Идеально неправильный мир

      Впервые Гермиона не хотела возвращаться в школу, впервые Грейнджер хотела остаться дома, забыть про магию и друзей, ей хотелось уткнуться в мягкую подушку, в розовой наволочке и укутаться в теплое одеяло с головой. 4 курс был самым тяжелым по мнению Гермионы, пусть та и не представляла чего ей ожидать дальше. Кубок огня и внезапное участие Гарри Поттера в нем, святочный бал и смерть Седрика Диггори. О последнем Гриффиндорка даже вспоминать не хотела, и пусть она почти не разговаривала с ним, но еще на матче по квиддичу Гермиона поняла, что Пуффендуец был добрым человеком, а его смерть была ужасной и он тот, кто больше всего ее не заслуживал. Она помнит тот вечер и кошмары поэтому поводу преследовали ее половину лета. Помнит крики мистера Диггори, который обнимал тело своего мертвого сына. Помнит лицо Гарри, когда они после прощались и снова давали клятвы писать друг друга, и как бы это странно не звучало, за все летние каникулы Грейнджер к сожалению так и не написала письмо адресованное мальчику-который-выжил. Каждый раз, когда Гермиона брала перо в руки, картинки и флешбеки той ночи сами появлялись перед глаза и она попросту не знала, что писать. И да, возможно у нее бы и получилось сложить буквы в слова, возможно она бы написала ему письмо и рассказала о том, как проходит ее лето, но вот только надо ли Гарри это? Нет, ему определенно было бы интересно, но вот только это вряд-ли помогло хоть чем-то. А писать банальное «Привет, Гарри. Надеюсь ты в порядке» было бы неуместно, потому что она знала, что ее друг точно не в порядке, но и от слов, пытающихся подбодрить лучше бы не стала. Поэтому Грейнджер пришла к выводу, что Поттеру нужно побыть наедине со своими мыслями и она не та, кто сможет его утешить или подбодрить. Рону же она не писала лишь потому что обида и боль до сих пор сидела у нее где-то в сердце, он повел себя так глупо на святочном балу. Пусть Джинни и называла это ревностью к болгарину Виктору Краму, но сама же Гриффиндорка с умным видом сказала лишь однажды — Ревность, это в первую очередь неуверенность в себе или в своем партнере, а так как мы не вместе, это лишь может означать, что у Рональда проблемы с самооценкой. И больше они не возвращались к этой теме.       Но факт остается фактом, Гермиона не хотела возвращаться туда и испытывать все по новой. Её пугала одна мысль, что она снова может кого-то потерять, но деваться некуда. Вещи собраны, встреча с друзьями состоялась и сейчас будет посадка Хогвартс Экспресс. Словно на ватных ногах, она идет за друзьями, взгляд опущен и она снова ушла в свои мысли. Снова это ужасное желание провалиться сквозь землю и остаться там одной. Неизвестное чувство тревоги и страха, казалось бы, Седрик был не столь близок ей, неужели именно это ее подкосило? Или страх потерять кого-то еще? Её конечно посещала мысль, что Гарри тогда мог не вернуться вместе с Седриком, но она быстро старалась переключиться и думать о другом, ведь смерть еще одного человека, Грейнджер уже не перенесет. Да и не позволит. Возможно Гриффиндорка так бы и шла дальше, думая о чем-то своем и всем видом показывая, чтобы ее не трогали, если бы не столкновение с человеком. Она уткнулась ему носом в шею и голову ударил приятный, слегка горький, но приятный запах мужского одеколона. Еще и голос до одури знакомый, такой мерзкий и приятный?

***

      Его пугала смерть, которая шла с ним плечом к плечу, буквально преследуя его на каждом шагу. Любой поворот за угол, или неправильный взглядом за завтраком, мог стать его последним. Драко и раньше, когда был пешкой своего отца, боялся умереть, хоть и понимал, что Люциус не сделает этого, он хоть и строг, но родного сына не убьет. А вот Темному Лорду будет плевать, кого убить. Он жесток, а его жажда крови слишком высока. И Малфой-младший как никто другой знает и понимает это. Живя в одном доме с самым темным магом истории и кучкой его фанатиков, и не такое начнешь понимать. Но одно Драко так и не смог понять. Как волшебники, зацикленные на чистоте крови, могут следовать за полукровкой? Или же они слепо верят, что смогут избавиться от всех грязнокровок? Если да, тогда они глупцы. Именно такого мнения придерживался Драко Малфой. Его самого тяготила мысль, что на земле живут волшебники с грязной кровью, но и как только он начинал думать об этом, перед глазами сразу же появлялась грязнокровка Гермиона Грейнджер. Мерзкая всезнайка, раздражающая до ужаса. Ее длинные, лохматые волосы и вечно вздернутый подбородок, все это так раздражало его, а мысли о ней, вызывали лишь желание промыть язык с мылом и проблеваться несколько раз. Гермиона мать ее Грейнджер, он ненавидел ее больше всего, но и смерти ей определенно не желал. Да и вообще, насколько нужно быть недалеким и глупым, чтобы желать человеку смерти, будь он хоть трижды грязнокровкой. Каждый имеет право на жизнь, именно это Драко Малфой понял, пока находился под одной крышей с пожирателями.       Чтобы Слизеринец не говорил, Хогвартс казался ему единственным местом, где можно почувствовать себя в безопасности, поэтому когда время пришло, он с огромным удовольствием садился на поезд и пусть не показывая, но с радостью встретил своих друзей, идя вместе с ними до вагонов Слизерина. Панси и Блейз обсуждали очередную новость про великого Поттера, а Драко шел и думал и своем, пока его путь не преградила… Грейнджер? Да, это именно она. Ведь ее лохматую макушку тяжело не узнать. На лице у парня появилась та самая малфоевская ухмылка и он перевел взгляд на нее. — Что, грязнокровка? Неужели так понравился мой запах?..