Красавица и Чудовище

66. Алиса - Чувствую, ты мне не всё рассказал тогда,- протянула я, когда затянулась неловкая пауза. Митя усмехнулся и сказал: - Как всегда, права. Я перевела взгляд на Аарона. Тот странно смотрел на него, будто не понимая, кто перед ним стоит. - Я могу пройти?- спросил Митя. Аарон что-то пробормотал, похожее на: «Дежа-вю…», и впустил нас в свой дом. Пройдя внутрь, я опять удивилась, как же тут комфортно и уютно. Не верится, что Аарон один живёт. Я и Роня сели на диван, а Митя удобно расположился в кресле напротив. На маленьком журнальном столике, между диваном и креслом, стояли фрукты. Митька немедленно схватил зелёное яблоко и начал его грызть, очень напоминая мне кролика. - Вообщем,- начал он, прожевывая фрукт,- понимаешь, как вы только познакомились, ты начала трындеть об Аароне,- Митя с пофигистическим взглядом показал на Аарона яблоком. – Ну, мне это осточертело, и я пошёл к нему сказать, чтобы он больше не общался с тобой,- о чём это он? Он же мне всё это говорил. Словно угадав мои мысли, Митяйка продолжил,- Вот и в общем, после того, как ты на меня разозлилась и уехала, я заказал билеты и хотел уже уехать, но ключи от моей машины пропали. Я подумал, что оставил их в том саду, где ты... - Мить, ближе к делу. - Вот, вообщем, я прихожу, а там сидят два чувака. Один мужик, которому "под полтинник", и парень, которого я несколько раз видел в нашем клубе. Они о чём-то спорили и, я даю тебе голову на отсечение, они говорили о твоей маме. Я в шоке. Как… Митька... - Ты услышал их разговор?!- я схватила его за воротник и начала трясти. - Нет, мужик вытащил пушку. Я испугался и свалил от греха подальше. Я перевела полной ненависти взгляд на Митю. Тот, заметив мой взгляд, тяжело сглотнул и вжался в спинку . - Ты должен был хоть что-то услышать,- прошипела я сквозь зубы.- Ты не понимаешь, как это важно... Стоял бы около лестницы, всё бы услышал, и тебя никто бы не поймал! Я взяла тарелку с фруктами и, встав, начала пулять бананы в Митину голову. Тот с истошным визгом начал убегать от меня, попеременно кусая яблоко. Аарон же сидел с застывшим выражением лица. В бой идут мандарины! Кинув пару рыжих цитрусов в Митю, я его «убила». Он споткнулся об пушистый белый ковёр и упал навзничь. Брат не шевелился. - Он умер?- с совершенно серьёзным лицом спросил Роня. Я устало улыбнулась и покачала головой. - Нее, живучий. Подсев к Аарону, я устремила взгляд на его лицо. - И, что теперь делать?- спросила я, нервно кусая губу. - Ты о чём?- Аарон нахмурился. - Ну, если бы Митя услышал хоть пару фраз, то уже было бы что-то, а теперь у меня ни одной зацепки,- я ткнула ногой тушу Мити, которая тут же встрепенулась и поднялась на ноги. - Что я пропустил? О, мандаринчики,- у него было такое выражение лица… Вообщем, я его значительно помяла. Под правым глазом Митяйки красовался сиреневый круг, очень напоминавший форму мандарина, а из носа текла маленькая струйка крови. - Где у тебя здесь салфетки?- тихо спросила я у Рони. Он показал на кухню. Я встала и быстрым шагом направилась в указанное мне направление. Взяв приличное количество бумажных салфеток, я побежала к Мите. Всё дело в том, что, когда он видит кровь, то падает в обморок, а тащить в отель тело Мити, которое находится «в отключке», мне ну никак не хотелось. - На, вытирай нос, но на салфетку не смотри. - А там кровь, да?- улыбнувшись, спросил он. М-да, сильненько я его мандарином… - Да, кровь. Вытирай резче! Тут он начал с усердием медленно вытирать нос, только размазывая всё на лице. - Ой, лучше иди, умойся!- я дала ему подзатыльник и показала куда идти. Как только я села на диван, Аарон обнял меня за талию и поцеловал в шею. Вот не понимаю, как он так делает, что мурашки по всему телу табунами бегают?! Я требую ответа! - Эй! Я ещё здесь, и уже в сознании! Перед нами вдруг появился Митя в позе «руки в боки, ноги врозь». - Позволь напомнить, я ещё являюсь твоим братом, и не хочу, чтобы ты с ним сосалась… хотя бы при мне. Я вопросительно подняла одну бровь. Медленно поднявшись с дивана, я с яростью посмотрела на Митю. - Позволь напомнить, я ещё на тебя в обиде, и не хочу, чтобы ты портил мою личную жизнь! И я буду делать, что я хочу… даже при тебе,- сказала я, при этом серой тучей нависнув над Митяйкой. Тот, поджав губы, кивнул и сел в кресло. - Я ещё кое-что хотел сказать…- начал он, смотря в пол, но я его прервала. - Ах, ещё что-то есть?! - Да, я тебе кое-что забыл сказать, опять же насчёт твоей мамы. В мгновение вся ярость, гнев и злость улетучились. - Вижу ты заинтересовалась,- пробормотал Митя и продолжил.- Когда я улетал с мамой в Новосибирск, к нам в аэропорт пришла твоя мама. Она попросила меня передать тебе, что… мм… забыл её слова… - Говори!- закричала я. - Ладно, ладно, только успокойся. «Вся правда находится в шкатулке», вот именно это она и сказала. Вся правда находится в шкатулке… Вся правда находится в шкатулке… Вся правда… А! Вспомнила! Мамина любимая музыкальная шкатулка! Когда её открываешь, оттуда ещё балерина вылезает. Только… как найти правду в шкатулке? Туда даже пару колец запихнуть нельзя, а что-то большее… Может она мне оставила какой-то ключ? Ох, надо поразмыслить над этим. Услышав писк своего телефона, который гласил о прибытии нового сообщения, я начала его вытаскивать. «Поздравляю, вы приняты в консерваторию им. Н.А. Римского-Корсакого. Ждём вас летом на подготовительные занятия. С уважением, Агна Рихтер». - Кто-нибудь знает кто такая Агна… Рихтер?- хмурясь, спросила я. - Это ректор Санкт-Петербургской консерватории, и женщина, которая на конкурсе была. - У неё немецкое имя? - Ну, да, потому что она сама немка,- пожал плечами Аарон. - Ронь…- дрожащим голосом позвала я. Он мгновенно встал, заметив изменение на моём лице. Похоже, я улыбалась.- Меня приняли… - В смысле?- не понял он. Я сунула ему в лицо телефон. С каждым прочитанным словом, Аарон шире улыбался, а потом посмотрел на меня, подхватил на руки и закружил. - Поздравляю! - Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?!- возмутился Митя. - Меня в консерваторию взяли!- завизжала я. - Уоу!- выдал Митька и поцеловал меня в щёку. Ура! Меня взяли! Осталось только наконец понять, что ж такого моя мама натворила.