«big city blues»

I just wanna see you smile I just wanna make you mine

Старшая школа. Я ненавидел суету старшей школы. Этих учеников, предметы, учителей, места, мероприятия. Все было омерзительным, жестоким. Словно так задумано специально, чтоб все было жестоким начиная от поведения подростков 16-18 лет, заканчивая несправедливыми учителями, которых подкупают деньги. Да конечно, говорит ученик, который забил огромный болт на это все, в частности на учебу. Идя по серому коридору, полному мрачных подростков, которые стоят злой оскал, когда видят тех, кто выделяется как либо из толпы. Скрип школьных шкафчиков и голоса различных учащихся, которые сплетались воедино — поистине пугали. Но я привык к этому. Давно уже это перестало меня интересовать, интриговать, задевать и волновать. Мне было плевать. Как и на то, что через 5 гребанных минут прозвенит еще более скрипящий звук. Меня даже это не останавливает, поэтому я медленно иду к своему шкафчику, к которому уже приклеен обычный, желтый стикер из канцелярского магазина, где написаны пожелание смерти и бла-бла-бла. Как мило. Я оторвал ненужный кусок бумаги, даже не прочитав его, и кинул прям на пол. А что мне сделают? Правильно, ничего. Никто и не увидел. Все были заняты чем-то своим. Пока я открывал шкафчик, я сто раз успел забыть свой код. 6734 — чего не запомнить то, в самом деле? Моя память удивляет меня еще больше, чем конец света, который обещают каждый год. Набрав злосчастный код, я стал рассматривать содержимое шкафчика. Ничего нового. Какие-то помятые тетради, жвачка, всякий другой мусор и маленький, черный мишка без пуговки, который стал мне уже как талисманом. Я бы мог и сразу закинуть все ненужные мне учебники в этот долбанный шкаф, если бы меня не отвлекло кое что. А точнее кое кто. Швеция. Обычный учащийся старших классов, у которого есть кажется все. Богатые родители, компания друзей, толпы поклонников, прекрасные оценки, уважение от учителей, чуть ли не идеальная внешность, кучу наград и популярность. Кажется, что его жизнь сахар. Настолько сладкая, что мне пришлось стиснуть зубы Он стоял около своего шкафчика, облокотившись об него же спиной. Рядом с ним стояли несколько девушек с накручеными ресницами и накаченными губами. Они хихикали практически после каждого слова скандинава, даже не особо слушая его. Каждая кажется пыталась привлечь его внимание, то называя его имя, то крутясь перед ним, как только можно, то осыпая горой комплементов, которые уже вообще не давали этому парню ничего. Он кажись привык ко всему этому, поэтому выглядит так невозмутимо. Его черты лица, ни один мускул не вздрогнул! Если же говорить о его чертах лица, то они восхитительны. Острый, аккуратный носик, не особо ярко выраженные скулы, изумрудные глаза, каре по шею с цветным покрасом, длинные ресницы, ухоженные губы.. Да он идеален черт возьми! При каждом его взгляде на меня, в моей голове творится бардак, а в груди словно пожар. Каждый его смешок, пускай саркастически, заставляет меня улыбнутся. А его улыбка, вы бы видели. Готов поставить все что угодно на то, чтоб видеть ее каждый день, каждую минуту. Нет кажется ничего прекраснее, чем эта улыбка. Я практически таю при виде ее, готов уже склонится к его ногам. Меня пробирает до дрожи, когда я вижу это все. Когда около него множество красивых девушек, которые могут легко заменить меня. Меня возможно убивает чувство ревности и обиды. Обида от того, что ему нет дела до меня. Он даже не заметит меня, будь бы мы в комнате только вдвоем. Я для него даже не существую. Ревность от того, что вокруг него кучу разных сук, но они не хотят от него настоящей любви. Ревность от того, что он никогда не будет моим.

***

We can spend time, smoke away the time We can go anywhere you ever wanted Anything you ever dreamed I can make your dreams come true

Обычный урок алгебры. Для меня он казался практически самым скучным уроком после физики. Я был в кое то веке рад своему везению, ведь я сидел за последней партой, среднего ряда. Меня практически было не видно, преподаватель часто забывал о моему существовании и мог добавить даже пропуск, если б захотел. Но меня даже это не волновало. Я мог выдохнуть спокойно, сложить руки на парте, уткнуться головой в нее и уснуть под говор учителя, паралельно видя сон, который прервался звонком. Я конечно же выбрал удобную себе позу и достал из своего побитого жизнью портфеля, простую тетрадь. В ней не было ничего необычного, как казалось на первый взгляд. Если же ее не открыть и не увидеть содержание, которое было весьма своеобразным для такого с виду парня, как я. Слащавые стишки о любви, влюбленные рассказы о содержания снов, шпаргалки и небольшие каляки, нарисованные в попыхах. Б-р, тошно, неловко и стыдно это читать. Мое лицо сразу же покрывалось небольшим румянцем, когда я читал все, что тут написано. Дабы не вызывать каких-либо вопросов у однокурсников, которые буквально были по разные стороны от меня, я решил, что не буду читать это. Правильно сделал. Я взял обгрызанную мною же ручку и вертел ее в своих тонких, бледных пальцах. Может написать что-то новое? Что-то более реалестичное? Я открыл тетрадь, но смотря в нее, я не чувствовал, что смогу что-то написать. Не было вдохновения. Знаете, эта такая штука, которая может прийти и уйти внезапно. У каждого есть свой подход и способ к ее призыву, но я лично об этом не парюсь. Придет, значит придет. Как и люди. Они тоже приходят и уходят, но я не вправе их останавливать. Сами виноваты. Ладно, я что-то не об этом.. Просмотр однокурсников был моим обычным занятием на уроках. Я рассматривал их внешний вид, образы, действия, мимику и ее сменой. Каждый раз я подмечал что-то новое, чего не видел ранее, например вчера. Например, смотря на своего одногруппника Эстонию, то на моем лице сразу всплывает небольшая улыбка. Эсти — мой приятель с которым можно поболтать только на перерывах или после уроков. Сам он не общителен и больше предпочитает полное одиночество. А вот на тусовках, если его возможно на них вытащить, то конечно же напьется в хлам и будет петь какие-нибудь патриотические песни. Если кратко — то он просто интроверт — задрот, который отчасти даже самовлюбленный. По нему так сразу и не скажешь, ведь его внешний вид слишком.. Обычный? Черная рубашка, черные брюки, золотые часы и серьга в одном ухе. Такая незаметная, что так и не скажешь, что она была. Его внешность тоже особо не выделялась из группы, так как таких пол школы ходит. Блондин с голубыми глазами, носом — картошкой и на удивление пухлыми губами. Наверное это все, что отличало его от большинства. Банален до смерти, но себя любил конечно же. Никогда не забывал о себе, любил себя таким, каким и был, никогда не хотел ничего изменить в себе. Я даже запомнил одну из его цитат, которые он озвучивал в столовой. «Помоги себе, а потом другим». А в этом есть доля правды. Если не может даже себе помочь, куда уж речь о помощи другим. Тут же мой взгляд резко с моего приятеля переключился на мой предмет обожания — ненавистного Швецию. Отвратительный парень, каждый раз переубеждал я себя, но получилось так же отвратительно. Меня буквально манил его образ, а вот только чем? Мне порой бывает стыдно за себя, ведь я влюбился в человека, с которым слишком редко общаюсь и которого никогда не видел вне учебного заведения. Я всегда сомневался в том, кого люблю. Я считал, что я, как дурачок, влюбился в идеализированный образ однокурсника. Может он совершенно не такой, каким я его вижу здесь и каким он является в действительности? Я забываю обо всех сомнениях, когда вижу его горящие глаза и явное желание ответить на вопрос, ответ на который, он уже давно знал. Его движение, такое плавное поднятие руки, яркие глаза, но в то же время сохраненная серьезность, уверенность и невозмутимость. Аж холодом пробирает. Я следил за тем, как швед направлялся к доске, уже с маркером в руке, который был уверенно выдан учителем физики. Я решил впервые за все время урока оторвать взгляд от восхитительного заднего вида скандинава и наконец-то смотреть на то, что он пишет. Его почерк, боже. Такой ровный, наклонный, понятный. Почерк у этого гада такой же идеальный. Кошмар. Как он живет с идеальным... Всем! Меня уже от идеальности со стороны тошнит, а он так каждый день проживает. Небось у этого шведского ловеласа составлен график его действий наперед и он придерживается его каждый день, не упуская деталей. От своих же мыслей, я отвлекся на ручку, которая упала. Благо никто не услышал и не заметил этого кроме меня. Повезло. “Прекрасный, восхитительный, неповторимый придурок. Ты бы знал, сколько всего мы могли бы сделать только вдвоем. Курить травы сколько захотим.. Я мог бы ее ради тебя своровать ее или даже заработать честным трудом! Мы могли бы вечно смотреть на звезды по ночам, находясь уже под кайфом. Могли бы целовать друг друга в холодные губы, согревая этим их. Я мог бы для тебя сделать что угодно. Ты мог бы спокойно озвучить любую свою мечту, прям так, лежа на траве, смотря на небо со звездами. А я бы запомнил ее и уже на утро, стал бы придумывать план по ее выполнению. Мы бы резко повернулись к другу другу, смотря прямо в глаза. Сказали бы заветные три слова. Я люблю... “ Звонок. Все стали по-быстрому уходить из кабинета, пока им вслед кричал преподаватель о том, чтоб они не забыли задвинуть стулья. Вот я уже и не заметил, как практически никого в классе не было, кроме отличников и самых неторопливых. Я закатил глаза, смотря на привычную мне картину, закидал учебник и тетрадь в портфель, после чего покинув кабинет физики. После того, как дверь захлопнулась от ветра, я лишь показал средний палец и спокойной шел вниз, в гардероб, забыв о школе и начав думать о том, что буду делать дальше.

***

I'll be on my own, no crew Out here makin' these moves Singin' these big city blues

Вечер. Обычная школьная тусовка. Такие мероприятия довольно частое явление. Несмотря на все протесты директора и учителей, мы все еще устраиваем вечеринки и нас плевать. Каждый раз заходя в большой зал, который уже был украшен теми, кто остался после уроков, я чувствовал внутреннее спокойствие. Я знал, что именно тут можно расслабиться, выпить чего-нибудь не особо крепкого и сесть на стул, закрыв глаз под звуки популярной попсы. Разноцветные лампы, громкая музыка, словно на концертах и танцпол, который переполнен людьми.. Классно. Я уже уверенно шел к большим, накрытым столам с закусками и напитками, на которых всегда было больше каких-то дешевых чипсов и энергетиков, чем чего-либо по интереснее и достойнее например. Но что нам то? Всем по большому счёту все равно, мало кто пришел сюда просто из-за еды. Большинство здесь из-за танцев, музыки, сплетней, драм и романтики. Да, романтики, но странной. Я сразу же взял алкоголь, налив его себе в обычный пластиковый стакан. Как же здесь оказался алкоголь, спросите вы. А его притащили сюда или ученики, которым 18 лет или же те, кто просто стащили его у родителей. Ничего необычного. Так происходит каждый раз, каждый год. Оно никогда не было секретом или чем-то удивительным. Разве что для новичков с 10 класса или интровертов, которые тут бывают раз в год. В общем, для меня это не особо важно сейчас. Я хотел просто забыть все проблемы и оторваться по полной. Чтоб не затягивать с этим, я сразу выпил все, что было налито в стаканчик и даже подлил себе еще немного. Опьянев хотя бы немного, я стал скитаться по танцполу. Я видел уже достаточно танцующих, забывших о проблемах подростков, которые просто отрывались. Сразу же хотелось пойти в толпу, закричать во весь голос, когда будет играть знакомая песня и танцевать с первой попавшейся пьяной девушкой. Звучит интересно, не так ли? Я крутил, плясал и двигался в такт музыке, да так, что перестал замечать все, что происходит вокруг. А зря наверное. — Оу, хей. Я слышал, что это ты написал этот.. «Блюз большого города», который сейчас включил Норвегия. Ты очень классно пишешь песни, тебе стоит наверное создать группу. Не задумывался об этом? — спросил у меня знакомый, низкий голос. Блять. — Д-да, это написал я.. Насчет же группы, то нет. Это не мое. Я не особо лажу с людьми. И ты смеешься? Кто будет вступать в группу изгоя? Наверное только такие же изгои, которых даже нет на этой тусовке. — ответил кое как я, тяжело вздыхая. Швеция испортил мне ровное сердцебиение своим внезапным приходом. Я стал потеть и нервничать рядом с ним, но внешне я смог сохранить спокойствие. — Ты чего думаешь сразу о плохом? Может быть кто-нибудь да и вступит, поверь. Ты только талант свой не потеряй. И ты не хотел бы потанцевать со мной? Дания меня кинула, сука этакая. Она просто решила уйти, ну сам понимаешь, тусоваться со своими подружками. — предложил скандинав, который поднял бровь. Боже, в его крови тоже был алкоголь, ведь я чувствовал этот запах из его дыхания. Правда, он выпил намного больше, чем я. В этот момент, мое сердце хотело выскочить наружу. Ноги подкашивало, а в животе стали летать те самые бабочки. Было тяжело скрыть легкий румянец на щеках. Такое странное ощущение. Словно, я его чувствую впервые. Да, я понимаю, что это только по пьяни, но... Приятные ощущения не покидали меня. Мои мечты уже улетели далеко, за пределы танцпола. — Пошли, чудик — буркнул пьяный швед, потянув меня буквально одним движением руки на танцпол, придерживая меня, пока я где-то в душе кричал. Мои ноги все еще меня не слушались, но это меня не волновало. Радость — вот что меня переполняло. Меня буквально держит за руки мой же предмет обожания, который казался слишком недоступным.

***

I don't wanna think about you Every time I think about you I swear I fall in love again I remember everything you said Promise me it's real

l Представьте, хотя бы на минуту, что вы на танцполе, на заснеженной улице... Плевать где. И вот, человек, который вам казался попросту неприступным, уже кружится с вами в бешеном ритме. Вы забываете обо всем, только смотря ему в глаза и искренне смеясь от редкой щекотки. Прекрасное чувство, которое я испытал сейчас. Швеция, кажется был превосходным танцором. Он так умело двигался, крутился, менял положение ног. Боже, на это смотреть уже одно удовольствие, так еще и танцевать с этим человеком. Я конечно же не умел танцевать так же, поэтому скорее всего показался ему обычным неучем и я готов был стыдится и еще больше краснеть, но швед меня от этого спас. Он не говорил ничего плохого об моих движениях, а просто показывал, как правильнее. Снова его улыбка. Она была во время того, как у меня что-то стало со временем получатся. Просто комбо. Наверное, в какой-то момент, мне казалось, что это просто сон, который мне приснился на уроке литературы. Да даже если это мать его сон, то я не хочу просыпаться! Я каждый раз, с каждый движением все больше и больше влюблялся в этого придурка. Мне словно сносило голову. Вот, музыка кончилась, люди расходились, еда и алкоголь практически закончился. Норвегия окончательно выключил музыку и стал благодарить тех, кто ему помог, впервую очередь назвав имя именно скандинава. Рыжеволосый парень свистнул и все те, кто остались здесь, поопладировали ему. Даже я в кое-то веке похлопал тем, кто организовал это. Обычно, я не ценил и не особо уважал это все, но сейчас, я стал искренне хлопать этим людям. Они заслужили это. Без их помощи, я бы никогда не сблизился со Швецией. Я бы не почувствовал этих эмоции. Идеальный вечер. — Финляндия? Кажется, тебя так зовут, да? Не мог бы ты пойти сейчас со мной. Да так, на звезды посмотреть, пока еще есть время. — предложил скандинав, легко улыбаясь и уже напрявляясь к выходу. А вы то что подумали? Я естественно согласился. Такой шанс выпадает в моей жизни наверное один раз и его не стоит упустить. Мне даже не было обидно из-за того, что швед сомневался в том, как меня зовут. Скажите мне, что я не сплю и это точно не сон. А то мои сомнения насчет этого становятся всё больше и больше. Я запомню все, что ты сделал и сказал мне, Швеция. Надеюсь, ты делал это все всерьзе.

***

Boy*, I got a deal You could be my boy* if I could be your world Promise me it's real

Ночь. Небо покрытое многочисленным количеством звезд, крыша давно знакомой мне школы и конечно же он, который уже будучи практически сонным, рассказывающий о каких-то незначительных вещах. Я не особо вдумывался в слова, которые он говорит. Я был полностью словно загипнотизирован, поэтому лишь рассматривал его своим влюбленным взглядом. Я теперь понимаю тех девушек, которые постоянно мешаются под его ногами каждый день. Они тоже его не слушают, они тоже заворожены его видом. А с лунным освещением, швед выглядел куда фантастичнее, загадочнее, красивее. Я не знаю, куда заведет нас в будущем, но я хотел, чтоб эта ночь не кончалась. Я многого прошу, да Вселенная? — Ты согласен был бы быть моим просто за то, чтоб стать мои миром? — тихо спросил Швеция, который успел закрыть глаза и прилечь буквально так. Головой об крышу школы. В этот момент, мои мысли смешались. Я не понимал, что происходит. Так и есть? Может это все не так? Мне послышалось? Я задавал так много вопросов, что моя голова уже распухнуть. Я стал краснеть еще больше, сердце жило своей жизнью, как и руки с ногами. Мысли превратились в большой ком из бессмысленных вопросов, сомнений, самоубеждений и неловкости. Я не успел ничего сказать, как скандинав уже уснул. Я понял это по его сопению. Как я понял и то, что это было просто по пьяни. Ничего серьезного, он скорее и вовсе не имел ввиду... — Обещай мне, что это всерьёз. **— тихо сказал я, тяжело вздыхая. Комета упала перед моим носом, но я даже ее не заметил. Я лишь летал в надеждах на то, что Швеция будет моим и мы оба будем лежать на кровати в собственной квартире и писать блюз большего города...