Красавица и Чудовище

32. Алиса - Ну, вот, скажи: ты специально притягиваешь к себе грабителей, маньяков и других не очень хороших людей?- спросил Аарон, перевязывая мою руку бинтом. Оказалось, что вор оставил синяки у меня на запястье. Я всё думала, как человек может быть таким сильным, а потом услышала от полицейских, что вор – Иван – увлекается армрестлингом. - Наверно,- чуть улыбнувшись, ответила я. Аарон вздохнул и сказал: - Знаешь, как я испугался, когда сирены услышал? Ну, сначала, я подумал, что я оказался прав, и ты грабишь банк…- вот тут я рассмеялась, и в уголках губ Аарона появилась тень улыбки.- Меня не пускала полиция к тебе, но я пробрался внутрь и увидел, что этот идиот выволок тебя на улицу. Ну, в подсобке меняли трубы, и я одолжил одну. Вырубил рыжую, а потом подкрался к Элвису. - А, где твоя машина?- спросила я, одёрнув юбку. - Полиция сказала убрать её, ну, я и припарковался на улице. Я немного улыбнулась, и посмотрела на своё запястье. Мне стало очень стыдно, за то, что так думала о Роне. Он хороший. Я не знаю, почему я ему не нравлюсь, но, если бы он сказал, что любит меня, я бы простила все его выкрутасы, даже не задумываясь. Может у него уже есть возлюбленная? Какая-нибудь длинноногая блондинка, без мозгов и с пятым размером груди, который сделал пластический хирург. А я - не длинноногая, не блондинка, думаю, с мозгами и с третьим размером, без помощи хирурга. М-да, у меня какие-то странные мыслишки. - О чём думаешь?- спросил Роня, открывая передо мной дверь банка, хотя не было смысла, потому что она разлетелась на кусочки от удара Пресли. Ну, и поделом банку будет. Не фига покупать такое тонкое стекло. - Думаю, что, если бы банк не поскупился купить стекло потолще, то тогда вор бы был со сломанной ногой. Аарон рассмеялся. - Да, в этом ты права. - А, когда я бываю не права?- спросила я, прищурившись. Аарон задумался. - Наверно, никогда,- он улыбнулся и посмотрел на меня. Так, это мы чего, сейчас, флиртуем, что ль? Оу. Мы поспешно отвели друг от друга глаза, и Аарон спросил: - А, зачем мы идём туда? - Чтобы я кое-что узнала про маму. - Мм, а ты не доверяешь своей маме? - Последнее время, нет. - Почему? - Слишком много вопросов. Аарон - Ответь на этот, и я заткнусь,- как ни странно это сработало. Алиса остановилась, устало вздохнула и сказала: - Я чувствую, что мама что-то скрывает от меня. Сегодня, она заявилась домой около трёх ночи, а потом сказала, что я должна ехать к отцу в Новосибирск. Поэтому я и не хожу в колледж. Она говорила так, будто видит меня в последний раз, если у мамы проблемы, то я обязана помочь ей. Она меня столько раз спасала от полиции… Серо-голубые глаза Алисы были наполнены болью. В этих бесподобных омутах плескалось отчаяние, нотки непонимания, злости, от того, что не знает всю правду, и ожесточённое желание всё узнать. Горечь и обида была на заднем плане, но я разглядел их. Невольно, вспомнилась та женщина, которая была в переулке. Я плохо разглядел её лицо, но отчётливо помню её глаза. Они были точно такими же, как у Алисы, но в них было огромное количество страха, но не за себя, за кого-то близкого, родного, любимого… Я уже не помню то чувство… Чувство, когда кто-то переживает за тебя, любит… Я годы жил и даже не пытался вспомнить маму. Нет, я помнил силуэт женщины с тёмными волосами, но лицо… Оно было потерянным для меня навсегда. Как же я ей завидую… Алисе… её мама пытается оградить её от опасности, о которой она даже не подозревает, а она в своём репертуаре. Я не виню её, она всё делает правильно, но… Как же всё-таки я ей завидую… Алиса Роня смотрел на меня с какой-то жалостью, и непонятной мне горечью. Он жалел меня, отлично. Мне это совсем не нужно. Лучше бы я ему ничего не говорила бы! - Забудь, в любом случае, это не твои проблемы,- отмахнулась я и вошла в мамин кабинет. - Так, вот с этого места поподробнее. Почему это не мои проблемы? Я хочу помочь тебе… - Почему?- тихо спросила я. - Потому что я – твой друг. Я перевела на него взгляд. - Ты – мой друг? Аарон, ты, несколько дней назад, меня выгнал из своего дома! - Ты вечно будешь это вспоминать? - Да, Аарон. Ты не мой друг. Друзья хоть чуть-чуть нравятся друг другу, а ты мне ясно дал понять, что я тебе не нравлюсь. Если у меня ничего не получится, то я уеду к отцу, и нашей псевдо - дружбе конец. А, теперь не мешай мне,- выговорила я на одном дыхании. В глазах Аарона появилось столько боли. Он на мгновение опустил голову, потом кивнул и вышел. Комната опустела. Всё вокруг казалось мрачным и тёмным. У меня было такое ощущение, будто все предметы комнаты ожили и со злостью смотрели на меня. А я, уже в миллионный раз за этот день, расплакалась. Почему я такая дрянь? Можно было ему спокойно и мягко сказать, нежели орать на человека, который, полчаса назад, спас человек пятьдесят, в том числе и меня. То, что я говорила, это не правда. Аарон – мой друг, возможно, лучший. Хотелось побежать к нему, и попросить прощение, но гордость не позволяла. «Алиска, будь мужиком!- кричал голос в моём мозгу.- Не поддавайся на его обиду, ты должна сохранить меня, свою гордость, в целости и сохранности, поэтому вытри эти не нужные капли слёз на щеках, и примись за дело, которое спланировала ещё утром». Гордость победила, и я начала рыться в мамином столе. Ничего примечательного не было: список клиентов, кто, когда брал деньги со счетов и ещё куча макулатуры. Тяжело вздохнув, я решила прийти в другой раз и поспрашивать маминых сотрудников. Встав с коленей, я направилась к входной двери, но споткнулась о мусорное ведро. Всё содержимое вывалилось на пол, и я, выругавшись, начала собирать. По большей части эта была смятая макулатура, изредка попадались стаканчики из-под кофе, но моё внимание привлекла розовая маленькая бумажка. Я развернула её. Там каллиграфическим почерком было написано: «Ох, ну, ты и сеть сплела, мамаша. Не боишься закона? Думаю, тебе очень пойдёт оранжевый костюм». Ну, охренеть!