Птица в клетке

      Капли дождя медленно стучали по кровле одиноко стоящих домов и камушкам маленькой тропинки, которая соединяла эти неприметные сооружения, а вокруг них, со всех сторон тянутся величественные джунгли, что столетиями укрывали Кадийцев среди своих деревьев и кустов, давали пищу и покой. Современный человек с большей вероятностью сравнил бы эту страну с какой-нибудь Японией или Китаем с флорой и фауной Амазонки. Впрочем, так оно и было на самом деле, вы не ошибетесь в таком определении, хотя, Кадиа была уже немного не той, не тем государством, которое обосновали Великие Драконы, спасая своих людей от смерти.       Может век назад это место было обителем спокойствия и внутреннего процветания, но теперь все изменилось, менялись люди, менялись их цели, взгляды и приоритеты на эту жизнь, даже боги стали иначе смотреть на все то, что их окружало. Власть опьяняла, а война дышала в спину. С одной стороны, надо было действовать и готовиться к битвам, а с другой стороны нельзя было плюнуть на все то, что строили здесь люди, на их устоявшиеся моральные ценности и принципы, бросить весь тот баланс, который с таким трудом все здесь добивались и драться подобно бесам.       Линг не знал, чью сторону ему принимать в этой ситуации, что будет на самом деле полезно для его родных краев, если бы не одно, но — тот самый роковой день, когда Великий Дракон отвернулся от своего ученика, бросил его на произвол судьбы, наплевал на все старания и смешал с грязью, возводя на пьедестал Зилонга, который был ничем не лучше.       Злость и обида до сих пор сидели в душе убийцы, поэтому ему не оставалось выбора кроме как присоединиться к Чёрному Дракону и драться. Делать то, чему его учили всю жизнь. Бороться за место под солнцем и, как показывают уроки прошлого, давить всех тех, кто может представлять угрозу. Не важно когда: в будущем, прошлом или настоящем, главное результат.       Блондин выходит из шатра на улицу, вдыхая свежий, чуть холодный утренний воздух, чувствовалась приятная сырость. Впрочем, в джунглях всегда было довольно влажно, но сейчас, все немного иначе. Зяблик тихо, практически бесшумно делает несколько шагов вперёд, протискивается между деревьями, но не полностью, поправляя капюшон плаща и смотрит вдаль. На ту самую деревню с каменными дорожками, на жителей Кадиа, которые неохотно, да выходят на улицу по своим делам, ребятишки во всю резвятся в лужах, пока родители не видят, а прямо за деревней и лесами виднеется красное от восхода небо…солнце медленно поднималось из-за горизонта и освещало все в округе. Это было одно из любимых зрелищ убийцы. Маленькая радость в жизни.       Где-то за спиной Линга раздается раздражённое рычание, отрывки каких-то команд, которые Чонг раздавал подчиненным. Он был не в настроении, впрочем, как и всегда. Мужчина не помнил когда видел на драконьей морде хоть что-то кроме злости или какой-то странной ухмылки, которая вряд ли предвещала что-то хорошее, даже Ло Йи боялась «предводителя», хотя именно она в свое время направила бойца в нужное русло.       Блондин выходит обратно к лагерю, чтобы его отсутствие не заметили. А даже если и заметят, то посчитают его недолгим и оправданным, дальше вряд ли кто-то будет разбираться что там было на самом деле. Мужчина безразличным взглядом проходится по толпе адептов. У всех у них была практически одинаковая одежда, по типу той, что носила Ло Ий, только те, кому приходилось участвовать в разведках отказывались от плащей и накидок, ярких цветов, чтобы совершенно спокойно и без всякого дискомфорта выполнять поставленные им задачи.       И вот перед глазами Зяблика появляется виновник суматохи — сам Чонг. Высокий мужчина крупного телосложения с довольно тяжёлыми доспехами, которые были не по всему телу, а лишь местами. Этого Линг не понимал. Броня в первую очередь должна защищать носителя, а не болтаться для красоты. Но, видимо, дракон был слишком уверен в себе и своих силах, что мог позволить такое.       Стоит признать, нечто в этом брюнете манило убийцу. Он не понимал что именно и почему, но отрицать подобное было глупо, иначе Зяблик вряд ли бы согласился сражаться на стороне Чёрного Дракона.       Да, в тот день то самое непонятное чувство заставило кадийца принять такое решение, практически не обдумывая его. Лингу просто хотелось находиться рядом с этим существом, ему даже хватило бы элементарного наблюдения за ним со стороны.       Да, звучит бредово, но так себя блондин и ощущал. Он ругал себя за эту слабость, но ничего поделать не мог, оставалось подчиняться правителю и ожидать что получится из этой истории. Может, все было не зря, а может и да.       Парень молча думал о своём, ожидая, когда наконец его имя назовут и выдадут поручение. Нельзя было перебивать Чонга и, как он выражался, становиться наглой выскочкой, с которой разговор был даже через чур коротким. — Эй, ты, — Боец не стал называть имени своего подчинённого, лишь бросил на него свой взгляд, который должен был стать знаком для Зяблика, иначе, опять же, ему не поздоровится. — Отправляешься в караул на северо-запад, — Чёрный Дракон никогда не дожидался ответа, к тому же, он был не нужен, от него ничего и никогда не изменится.       Светлый кивает и тут же направляется на позицию, как и положено, мысленно тяжело вздыхая. Из дня в день одно и тоже, только места разные. Ну, иногда, конечно, приходится не сидеть на одной точке, а патрулировать, но разницы никакой. После караула мышцы затекают, устаёшь сидеть на одном месте, а после патруля, уставший как пёс, приходишь в лагерь и тут же ложишься спать, не имея сил на что-либо ещё.       Убийца не знал сколько времени прошло с того момента, как он пришёл на место, но, видимо, его дежурство в этот день не пройдёт столь уныло, так как блондин услышал какой-то шелест листвы. Было легко определить, что он был где-то за спиной, а значит, проходящий являлся своим, волноваться нет смысла, но чисто из приличия, Линг оборачивается и видит того, кого вообще не ожидал.       Сам Чонг покинул свой лагерь и пришёл сюда в полном одиночестве, без стражи или хотя бы Ло. Это могло значить лишь то, что у дракона какие-то личные мотивы, а лишние уши не нужны. Только вот от этого становилось не легче, неясна вся картина происходящего. На лице бойца все та же нахальная улыбка, он всем своим видом показывает свою силу и превосходство и это в какой-то степени…завораживает Зяблика. Кажется, будто Линг попал в ловушку, которую ранее не видел, поэтому нет никаких идей как спастись, остаётся поддаться течению и ждать что из этого выйдет.       Чёрный дракон тоже не торопился действовать, сейчас мужчина напоминал тигра, который стоял перед клеткой со своей добычей, ему без труда можно убить её или играть столько, сколько душе угодно. Сейчас он делал именно второе — играл на чужих чувствах, не давая расслабиться оппоненту и терять бдительность, его это в какой-то степени забавляло и приносило некоторое удовольствие.       Убийца спокойно выдерживает чужой взгляд, стоит по струнке, не давая поводов на себя разозлиться. Если бы Чёрный Дракон не был настолько силен, Зяблик ни за что и никогда не стал бы ему подчиняться и так себя вести, это унизительно, ведь он был свободным и независимым наёмников, что изменилось? Ах, да, точно…       Чонг, видимо, терял интерес и терпение, довольно очевидно, поэтому он первым сокращает расстояние, настолько близко, что прижимает светлого своей рукой к дереву, чудом не порезав чужую плоть огромными когтями. Он внимательно следил за тем, как менялась мимика подчинённого, выискивая слабости. То, за что можно было ухватиться и давить, уничтожить птичку. — Как проходит караул? Голос брюнета показался Лингу странным, он звучал несколько иначе, не так, как всегда, это заставило его подсознательно напрячься, ожидая абсолютно всего. — Все чисто, — Максимально сжато было отвечено дракону, а тот словно дышал на ухо блондина, хотя, так оно и было. Чонг стоял чуть ли не вплотную, его рука медленно поднялась выше по плечу, к шее парня, и коготь цепляет крепление на вороте, расстегивая его. — Правда? — Усмехается боец, оттягивая ткань в сторону, обнажая горло и ключицы убийцы, но тот резко хватает своей рукой чужую, останавливая Чёрного Дракона. Они оба знали, что будет дальше.       Брюнет издает недовольное утробное рычание в виде угрозы, которая была проигнорирована, и Линг поспешно вырывается из хватки, только безуспешно. Теперь его прижимают чуть ли не всем телом, а Зяблик более не имел возможности на спасение, он был слишком тонким и слабым, кто-то даже шутил, что блондин имеет женскую фигуру, впрочем, шутки имели долю правды. Порой такое мелкое телосложение помогало ему выбираться из ловушек и передряг, но не из этой и не сегодня.       Чонг сильнее давит на Зяблика, одной рукой хватая его за горло, параллельно рыча. Ещё один рывок или другая иная попытка сбежать и эта прекрасная шейка будет подрана. Была огромная вероятность того, что это произойдёт, если бы не геромант, решившая проявить себя. Неизвестно какие мысли были у неё в голове, но раз она решила их прервать, ей не хотелось, чтобы её предводитель связывался с убийцей, даже чисто потому что она ему не доверяла и не станет. И ничто не изменит подобное мнение.       Как только Чонг заметил чужое присутствие, он откидывает блондина, якобы наигравшись, но это была ложь. В следующий раз нужно учесть то, что Ло бегает хвостиком за реинкарнацией дракона, не смотря на его самостоятельность. — Мастер, я переживала за Вас, Вы ушли без предупреждения из лагеря, — Геромант подошла к мужчине и чуть склонила голову, приглашая того отправиться вместе с собой обратно в лагерь. Девушка старательно игнорировала внешний вид караульного как и всю ту сцену, которую видела.       Зяблик приходит в себя, медленно сползает на землю и прикрывает глаза, переваривая последние события. Он не понимал что сейчас произошло, точнее, что двигало Чёрным Драконом в тот момент и самое страшное во всем этом: ему понравилось и хотелось ещё. В голове не укладывалось. Как он, лучший убийца кадиа позволил кому-то зажать себя и думать о каком-то продолжении после этого. Видимо, в эту ночь Линг не уснет, не сможет забыть эти минуты и свои идиотские мысли.