Красавица и Чудовище

20. Алиса Темно. Сквозь полуоткрытые шторы пробивался свет Луны. Я лежала и всматривалась в белый потолок. Сон так и не шёл. Появлялись бредовые мысли, которые хоть как-то помогали закрыть глаза. Может баранов посчитать? Нет, банальность. Сквозь мысли, о лиловых кроликов, которые перепрыгивают через препятствия, начали пробиваться события сегодняшнего дня. Он накричал на меня. Возможно, заслужила. Нет, не возможно, а точно. Не надо было сарказм пускать в такую минуту, но он тоже хорош. Не прошёл тест, по усмирению своего гнева. Тогда, когда он закричал, мне пришла в голову картинка из сна и в голове кружила одна мысль: «Он может не сдержаться». Возможно, поэтому я села в машину, потому что испугалась, или же, потому что в ту же секунду, я вспомнила концовку сна. «Не надо делать поспешных выводов»,- повторяла я себе. Аарон ничего не объяснил мне. Лишь сказал, что я должна быть осторожна. К чему это, вообще? Я так и не поняла. А вот у меня в голове до сих пор сновали туда-сюда мыслишки о его биографии. Если он мне ничего не рассказывает, значит, я строю догадки, причём нехилые. Всё началось с того, что он инопланетянин до того, что он в детстве провалился в туалет, потом ничего не помнил и впал в кому, просто так, а потом, когда проснулся, его родители спали и это единственное, что он помнит. Были варианты, что он вампир, оборотень, лепрекон, хоббит из Властелина Колец, морской пехотинец-инвалид, который попал на другую планету и закрутил роман с синей девчонкой, как в фильме Аватар. Закончилось это тем, что он убил Геннадия Малахова, напялил на себя его кожу, и стал всем говорить с необычайным акцентом, что не укроп помогает избавиться от лишнего веса, а можжевельник. Короче, фантазия у меня работает. Более реальных идей в моей сумасшедшей голове не было, но лучше иметь хоть какие-то, даже нереальные, мысли, чем вообще их не иметь. Зато, когда я расскажу ему о своих догадках, смеяться он долго будет. А, когда он расскажет мне правду… Стоп! А расскажет ли он вообще? Мы же в ссоре. Может с ним помириться? Хотя, о чём это я? Он ведь первый стал со мной холодно разговаривать и выставлять из своего дома, верно? Встав с кровати, я засунула ноги в пушистые тапочки и побрела на кухню. Хм, странно. Дверь кухни была закрыта, но там горел свет. Приоткрыв дверь, я заглянула внутрь. Там сидела мама, рассеянно глядя в кружку с какой-то дымящейся жидкостью. - Мам?- тихо позвала я. Она повернула голову и посмотрела на меня. Натянуто улыбнувшись, она похлопала по стулу, который стоял возле неё, приглашая сесть. Я неуверенно опустилась и, взяв маму за руку, спросила: - Мам, что-то случилось? Мама не обратила внимания на мой вопрос, лишь облизнула засохшие губы и сказала: - Милая, как ты относишься к тому, что… ты некоторое время поживёшь с папой? Я видела, что в её глазах были слёзы. Я не понимала, что происходит, но прекрасно знала, что сейчас спрашивать нет смысла: она не ответит. - Д-да, я не против. Ты со мной поедешь?- дрожащим голосом спросила я, хотя знала уже ответ. Мама грустно улыбнулась и покачала головой, в отрицательном жесте, а по её щеке скатилась одинокая материнская слеза. Я обняла маму и вздохнула запах её любимого виноградного шампуня, наслаждаясь им. Сколько себя помню, мама всегда любила виноград и вино. Бывало, вечером, они с папой сядут на кухню, откроют вино 70-х годов, они никогда не экономили на этом напитке, и, вспоминая прошлое, будут его медленно пить. Пламя свечи медленно расплавляло воск, а они всё пили вино и, пока в бутылке есть, хотя бы, одна капля, они находили темы для разговора, а потом, когда вино заканчивалось, папа уходил, а мама целовала меня перед сном и ложилась спать. Стены у нас тонкие, поэтому я изредка слышала, как мама плачет. Сейчас, я пыталась запомнить мамин аромат, нежность маминых рук, причуду, хоть мне и не пять лет, целовать меня на ночь в лоб и улыбка, которой я живу… жила… Я выросла и перестала каждый раз целовать маму в щёку перед уходом, это заменили крики и споры, насчёт моих волос, перестала спрашивать совета, как делала раньше при каждом случае, и, самое главное, я перестала говорить ей, что я её люблю, сильно-сильно. Порой так мне не хватает этого, а тогда маме какого? Я боялась. Я боялась, что мама отсылает меня к отцу, потому что я ей просто надоела. Это объясняет, почему она не хочет об этом говорить. Мама отстранилась и посмотрела на меня. - Ты уже такая взрослая,- прошептала она.- Знаешь, мне очень будет не хватать твоих фиолетовых волос. Я улыбнулась и почувствовала на лице каплю слезы, которая проделала солёную дорожку до подбородка. - Алиса, я всегда буду с тобой, поняла? Даже тогда, когда ты меня не будешь видеть, знай, что я всегда с тобой. - Мам, я не понимаю… Пожалуйста, можно я останусь?- я уже вовсю всхлипывала и пыталась ближе прижаться к маме. - Милая, когда придёт время, папа тебе всё расскажет, и ты поймёшь, что у меня не было выбора. Завтра, я хочу, чтобы ты собрала вещи. Ты ладишь с Митей и, поэтому тебе не будет дискомфортно жить с ними. - А т-ты куда? Мама вздохнула и посмотрела в окно. - Я не знаю,- сказала она и закусила губу. - Мам, может, ты со мной поедешь, папа найдёт нам место, и… Мама посмотрела на меня и сказала: - Алиса, ты едешь одна. - Подожди, еду? - Д-да, ты едешь в Новосибирск. - Что?! Мам, одно дело я еду на другую улицу, но в другой город и там не будет Мити… - Митя будет. - Но… тут наша группа, и… - Алиса, так будет лучше. Прошу, не надо истерик. - Мам, я никуда не еду. - Алиса, с утра меня не будет, я… ээ… это не важно. Тебя отвезёт тётя Люба. Сейчас, ложись спать, ты должна хорошо отдохнуть. Ни о чём не волнуйся, хорошо? - Хорошо,- кивнула я, и пошла к себе в комнату, продумывая план побега.