Забота

Санджи одним словом мог заставить дрожать от страха всю команду Мугивар, исключая, конечно же, капитана и старпома. — Ророноа! Нож протыкал доску и стол насквозь. Усопп вместе с Френки запирались в мастерской от греха подальше. Брук щëлкал челюстью и уходил в трюм. Нами уходила в мандариновые сады, попутно бормоча, что простит Зоро долг, если он выживет (все остальные разы она повторяла то же самое, игнорируя этот факт каждый раз после того, как Зоро действительно возвращался, потому что он делал это каждый раз). Робин оставляла пару глаз на стене и уходила в каюту. Луффи, смеясь, оставался на своем любимом месте, чтобы посмотреть на «что-то весëлое!» — Ророноа, чёрт тебя раздери! Ну, в большинстве случает это означало, что у Санджи недотрах, и он просто выпускает пар из-за этого в ежедневной драке со старпомом. Для Зоро, конечно же. Для остальных причина была достаточно очевидной: в большинстве случаев Зоро пропускал из-за сна завтрак, обед или ужин. Настоящая же причина, про которую знал только Санджи (их капитан, возможно, необъяснимо догадывался, как делал это всегда), отличалась от всего этого. — Зоро, тупоголовое ты Маримо! Это была простая обида. Потому что этот чёртов, провались он на девятый круг Ада, старпом заботился обо всех членах их экипажа, исключая кока. Так что да, он имел полное право обижаться. Потому что он был единственным, кого эта грубо-незаметная забота обходила стороной. И, чёрт возьми, Санджи злился на Зоро из-за этого, а каждый раз, когда чёртов мечник не приходил на камбуз вместе со всеми, только подогревал эту злость. — Да когда же ты успокоишься, чёртов кок!!! Капитан, наблюдая за своим коком и своим старпомом, только шипяще посмеивался, сидя на ростре Санни, пока не наступил момент, когда даже его это перестало забавлять. И тогда он поймал Санджи перед тем, как заступить на дежурство. — Зоро о тебе тоже заботится. Просто ты этого не замечаешь, Санджи! Ты бы знал, как много раз Зоро… Если честно, то Санджи слушал речь капитана, как какую-то сказку, потому что поверить в его слова было сложно. Возможно, но очень, очень сложно. Так что он просто потрепал Луффи по макушке и вернулся на камбуз, где, конечно же, что за ироничная и не смешная шутка, госпожа Судьба, сидел чёртов Ророноа, чтоб его, Зоро. И хмурился. Ну, в смысле ещё сильнее, чем обычно. — Прости… Не знаю точно, за что, но прости. Стоит ли говорить, что последующий разговор Санджи немного, ммм…. не воспринимает? Потому что, ну. Ророноа, чтоб его, Зоро. Будущий Величайший Мечник В Этом Грёбанном Мире (именно так, каждое слово с грёбанной заглавной буквы). Извинился перед ним. «Остановите чёртову планету, я сойду,» думает Санджи, «потому что иначе я сойду уже с ума.» Санджи вздыхает и треплет Зоро по голове, точно капитана недавно, потому что лицо у Зоро, как у побитого щенка, и, ради Бога, он не должен делать такое лицо, когда разговаривает с «чёртовым коком». И поэтому Санджи говорит ему забить — он уже упоминал, что это был скорее монолог мечника, чем цивилизованный диалог? — просто забить на всё то, что он напридумывал себе, потому что этого нет. Не существует, и всё. Но, возможно, Санджи не имеет ничего против поцелуя с солоноватым привкусом. Кажется — только кажется, — но это из-за его слёз, потому что палец Зоро будто что-то стирает с его щеки. И о нём, кажется, всё-таки заботятся. — Не делай этого так резко в следующий раз, дубина. — В следующий раз? — В следующий раз.