...или все же

      Тихая мелодия сопровождаеться нежным голосом. Она настолько чиста и невинна, потому что она посвящена такому же чистому и невинному человеку. Совсем ребенку, с детской улыбкой на губах, лисьими глазками и нежным взглядом не скрыващий обожания.       Образ солнечного парня, слишком солнечного для этого тусклого мира, всплывает в мыслях.       Воспоминания, воспоминания, воспоминания...       Эта светлая улыбка, лицо перепачконое в сливках торта, чистый и мелодичный смех, который хочется слушать вечно.       Эти первые попытки неудачного пения, эти старания вложанные в начатое дело, эта целеустремленность.       Эти красивые искорки в глазах, которые в мгновенье могут превратиться в пламя.       Этот нежный шепота на ухо с утра.       Эти красивые кисти; светлая душа; детские фантазии.       И это долго и счастливо...которого не вышло.       Нежный смешаный с болью голос поет о том что не простил, не сможет перестать думать и вспоминать.       Эта боль выраженная в словах текста лишь малая часть. Та боль, что внутри, в душе, которая залегла где-то на дне сердца, которая осела пылью на него - еще сильнее.       Ее не покажешь не слезами, не отчаянием. Ничем. Абсолютно ничем.       Чонин покинул Чана. Покинул, забрав с собой все. Для Чана нет ничего, ему плевать на все. Для него ничего нет. Для него нет Чонина.       Тот нежный мальчик, любящий его всем сердцем исчез. Его нет. Осталась только плоть, в которой он обитал, погребленная в землю.       В день, когда его не стало дождь шел неустанно. Он будто бы оплакивал маленького ангела...       Последние строки срываются с губ Чана, они гласят о том что он отпустил - самообман.       Пыльная крышка инструмента хлопает, а Чан прыгает из окна квартиры, ему кажется в бездну.       ...или все же отпустил?