из-за чего Коул сразу на него уставился. — С чего ты взял, что имеешь право говорить мне гадости?       — Да что с тобой? — Коул недовольно уставился на Андерсона.       — Ничего, — Марк достал из кармана пару купюр и кинул Марчу на стол. — Вот заплатишь за себя, сладкий?       Марк тут же поднялся и вышел из кафе, стараясь не оглядываться из-за всех сил. Он, отойдя на какое-то расстояние, тут же взял телефон, ищя в контактах Ричарда и попросил забрать его в смс. На удивление Отто ответил ему сообщением, что заберёт его. Марк, конечно же прислал ему свой адрес и остался стоять на улице, откуда ещё открывался вид на школу, где пока что было также пусто и совершенно никакой полиции. Черная машина Ричарда появилась спустя минут пять. тот даже вышел из неё, чтобы открыть Марку заднюю дверь.       — Здравствуйте, — голос Ричарда был равнодушным, но казалось он едва сдерживался, чтобы не начать издеваться над Андерсоном. — Я теперь твой личный водитель?       Ричард сел обратно, пока Марк перебрался на левую сторону машины.       — Можешь меня выкинуть обратно, — Марк сложил руки на коленях, смотря на сосредоточенного Отто, что смотрел на дорогу.       — Поедешь домой? — Ричард глянул мимолётно на Марка.       — Можно к тебе в гости? — Марк выдавил улыбку.       — Зачем?       — Мне скучно дома одному, — в итоге Ричард все же привез его к себе и снова открыл Андерсону дверь.       Марк внимательно наблюдал за действиями Отто и даже погладил его по спине, пока тот открывал входную дверь. Ричард от этого дернулся и быстро взглянул на Андерсона ничего не говоря.       — Меня обижает Коул, — Марк уныло вздохнул и снял крутку.       — Ебни ему, — Ричард также снял куртку, взял куртку Марка и повесил их рядом на крючки.       Марк удивился.       — Что за дела, Ричард? — Марк улыбнулся Ричарду.       Отто как-то изменился. По крайней мере не хотел вцепиться в волосы Марка Андерсона и наговорить ему гадостей. Ричард выглядел довольно спокойным и безэмоциональный, впрочем, как и всегда. Марк невольно задумался, что же заставило Ричарда не агрессировать на него? Обычно Отто при любом удобном случае пытается показать Марку, настолько тот ему противен. В этот раз Ричард был спокойным или старался таким казаться. Отто прошел на кухню, открывая холодильник и глядя на продукты.       — Голоден? — Ричард посмотрел на Марка, что стоял на пороге, переминаясь с ноги на ногу.       — Ну... Коул мне поесть не дал, так что да, — Марк кивнул.       — Не дал поесть? — Ричард вытащил из холодильника несколько разных продуктов и оставил их на столешнице.       — Мы пошли в кафе и он отобрал у меня меню, — ответил Андерсон и тут же мяукнул из-за Ричард долго смотрел на него, пока мыл руки.       — Хочешь роллы? — Отто кивнул на разложенные продукты Марку.       На столешнице лежал рис, красная рыба, икра, огурец, авакадо и много прочего.       — Хочу сделать самые простые для всех нас, в том числе ты, — Ричард надел фартук и взял деревянную доску с ножом. — Так что ты мне поможешь.       — Э-э... Ну я такой... Г-глупый, Ричард, я ничего не умею, — Марк пожал плечами, но все равно подошёл ближе.       — Огурец нарезать не можешь? — Ричард выгнул бровь. Марк усмехнулся и подошёл к раковине помыть руки. Обычно он редко их моет, но Ричард так следит за ним, что все таки придется их помыть. Учитывая, что до этого он убил человека. Отто положил на доску красную рыбу и начал нарезать её длинными кусочками. Рис был уже готов насколько мог заметить Марк, видимо Ричард подготовил его ещё до того как уехал за Андерсоном. Марк насколько смог приподнял рукава вверх и взял доску с ножом, огурец он разрезал вдоль пополам.       — Очисти его от кожуры так будет вкуснее, — сказал Ричард.       — Ты хочешь чтобы я себе палец отрубил? — возмутился Марк и переложил огурец к Отто на доску, на что тот недовольно вздохнул.       — Так что мне делать? — Марк улыбнулся и невинно похлопал глазками.       — Авокадо, — Ричард спокойно ответил парню.       — Огурец так огурец, — Марк вновь улыбнулся и забрал его с доски мужчины.       Какое-то время они готовили молча. Ричард управился быстрее, поэтому сразу занялся рисом, раскладывая его на специальные бамбуковый коврик. Он ведь сам когда-то готовил роллы с Маршалл. Получились, конечно, маленькие и кривоватые, но вполне вкусные, как минимум Марку понравились, учитывая его вкус. Отто раскатал рис на листе нори, Марк же уцепился за неровный его краешек, оторвал и сунул себе в рот. Ричард коротко улыбнулся и положил нарезанную красную рыбу в одну линию. Рядом положил сыр и нарезанный Марком огурец. Затем Ричард закатал его и получился большой длинный ролл, который он тут же нарезал на несколько равных размеров и переложил на тарелку.       — Итак, Марк, с чем хочешь роллы себе? — Ричард дружелюбно улыбнулся и вновь разложил рис.       — Хм... Хочу чтобы сверху была красная рыба, а внутри сыр, нори и икра! — Андерсон взял упаковку икры и потряс её перед Отто, что тут же забрал её.       — Хорошо. Можешь пожалуйста дать мне лука? — Марк выгнул бровь. — Я же несколько разных роллов буду делать, — Ричард положил под рис оставшиеся куски лосося. — Можешь тогда нарезать ещё рыбы?       Андерсон кивнул и переместил все, что ему осталось, дорезать на доску. На удивление, Марк не слышал шагов в доме, что намекало на то, что они с Ричардом были одни. Или же Мелисса с Элизабет были слишком тихие, учитывая, что последняя быть тихой не умела.       — Мелисса на работе, а Элизабет спит, — Ричард будто прочитал его мысли. — Она снова заболела, а когда болеет становится довольно тихой.       Ричард сформировал роллы и нарезал их, снова убирая на тарелку рядом с другими. Марк задумался о том, что на его месте должен быть Люк, а Марк здесь лишний. Ричард наверно был бы счастлив готовить вместе с Люком Койлом, а Марк занимает его место. Вряд-ли бы Люк согласиться бы помогать готовить Ричарду, но Андерсон только мог представить, как Отто мог бы быть счастлив из-за этой мелочи.       — Как у вас с Люком? — Марк краем глаза заметил как Ричард перестал улыбаться самому себе.       — А что ты ожидаешь услышать? — Ричард нарезал авокадо так как ему нужно было, пока Марк просто стоял с ножом.       — Что угодно, — Марк усмехнулся. — Почему ты злишься на меня, а не на Люка? Это не я тебя бью и оскорбляю, а он. Я люблю тебя, Ричард.       Отто дернулся от этого.       — Не смешно, Марк, — Ричард разозлился и раздражённо положил рис на дощечку, на которой до этого разметил лист нори.       — А кто смеётся? — Марк отдал рыбу Ричарду, что аккуратно не смотря на свой гнев разложил её, а затем авокадо.       В конце концов они закончили с готовкой.       — Мне кажется, что ты издеваешься надо мной, — Ричард вздохнул.       — Это не так, — Марк также вздохнул. — У меня манера речи такая. Я просто дразню всех, я не из тех кто любит издеваться. Просто вы с Люком не можете понять очевидное.       — И ты так думаешь, — Отто хмуро посмотрел на тарелку роллов и взял из шкафа другую тарелку, поменьше на которую переложил небольшое количество роллов.       — А кто ещё? — Марк улыбнулся, смотря как Ричард кладет на тарелку рядом с роллами васаби, имбирь и соевый соус.       Марк честно говоря ожидал услышать имя Маршалл или Майрона, может быть Скай или даже Коула.       — Марш-       — Мелисса, — не дал Марку договорить Ричард. — Надо отнести Лизе поесть.       Ричард поднял тарелку с роллами и вышел из кухни, аккуратно неся её. Марк проследовал за ним, перед этим найдя в холодильнике у Ричарда сок. Он налил его в стакан и пошел за Отто. Ричард поднялся на второй этаж и быстро постучал в дверь Лизы, но так как она, скорее всего спала, он вошёл. Марк стоял позади Ричарда, но он видеть, как Лиза играла во что-то на ноутбуке, лёжа на кровати. Одна её рука потянулась к конфеткам, что помогали от боли в горле.       — Хэй, Лиз, — Ричард поставил роллы на тумбочку возле кровати, двигая тарелкой все остальные предметы. — Тебе надо поесть.       Он положил палочки рядом. Лиза лишь перевернулась на бок, дотягиваясь до тарелки и взглядом прося Ричарда убрать её ноутбук. Ричард отодвинул его подальше, пока девочка размещала у себя на одеяле тарелку и старалась открыть соевый соус, не расплескав его. Марк, стоящий с апельсиновым соком, вдруг подошёл ближе.       — Хочешь пить? — Андерсон держал стакан и Лиза тут же на него недовольно взглянула.       — Марк, ты идиот? — зашипел Ричард и сразу шагнул на него. — Он же холодный! А у Лизы болит горло, ей нельзя пить холодное! И вообще это сок Мелиссы!       — Боже, — Марк отпил немного и поднял вторую руку в знак, что он сдается. — Извинись перед Мелиссой за меня, а то я тут её сок пью.       Андерсон удалился из комнаты, а Ричард проследовал за ним. Отто провел рукой по плечу Марка пока они спускались по лестнице.       — Не думал, что ты умеешь заботиться о детях, — задумчиво произнес Марк, неся стакан.       — Серьезно? Лизе уже шесть лет, я шесть лет как отец, Марк. Да, у нас плохие отношения, но она всё ещё моя дочь, тем более она болеет, — Ричард зашёл на кухню, выключая свет в прихожей, когда проходил мимо. — Да, она вундеркинд и считает себя взрослой, но мы с Мелиссой всё ещё её родители. Мы общаемся с ней как со взрослой, но я не хочу чтобы она считала, что её родители её не любят.       — Так что с Люком? — Марк взял вилку и сел за обеденный стол вместе с Ричардом есть роллы. — Мелисса тоже считает, что вы не можете понять очевидное, у вас была беседа об этом?       Ричард выглядел подавленным, держа в руках палочки и выбирая глазами ролл себе.       — Могу я тебе кое-что сказать? — Ричард взял палочками ролл с авокадо и положил на него имбирь с васаби.       — Да, — Марк нахмурился и также аккуратно положил на вилку ролл, который Ричард готовил персонально ему.       Отто обмакнул ролл в соевый соус и тут же закинул его себе в рот. Прожевав он заговорил:       — Мелисса знает, что я люблю Люка, — Ричард посмотрел вниз. — Только не говори об этом никому...       Марк удивлённо моргнул и чуть не выронил из зо рта половину ролла.       — Да... Я никому не сказал бы... и не скажу, имею в виду, даже в мыслях не было, — Марк уставился на грустного Отто. — И что в итоге?...       — Я... Она хочет чтобы я ему признался... И хочет чтобы мы были вместе, — Ричард запинался и не смотрел в глаза Марку.       — Боже, — Марк облегчённо выдохнул. — Ричард, это же хорошо!       Марк действительно обрадовался. Возможно он наконец-то в скором времени сможет увидеть счастливых Ричарда и Люка.       — Я не уверен... Марк, но ведь Люк гомофоб, — Ричард подхватил палочками ещё один ролл.       — Ричард, ты идиот! — Марк слегка покраснел от восторга и обнял себя руками. — Ты понимаешь что это значит? Сделай первые шаги, сделай так чтобы Люк понял, что ты действительно его любишь! Люк боится сам подойти к тебе, он думает что ты его не любишь, он не хочет тебе навязываться, Ричард!       Ричард прожевав еду, странно смотрел на Андерсона.       — Откуда ты это взял? Ты не читаешь мысли, — Ричард выглядел расстроенным.       — Потому что я чувствую тоже самое, — сердце Марка замерло на какое-то мгновение, лишь бы Ричард правильно понял его.       Отто тут же нахмурился и уставился на Марка. Марку нравилось вводить других в заблуждение и нравилось когда его понимали неправильно. Ричард выглядел озадаченным.       — В плане тоже самое? К кому? — Ричард сомневался.       — Ко всем. То есть я, кончено никого не люблю. Но я чувствую, что раздражаю всех и навязываюсь, но за меня в отличии от других никто не вступиться, — Марк пожал плечами и закинул себе в рот ролл с большим количеством васаби сверху. — Я имею в виду, никто не расскажет о том что я чувствую, кроме меня самого.       Ричард промолчал, думая о том, что сказал Марк. Андерсон вдруг снова почувствовал себя лишним, и как будто он мешает Ричарду. Марк снова начал думать, что он идиот. Возможно, было бы лучше, если бы он не приходил к Ричарду. Зачем он здесь? Понятно же, что Отто раздражает присутствие Марка. Он даже начал рассказывать о таком сокровенном, как Люк, и что он к нему чувствует. Только для того, чтобы Марк отстал от него. Других причин не было. Ему даже домой не хотелось идти. Там его по-любому ждёт Маршалл, что будет им недовольна. Почему Андерсон ещё не решил. Но она чем-нибудь будет недовольна. Ну, что-нибудь должно будет случиться. Кто-нибудь должен его оскорбить или обидеть, как Коул.       Ричард был задумчивым.       — Марк...       — Я думаю мне стоит уйти, — Марк тут же поднялся. — Мне кажется я тебя только раздражаю, заставил тебя привезти себя в твой дом, ты потратил на меня продукты...       — Марк, я не тратил на тебя продукты и мне не сложно съездить куда-то, — Ричард также встал и обогнул стол подходя ближе к Андерсону, что тут же дернулся в сторону.       — Вы меня все ненавидите, — как-то жалко проговорил Марк высоким голосом часто-часто моргая.       Ричард молча уставился на Андерсона, что попытался уйти с кухни, смотря в сторону, и врезался в Мелиссу. Марк тут же глянул на женщину с черными волосами, что выгнула бровь, когда Марк так и остался стоять на месте, прижавшись к ней.       — Ты мягкая...       Мелисса поморщилась.       — Боже, Марк, не надо облокачиваться на мою грудь, — она сделала шаг в другую сторону и Андерсон чуть не свалился, но он схватила его за локоть. — Что он тут забыл?       Очевидно она обратилась к Ричарду, что вздохнув рассказал как подобрал Марка с улицы домой.       — Ричард не хочет признаваться Люку в любви, — пожаловался Мелиссе Марк и сел обратно за стол, доедая свои роллы. — Мелисса Отто Смит плохо следит за своим мужем.       — Он довольно взрослый насколько я могла заметить, — она покосилась на Ричарда, что тут же весь сжался и сел рядом с Марком. — А ещё, Ричард, мы это обсуждали. Признаешься Люку, когда будет удобный момент, не признаешься я скажу Маршалл, чтобы она тебя кастрировала.       Ричард вздохнул и взял в руки палочки, Мелисса присела рядом с ними.       — Ты дрочил на Люка? — спросил Марк и улыбнулся застывшему Ричарду. — Хотя чего я спрашиваю, конечно же да.       — Марк...       — Думаю он на тебя тоже.       — Марк, заткнись, — Мелисса грубо прервала его. — Пусть делают что хотят.       Марк грустно улыбнулся, смотря на время на телефоне. Становилось все позднее и позднее, а от Маршалл абсолютно ничего.